Россия и Китай две модели капитализма

РОССИЯ И КИТАЙ – ДВЕ МОДЕЛИ КАПИТАЛИЗМА
Или ради чего работает экономика?

ВВЕДЕНИЕ

И Россия, и Китай являются рыночными экономиками. В обеих странах существует частная собственность, крупный бизнес, миллиардеры и интеграция в мировую экономику. Однако при внешнем сходстве эти системы устроены принципиально по-разному. Речь идёт о двух моделях капитализма с разными отношениями между государством, бизнесом и обществом.
Обе системы допускают частную собственность и предпринимательство. Но на этом сходство практически заканчивается.

РОССИЙСКАЯ МОДЕЛЬ. КАПИТАЛИЗМ СОБСТВЕННОСТИ

Ключевой принцип этой системы таков. Кто владеет собственностью, тот и решает, как и зачем её использовать.
Российская модель сложилась в 1990-е годы в ходе приватизации. Крупнейшие активы, такие как природные ресурсы, металлургия, энергетика и транспорт, перешли в частные руки. Государство признало эту собственность и в дальнейшем практически не пересматривало её происхождение.

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ МОДЕЛИ

1. Частная собственность распространяется даже на стратегические активы.
2.Налоги на дивиденды низкие.
 Налог на дивиденды – это доля, которая отчисляется государству выгодоприобретателем, владельцем акций предприятия.
До 1.01. 2025 года ставка составляла 9 процентов. С 2025 года она повышена до 13 процентов для доходов до 2,4 млн рублей и 15 процентов с суммы, превышающей этот лимит.
3. Корпоративный налог на прибыль тоже долгое время был весьма умеренным и составлял 20 процентов, сейчас он составляет 25%.
4. Вывод капитала за рубеж свободен.
5. Связь между бизнесом и долгосрочными государственными целями практически отсутствует.
Это означает, что планы государства хотя и декларируются, но бизнес не обязан их учитывать и исполнять.

В этой системе государство выступает прежде всего, как сборщик налогов и арбитр в конфликтах, но не как стратегический управляющий экономикой.
Его роль сводится к обеспечению правил игры, а не к определению направления развития.
Роль государства – арбитр, не деятель и не стратег.

РОЛЬ ЭЛИТ В РОССИЙСКОЙ МОДЕЛИ

Экономическая элита в России автономна, то есть она сама по себе.
Она не связана с жизнью государства и народа.
Страна для нее, в лучшем случае, это такая дойная корова, которую они доят и молоко продают. А в худшем случае, это та корова, которую они сдадут на мясо, когда она перестанет хорошо доиться.

Представители крупного бизнеса могут не жить в стране, держать активы и семьи за рубежом и не связывать своё будущее с будущим государства.

В результате возникает разрыв между источником богатства и местом его потребления.
Источник богатства находится внутри страны - природные ресурсы, предприятия, труд людей. А потребление этого богатства происходит за её пределами.

КИТАЙСКАЯ МОДЕЛЬ. КАПИТАЛИЗМ КОНТРОЛЯ

Ключевой принцип этой системы иной. Кто контролирует, тот определяет правила.

В Китае частная собственность допустима, но она встроена в государственную и партийную систему.

Стратегические отрасли находятся под прямым или косвенным контролем государства, а крупный частный бизнес не является автономным политическим субъектом.

ОСНОВНЫЕ ЧЕРТЫ МОДЕЛИ

1.Доминирование государства в ключевых секторах экономики.

2. Жёсткий валютный контроль.

3. Ограничения на вывод капитала за рубеж.

4. Повышенный налог на дивиденды для резидентов, то есть для китайских инвесторов.

5. Фактическое принуждение к реинвестированию прибыли внутри страны.

Китайский миллиардер может быть очень богат, но он не может быть независимым от государства и не может противопоставлять личные интересы национальной стратегии
.
РОЛЬ ГОСУДАРСТВА

В России государство в основном реагирует на кризисы, корректирует правила точечно и редко вмешивается в структуру собственности. Экономическая политика носит реактивный характер. Государство действует как арбитр.

В Китае государство задаёт стратегию, планирует на десятилетия вперёд и использует бизнес как инструмент развития.
 Экономическая политика носит управляемый и директивный характер даже в рамках рыночной системы.
Государство выступает как стратег.

НАЛОГИ И ПЕРЕРАСПРЕДЕЛЕНИЕ

В России налог на прибыль компаний с 2025 года составляет 25 процентов, налог на дивиденды 13 процентов.
 Реального прогрессивного налогообложения сверхдоходов нет.
Основная нагрузка на бюджет ложится на население и сырьевые ренты.

В Китае налог на дивиденды для резидентов составляет 20 процентов, а для нерезидентов 10 процентов и может быть ещё ниже.
Это облегчает вход иностранных инвесторов в китайскую экономику.

При этом такая схема в России не работала бы, поскольку российские олигархи могли бы выводить деньги через офшоры и затем возвращать их под видом иностранных инвестиций.

В Китае подобные схемы невозможны из-за строгих ограничений на офшоры и жёсткого контроля трансграничных операций.
Значительная часть сверхдоходов фактически возвращается в экономику через инвестиции.

СОЦИАЛЬНЫЙ КОНТРАКТ

Российский вариант можно сформулировать так.
Государство не мешает бизнесу зарабатывать. Бизнес платит налоги и не вмешивается в политику.
 У бизнеса нет никакого социального контракта с населением и обществом в целом. Бизнес не отвечает ни перед государством, ни перед народом.

Китайский вариант формулируется иначе.

 Бизнес может зарабатывать до тех пор, пока это служит целям государства и общества.

ПОСЛЕДСТВИЯ ДЛЯ ОБЩЕСТВА

В России это выражается в высоком имущественном неравенстве, чувстве отчуждения ресурсов от народа, недоверии к экономическим элитам и устойчивом представлении о несправедливости системы.

В Китае это означает более жёсткий контроль элит, ограниченную свободу крупного бизнеса,
высокий уровень мобилизации ресурсов и привязку экономического успеха к национальным целям.

МОЖНО ЛИ СМЕНИТЬ МОДЕЛЬ?

Формально Россия могла бы усилить контроль над стратегическими активами, увеличить налогообложение сверхдоходов, ограничить вывод капитала и заставить реинвестировать прибыли внутри страны.

Модернизации промышленности без реинвестирования прибыли крупных корпораций в страну быть не возможна.
На модернизацию нужны деньги, а если они выводятся из страны, то разговоры о модернизации промышленности безсодержательны.

Такой переход означал бы пересмотр роли элит, изменение социального контракта и серьёзный конфликт интересов внутри самой системы.

Переход к контролю над стратегическими активами, к ограничению вывода капитала и более жёсткому налогообложению крупного бизнеса является не техническим, а политико-идеологическим выбором.

Продолжение нынешнего курса неизбежно ведёт к росту противостояния между сверхбогатыми и беднеющим населением.
Те, кто утверждают, что лимит революций для России исчерпан, должны подкреплять этот тезис не словами, а реальными действиями по сокращению экономического разрыва и оздоровлению экономического курса.

Недопустимо продолжать тратить материальные и финансовые ресурсы страны на роскошь и комфорт узкого круга лиц, потребляющих общественное достояние.

ВЫВОДЫ

Россия и Китай представляют собой разные ответы на вопрос, кому принадлежит экономика и ради чего она работает.

Российская модель делает ставку на собственников, исходя из предположения, что они сами наилучшим образом устроят экономику.
 
Однако, как показывает практика, ставка государства  на крупных собственников оказалась несостоятельной.
Элита не связывает свое будущее со страной, государством, народом.
Поэтому ее роль в государстве и условия ее функционирования подлежат пересмотру.

 Нужна новая модель экономической жизни, в которой общественные и государственные интересы превалируют над интересами частных собственников.

Китайская модель делает ставку на государственный контроль и подчинение частного интереса бизнеса общественным целям.

Китайский опыт может быть использован как ориентир на местности. Но, ориентир это не путь, это только направление.