Роман

Роман сам по себе невелик. Совсем мал, даже. Казалось бы, недостаток. Но нет! Этот малый размер ничуть не умаляет прочих его достоинств. Совсем ничуть.
Надобно лишь запастись терпением. Значительным терпением. И вниманием. Полным, круглым вниманием, как натянутый барабан. Отнестись к нему со всем тщанием. Устремиться. Вникнуть. Проникнуть. И вот тут — бац! — случится нечто. Вы и Роман — одно целое. Частица в частице. И вокруг… вокруг всё начинает плыть. Стены комнаты оплывают, как свечной воск. Потолок капает вниз каплями известковой слюны. Предметы — стол, стул, графин с мутной водой (или это туфелька?) — расползаются в бесформенные, цветастые пятна. Пятна эти ползут, сливаются, как акварель под дождём. А потом — фьють! — и вовсе исчезают. Исчезает всё. Остаётесь вы. И Роман. Наедине. В его мире. Совершенно одни. Точнее — вдвоём. Но это почти одно и то же.
Достигнув сего неведомого доселе состояния (состояния, заметьте, весьма занимательного!), вы начинаете ощущать с полной, оглушительной реальностью всех-всех обитателей его мира. Вы слышите не только их слова, но и скрип их сапог по булыжнику, шорох юбок. Вы слышите, как скрипят мысли, как стучит его сердце — тук-тук-тук — точь-в-точь как сломанный водопроводный кран. Вы вместе переживаете. Любите. Любите жарко, нелепо, как любят в плохих романах или в хороших трактирах. Ненавидите. Ненавидите до тошноты, до дрожи в коленках. И вот тогда-то, в этой дрожи и тошноте, вы начинаете понимать. Понимать все его достоинства! Роман — удивителен. Прямо-таки поразителен. Узрев сии положительные качества во всей их наготе и блеске, можно с лёгким сердцем, даже с радостью, простить ему все прочие недостатки. Все до единого.
Конечно, не спорю. В начале… В начале он может показаться скучноватым. Очень скучноватым. Вы сидите, смотрите, и время тянется, как холодная, склизкая лапша. Дыхание кажется громче храпа соседа за стенкой. Мысли разбегаются, как тараканы от света. Иногда его вовсе не понять. Совершенно! Отчего возникает желание — резкое, как удар ножом под ребро — бросить его. Швырнуть в угол. Забыть. Но! Желание это, к счастью, мимолётно. Редкая гостья. Пролетает, как воробей в форточку. И в целом… в целом он просто великолепен. Великолепен, как механический павлин, выплюнутый из недр идеально работающей, но совершенно бессмысленной машины.
Стоит лишь остаться с ним наедине. Совсем наедине. Запереть дверь на ключ, а ключ проглотить. И тогда — фантасмагория! Вы можете делать всё, что угодно. Абсолютно! Можете оторваться от кресла и полететь во Вселенную, минуя потолок и крышу, ощущая холод вакуума щекоткой в ноздрях. Можете сорваться вниз с Ниагарского водопада, ощущая холодные брызги на щеках, а рёв воды заглушает собственный вопль. Можете проникнуть в самое ядро Земли, где жарко, как в печи домны, а давление сплющивает кости в тонкие, хрустящие пластинки. Одним словом — вы впадаете в экстаз. Экстаз полный, всепоглощающий. Ваше тело немеет, в конечностях пульсирует ток, глаза вылезают из орбит, как перезревшие вишни, а внутри — фейерверк из стеклянных шариков и горячего масла.
Но! Как мимолётен сей миг! Как краток! Достигнув пика этого странного оргазма, вы вдруг, с ледяным уколом под ложечкой, осознаёте: Пора. Пора возвращаться. К реальности. Которая стоит за спиной, тяжёлая и серая.
О, как тяжка минута расставания! Сердце ноет. Руки дрожат. Мир вокруг кажется картонным и подозрительно тихим. Ну, что ж… Ничего не поделаешь. Закон природы. Радует одно, одно-единственное: передохнув. Переведя дух. Выпив стакан чая (или два?) и съев три бутерброда с колбасой (то есть, через какое-то время). Вы сможете. Сможете снова! Снова достигнуть пика, этого самого экстаза, душевного или телесного. Снова погрузиться в этот мир небывалых чувств и неземных ощущений. Во внутренний мир Романа. Который ждёт. Сидит тихо. Маленький. И удивительный. И пахнет то ли типографской краской, то ли дешёвым одеколоном. Кто его знает.