Глава 7. Ненормальный Вален

За время странствий по владениям Секты Шести Печатей, Вален не раз пытался воссоздать условия для тренировок в грёзах. Результаты оказались нулевыми. Кантос этого не одобрял, считал слишком рискованным, но кое-каких советов всё же подкинул. По его мнению, секретным ингредиентом могло быть наличие во внутреннем мире противостоящей практику действительно независимой воли. Без неё грёзы неминуемо скатывались, ну… в грёзы. Место, где сбываются потаённые желания, а не место, где можно закалить себя. Вероятно, старейшины, которые с помощью всего лишь особой медитации могли вообразить целый мир, не любили этот способ из-за нежелания впускать такую волю себе в голову. Добровольно отказываться от почти непробиваемой ментальной защиты, создаваемой их духовной энергией. Вернувшись в Секту Шести Печатей и поговорив с отцом, Кантос подтвердил, что всё действительно так.

Но Валену не приходилось сравнивать тут риски и выгоды: чужая воля и так сидела в голове, её оттуда не выкинуть. Если с худом ничего не поделать, остаётся извлечь из него хоть сколько-нибудь добра.

Кантос снова был против:

— Послушай, Вален, — как-то сказал он. — Я тебе говорил, что даже хороший человек или гуай может зайти на тёмный путь, если желает стать сильнее и оттого берётся за средства, которых лучше и пальцем не трогать? Говорил. Метка Печати Зеффара — это, чтоб меня сожрали, не простое тёмное искусство, которое потихоньку развращает душу по сути своей. У неё есть подобие разума. Определённая хитрость. До сих пор ты поступал правильно, посылая её подальше на каждом шагу. А сейчас хочешь сам дать ей шанс?

— Секта Шести Печатей пользуется же Печатями Зеффара, — этот ответ Вален дал с умыслом.

— И зря! — Кантос вдруг осёкся, словно сболтнул лишнего. На миг Валену показалось, что на лице учителя промелькнула слабая тень испуга, которую он раньше не видел никогда.

Промелькнула ненадолго:

— Печать Печати рознь. Только Личина сама запускает когти в душу носителя. Думаешь, до тебя никто не пробовал с ней общаться? Кончалось всегда плохо.

— Но я не собираюсь с ней общаться, или что-то у неё просить, — пожал плечами Вален.

А ведь соблазн сделать это был велик. То, что у Кантоса вырвалось сейчас, странные слова Ваннана перед сражением со Стражем и просто впитываемые Валеном знания о том, как работают некоторые виды волшебства практиков — если всё это сложить, то возникали очень неприятные мысли. Так и хотелось воспользоваться случаем, проверить подозрения у самой Печати Зеффара, пусть у него и был лишь её осколок, метка.

Но делать этого было нельзя. Печать, конечно, соврёт. Даже если технически скажет правду, то расставит акценты таким образом, чтобы привести Валена к неверным выводам и повергнуть в отчаяние. Воспользуется недостатком информации и заполнит пробелы наихудшим образом. Вернёт ему его собственные подозрения, дополнительно приукрасив.

Почему, кстати, Вален всегда был убеждён в этом и с ходу отвергал любые слова Печати? На то имелись четыре причины. Во-первых, никогда нельзя доверять тому, кто «совместную жизнь» начал с атаки, попытки подавить его волю грубой силой. Во-вторых, метка Печати — это крохотный, но осколок Зеффара, а Зеффар был живым воплощением тёмного пути, если слово «жизнь» применимо к такому существу. Он попытался сожрать всё и всех. Если волк настолько ослабел, что вынужден натягивать овечью шкуру и блеять, это ещё не значит, что он стал травоядным. В-третьих, даже если бы не было первых двух пунктов, конфликт между двумя волями в единственном теле никогда не будет разрешен мирно. Ведь контролировать тело может лишь одна. К тому же, состязание очень неравно. Валену не под силу раздавить, поглотить или подчинить фрагмент Печати Зеффара, такое не удавалось ещё ни одному практику. А Печати Личины под силу постепенно разъесть его разум и захватить контроль. Потому любой компромисс, любая сделка будет приближать её победу.

Ну и четвёртая причина состояла в том, что Печать при первой встрече лицом к лицу попыталась подделать его самого. Это лишний раз доказало враждебные намерения, и просто вызвало крайний гнев.

В общем, Вален дорого бы дал, чтобы не видеть эту тварь никогда больше. Вот только чем усерднее он тренировался, тем острее понимал, что ему не хватает времени. Угроза гибели может встать перед ним в любой момент.

К счастью, пока Оритилл и его сторонники завязли в сложных, многосторонних переговорах. Насколько было понятно из общеизвестной информации и того, что сообщал Кантос. Альянс четырёх сект желал прощупать воду, прежде чем решаться на действия, которые невозможно будет просто откатить, если что-то пройдёт не так. В конце концов, истинного настроения Досточтимого Юбериса никто не знал. Его видимая пассивность могла оказаться западней. Так что альянс стремился проверить надёжность союзников, поручить конкретные обещания поддержки от церкви Древних Божеств, разозлённой убийством гостей в пределах их монастыря. Секта Шести Печатей пользовалась этим, пыталась внести раскол во вражеские ряды и привлечь к себе значимые малые секты, винивщие альянс четырёх в смерти своих учеников. Обе стороны обращались к могущественным силам за пределами Перерождающегося Континента — Стальной Империи, Храму Восточного Неба. В общем, шкура Валена оставалась картой, которую слишком рано разыгрывать, пока положение Секты Шести Печатей не выяснилось со всей определённостью. Когда даже не ясно предъявят ли Секте суровый ультиматум, или удастся добиться посредничества третьей стороны.

Так что топор казался зависшим в воздухе над шеей Валена. Но расслабляться нельзя. Старейшины, прожившие лет по двести, могут быть медлительны и осторожны, но рано или поздно к чему-то они придут. И Оритилл в любое время может решить: политические игры не стоят свеч, надо просто избавиться от опасного архидемона. Совсем не показывать видимых признаков развития, чтобы не навлекать его подозрений — нереально. Значит надо развиваться быстрее, чем он считает возможным. При этом создавать впечатление поспешной культивации, стоящей на непрочной основе. Например, с явным перекосом в алхимию. Успехи в этой области будет нереально скрыть совсем. И при этом необходимо реально достигать намного большего, чем типичный ученик на том же этапе.

Но у Валена лишь убогие семь звёзд потенциала меридианов. Как достигнуть экстраординарных результатов ординарными методами, да притом сделать это незаметно?

Никак.

Единственный выход — методы тренировки, о которых старейшины даже не думают. Например, бросить вызов Печати Личины во внутреннем пространстве своих грёз.

Вален уже успел убедиться, что встретиться с ней лицом к лицу не слишком просто. Обычной медитацией её не вызвать, в снах она не появляется. Но вот если довести себя до абсолютного физического изнеможения тренировками, а потом пропустить через своё тело сильный разряд духовной энергии, повторяя большинство условий их первой встречи… На этот раз в собственной комнате, под присмотром Кантоса.

Расчёт сработал. Когда в голове прояснилось, Вален обнаружил, что стоит на выжженной земле, под затянутым тяжёлыми тучами небом. В прошлом здесь, наверное, был лес, но теперь от деревьев остались лишь обгорелые пеньки. Воздух вонял гарью и чем-то незнакомым, но мерзким, вызывавшим ассоциации с алхимической лабораторией.

Двойник, появившийся прямо перед ним, снова был одет в странную одежду: куртку и штаны цвета грязи, с тёмными и светлыми пятнами-разводами. Он ухмыльнулся:

— Я знал, что ты явишься ко мне, как только тебя действительно прижмёт. Ну что… ой!

Он успел отскочить, так что пинок Валена не выбил ему колено. Но всё же, для человека полученный им удар должен был быть довольно болезненным.

— Ты что твори…

Вален взмахнул руками — и рядом с ним возникли два летающих меча. А третий появился в руке. Повинуясь его жесту, летающие мечи устремились на двойника. Но в последний миг, тот поднял руку ладонью вверх — и рядом с ним тоже возникли летающие мечи, отразившие мечи Валена. Как и предполагалось по прежнему опыту, двойник мог имитировать его текущие способности.

— Ты рехнулся?

— Нет. Просто подумал — ты столько раз говорил, будто ты — это я. Значит, боль ты тоже можешь чувствовать? Похоже, что да.

— Чокнутый ублюдок! Решил использовать меня как тренировочную куклу! Меня!

Вместе с криком двойника по воздуху поползли незримые волны. Летающие мечи и меч в руках Валена заколебались, словно отражения на поверхности воды. Но на этот раз Вален был готов к попытке изменить правила игры, ограничить возможное в пространстве грёз. И на этот раз пространство грёз не было создано из многих разумов заклинанием Кантоса, а существовало лишь в его собственной голове. Вален сконцентрировался, сфокусировал ум на желаемом образе себя — и незримые волны тотчас улеглись. А летающие мечи сорвались с места, устремившись к двойнику. Тот еле успел защититься своим своими. Остриё не до конца отбитого клинка распороло ему рукав и кожу.

— Попробуй этот фокус снова. Выйдет неплохая тренировка моей воли.

Двойник зарычал. В его руке появился меч, точная копия меча Валена и он прыгнул вперёд. Клинки столкнулись, выбив снопы искр. Летающие мечи двойника попытались зайти на Валена с боков, чтобы пронзить его. На этот раз уже Вален заблокировал их своими собственными — и обнаружил, что это весьма ненадёжный приём. Завертевшийся в воздухе клинок распорол ему спину. Да, Кантос был прав, говоря, что меч в полёте лучше не использовать для защиты.

Вален закрутил меч противника, навалился, пытаясь перейти в ближний бой, но тот успел шагнуть назад, сперва шагнуть, а затем и вовсе прыгнуть на дюжину шагов.

— Ненормальный!

— Правда? Не ты ли говорил, что хочешь дать мне силу, во имя нашего общего выживания? Смотри, у тебя есть отличная возможность!

Вален вновь послал летающие мечи на врага, вот только эта атака была отвлекающей. В следующий миг он сорвался с места Лёгким Шагом, чтобы появиться за плечом двойника и нацелить в него чудовищный по силе удар. Тот сам применил Лёгкий Шаг, возник за спиной Валена — но тот предугадал его контратаку и успел обернуться. Мечи снова столкнулись с оглушительным звоном. Теперь уже двойник подался вперёд, связывая клинок Валена, попытался ударить свободной рукой, окружив кулак незримой оболочкой из воли и духовной энергии. Вален ответил зеркально. Волны невидимой силы разметали пыль и мусор. Оба противника отлетели на дюжину шагов прочь и покатились по земле, выплёвывая кровь. Хорошо, что здесь, в грёзах, ранения залечиваются сами собой, пока их не слишком много и они не слишком тяжёлы.

— Погоди! Ты не понимаешь…

Летающий меч, пробивший горло двойника, послужил самым эффективным «заткнись».

— Давай уже, восстанавливайся. Так легко ты от меня не отделаешься.


*****


Вален не имел понятия, сколько субъективного времени прошло здесь, и сколько реального, во внешнем мире. Он знал лишь, что дошёл до контроля четырёх летающих мечей одновременно. И что его силы на пределе. Он упал на одно колено. Остатков энергии едва хватало, чтобы не упасть совсем. Двойнику тоже досталось — его одежда, незаметно обратившаяся в синий халат, точь в точь как у самого Валена, давно сделалась кровавыми лохмотьями. Но он ещё мог стоять на ногах.

— Понял теперь, в чём разница между нами? Ты — наполовину изнеженный мальчишка. Ты путаешь отмороженность и готовность нападать без предупреждения с внутренним стержнем. А здесь сила определяется внутренним стержнем и волей. Мои закалены…

Вален звучно сплюнул накопившуюся во рту слюну:

— Хах. Не неси ерунды, Зеффар. Твоя сила здесь — отражение моей. Но ты можешь использовать её полнее, потому, что ты беспощаднее к своему воплощению, — Вален заскрипел зубами, с усилием поднимаясь на ноги, принимая боевую стойку. Упавшие на землю мечи снова поднялись в воздух. — Спасибо за урок.

— Да что с тобой вообще такое! — заорал двойник и бросился вперёд, замахиваясь для рубящего удара.

Теперь сражение ни секунды не напоминало элегантный танец сверкающих клинков и стремительных перемещений. Вален и двойник раз за разом отсекали друг другу конечности, протыкали друг друга летающими мечами, наносили чудовищные удары, отправляющие противника в полёт. Такое было возможно лишь в грёзах, в реальности никакие исцеляющие пилюли и техники не справились бы с таким потоком ранений. Умом Вален понимал, что продолжать бой теперь бесполезно и даже может создать губительные привычки. Но его сердце требовало бороться до предела.

— Ты сожжёшь себе мозг! — выплюнул двойник в тот момент, когда они рухнули на промокшую от крови землю в паре шагов друг от друга, лишившись своих левых ног. Тело его казалось полупрозрачным. Вален глянул на свою руку — то же было и с ним самим.

— Какой надрыв! Значит, это опасно и для тебя.

— Вправду надоело жить? Не верю!

— Хочешь проверить?

— А как же гуаи, с которыми ты связался? Как же твоя лиса? Готов их бросить?

— Пока я слаб — я лишь гиря, которая тянет их всех на дно. Так же, как вышло с матерью! Если я не приобрету силу — лучше мне сдохнуть!

Несколько секунд они смотрели друг на друга. Восстановление теперь тоже занимало всё больше времени.

— Да что ты от меня хочешь, безумец? — воскликнул двойник наконец. — Ты сам не пользуешься силой и знаниями, которые я пытался тебе давать!

— Заканчивай блокировать воспоминания старого меня! И сиди тише воды, ниже травы! Запомни раз и навсегда — мне моя жизнь дорога лишь пока живы те, кто мне дорог. Толкнёшь меня под руку, чтобы погубить их — сдохнешь сам!

В обычной ситуации Вален никогда не сказал бы этого. Да что там, это даже не оформилось бы как осознанная, искренняя мысль. Когда он планировал заход в грёзы он подумывал о том, чтобы давить на Печать Личины подобным образом, но решил, что не сможет блефовать достаточно убедительно. Помогло лишь сочетание крайнего умственного напряжения и места, где на поверхность лезло скрытое в душе.

Двойник заскрипел зубами, прежде чем выплюнуть:

— Ладно, твоя взяла! Возвращайся! Смотри, твоё психическое воплощение уже почти распадается!


*****


Вален не удивился, когда открыв глаза увидел перед собой Кантоса, сидящего с весьма тревожным видом. Зато удивился тому, с какой скоростью Кантос ринулся запихивать ему в глотку успокаивающие пилюли, едва заметид, что он шевелится.

Это было последней мыслью Валена. В прошлый раз боль в голове после возвращения из грёз была такой, что он потерял сознание. Теперь же она оказалась такой, что он даже отключиться сразу не смог. Словно каждый нерв и меридиан заменили на раскалённую проволоку. Наверное, такие мучения испытывают души грешников, когда проходят испытания Хозяина Чистилищ. После такого не то что забвение перевоплощения, но и небытие покажется желанным.

Да и очнувшись Вален почувствовал себя так, словно с него кожу содрали. Медитация не помогала. Помогли лишь пилюли, погрузившие его в мутное полузабытие. Он отлёживался четыре дня. И только на второй узнал, что провёл в перед этим в грёзах целых три.

— Уж не знаю, смог ли ты там развить свои умения, — сказал Кантос. — Но проверяй их с большой осторожностью.

— Лучше в гроте исцеления, — ответил Вален. — И шпионы не подсмотрят, и откачивать меня будет легче, если что.


*****


— Сдаюсь! — воскликнул Наттар, когда острия сразу четырёх висящих в воздухе мечей припёрли его к стене грота.

— Надеюсь сдаёшься сейчас, а не вообще, — хмыкнул Кантос. — Вален, ты как?

Вален потёр лоб. В голове ломило, но не слишком сильно.

— Куда лучше, чем боялся.

*******

Продолжение истории можно прочитать на Boosty (https://boosty.to/stanislav_dementev) или Author Today (https://author.today/work/495282). Там же можно найти иллюстрации к тексту и различные дополнительные материалы. Господа и дамы, помним, что даже простой переход по этим ссылкам способствует оперативному появлению проды!