Целеустремлённость

Я шёл. Шёл, не замечая времени, не замечая дороги. Ноги сами несли меня вперёд, будто вели к какой-то далёкой, но важной цели. Я не знал, что ждёт меня впереди, но чувствовал, что должен идти. И вдруг — споткнулся. Неожиданно, резко, будто сама земля под ногами решила напомнить мне о своей власти. Я упал. Не просто упал, а рухнул всем своим весом, и в этот момент почувствовал, как что-то хрустнуло подо мной. Оказалось, это была чья-то голова. Чья? Не знаю. Неважно! Может, это был случайный прохожий, может, кто-то, кто шёл рядом. Но факт оставался фактом: я упал и разбил чью-то голову.
Я лежал, пытаясь осознать произошедшее. Вокруг стояла тишина, будто мир замер в ожидании моего следующего шага. Я поднялся, чувствуя тяжесть вины и смутное ощущение боли. Но вместо того, чтобы остановиться, я встал на чью-то хрупкую шею. Хруст, едва слышный, но от этого не менее страшный, прозвучал в тишине. Это был звук чужой слабости, чужой хрупкости, которую я, сам того не желая, сломал. Я отряхнул пыльный костюм, будто пытаясь стряхнуть с себя груз ответственности, и пошёл дальше.
Я шёл. Снова шёл. Но теперь каждый шаг давался с трудом. Я чувствовал, как за спиной нарастает тяжесть — тяжесть тех, кого я задел, кого сломал, кого оставил позади. Но я не мог остановиться. Остановка означала бы признание своей слабости, своей вины. А я не был готов к этому. Я шёл, спотыкаясь, падая, вставая и снова идя. Каждый раз, когда я падал, я чувствовал, как подо мной кто-то оказывается. Иногда это были люди, иногда — их мечты, иногда — их надежды. Я не хотел этого, но так было. Так было всегда.
И вот так я шёл всю жизнь. Шёл к своей цели, спотыкаясь, падая, вставая и снова идя. Иногда я оглядывался назад и видел следы своих падений — осколки чужих судеб, разбитые мечты, сломанные жизни. Но я не мог остановиться. Остановка означала бы конец. А я не был готов к концу.
Хорошо жить среди целеустремлённых людей. Они тоже идут, спотыкаются, падают, встают и идут дальше. Они понимают тебя без слов. Они знают, что такое боль, страх, сомнения. Они знают, что иногда, чтобы идти вперёд, приходится наступать на что-то хрупкое. Они не осуждают. Они просто идут. И ты идёшь вместе с ними.
Но иногда, в тишине ночи, когда шум дня стихает, я слышу тот хруст. Тот едва уловимый звук чужой хрупкости, которую я сломал. И тогда я задаю себе вопрос: а стоит ли оно того? Стоит ли цель всех этих падений, всех этих сломанных судеб? Я не знаю ответа. Но я знаю, что завтра я снова встану и пойду. Потому что идти — это всё, что я умею.