Где-то здесь детство и закончилось

Они ещё не умели договариваться словами.
Поэтому между ними стояла собака.
Один — присел на корточки, как взрослые, когда делают вид, что никуда не спешат.
Другая — стояла прямо, чуть в стороне, с тем упрямым детским доверием, которое потом теряют первым.
Собака была короткая, приземистая, с ушами, знающими больше, чем положено знать собаке.
Она смотрела на них по очереди — как будто выбирала, кому из них сегодня быть правым.
Сбоку был гараж.
Обычный, облупленный, пахнущий железом, пылью и чужими руками.
В таких гаражах хранились не машины —
там хранилось «потом»:
сломанные санки, банки с болтами, старые ключи от дверей, которых уже нет.
Дорога уходила вдаль — неровная, пыльная, настоящая.
По ней ещё никто не уезжал навсегда.
По ней только возвращались — к ужину, к маме, к свету в окне.
Они не делили собаку.
Они делили тишину — ту самую, детскую,
где ещё не нужно объяснять,
почему ты молчишь.
Потом всё изменится.
Гаражи снесут.
Собаку будут вспоминать.
Дорога станет асфальтом и перестанет вести куда-то важное.
А этот момент останется.
Короткий.
Тёплый.
Слишком настоящий, чтобы его можно было вернуть.