Геленджик. 354. Межчеловеческое доверие

Когда она, танцуя, раскрывается, то её платье раздвигает само себя и, раздвигаясь на части, обретает этими частями очертания мужчин в поисках себя и своего места вокруг неё. То есть её платье, оказывается, было прильнувшими к ней вплотную мужчинами. А сразу и незаметно было!

Приснится же такое!

И да — сон происходил в определённом месте набережной.

Теперь, проходя мимо этого места прогулочным шагом, немного замедляюсь погружённостью в томление чувств, хотя ускоряюсь в смущении трепетной невинности.

И тот факт, что никто из прохожих, как и вообще никто, не знает про эти мои сновидческие фантазии о танцующей в облипку с группой мужчин, — нисколько разумным образом не придаёт мне спокойной уверенности. Ощущение свершения чего-то недозволенного сохраняется. И усиливается именно на этом месте.

Поэтому и пришлось написать вот это всё — идя ва-банк, наоборот от секретов — дабы рассекретить тайну фантазий пред братьями и сёстрами во укрепление всеобщего межчеловеческого доверия. Самораскрытие, дескать.

И далее продолжить житие в Геленджике — не менять же место жительства! из-за сновидения — и продолжить прогулки по набережной, в том числе, и мимо того самого места с чистым высоко поднятым забралом.