Критерии эстетики личности. Глава 2

Анализ иллюзий...  Этот момент важен абсолютно для всех людей. А для творческих он важен, как минимум, вдвойне. Иллюзии могут касаться самого человека, важнейших вопросов жизни, главных параметров творчества. Иллюзии имеются не только у тех, кто смотрит через розовые очки на мир. Более девяноста процентов людей наполнены преимущественно иллюзиями и о себе, и о жизни. Относительно адекватная самооценка имеется, максимум, у одного из десяти. А в значительной степени правильная – у одного из ста. Те, кто действительно обладает ценными и редкими достоинствами и добродетелями, способностями и талантами, как правило, имеют весьма скромное представление о себе. Они полагают, что если в них нет гигантского интеллекта, мощнейшей силы воли, гениальных способностей, то, собственно, и гордиться особенно нечем. И, в то же время те, в ком не было, нет, и не предвидится даже умеренных достоинств и добродетелей, как правило, считают себя особенно ценными и важными личностями. Они буквально требуют к себе совершенно особого отношения и со стороны своего непосредственного окружения, и со стороны общества в целом. Не говоря уже о государстве. Они настойчиво и неутомимо буквально рвутся в элиту общества интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана.

Хотя они, по большому счету, не более, чем банальная посредственность. С многочисленными и разнообразными элементами деструктивности и дисгармоничности, упрощенности и примитивности, негативного консерватизма, своенравности и сумасбродства, самовлюбленности и самоуверенности, эгоизма и потребительского отношения к жизни и окружающим. Проще говоря, с моментами средней и выраженной концентрации дрянности. Но при этом претендующих на статус эталона и образца для подражания.

Конечно, жить без иллюзий вообще не надо никому и никогда. Вопрос в том, что у одних людей иллюзии составляют почти девяносто процентов их взглядов и представлений о себе и о жизни. А у тех, кто специально отслеживает этот момент, иллюзии составляют всего двадцать–тридцать процентов. Понятно, что это существенная разница не только количественного, но и качественного характера.

Для проведения более или менее качественного анализа своих иллюзий необходим интеллект не ниже среднего уровня, творческое мышление, хороший уровень самокритичности, неплохая одухотворенность. А также хороший уровень психологической и духовной эрудиции. Что, на самом деле, присутствует, в лучшем случае, у одного процента людей. Ибо, в нашей стране не принято, не престижно и не модно заниматься серьезно и целенаправленно вопросами психологической и духовной эрудиции, как и вопросами зрелости и гармонии личности, мудрости, самовоспитания и самосовершенствования. Есть, конечно, отдельные самородки–энтузиасты. Но они, к сожалению, не делают большой погоды в обществе в целом.

Как, собственно, даже в силу своей особенной редкости, ценности и важности, не имеют даже самого минимального адекватного отношения ни со стороны общества, ни со стороны государства. Девяносто девять процентов людей принципиально не собирается заморачиваться этой темой даже на один процент и даже на одну секунду своего драгоценного времени. Что мы имеем в итоге? Полный хаос интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана. Он, конечно, имеет место быть не только в нашей стране, но это достаточно слабое утешение. По большому счету.

Когда человек очень голоден, то его очень слабо утешает мысль о том, что еще тысячи других людей находятся в аналогичном состоянии. Он, конечно, искренне сочувствует другим голодающим, но не более того.

Проблема, в первую очередь, в том, что большинство людей не отличается даже умеренной самокритичностью. Не говоря уже о большой. Нет и объективности в оценке себя и жизни, своего реального места в ней.

Главное зло в том, что большинство принципиально не желает даже узнавать что–либо существенное о своих иллюзиях и заблуждениях, о слабостях и недостатках. О главных моментах, касающихся и лично них, и жизни вообще. Не говоря уже о том, чтобы что–то практически делать со своими иллюзиями и заблуждениями. Правда, как ни странно, большинство людей твердо убеждены в том, что большинство старается серьезно заниматься своей личностью.

Но личный опыт общения автора с представителями различных слоев общества, а также данные классиков психологии и философии показывают то, что минимально существенную работу над собой проводит, в лучшем случае, один процент людей. А умеренно существенную – один человек из ста тысяч. Вот такая суровая проза жизни.

Практически каждый думает, что вот именно он может к вопросам самовоспитания относиться достаточно прохладно. Ибо, есть много других людей, кто к ним относится действительно серьезно и основательно. В результате мы имеем буквально мизерное количество людей, действительно серьезно относящихся и к себе, и к жизни. Когда общество состоит из людей, которые не отличаются особым умом, мудростью, гармонией, то здоровым и успешным такое общество назвать невозможно.

Другой вопрос, что из двухсот стран только пять имеют реальную существенную гармонию своего общества. И это, к сожалению, лишь исключение из общего правила. Но, при всем прочем, практически никто из оставшихся ста девяносто пяти стран не стремится реально и серьезно подражать этим пяти благополучным странам.

Анализировать их общественную психологию и философию, политику и идеологию. Конечно, не все там идеально. Но есть много хорошего, чему стоит поучиться всем. Кстати говоря, эти страны, как правило, не имеют особых амбиций ни политического, ни экономического плана. Они скромны и самодостаточны.

Негативный консерватизм, присущий многим людям, не позволяет им адекватно воспринимать информацию даже с самым минимальным критическим содержанием о себе и о своей жизни. Даже в том случае, когда эта информация дается им самым оптимальным и доброжелательным образом. Привычная лень ума и души резко ограничивают их реальные возможности по серьезному осмыслению себя и своей жизни. Главное – это не быть хуже других. А то, что другие, как правило, живут из рук вон плохо, остается вне их поля зрения.

Такая постановка вопросы принципиально не годится для творческой личности. Ибо, она очень сильно ограничивает возможности эволюции личности, развития способностей и талантов, а также их практической реализации и воплощения. Что нередко приводит к тому, что человек с явными задатками таланта, по большому счету, так и остается просто обычным человеком, с преимущественно посредственным показателями и своей личности, и своей жизни.

Иллюзии и заблуждения – это далеко не такая безобидная вещь, как многим из нас хотелось бы думать. Анализ пятидесяти тысяч жизней автором доказывает это четко и неопровержимо.

Бдительность – это особенное состояние ума и души человека. Заключающееся в повышенной внимательности ко всему происходящему во внутреннем и внешнем мире человека. С интеллектуальной и психологической, духовной и эстетической точки зрения. Все проходит непрерывную оценку с точки зрения системы классических ценностей. И соответственно раскладывается на нужные ценности. И соответственно раскладывается на нужные ступени качественной иерархической лестницы. Как только то или иное явление жизни начинает приближаться к критическому минимуму, то бдительный человек настораживается и проводит адекватную коррекцию своего поведения соответственно тому, что происходит, чтобы не попасть в неприятную или проблематичную ситуацию. Не остаются без особого внимания и те явления жизни, которые по своему качеству существенно превышают средний уровень. Срабатывает своего рода сигнал «присмотрись к этому более внимательно, ибо, в нем есть нечто особенно полезное для тебя, для развития твоей личности, для моделирования более оптимального варианта твоей жизни.

Интеллигент обычно имеет умеренную бдительность. Аристократ – высокую. У интеллигента она может иметь определенный субъективный характер с оттенком некоторых личных симпатий и пристрастий. А у аристократа бдительность – это естественное и закономерное, фоновое состояние его ума и души. В отдельных ситуациях, еще и духа. И у него она более многогранна и изощренна, более качественна и эффективна. В большей степени опирается на развитую интуицию и проницательность.

Бдительность помогает проявлять адекватную изобретательность в общении, в восприятии новой информации, новых явлений жизни. Особенно в непривычных и необычных, своеобразных и противоречивых, проблемных и неприятных, тонких и сложных ситуациях.

Бдительность помогает человеку уберечься от вторжения в его сознание многочисленных и разнообразных элементов деструктивного и дисгармоничного, упрощенного и примитивного, неконструктивного и несозидательного характера. В том числе, процессы компенсаторного очерствения и ожесточения от соприкосновения с суровой прозой жизни, от иллюзий и заблуждений, от неудач и поражений, проблем и неприятностей, драм и трагедий. Своих и чужих.

Бдительность помогает проведению качественного постоянного многогранного самоконтроля, в формировании и развитии самокритичности, уважения и адекватной любви к себе, зрелости, мудрости, гармонии личности, одухотворенности, добродетельности. И в процессе самовоспитания и самосовершенствования.

Бдительность помогает выбирать наиболее оптимальную линию поведения в той или иной конкретной ситуации. И по жизни вообще. На первых порах она требует от человека максимального напряжения всех сил ума и души, всех достоинств и добродетелей, способностей и талантов. Спустя годы это входит в привычку и становится своего рода фоновым элементом индивидуальной психологии.
Хорошо, когда бдительность хотя бы среднего уровня есть у общества, государства. Да и человечества в целом. Ибо, без нее невозможна полноценная эволюция по всем четырем ведущим параметрам. Не говоря уже о формировании политики и идеологии, общественной психологии и философии, науки и культуры.

Большинству людей представляется предельно ясным и понятным момент, касающийся умения различать главное и второстепенное по жизни. На самом деле, как пишут классики психологии, философии и художественной литературы, эти умением обладает не более десяти процентов людей. В том числе, и с высшим образованием. Попробуем разобраться в том, почему такая ситуация имеет место быть. Во-первых, в силу наличия большого количества стереотипов мышления, весьма распространенных в широких слоях населения. Это стереотипы интеллектуального и психологического, духовного и эстетического плана. Достаточно упрощенные, чтобы быть понятными и приемлемыми для большинства людей.

Проблемность ситуации в значительной степени определяется мощным психологическим и духовным невежеством большинства людей. Во многом это связано с тем, что в подростковом и юношеском возрасте им никто и никогда не говорил об особой ценности психологической и духовной эрудиции. Ибо, те, кто по идее должен был бы им об этом сказать, по большому счету, и сами этого не знали. Не говоря уже о том, что выраженная интеллектуальная, психологическая и духовная любознательность встречается достаточно редко. На его месте очень часто находится банальное житейское любопытство относительно второстепенных и третьестепенных вопросов жизни. И жизни вообще, и других людей, в частности.

Дополнительную сложность ситуации придавал и тот момент, что приличной и толковой литературы по психологии и философии еще двадцать пять лет назад не было вообще. По большому счету. Да и сейчас она присутствует только в некоторых особо крупных городах России. А процентов восемьдесят населения лишены возможности ее покупать в книжном магазине. Хотя, проблемность ситуации состоит и в том, что нет моды и престижности читать психологическую и философскую литературу. Не говоря уже о духовной. Автор этих строк вот уже двадцать лет рекомендует своим клиентам читать психологическую и философскую литературу. Но к его рекомендациям прислушался, в лучшем случае, один процент клиентов и их родственников. Ибо, фундаментальная лень ума и души не позволяет им подняться на более высокий энергетический уровень в работе ума и души. Который требуется для полноценного усвоения информации из этих книг. И банальный рационализм не позволяет им в этом процессе увидеть смысл и пользу и вообще, и применительно к себе, в частности.

Это приводит к тому, что подавляющее большинство людей в своей жизни в основном занимается второстепенными и третьестепенными вопросами. Они, правда, считают их главными. И так и есть, если смотреть с точки зрения простых житейских ценностей. Если же взглянуть на ситуацию с точки зрения духовных ценностей, то практически все будет выглядеть совершенно иначе. Но это большая и интенсивная работа ума и души, на которую способно лишь очень малое число людей. В лучшем случае, составляющих два-три процента от всего общества. Ныне даже среди так называемой интеллигенции психологическое и духовное невежество высокого уровня стало обычным делом. Хотя, по большому счету, при советской власти оно никогда не было иным.

Не может человек, пусть даже самый талантливый, создавать что-либо гармоничное, если он об этом имеет весьма смутное представление. Редкие единицы людей с врожденными элементами аристократичности ума и души, к сожалению, по большому счету, особой погоды в обществе не делают. Особенно при нынешней чрезмерной амбициозности большинства людей. Когда мысль о том, что они ничуть не хуже всех прочих людей встает в роли непреодолимого барьера на пути к одухотворенности и мудрости, истинной созидательности и конструктивности, самодостаточности и зрелости. Не говоря уже о гармоничности личности в целом.

Действительно главное – это не то, чем занимается большинство. Это то, чем занимается истинная интеллектуальная и психологическая элита общества. К сожалению, в настоящее время. По большому счету, духовной элиты у нас нет. Есть только отдельные и особо редкие аристократы духа. Но они, к сожалению, не делают большой погоды в обществе в целом. Ибо, большие и истинные духовные ценности перестали быть модными и престижными. У большинства людей на них не хватает ни сил, ни времени. Ибо, им они представляются чем-то совершенно абстрактным, чисто теоретическим явлением жизни, имеющим весьма косвенное отношение к их насущным проблемам и интересам.

Процесс психологической и духовной деградации захватил и нынешнюю интеллигенцию, поэтому она не в состоянии выступать в роли истинного лидера. Ни в психологическом, ни в духовном плане. Лишь иногда и кое-где в интеллектуальном плане. Хотя, собственно, у интеллигенции никогда не было должного понимания своей миссии на Земле. Не было и должного чувства ответственности перед Высшими силами Вселенной. Как, впрочем, и перед обществом, и перед человечеством в целом. Об этом, в частности, писал еще классик философии Бердяев в начале 20 века.

Аристократы 19 века, воспитанные на лучших классических традициях, и сохранившие им верность и в начале 20 века, не смогли проявить должной социальной интуиции и проницательности. И эффективно предотвратить надвигающуюся революцию. Им, в силу определенного личного субъективного отношения к действительности, было трудно заподозрить то, что нет такой дрянности и мерзости, на которую не была бы способна толпа. Воодушевляемая деструктивными лидерами. Постижение больших глубин диалектики человеческого бытия на уровне общества в целом было, к сожалению, не принято даже у большинства аристократов. За что и они тоже очень серьезно поплатились. И об этом тоже писали классики философии и психологии. А с другой стороны, большинство простых людей никогда не было готово к адекватному восприятию большинства сложных вопросов философии бытия. И потому предостережения многих истинных аристократов, высказанных за многие годы до революции, остались без особого внимания у большей части российского общества.

И поэтому вопрос о понимании главного и второстепенного – это не только вопрос личной психологии отдельного человека. Это и важный момент в жизни всего общества. Да и человечества в целом. Это отчасти элемент высшей математики бытия. Освоить которую, к сожалению, дано мало кому.

Умение думать об интересах завтрашнего дня...  Данное свойство личности можно считать элементом мудрости. Хотя бы в силу того, что оно дано мало кому. Собственно, мало кто знает такого рода формулировку (как и многие другие классические духовные ценности) даже чисто теоретически. Ибо, об этом почти никто и нигде нам не рассказывает. Кто до чего дошел сам, тот то и имеет. И не более того. В то время как, большинство людей, руководимых банальным рационализмом, стремится в максимальной степени отстоять свои интересы дня сегодняшнего. И совершенно не думает о своих интересах, условно говоря, дня завтрашнего. Нет, безусловно, многие думают и о завтрашнем дне, но преимущественно отдельно от дня сегодняшнего. Словно между ними нет четкой и жесткой связи психологического и духовного характера. Ибо, то, что мы сеем сегодня, всходит завтра. И если сегодня посеяли морковь, то завтра вырастет только морковь, а никак не баклажаны.

Это с одной стороны. А с другой стороны, многие второстепенные и даже третьестепенные ситуации в нашей жизни имеют определенную особенность влиять на достаточно серьезные ситуации в будущем. Так, например, если взрослый равнодушно относится к тому, что ребенок проявляет небрежность к посторонним и чужим людям, то, как бы это не было ему удобным в конкретный момент времени, он все равно в итоге проиграет. Его собственным интересам будет нанесен в будущем столь значительный ущерб, что прежняя сиюминутная выгода покажется ему предельно мизерной и ничтожной. Но дело уже будет исправить очень сложно. И чаще всего невозможно.

В общении с коллегой, соседом, приятелем или другом мы позволили себе сознательную небрежность во второстепенном вопросе. Исходя из своей лени ума и души. В последующем, как правило, возникает ситуация, когда благополучие наших интересов, в каком–либо серьезном вопросе будет зависеть в той или иной степени от этого человека. И он, помня нашу небрежность, скорее всего, отнесется к нашим интересам соответствующим образом, аналогичным нашему собственному в недавнем или далеком прошлом. А если бы мы повели себя в прежней ситуации, мягко говоря, более адекватно, то наши нынешние интересы могли бы от этого только выиграть. Вот это пример заботы об интересах завтрашнего дня.

Логика сохраняет свою высокую актуальность и в отношениях человека с самим собой. Периодически возникает в жизни каждого человека ситуации, когда требуется проявить конкретную силу воли. Это применительно к второстепенным вопросам. А нам бывает просто лень. В результате в будущем возникает ситуация, когда сила воли понадобится уже в каком-либо серьезном вопросе, но наша сила воли в тот момент будет находиться в расслабленном состоянии и просто-напросто не сможет дать адекватную реакцию на новую ситуацию. В связи с чем, дело особенной важности и ценности потерпит большую неудачу.

Создав тем самым повод для большого чувства недовольства и собой, и своей жизнью. Одновременно лишив человека возможности ощущать большое чувство собственного внутреннего удовлетворения собой и своей жизнью. Будет упущена очередная и большая возможность удовлетворить свою потребность в чувстве собственной значимости. А это реальный повод для возникновения существенного и продолжительного чувство душевного дискомфорта. Которое, при регулярности возникновения такого рода ситуаций, может стать фоновым и постоянным.

Человек задумал большое и сложное дело. Нужно его начать воплощать в жизнь. Но в тот или иной конкретный день ему кажется, не совсем правильным начать заниматься этим делом. В другие дни могут появляться все новые и новые причины для откладывания нового дела на потом. В результате особенно важное и ценное дело может осуществиться с очень большим опозданием. В связи, с чем его реальная ценность может существенно уменьшиться.

Студент периодически не выполняет своего домашнего задания. Потом возникает день контрольной работы или теста. И работа будет написана, как правило, значительно хуже, чем этот человек мог бы написать, в силу своего интеллекта и прочих определённых способностей.

Человек выбирает для себя для решения только простые и очень простые жизненные задачи. До поры, до времени это сходит ему с рук. Но рано или поздно возникает действительно сложная проблема, а у него нет практического опыта по решению таких сложных проблем. В итоге ее решение, скорее всего, будет неудачным. И интересы такого человека не только не выиграют, но еще и очень мощно проиграют. Поэтому наиболее оптимальным вариантом представляется ситуация, когда человек вполне сознательно жертвует своими интересами дня сегодняшнего ради сохранения и укрепления своих интересов дня завтрашнего.

На жизненном пути человеку встречается другой человек, способный быть действительно хорошим и надежным другом. Но в тот конкретный момент времени первому что–то второстепенное мешает построить свое общение с новым знакомым достаточно полноценным образом. В связи, с чем возможность возникновения более теплых и более близких отношений упускается. И чаще всего, навсегда. А когда возникает особенно сложная ситуация в жизни нашего «умника», то выясняется, что большинство людей, которых он считал своими истинными и большими друзьями, на самом деле, не пожелали выполнять роль таковых. И в итоге человек остался у разбитого корыта с большим душевным дискомфортом в придачу.

На пути каждого человека изредка встречаются люди с конкретным уровнем мудрости. Способные в значительной степени оптимизировать жизнь подавляющего большинства людей в очень существенной степени. Но неумение и нежелание думать о своих интересах дня завтрашнего приводит к тому, что почти все не изъявляют особенного желания подружиться с таким человеком. И теряют его как потенциального своего наставника. В результате имеет место быть множество проблем и неприятностей, и даже драм и трагедий.

Кто–либо из нашего окружения высказал мысль, которая показалась нам сомнительной. И мы считаем своим долгом устроить по этому поводу большую дискуссию. И устраиваем ее, тем самым, возможно, наносим укол самолюбию другого человека. В последующем, когда возникает необходимость обсуждения какого–либо серьезного вопроса, этот человек, скорее всего, уклонится от разговора. И мы потеряем возможность получить компетентное и доброжелательное мнение со стороны о чем–либо особенно важном и ценном для нас. Интеллигент это знает, понимает и учитывает практически.

Инициативность бывает интеллектуальная и психологическая, духовная и эстетическая. Инициативность – это сознательное и целенаправленное стремление человека сделать что-то новое, приятное, полезное, необходимое, интересное на хорошем качественном уровне. Когда речь идёт о достойном человека, интеллигенте, то это еще и стремление взять на себя дополнительную существенную ответственность в том или ином важном и ценном вопросе (или группе вопросов). Но ценном не с точки зрения личного эгоизма, а с точки зрения классических духовных ценностей. Инициативность может касаться сохранения и укрепления своих личных интересов (желательно не в ущерб интересам других людей) или интересов других людей. Есть вариант заботы о совместных интересах.

Инициативность может быть, условно говоря, сиюминутной. А может быть и постоянной. Что особенно ценно. Ибо, это большая и сложная работа ума и души. Иногда еще духа и тела. Инициативность часто заключается в создании какой-либо новой идеи. Или принципиально новой, или придающей новый оттенок чему-либо уже известному. У обычных людей инициативность может касаться преимущественно простых и привычных моментов жизни. У интеллигента инициативность носит уже вполне осмысленный характер. Предполагающий определенный качественный уровень с интеллектуальной точки зрения, с точки зрения психологической зрелости. В оптимальном варианте еще и элемент конкретной одухотворенности. Конечно, и интеллигенту приходится заниматься многими вопросами житейской прозы жизни. Но не на них он делает главный акцент, а на особенно важных и ценных моментах жизни.

Инициативность аристократа предполагает хороший уровень чувства долга и ответственности, осмысленности того, что предполагается сделать и того, как это сделать. Инициативность умного человека исходит из адекватной оценки способностей и возможностей других людей. Иначе говоря, человеку со средним уровнем интеллекта не ставится задача, требующая проявление высокого интеллекта. Аналогичная ситуация и применительно к остальным фундаментальным параметрам личности: мудрости, одухотворенности, зрелости, гармоничности, конструктивности, созидательности, одаренности, степени сложности и изощренности личности, уровню многогранности, утонченности и изящности ума и души.

Интеллигент обычно достаточно объективно оценивает и свои собственные способности и возможности. И не стремится начинать большие и сложные дела в той сфере деятельности, к которой у него нет особых склонностей и способностей, больших знаний и навыков. Другой вопрос что, если возникает реальная жизненная необходимость в каком-то новом деле, то интеллигент прикладывает все свои силы для максимально добросовестного и планирования, и подготовки, и воплощения в жизнь необходимого дела. Интеллигент, как правило, имеет личных экспертов и авторитетов из своей аристократической среды. Или просто мудрого человека, имеющего определенный комплект элементов духовной аристократичности.
Инициативность интеллигента по своей сути достаточно умна и добродетельна. Она не требует формальной экспертизы в принципиальной своей состоятельности и приличия.

Эффективность и полноценность житейской, профессиональной, творческой деятельности в значительной степени зависит от того, какими категориями способен мыслить конкретный человек. Имеются следующие категории сложности житейских явлений: простая, средней степени сложности, сложная, очень сложная. Есть, конечно, еще и упрощенная, но, в данном случае, она погоды не делает. Поэтому мы не будем на ней делать особый акцент. Категории сложности имеют отношение к основным четырем сферам жизнедеятельности: интеллектуальной и психологической, духовной и эстетической. Существенную роль играет и менталитет конкретного человека – обычный или интеллигентный.

Если рассматривать ситуацию с точки зрения творческого начала. О первом типе менталитета – деструктивном в данной работе мы говорить не будем, так как, это очень большая и сложная тема. И для ее адекватного и полноценного освещения предполагается отдельная работа.
Человек, привыкший мыслить только простыми категориями, лишь иногда способен оперировать понятиями средней степени сложности. И почти полностью бессилен относительно понятий сложных. И не догадывается о существовании очень сложных понятий и явлений жизни.

Человек, способный мыслить понятиями средней степени сложности, лишь иногда способен быть относительно полноценным в своей активности применительно к сложным понятиям. Причем, как в восприятии, так и в их самостоятельном синтезе – практическом воплощении на хорошем качественном уровне. И именно на таком уровне, ибо, что попало и как попало делать умеют абсолютно все.

Особая группа людей (очень немногочисленная, к сожалению) умеет оперировать понятиями высокой степени сложности. Это, как правило, гении и истинные аристократы ума и души, в редчайших случаях – духа.

Есть большое разделение людей и по типу сложности личности: примитивный, упрощенный, простой, средней степени сложности, сложный, очень сложный. И взаимодействие даже людей, относящихся к близко расположенным типам личности, идет нередко с вполне определенным проблемным моментом. А общение между типами, находящимися через одну ступеньку на лестнице иерархии сложности личности вообще малопродуктивно. И, по большому счету, мало целесообразно. Это только в редких, отдельных случаях, когда человек осознает свою принципиальную несостоятельность и неполноценность по жизни вообще и по сравнению с принципиально более совершенным человеком, он имеет шанс получить от второго какую-то конкретную пользу для своей личности, работы, жизни, творчества. Но это есть исключение из правила. Ибо, развитая самокритичность – это удел только достаточно зрелых и гармоничных личностей. К которым большинство, по мнению классиков психологии и философии, к сожалению не относится.

Вообще критерии сложности, с житейской точки зрения, весьма распространенной среди большинства людей и критерии сложности, с точки зрения истинных духовных ценностей, – это совершенно различные системы координат. Не имеющие друг с другом, по большому счету, ничего общего.

Степень совершенности и гармоничности творчества того или иного конкретного человека зависит от того, какими понятиями он способен оперировать. Общество и государство не может ждать от простого человека адекватной оценки жизненного явления с элементами высокой степени сложности. Это нелогично, неправильно, вредно и опасно. Классический интеллигент, как правило, относится, как минимум, к личности средней степени сложности. И поэтому имеет высокую вероятность того, что может оперировать понятиями средней степени сложности (с житейской точки зрения это высокая степень сложности).

Конечно, умение мыслить даже категориями средней степени сложности, состоит из целого ряда редких факторов. Во-первых, это творческое мышление (пять процентов людей). Во-вторых, это задатки интеллекта существенно выше среднего (десять процентов людей). Не последнюю роль играет степень реальной одухотворенности человека. Большой вклад делает психологическая и философская эрудиция. Не говоря уже о существовании процессов самовоспитания и самосовершенствования. Постоянных и интенсивных, добросовестных и многогранных. Умение не возникает одномоментно.

Его необходимо длительно сознательно и целенаправленно развивать. Постепенно повышая уровень сложности анализируемых понятий и явлений. Проводя бесконечную череду наблюдений и исследований, импровизированных и запланированных экспериментов. И регулярно систематизируя полученные данные. Интенсивно изучая опыт постижения истины известными и знаменитыми людьми. В настоящем и прошлом.