Легкомыслие

   Амалия Ивановна откусывала нитки, надшивая подворотничок своему мужу для парадной формы. Близился праздник 7 ноября, её генерал должен быть при полном параде на торжественной части перед Центральной площадью города. Она нервничала, злилась, что не могла уже целый час донести свои светлые, как ей казалось, мысли до этой девчонки, сидящей напротив в скверном настроении. Накрашенные ресницы Беллы чуть подрагивали, она закусив губы, смотрела на Амалию гневно и грозно, но молчала, слушая её отповедь:
- Белла, девочка, я не хочу тебе читать мораль, но... дай мне понять!.. Что у вас приключилось с Лёнчиком? Он ведь нормальный парень, и ты за него пошла по любви. Или я чего-то не знаю? Но ты молчишь в который раз, не объясняешь нам ничего, мы все волнуемся. Ведь Лёник нам не чужой, он родной племянник моего мужа... Ведь тебя раньше не смущало родство с генералом Рябинкиным. А теперь, что произошло? Почему вы так отдалились?
- Отдалились?! С чего вы взяли? - Белла сверкнула глазами, верхнее веко её нервно задёргалось. - Если мы перестали ходить куда-то вместе, это не повод думать, что мы уже чужие, просто наступило временное охлаждение, вот и всё!
- Со стороны оно всегда виднее, Беллочка. Ведь у него никого кроме нас нет. Отец, брат мужа, погиб на войне, мама его рано умерла, мы взяли парнишку на воспитание, как единственного сына Данилкиного... Он рос с нашими девочками вместе, потом на тебе женился и мы радовались... Да, радовались ещё и потому, что ты из хорошей семьи. Твоя сестра, Тамара Логинова, тебя тоже одна воспитала. Теперь она замужем за хорошим человеком, счастлива... Я понимаю, что с Вадиком у тебя некоторое недопонимание, но его не всякий сможет понять, это я тебе уже по родственному говорю, но тут-то?
- Я просто не хочу врать ни себе ни вам, - наконец развернувшись к Амалии лицом, проговорила Белла. - Мне стал противен его приторно-сладкий голос, все эти разговоры о шмотках, о том, где надо купить, что надо достать из дефицитного... Он стал невыносим! Когда на службе, он становится совсем другим человеком: отрытым рассудительным, а как домой приходит, то... Не хочу сейчас об этом. Ведь только ему стоит снять свою милицейскую форму, как он превращается в полного своего антипода. Я не понимаю его двуличия. Имею право или нет, на собственное мнение о своём муже? - она снова сверкнула глазами, строго взглянув на родственницу.
  Амалия в который уже раз покачала головой, неодобрительно оглядывая сноху.
- Девочка, но он же для тебя старается! Погляди, как ты одета с иголочки, одни обновки!.. Всё, что модное появляется на прилавках, всё твоим становится... Это как?! Тебе двадцать два, ты только окончила мединститут, проходишь практику у лучших врачей области. Я понимаю, тебе помогли устроиться, Аркадий помог, муж твоей сестры, он не последний человек в УВД Ростовской области. Но ведь тебя послушать, выходит, ты всем в жизни недовольна, и повод просто ничтожный - сладкий голос супруга! Курам на смех такой повод!.. Не пьёт, не гуляет, не дерётесь - что ещё-то нужно? Аркадий просил с тобой поговорить, а я ему сегодня отвечу на это, что с жиру ты бесишься, вот что! И не смотри на меня так, касатка, не смотри, не надо!.. Я тоже умею глазами-то сверкануть!
  Статная, черноглазая Белла, кисло улыбнулась, поднялась со стула, поправила воротник своей модной куртки, которую так и не сняла во время разговора, и на последок заявила:
- Я не ругаться к вам пришла, просто сказать, чтобы потом не удивлялись - мы вместе жить не будем, ни к чему все эти увещевания. Попробуем ещё раз вместе к вам прийти на праздник, посидеть тут с вами по-семейному, может быть и получиться что-то после двух лет брака.
- Вот именно, двух лет! - в сердцах выкрикнула Амалия Ивановна. - Вы ещё не притёрлись, не поняли как следует друг друга, а уже разбежаться собрались.
- Я два года терпела, привыкала, думала, что люблю... А теперь правды хочу, ведь этот брак вы мне сами навязали, просто не хотите в том признаться. Как и Вадиму, свою дочку... Простите, но это так! Только он доволен, кажется таким раскладом, а я, когда поняла, что всё это для репутации сделано, противно стало!.. Нет, я не виню сестру, ей хотелось как лучше, тем более, что Аркадий знает вашего мужа по работе. Почему бы и не породниться?!
- Ты говоришь жестокие вещи, - Амалия отложила своё шитьё. - Ведь Лёнчик не сделал тебе ничего плохого!
- Но и хорошего тоже!.. Всё, хватит этих споров и семейных дрязг, я покоя хочу, тишины!.. Понимаете?! - Белла выскочила в коридор, хлопнула входной дверью и не попрощавшись с родственницей, выбежала на лестничную площадку.
  В голове был рой нехороших мыслей, она чувствовала себя отступницей, но ничего поделать с собой не могла, ей надоела однообразная жизнь в четырёх стенах. Она заслуживала большего, чем домашнее сидение по выходным, ожидание мужа с дежурства, его вымученная улыбка, его слащавое лицо...

  Почему её так бесила внешность мужа, Белла не могла себе объяснить. Видимо, никогда не были они родными людьми. Тогда зачем она дала согласие два года назад, когда Лёнчик к ней посватался? Он сделал всё по честному: пришёл к Логиновым со своей приёмной мамой, Амалией Ивановной. Он давно жил отдельно от Рябинкиных, в своей квартире, ему было двадцать пять, ей двадцать. Он служил в милиции, был лейтенантом, вполне успешно проходил свою службу, любил дело, которым занимался. Сестра Тамара отреагировала на  приход Рябинкиных вполне своеобразно, она сказала, что не может дать согласие на брак младшей сестры, без одобрения мужа, Аркадия. Она ничего не решала без него, Тамара продолжала жить традициями своей родины. Когда они с Аркадием познакомились в Ашхабаде десять лет назад, куда его отправили на практику после юридического техникума, а она приехала туда же из Душанбе по делам своей службы, то сразу дала ему понять, что полностью придерживается национальных правил своей родины Таджикистана. Он принял её условия. И вот теперь - она послушная жена, они вместе воспитывали Беллу, привезли её в Ростов ещё девчонкой, вместе несли за неё ответственность, были ей вторыми родителями, а теперь должны вместе устроить её личную жизнь. Да, её не спросили, когда решали с Рябинкиными условия брака, но дали возможность выбора. И она выбрала семейное спокойствие и благополучие, приняла заботу своей сестры, её желание быть ближе к генеральскому клану. Это было хорошо, ей было вольготно думать, что она будет такой же успешной, как дочки Рябинкина, старшая из которых была замужем за приморским чиновником. Младшей было только восемнадцать, удачное замужество ей не светило из-за её врождённого дефекта - девочка родилась без правой руки, но была хороша собой, и возможно, её фамилия будет той доминантой, на которую клюют молодые люди, типа первого зятя Вадима Пискунова. Но какое это отношение имеет к ней, Белла не могла до конца понять?
  Она ждала вечера, когда придёт с работы Тамара, пришла на квартиру к Логиновым, с целью остаться у них на всю ночь. Домой она идти не хотела, ей сегодня особенно было некстати видеть своего "слащавого" мужа. Всё очень просто - она не могла забыть встречу в прошлый выходной, когда в кафе на окраине города она вместе с одноклассниками была на дне рождения у подруги. Та пришла со своим молодым человеком, другом которого был Тимур Мамлеев. Парень вызывающе сел напротив Беллы, ошпарил её своими пронзительными глазищами и... промолчал весь вечер. Так же молча пошёл её провожать по тёмным улицам под высокими дорожными фонарями. Она протянула ему на прощание свою ладонь... и вот теперь всю неделю думала и вспоминала только эту встречу. Легкомысленно? Да! Безрассудно? Да!.. Но логика тут не работала, сделать с собой Белла ничего не могла. От того ей казалась сейчас добрая улыбка мужа слишком нелепой, неуместной, раздражающей... Это началось ещё давно, правильно Амалия Ивановна это заметила своим женским чутьём, а теперь только усугубилось после встречи в кафе неделю назад. А если бы той встречи не было? То случилось бы что-то другое, что толкнуло бы их семейную лодку на губительные рифы. Белла села у окна, она ждала Тамару...

  Тимур напротив, не хотел ковыряться в своих мыслях и чувствах, его всё устраивало. Он любил своё дело - заниматься антиквариатом, выискивать в архивах и старых книгах артифакты о драгоценностях и драгоценных металлах. Он был по натуре игрок, и жизнь подкидывала ему каждый раз интересные расклады и козыри в копилку его приключений. То, чем он занимался сейчас было незаконным, даже преступным, но ему казалось, что это лишь очередная игра. Его приятель Денис Шкворин свёл его несколько месяцев назад с нужным человеком. Тот ездил в далёкие экспедиции на Урал и Западную Сибирь на прииски привозил оттуда золотой песок, нелегально вывезенный, попросту украденный. Как ему это удавалось, об этом не знал никто, кроме его самого, этого черноглазого человека, связанного невидимыми нитями с "сильными мира сего" и ничего на свете не боящегося. А Тимуру привалило внезапное счастье, ему предложили выгодное сотрудничество, в своей мини-лаборатории на дому, в которой он обрабатывал для музеев старинный антиквариат, реставрируя его и добавляя блеска в потускневшую огранку, ему предложили выплавлять из золотого песка небольшие слитки, отправляя из потом ювелиру для окончательной обработки, превращению их в модные украшения. Ах, как это было заманчиво! Тимур порхал от счастья быть нужным и получать за это сверхприбыль помимо своей, как ему казалось, недостойной зарплаты.
  Он целую неделю ожидал "гостей" по общим делам, и они пришли... Шкворин прошёл первым, ведя за собой черноглазого золотоискателя по имени Фархад. Тот сел в сторонке, поглядывая на Тимура с некоторой настороженностью, а Денис напротив, принял развязную позу и начал диалог с приятелем:
- Мы тебя не случайно пригласили тогда в кафе... Помнишь, большеглазую девчонку Беллу? Тебя просли к ней приглядеться и взять на заметку. Общение с ней поможет избежать многих неприятных моментов.
- Каких, например? - поднял удивлённые глаза на приятеля Тимур.
- Она родная сестра жены Аркадия Логинова, майора милиции, который работает в первом отделе уголовного розыска. Там связи идут, аж до самой Москвы. Так что, приглядись к девочке повнимательнее!..
- А что мне её связи?
- Дурень!.. Нашу ювелирную сеть начали трясти после последней проверки, за неё шибко взялся именно Логинов, не устраивает его документация, что была предъявлена на комиссию. Видимо, что-то углядел незаконного, - Денис бросил беглый взгляд на молчавшего Фархада. - Директору всей сети несладко придётся, ежели что!.. Ну, ты понимаешь?! Ведь эти цацки, что изготовляют из левого песка, реализуют именно через эту сеть, где родственник его командует и всё оформляет, как надо, - Шкворин снова кивнул на Фархада. - Усёк теперь, зачем нужно такое знакомство?
- Она любимая сестрёнка, я полагаю, - усмехнулся Тимур. - Логинов над ней трясётся, и если сильно припрёт, то может отказаться от своих претензий... Так?
- Ты правильно понял...
- А не слишком ли это грубо? Правила такой игры могут быть навязаны, но не факт, что игрок на той стороне, их примет... К тому же, она замужем.
- Это пусть тебя не волнует. Мы бы не предложили такой опасный ход, если бы не знали наверняка её отношение к мужу, а оно весьма прохладное. Её подруга рассказала, у кого вы на дне рождения были, что Белла ей плакалась в жилетку о том, какая она со своим Лёнчиком несчастная. Так что, бери все бразды управления в свои руки. Ты, похоже, ей понравился! - Денис хлопнул Тимура по плечу, настраивая на романтически лад. - Она сейчас от обиды и своего несчастного положения бросится на тебя со всей душой, а главное, телом!
  Приятель ехидно рассмеялся, а у Тимура возникло желание набить ему морду за самоуверенность и наглость. К этой девушке он ничего не испытывал, он уже забыл её имя, и как провожал случайно до дома после того вечера, но теперь... Ему требовалось снова вспомнить её лицо, такое красивое, ухоженное лицо! Ещё была возможность отказаться от этого нелепого манёвра, или нет? Уже не было такой возможности, ему не оставили выбора на собственный голос ещё тогда, когда он добровольно согласился работать на эту золотую компанию. После ухода "гостей", Тимур заперся у себя в рабочем кабинете-мастерской, чтобы как следует поразмыслить о сути всей этой романтической затеи. Было неприятно участвовать в таком, как будто самого себя продаёшь на торгах в дешёвую бордель, но... уже продался! А она ничего, девушка красивая, утешал себя парень. Ему льстило то, что она обратила на него своё внимание, сидя там в кафе, за одним с ним столиком, он ощутил её томный взгляд, мимолётные пожимания плечами, суету рук, когда она нервно поглаживала складки своей одежды. Должно быть она хороша во всём, и не только в момент знакомства. Надо проверить!.. Если просят, значит надо с ней сойтись поближе, встретиться "случайно" где-нибудь, чтобы его нарочитые порывы были не заметны для неё. И всё же ему этого не хотелось, он был не готов к серьёзным отношениям, к тому же слишком ценил свою личную свободу.
- Но, ведь я её уже потерял, свою свободу потерял... когда согласился работать с этими делягами. А что меня толкнуло, интерес?!.. Конечно, так интересней жить, а не прозябать. И если прозябать на копейки, к чёрту такая свобода! - говорил он про себя, но всё же тут стоило о многом поразмыслить.

  ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.