Соло

      Петербург радовал прекрасными видами А***набережной и вечерними пробками: сидишь, слушаешь сумеречный блюз и пялишься в окно. А ведь куда-то надо, жалко времени, потраченного на стояние в пробках, но сидишь и слушаешь. В какой-то момент в сером пейзаже проскочила ярко-осенняя фигура на набережной, какая-то нелепая, грустная и болезненно одинокая. Показалось, наверное. Но нет, вот в зеркале заднего вида показалась рыжая головка, такой же рыжий аляпистый шарф, опущенные плечи под голубой курткой... Почему-то резко перестроился в правый ряд, начал искать парковку и в голове стучала мысль: мне туда надо, пусть дождётся!!! Что будет, если фигура на набережной дождется, было не понятно и даже не имело значения, лишь бы не показалось.... Парковка нашлась быстро, в цветочном долго стоял перед витриной и вдруг купил подсолнухи, большие и круглые, рыжие и безумно тёплые... Вот такой порыв. Странный и не понятный. Вот 7-ми летний коньяк и горький шоколад понятный порыв, а подсолнухи нет.
Она всё так же сидела на булыжниках набережной, с опущенными плечами, со слегка припухшими от слез глазами. Рядом стояла бутылка текилы, прикрытая небольшим рюкзачком, маленькая солонка, криво порезанный лайм и какой-то сыр с благородной плесенью. И да, стаканчик в подстаканнике, как в поезде, только поменьше и без дорожной романтики.
-Текила же напиток лета,- сказал первое, что пришло в голову и протянул подсолнухи. На него снизу посмотрели зелёные глаза... Ух, сердце на миг перестало биться: почему такие грустные??? Эта грусть и безнадёга прошибала насквозь.
-Мы же взрослые люди и можем устраивать лето в любое время, за деньги можно всё: море или текила, или и то и другое,- она подвинулась на свежекупленном в фикспрайсе пледе, кивком головы приглашая присесть и достала из рюкзачка второй стакан. В подстаканнике. Сел, подсолнухи мешали, неуклюже подтянул длинные ноги, наполнил стаканы, уставился в эти зелёные глаза с немым вопросом "за что пьем? ".
Зелёные глаза застыли на секунду: а давай за нас, не чокаясь??....
Соль, лайм между большим и указательным пальцами, глоток, и тепло с кислинкой прокатилось по гортани и весело бухнулось в пустой желудок.
-А ты чего тут? Что-то случилось?? - какие глупые вопросы, ну хорошо же сидели?
Плечи по;жились под лёгкой курткой:
-Да день рождения случился..
-Поздравляю...
- Три недели назад, - грустная улыбка по губам.
-О как... -блин, и как теперь? Пожелать здоровья, счастья, расти большой, не быть лапшой? Да и так не мелкая выросла. Да уж. Уж да. Но дело не в дне рождения, тут что-то другое.
Зелёные глаза бесстыже впились в высокий лоб собеседника, словно пытаясь прочитать мысли. Почувствовав этот взгляд, торопливо обновил стаканы, протянул навстречу тонким пальцам, и замер, сейчас разговор продолжит по своим правилам она...
-Понедельник, вечер, набережная и текила, ах, коньяк... А с тобой что не так? - какие глаза любопытные стали, тоже мне, Блок рукоделкин. И вдруг, вот ни с чего, захотелось честно рассказать как всё достало, как устал искать себя, своё место под солнцем, достали пробки, коллеги-прокрастинаторы и начальник-самодур (про начальника не стоит, ты ж сам и есть этот начальник). А ещё рассказать, как хочется собаку... Вначале не разрешали родители, потом комендант общаги, потом жена, теперь работа, а хочется, хочется клубочек с мокрым носом, который вырастет в большого, доброго пса, с которым поговорить можно, на рыбалку или по грибы, который ждёт, тычет носом в лицо, а когда совсем грустно, кладёт морду и лапу на колени и смотрит снизу вверх... Черт, как она посмотрела, когда он подошёл... Снизу вверх... С пониманием и готовностью слышать и слушать.
Всегда говорят, что лучшие психологи- это случайные собеседники, попутчики, случайные собутыльники, люди, которых ты, возможно, видишь первый и последний раз. Им рассказываешь всё, даже то, что никогда и никому не расскажешь, даже под пытками. Вот и сейчас разговор получался лёгкий, не надо вымучивать из себя, подбирать слова, колкие комментарии, правильные вопросы. Бакланы и чайки бессовестно вышагивали поблизости или переминались своими перепончатыми лапами, в надежде урвать что-то с "праздничного" стола или оторвать лепестки подсолнухов, которые перекочевали на колени три-недели-назад-тому "новорождённой", а она прятала улыбку в букет и видно было только глаза.. Как-то незаметно закончилась текила и почти без сомнений и без споров уже коньяк грелся в ладонях.
- Ты знаешь, я всегда думал, что любовь-она на всю жизнь, вот однолюб я, наверное... -из букета раздалось красноречивое Хмык- а получается, что после развода ну пострадал, пытался вернуть, загулял, а потом неожиданно отпустило, (очередное Хмык) , и как-то по-другому всё стало. Не в сером цвете, а в других каких-то.. У нас тренинг был на работе, и там говорили, что каждый человек это какой-то цвет на ассоциативном уровне. И когда ты думаешь о ком-то, то у тебя в мозгах сразу его цвет, аромат, что-то там ещё... В общем, она для меня была розовой, а стала, стала.. Цвета медузы... Видела медуз? - он чувствовал, что тараторит, нервничает, и ждал, что его не поймут, осудят..
-Медузы прозрачные, но тоже розовые или голубые... А ещё они жалят, но их жалко, когда выброшенные на песок или гальку.... А любовь, наверное, да... Или на всю жизнь, или на один сезон, не знаю...
-А давай у нас с тобой будет любовь на всю жизнь! -смело так предложил, но от чистого сердца, уверенно.
-У нас с тобой сегодня на всю жизнь, а завтра вторник, а там другая жизнь. Там нет текилы, лета нет. Головная боль, серые будни, странные люди.
-Не страннее нас... Слушай, оказывается это так просто стать счастливым хоть на немного, расслабиться, развеяться...
-Ага, пеплом по ветру... Хотя... Это ты со мной ещё в пешие прогулки не ходил, - тонкие пальцы достали сигарету, в сумерках чиркнула зажигалка, в зелёных глазах заплясали ч;ртики. Надо же, сколько времени сидела и не курила, а времени прошло достаточно, в Неве уже полоскались отражения фонарей, вода стала чёрной, но не пугающей, как обычно, а бархатной... Да, пора что-то решать с окончанием вечера: взять быка за рога и сразить её вопросом "К тебе, ко мне?" или вызвать трезвого водителя, отвезти её домой, взять номер и повторить, заодно проверить- это любовь на весь понедельник или на всю жизнь..
           Она назвала адрес, уютно свернулась на заднем сиденье и всю дорогу рассказывала о себе, как приехала в город дождей и гранита по большой и чистой любви, любви не случилось, но в городе так и осталась, как верила в любовь раз и на всю жизнь, как мечтала о собаке, но вместо этого у неё кошки, что любит Кронштадт и Выборг, а ещё Ваську с её легендами и ровными улицами...
Слишком быстро приехали, слишком быстро закрылась дверь и в темноте скрылся рыжий аляпистый шарф... А телефон??? А имя-то??
Водитель щелкнул поворотником, начал поворот и тихо сказал: Аня...
-Аня!? Почему Аня?
- Ну как вы слушали -то? - брови удивлённо взлетели под козырёк бейсболки- она ж раз пять сказала, Аня-ну ты лох, Аня, это фиаско... Эх....
Оставшуюся дорогу молчали, пошёл дождь, заработали щётки, смывая сегодняшний вечер и день...
Потом был вторник, и среда была, и пробки на А***набережной, но её там не было. Как не было в четверг и пятницу. Знал где можно припарковаться, шёл на то место, кормил бакланов и наглых чаек, а про понедельник напоминали несколько лепестков, застрявших между булыжниками.
           А в субботу поехал в приют для собак, долго ходил между вольеров, играл с щенками, но потом уставший присел на крыльцо. Уставший, но спокойный и почти счастливый. Смотрел как играет детвора, как взрослые собаки мудрыми глазами следят за порядком. И вдруг почувствовал на коленях вначале лапу, а потом тяжесть от морды. Снизу вверх смотрели из-под рыжих бровей зелёные грустные глаза.
В маленькой захламлённой конторке приюта он подписывал кипу бумаг на пса со странными зелёными глазами. Молоденькая девчонка рассказывала про ответственность, уход и ужасы совместной жизни:
- Вы поймите, он совсем молодой, подросток, года ещё нет, мать-бордер-колли, отец-мерзавец. Хозяйка его привела в клинику на эвтаназию из-за модельных туфель, разодранного дивана и луж в неположенном месте... Вы же так не сделаете?
- У меня нет модельных туфель, только кожаный диван, но он от бывшей жены и давно пора на помойку снести-взгляд вниз, где поставив лапы на кроссовок, прижавшись к ноге, сидел рыжий лохматый пес, и словно поняв, что речь идёт про него и какой-то диван, пожал плечами: ну бывааает, c'est la vie- как звать лопоухого?
Девочка покраснела, смешалась: Гарри... Гарри Мур... Он поёт... -и замолчала.
-Я знаю, что он поёт. А собаку так и назвали??
-Ну да, он любит блюз, гитару и саксофон. И он реально поёт... Вы знаете, если вдруг не справитесь, устанете, вы позвоните, мы заберём его. Только не выкидывайте на улицу, пожалуйста.
Долго он смотрел в эти беспокойные глаза, как эта девочка могла подумать, что он не справиться, как он может ещё раз предать собаку, доверчиво прижавшуюся к его ноге?
-Ну что, Подсолнух, (какой ты Гарри?) , поехали, нас ждут великие дела. -пёс встал, потянулся, встряхнулся и размахивая лохматым хвостом двинул на выход.
-Возьмите мой телефон, звоните, если что, и не забудьте про прививку через месяц.-девушка не выпускала кончик брезентового поводка из рук, смотрела на этого странного мужика, свалившегося не понятно откуда, забравшего одного из самых проблемных питомцев, ну да, притащившего корма и лекарства, но всё же...
-Всё будет хорошо, -он потянул поводок, Подсолнух стоял в пол-оборота у дверей и ждал, -у нас новая жизнь начинается, вот прям с этой субботы.
У машины немного засуетились, пёс никак не хотел залезать в багажное отделение, в конце концов уселся у пассажирской двери и начал скрести лапой. Ну что ж, воспитанием займёмся позже, сейчас только любовь и ласка (ах, какая ошибочка сразу, с порога). Угнездившись на сидении, пёс посмотрел вопросительно: погнали!? Чего стоим, кого ждём? Было видно, что ему не терпится покинуть это временное пристанище. Пока выезжали за территорию и приют ещё был виден в зеркала, Подсолнух сидел как каменный, не моргал даже, слился с местностью, а вдруг передумает этот мужик? или в приюте, что-то напутали и заставят вернуть в тесный вольер? Но нет, вот поворот, за окном замелькали деревья, в колонках заиграл Гарри Мур, уши приподнялись, по морде поплыла улыбка, голова сама запрокинулась и пёс запел, не завыл, хотя сразу стало понятно, что отец-мерзавец был потомком волков, ну в крайнем случае хаски там точно были, а именно запел, с выкриками, хрипотцой, попадая в ноты...
-Ну что, ты и не Подсолнух, ты Соло, тоска зелёная-повернулся к псу, тот сразу положил лапу на плечо, влажный холодный нос уткнулся в щеку, глаза вопрошали : ну как тебе? Слышал такое?) - хорошо, что соседей у нас нет, -усмехнулся, потрепал рыжую голову и вернулся к петляющей дороге. Соло, покрутившись, улёгся, положил лапу на ногу и сверху морду, слушал какая жизнь его ждёт и прикрыв глаза представлял всё это: грибы, рыбалки, неравный бой с кожаным диваном, а главное этого странного мужика рядом, который называет его Соло, и чешет за ушами.
          В зоомагазине Соло произвёл фурор: вначале девочка-консультант долго рассказывала про правильное питание, про содержание белков-жирков и углеводов в разных кормах, пёс шумно зевал и всем своим видом показывал, что лишнее это всё! Вот раньше (старшие собаки рассказывали) на мосле говяжьем варили кашу, костной муки туда, да масла подсолнечного, семечками пахнувшим, -вот тебе и все жирки-белки, а ты тут нам рассказываешь про шерсть блестящую, да зубы здоровые, ну-ну..
Хотелось в отдел с вкусняшками и игрушками, Соло ещё на входе заметил огромную резиновую утку и большой мяч, а вынужден сидеть и слушать про удивительные свойства брусники и юкки то ли Шрёдингера, то ли Шидигера, скукота. Потом его потащили в отдел с лежанками, долго выбирали, под размер, текстуру, удобство, разрешали валяться, оценивать... Шампуни, дешеддер, зубная щётка, кормушка, поилка, какая-то фигня для мытья лап, воск для носа, от которого хочется только чихать... Соло взвыл: хватит! Ещё пиво купи для собак и я при первой же возможности сделаю лапы от тебя! Дай мне утку и поехали к кожаному дивану! Соло, конечно, же никуда не собирался делать лапы, он уже верил, что всё будет хорошо и даже лучше. Что вот это уже любовь на всю жизнь и никуда от неё не деться.
А потом пошли отнюдь не серые будни. Всякое было: разбитые вазы, выкопанный и перекопанный чахлый фикус, сорванные гардины, расстройство желудка, драка с дворовым авторитетом, страх перед грумером, издевательства над хендлером, но Соло ждал выходные с огнём в глазах, ведь не смотря на погоду, они поедут в Выборг или Кронштадт, или на Васильевский остров, и будут бродить по дворам и тихим улочкам. Он чувствовал, что хозяин что-то или кого-то ищет, но как можно искать, если помнишь только тёплое ощущение в груди, имя и зелёные глаза? Соло не понимал, как искать тепло. Но верил, что оно найдётся, вот где-то на этих тихих улочках и найдётся. По будням они ездили на набережную, бросали машину в подворотне и гуляли от одного моста до другого, пока вечер не зажигался фонарями и день, как вся жизнь, не уходил за горизонт.
          Если любишь Петербург, то безусловно и безоговорочно, с толпой в метро и на Невском, с "ароматными" арками домов, принудительно-близкой жизнью колодцев и питерской погодой. Надо не так много времени, чтобы стать знатоком питерских дождей: вот дождик, вот дождище, летний, грибной; этот надолго, а этот так- попугать; дождинка, колючий дождь, ласковый, с градом, косой, прямой.... И хотя умные колонки могут прочитать получасовую лекцию, что в Питере осадки в виде дождя всего 120 дней в году, Питер и дождь- это почти синонимы. Соло обожал прогулки в дождь или после дождя, а вот его человек не очень. Можно же бегать и прыгать по лужам, как по небу. Найти лужу, в которой отражаются облака и с разбегу прыгнуть, поднимая брызги и заливаясь счастливым лаем. А вот человек не понимает всего удовольствия, идёт себе в своём дождевике, бурчит что-то с утра, видимо опять на работе срыв сроков или кофе в кофемашине закончился. Соло уже знал почти всё про офисную жизнь, даже был там несколько раз, интересненько, всё норовят погладить, посюсюкать, если побродить между столами, то можно найти печеньки, а в бухгалтерии и бутерброды с колбасой. Но как брутальный потомок волков, Соло это не приветствовал, шерсть потом воняла всякими шанелями, диорами, особенно его бесила бухгалтерша Диночка: её руки вечно были в каком-то "удивительном" креме, который должен был сохранить молодость её рук с кроваво-алыми острыми и длинющими когтями, а вместо этого оставлял пятна на отч;тах и удушливый, приторный аромат на шерсти пса. Соло перестал заходить в бухгалтерию и даже колбаса не прельщала, у него началась аллергия на Дину, её запах, а от слов "и кто это к нам пришеееееоооол?" его перед;ргивало, а к горлу подкатывал ком. Дина попала в один список с бывшей хозяйкой, дворником у Пятерочки, ненавидевшим всех и вся, и бультерьером из соседнего дома, который был из рядов диванных воинов.
            Соло привык к своему человеку и не любил, когда тот уходил за дверь на долгие 9 часов. Что он там делает, за дверью, когда дома скучает без него и его рассказов Соло? Как можно уходить так надолго? Пёс быстро навёл порядок в доме: кожаный диван оказался не таким уж бесполезным, несколько дизайнерских штрихов и вот оно- уютное гнездышко, фикус, благодаря заботе нового жильца, пересадили наконец-то в горшок нужного размера, да и шторы поменяли. Повсюду теперь яркими пятнами были разложены! игрушки, мячи, разбавляя скуку почти монохромного интерьера квартиры. Жизнь стала ярче, жить стало веселее.
Но вот поиски тепла и спонтанного лета как-то затянулись, однообразие вечерних прогулок наскучило и слушая в очередной раз воспоминания о том вечере, Соло обратил внимание на слово "такси", а ведь ехали не на такси же, а на трезвом водителей, он то уж должен что-то помнить, если у этого память отшибло. Уселся на булыжниках, уставился на хозяина и принялся сверлить его глазами: давай, вспоминай! Найди номер, позвони и узнай, где вы катались??? Но тот шёл, не замечая гипноза, пока поводок не натянулся и не пришлось обернуться, что бы проверить что случилось. Рыжий пёс постоянно напоминал о том вечере, когда его ещё даже в планах не было, даже в самых смелых. А были подсолнухи, текила и осколки лета на А***набережной. Был её тихий голос на заднем сидении его машины и он был не за рулём... А кто был? Водитель, трезвый! А значит что?? Значит, он должен помнить адрес! Осталось вспомнить дату и найти в списке вызовов номер, в списке за полтора месяца! Почти не реально, но возможно же... Он чувствовал себя начинающим Пуаро: открыл календарь, определился в правильном понедельнике, залез в список контактов, листал и не находил, пять раз пересмотрел, пока не наткнулся на номер набранный во вторник в первом часу ночи... Значит, любовь случилась не только на весь понедельник.
Соло набегавшись за чайками, сидел рядом, привычно поставив передние лапы на кроссовок и прижавшись к ноге, иногда закидывал голову с немым вопросом: Нашёл??
-Нашёл, Соло, нашёл. Как я раньше то не догадался?? Алло, алло!! Добрый вечер! Нет, услуги ваши не нужны, но нужна ваша помощь! Вы как-то нас подвозили! Помните?? Да, да, я тот самый тормоз!-он был согласен на всё, лишь бы парень вспомнил адрес! - вы помните где мы высадили девушку!? Думаете, адрес не тот? -разочарование растеклось по венам,-Но я попробую... Согласен, надо было сразу. Нет, имя помню. Спасибо вам, большое спасибо... -отбой на телефоне, взгляд вниз, Соло всё понимает. Что ж, найти в городе-миллионнике человека это ещё тот квест, но попытка не пытка, благо это не Парнас какой-то или Мурино, а обычный спальный район советской застройки, а это значит панельные пятиэтажки и зелёные дворы..
И начались поездки по новым местам, Соло быстро нашёл площадку, где тусили собачники, нашёл друзей-командоров и нажил врага в лице местного грифона, абсолютно невоспитанного, наглого и безумно громкого. Соло почему-то не любил мелких собак, не складывались у него отношения с мелочью, вот хоть убей. И каждый вечер Соло играл с друзьями, а его человек высматривал рыжий аляпистый шарф, площадка была в удачном месте на развилке автобусной остановки и можно было видеть пешеходов и машины, въезжающие во дворы...
-Давай, Соло, прощайся с друзьями, напрасно мы ждём. Наверное, и это не тот адрес, -ему хотелось сесть в машину, достать из бардачка текилу и засохший лайм и попрощаться наконец с летом. Он медленно попл;лся к машине, слушая шелест листьев и весёлые перепалки играющих собак. Сделав последний круг с командорами, Соло рванул за своим человеком, нельзя его сейчас расстраивать, и так вон сам не свой. Но вот тут вот по всем возможным и невозможным законам жанра боковым зрением Соло увидел желтоватое пятно и синюю куртку, на него прям волной накатило тепло. Он нёсся через всю поляну наперерез, разрывая спокойную атмосферу своим фирменным воем аля-Гарри Мур и только просил всех собачьих богов, что бы это была она. А это и была она, он сразу понял по глазам, зелёные и грустные. А он стоял посреди площадки, смотрел на своего пса, выплясывающего перед ней, и не мог сдвинуться с места. Понимание, что "нашлась" пришло не сразу, мотнув головой, проморгавшись, и поняв что аляпистый рыжий шарф не мираж, он, как и Соло минуту назад, сорвался с места.
-Мы не договорили в прошлый раз, - опять не с того начал...
-Ты завёл всё-таки себе пса?!- опять эти чертики в глазах.
-Скорее, он меня завёл, но это долгая история.- он стоял, как мальчишка, смущённый, покрасневший, нервно теребил поводок и не знал, что сказать.
Под рыжим шарфом, что-то зашевелилось, озябшие пальцы, удерживающие ворот куртки разжались, и под подбородком показалась маленькая рыжая голова с огромными ушами и зеленоватыми глазами. Маленький щенок чихуахуа. Соло встал на задние лапы, медленно приблизился, обнюхал, внезапно лизнул щенка, заставив того быстро спрятаться обратно, и вдруг понял, окончательно: лето будет! И любовь на всю жизнь и на весь понедельник.