Путь в бессмертие. памяти султана узденова

 

Врач должен быть благоразумным по своему нраву человеком, прекрасным, добрым и человеколюбивым.
                Гиппократ

21 мая 2023 года я позвонил в Карачаево-Черкесию своему другу Султану Узденову.

– Султан, здравствуй, как твои дела, как здоровье? – спросил я бодрым голосом.

Я знал, что он тяжело болен. С больным никоим образом нельзя говорить о его страданиях.

В обязательном порядке необходимо вселять в него веру во всё лучшее.

– Саша, здравствуй, – его голос был тих и бесцветен, слышалось, как ему тяжело говорить, в нём звучали муки страданий. – Позже сам тебе позвоню.

Мы расстались, а 26 мая смерть забрала его к себе.

Как-то австрийский психиатр и невропатолог Зигмунд Фрейд изрёк: «Цель всякой жизни есть смерть». Жестоко, очень жестоко, но от этого никуда не уйти. К великому несчастью, он прав.

1
С Султаном Борисовичем Узденовым я учился в далёкие семидесятые годы на морском факультете Военно-медицинской академии.

В Красное Село, где мы, абитуриенты, сдавали экзамены, он приехал в матросской форме в звании мичмана срочной службы.

И что ещё запомнилось – ленточки на его бескозырке доходили до поясницы.
Выглядел он потрясающе: высокий, статный, подтянутый красавец-карачаевец с полоской чёрных усиков над верхней губой.

Учились мы с ним в разных взводах и общались редко, как общаются дети в школе, не более. Ну а потом, мы были желторотые юнцы, вчерашние школьники, а Султан уже прошёл срочную службу на флоте, имел определённый опыт в жизни. Для нас он был почти недосягаемым.

Родился Султан Борисович в 1948 году в Южном Казахстане в посёлке Тоболино Сарыагашеского района Туркестанской области, куда в 1943 году депортировали с Кавказа весь карачаевский народ, в том числе и его родителей.

В 1957 году, когда маленький Султан учился в третьем классе, карачаевский народ реабилитировали, семья вернулась на родину и поселилась вначале в ауле Новая Джегута, а затем в ауле Старая Джегута Усть-Джегутинского района.

После окончания в 1968 году медицинского училища в Черкесске Узденов в военкомате сам попросился служить на флоте. Служил Султан во Владивостоке старшим фельдшером пограничного корабля.

За годы службы ему очень понравилось море с его просторами. Так, юноша, выросший в горах Кавказа, полюбил ласковое и клокочущее, нежное и грозное, бескрайнее, как вселенная, море. И он решил связать свою судьбу с ним.

Отслужив три года на флоте, он поступил на факультет подготовки врачей для военно-морского флота Военно-медицинской ордена Ленина Краснознамённой академии имени С.М. Кирова в городе-герое Ленинграде.

В 1976 году Султан женился на прекрасной девушке Зинаиде Джатдоевой – выпускнице Пятигорского института иностранных языков.

Она подарила ему двух замечательных детей: сына Рустама и дочь Лиляну, сопровождала мужа на всём его жизненном пути.

Закончив в 1977 году академию и получив лейтенантов, мы все разъехалась по флотам. Он вернулся на Тихоокеанский, а я поехал на Черноморский флот. В течение многих лет мы ничего не знали друг о друге и, естественно, никогда не встречались.

В штабе Тихоокеанского флота его направили начальником медицинской службы на атомную подводную лодку, на которой он с экипажем выполнял различные боевые задачи, осуществлял долгие походы к берегам Японии и многое-многое другое. Всё было в этих походах: и затопление, и пожар… Много приходилось оперировать на глубине.

В 1980 году капитана медицинской службы Узденова назначили на должность начальника военно-врачебной комиссии флота во Владивостоке. Здесь он прослужил два года. В 1987 году Султан Борисович стал заместителем начальника медицинской службы Тихоокеанского флота, в обязанности которого входит комплектование и содержание военно-морской медицинской службы в постоянной боевой готовности. И здесь Узденов был на высоте.

В 1989 году лично начальник медицинской службы Тихоокеанского флота генерал-майор Макаренко Борис Григорьевич рекомендовал направить Султана Борисовича во Вьетнам. И он с семьёй уехал туда, где в Камрани стал флагманским врачом эскадры и начальником медицинской службы гарнизона. В его подчинении были военно-морской госпиталь, санитарно-эпидемиологический отряд, шесть медицинских пунктов, которые обслуживали не только моряков, но и пилотажную группу «Витязь». Два года Султан прослужил в Социалистической Республике Вьетнам.

Когда в 1991 году Узденов вернулся во Владивосток, его назначили заместителем начальника главного госпиталя Тихоокеанского флота. С этой должности в 1997 году полковник медицинской службы Узденов Султан Борисович вышел на пенсию и вернулся в родную Карачаево-Черкесию, к себе на родину, где жил в городе-курорте Теберда, расположенном в долине реки Теберда и основанном ещё в 1868 году.

Командующий Тихоокеанским флотом вице-адмирал М.Г. Захаренко так охарактеризовал службу Султана Борисовича: «Полковник медицинской службы Тихоокеанского флота
Узденов работал в течение многих лет заместителем начальника Главного госпиталя Тихоокеанского флота. Он прошёл путь от начальника медицинской службы подводного крейсера до заместителя начальника Главного госпиталя флота. В своей службе отличался дисциплинированностью и исполнительностью, высоким профессионализмом. По характеру уравновешен, выдержан, честен и принципиален, чем заслужил авторитет и признание командования и товарищей. Имеет высокие профессиональные и личные качества офицера».

Однажды Узденова спросили, кто он по национальности, и Султан Борисович ответил так: «Я по национальности карачаевец, а по статусу – русский офицер!» Лучше и порядочнее не скажешь.

Но праздная жизнь не устраивала Султана. При всей своей кипучей энергии он не мог лежать на диване у телевизора.

Находясь на заслуженном отдыхе, он пошёл работать и заведовал поликлиникой головного сооружения «Водоканал» целых двадцать лет.

В начале двухтысячных всё было нормально, поликлиника выполняла свои функциональные обязанности в полном объёме. Но шли годы, менялись времена и порядки, на предприятие пришло новое современное руководство, для которых забота о здоровье работающих была чужда, приоритетными стали стяжательство и нажива, обогащение любыми способами. Начались повальные сокращения. В поликлинике сократили зубного врача, гинеколога, прекратилось финансирование. В лечебном учреждении не было никаких медикаментов.

И Султан Борисович на свои собственные средства покупал лекарства, и тем самым спас сотни жизней. Люди до сих пор благодарны ему за это и не верят, что их Доктора больше нет. Это истинный и неподдельный патриотизм, врождённое благородство, верность Присяге и священному долгу врача… Не это ли красит порядочного человека? Именно это и именуется подвигом!

2
Я, будучи на пенсии и активно занимаясь писательской деятельностью, заинтересовался моими однокашниками. Мой товарищ и одногруппник по Военно-медицинской академии Женя Ковлер, живущий в Израиле, дал мне телефон Узденова, и я ему позвонил.

Скажу честно, мы искренне обрадовались друг другу. И говорили, говорили, говорили, рассказывая о себе, вспоминая далёкую юность, делясь сегодняшними новостями. Я познакомил его со своим творчеством, которое ему, как он сказал, понравилось.

В 2018 году по состоянию здоровья он ушёл на пенсию. Болезнь прогрессировала. В декабре 2022 года в Москве ему сделали операцию, но… В мае 2023 года Султану Борисовичу стало совсем плохо.

К великому сожалению, жизнь не бывает вечной, и 26 мая его сердце перестало биться.

Больно и грустно…

Помним, любим, скорбим...

Царствие тебе небесное, дорогой наш друг и коллега. Ты всегда будешь жить в наших сердцах!

3
Здесь нельзя не сказать о супруге Султана Борисовича Зинаиде, которая всегда и везде, в радости и горе была рядом с мужем.

Зинаида Биляловна – замечательная женщина, учитель иностранного языка. У неё прирождённый талант педагога. Она справедлива, добра и в меру строга. Школьники боготворят свою Зинаиду Биляловну, своего Учителя и завуча. Она их друг и наставник! Сейчас Зинаида Биляловна на заслуженном отдыхе, но продолжает любить свою профессию, помогает школьникам овладевать немецким языком, консультирует коллег Зинаида Биляловна и Султан Борисович воспитали и своих замечательных детей: Лиляну и Рустама.

Лиляна закончила музыкальную школу по классу фортепиано, прекрасно рисует, даже делала роспись стен дома у друзей в Америке, в городе Санкт-Петербург. Живёт с семьёй в штате Флорида, работает в сфере медицины. У неё двое детей.

Рустам работает инженером-переводчиком в американской компании «Халлибертон», увлекается скалолазанием, парапланеризмом, мотоциклами. Женат, и у него тоже двое детей. Последние два месяца он неотлучно находился у постели отца, ухаживая за ним.

Лиляна прилетела на родину из Америки, когда отца уже не стало. Её горе было так велико, что наивные, но очень скорбные слова сами собой легли на бумагу и она написала это стихотворение.

Султану


Ещё стоит Эльбрус двуглавый,
Кавказ святой оберегая.
Ещё цветёт ирис кудрявый,
Пчелу нектаром соблазняя.

Дом, величавых дубов ряд,
Реки прозрачной взбита пена,
Но голос твой и тёплый взгляд
Не греют этих комнат стены.

Не хочешь чая и айрана,
Не улыбнёшься ей в ответ
На мамино: «А не прохладно?
Не вынести ль тебе мне плед?»

Своим дыханием ветер горный
Качнет легко качалку-кресло.
Ты трубку в нём курил задорно,
Здесь навсегда твоё лишь место.

Нет! Выправки твоей военной
И тени статной силуэты
Не потерялись во вселенной,
На грани сумерек и света.

Пройдут года, пройдут декады,
Но след твой будет греть сердца.
В твоих наследников плеядах
Твоим наградам нет конца.

Вот, собственно говоря, и всё то немногое, что я знаю о Султане и его семье.

***

Я позволю себе здесь рассказать один крошечный эпизод из огромной жизни Султана, который мне поведал Дима Шмаров, тоже мой одногруппник, поскольку биографические сведения всегда очень скупы. В них порой одна цифра отражает большущий период жизни человека.

Красот и прелестей на военной службе очень мало.

Нет, конечно, что Бога гневить, изредка судьба всё же улыбается им своей светлой и радостной улыбкой, но… это случается исключительно редко.

Как-то, ища в интернете информацию о военном флоте, я наткнулся на фразу, которая просто всколыхнула мою истощённую нервную систему своей гениальностью, искренностью и правдивостью. По всей видимости, её написал человек, сросшийся с военным флотом не только пуповиной, но и остальными частями своего истерзанного тела. Фамилии автора нет, и кто он, не знаю, но от этого изречение только усиливает силу его величия, поэтому приведу полностью.

«Самый понятливый народ – это мы, военные моряки. Нам, военным, объясняй-не объясняй – мы все равно сделаем по-своему!

Поэтому любые поползновения на свободу, выражающиеся провокационными вопросами: "Вам все понятно? Вы знаете, как надо это делать?" – мы всегда и без раздумий пресекаем, отвечая: "Конечно!" И непременно добавляем: "У матросов – нет вопросов!". При этом ни у кого: ни у того, кто спрашивает, ни у того, кто отвечает, нет сомнений в том, что всё равно всё будет сделано не так, как сказано, а скорее всего – в точности наоборот! Такой уж у нас, у военных моряков, несносный характер. Разумеется, у этого качества ест неоценимые преимущества. Так много дураков командует нами, что если бы мы с медицинской точностью выполняли их "гениальные" указания, флот давно бы уже умер, погребенный обломками их маразматических идей. Но мы выжили, несмотря ни на что, потому что всегда чётко говорили горе-командирам: "Есть!" – а делали все по-своему. Причем внешне сохраняя глубокую преданность глупому указанию. Ну а важен-то в конечном итоге результат. Главное, чтобы указание было выполнено точно и в установленные сроки. А уж как его выполнять, это твое дело. Конечно же не так, как это тебе объяснил твой "мудрый" командир. Ведь ты же не враг себе и у тебя нет намерений сломать себе голову или тронуться умом... Нет, здесь речь не идет, конечно, о боевой работе и даже боевой учебе. Боевая работа не терпит самодеятельности. Смеяться над этим – кощунство. Приказ есть приказ. Его не обсуждают, а выполняют».
История, которую я хочу рассказать, правдива, может только я в неё добавил чуточку светлых красок.

Это эпизод тогдашнего отношения высоких начальников к своим подчинённым, их равнодушии, чёрствости и бессердечности. И ответственности, преданности Присяге и высокой ответственности старшего лейтенанта Узденова.

Не берусь утверждать, но мне кажется, что сегодняшнее время более жестоко и бездушно, чем тогда. И тем не менее.

Может меняться общество, среда обитания, климат, а вот человечество, в основной его массе, давным-давно остановилось в своём эволюционном развитии.

Старшего лейтенанта Узденова с полуострова Камчатка перевели служить в столицу Приморского края – Владивосток.

Буквально через пару недель на его погонах должна была засиять ещё одна звёздочка, и он станет капитаном. Настроение приподнятое!

С ним приехала и его семья: беременная жена Зина и маленький сын. Куда иголочка, туда и ниточка, как говорят в народе.

Получив назначение, они поехали в посёлок Большой Камень, где и базировалась его новая лодка.

Погода стояла тёплая.

Оставив семью в сквере, Султан спустился в штаб доложить о своём прибытии. Пройдя КПП, он буквально нос к носу столкнулся с багровым, взмыленным и взъерошенным контр-адмиралом. Это был новый командир дивизии. Он стоял перед вытянувшимся в струнку капитаном 2 ранга и орал на него.

Я не буду описывать весь его содержательный диалог, но даже не обладая высокой степенью фантазии, можно догадаться, какие невероятные выражения и обороты в своей речи он использовал.

– Вы что-нибудь в этой жизни представляете или до сих пор в подгузниках ходите? У вас лодка через четыре часа выходит в море, а доктора нет! Пойдёте вместо него! Только не забудьте захватить с собой ведёрную клизму. Будете там всех сифонить скипидаром, чтоб жизнь раем не казалась! Даю вам час! Слышите, час! – рёв брани, отразившись от небес, накрыл всю бухту. С капитана 2 ранга градом катился пот, а на левой брючине образовалось мокрое пятно, – Чтоб этого доктора достали из-под земли! – он резко обернулся, чтобы идти к выходу и буквально столкнулся с Узденовым.

– Ты чьих будешь? – грозно спросил он Султана.

Султан вскинул руку к козырьку и представился, – Старший лейтенант Узденов! Прибыл к новому месту службы.

– Говоришь, прибыл? Молодец! Эту службу ты уже нашёл. Степанов, лично доставь его на борт!..

– Товарищ контр-адмирал, я только что прибыл во Владивосток. У меня жена с ребёнком в парке сидят, ждут меня. С жильём ещё не устроились, – голос старшего лейтенанта предательски дрогнул.

– С этим мы сейчас решим. Иди сюда, крикнул он проходящему вдалеке офицеру.

– Капитан 3 ранга Евдакименко, – представился он.

– И кто ты у нас?

– Пропагандист.

– Именно тебя я сейчас и искал. Всё равно ни хера в этой жизни не делаешь, прояви мужество и помоги этому офицеру, найди жильё для его жены и ребёнка. Он тебе всё сейчас сам расскажет, – и командир направился к выходу. У КПП он обернулся и крикнул, – Степанов, с тебя литр хорошего коньяка, это я тебе доктора нашёл.

Через тридцать пять минут Султан уже находился в прочном корпусе атомной подводной лодки, а через три с небольшим часа та вышла в море и, как оказалось, надолго.

Капитан 3 ранга Евдакименко, расценив приказание адмирала как полную свободу для своих деяний, с радостными чувствами вышел в посёлок. Его патриотический настрой вскоре поубавился, как только он оказался возле ресторана. Вязкая слюна заполнила рот.

– Загляну, – подумал он. – Ничего страшного, если приду минутой позже.

Он неторопливо заказал салат из помидор, отбивную, 200 грамм водки и с чистой совестью приступил к трапезе. Вдруг его кто-то похлопал сзади по плечу. Сердце предательски ёкнуло, не патруль ли… Он повернул голову и от изумления ахнул. Пред ним стояла очаровательная Лариса, работник культурно-методического центра Дома офицеров. У него с ней пять лет назад был бурный роман. Но он никак не соглашался на брак, и их отношения расстроились, она вышла замуж и куда-то исчезла. И вот…

– Вадик, как я давно тебя не видела, – она чарующе улыбнулась. – По какому поводу гуляешь?

– Мечтал тебя увидеть, вот и ждал. Даже за нашим столиком сижу, заметила?

Грёзы предстоящей взаимной любви и пары алкоголя напрочь стёрли его патриотический порыв, о котором он даже утром не вспомнил.

А что же Зина? Она, купив в ближайшем магазине бутылку лимонада, булочку, колбасы и конфет, тихо сидела в парке, а сын играл неподалёку на детской площадке. Тогда ещё не было мобильных телефонов, и оставалось только ждать и надеяться Время приближалось к вечеру, а мужа всё не было… Зина сидела и горько плакала. Подошла женщина.

– Дочка, ты чего плачешь, кто тебя обидел?

Зинаида, захлёбываясь в рыданиях, всё своё горе поведала незнакомой женщине.

– Успокойся, доченька, – женщина присела рядом с ней и обняла Зину. – Я тебе вот что скажу, а ты меня слушай и не перебивай. У военных, особенно у подводников, всё просто делается и далеко…

не корректно, что ли. Увидели молодого, незнакомого офицера, сунули в лодку, и она ушла куда-то в океан. Придёт, никуда не денется, не переживай. Пойдём со мной, у меня поживёшь, пока не вернётся твой благоверный, а я завтра всё-всё выясню и тебе доложу. Найдём твоего благоверного, не переживай.

Через три месяца подводная лодка ночью всплыла где-то в Тихом океане, встретилась с советским кораблём, получила свежие овощи, фрукты и долгожданную почту. Султан получил просто огромную пачку писем, и каждое из них начиналось с фразы: «Узденов, ты подлец! Ты меня бросил…».

Об этом нелицеприятном случае Зинаида Биляловна написала в газету «Красная Звезда». Но… кто накажет адмирала? Ведь он поступил в интересах сохранения боеготовности и боеспособности атомной подводной лодки. И его легонько пожурили. Пропагандисту объявили выговор, но очень быстро сняли, чтоб тот смог получить 13-й оклад. Было не принято проповедников нетленных идей марксизма-ленинизма наказывать и унижать. Не по-партийному это!..

А люди?.. Да что для них люди, расходный материал. Они на флот пришли не деньги получать, а родине служить!

Через пять месяцев лодка благополучно вернулась с боевой службы в базу. Зина встречала мужа с сыном и маленькой дочкой на руках. Султан был прощён. Семья переехала в новую квартиру, где вместе с ними поселились мир, счастье и любовь!

И сколько ещё подобных эпизодов у него было, но не сейчас о них, потом.
             
 24.06.23





ГИГИЕЯ


 
Чтобы исцелить страдание, нужно пережить его полностью.

 Марсель Пруст
 
Это мой первый рассказ после продолжительного заболевания, когда наступило просветление в голове, и заработала правая рука, – рассказ о благородстве, истинной и христианской святости женщины, вселившей в меня веру в чудо, давшей силы на исцеление, научившей ходить, верить и мыслить!

Приближался к завершению первый месяц зимы 2023 года. Всё шло своим обыденным чередом: день сменялся ночью, быт особо ничем не обременял, тихо работалось над новым сборником своих рассказов, готовилась к изданию новая, двенадцатая книга…
Как вдруг!..

Читатель, бойся этого безобидного слова вдруг, именно с него всё и случается в этой нашей жизни, буквально всё…

За окном беззвучно чернела предрассветная ночь, когда я проснулся, неспешно почитал в интернете свежие новости и, накрывшись тёплым одеялом, снова сладко уснул.

Пробудился утром с разрывающей головной болью. Артериальное давление зашкаливало. Жена сделала укол магнезии…

Попив кофе, я вышел на свежий воздух, а заодно и покормить своих кур.
Головная боль не проходила, было ощущение отрешённости и тупости.

Я набрал в миску зерна, пришёл в курятник и вдруг миска из правой руки неожиданно выпала, зерно, к великой радости курочек, рассыпалось.

Я ощущаю, что меня качает, но не придаю этому никакого значения.

Повторно насыпав птичкам зерна, я пошёл домой. Ноги сделались ватными и не хотели повиноваться, меня качало, головная боль сопровождалась головокружением и тошнотой, сознание было помутнено и не желало понимать реальности происходящего, ощущалась потеря ориентировки во времени и пространстве, речь стала заикающейся, стали заметны нарушении подвижности в правых конечностях.

Картина инсульта развивалось в классическом варианте.

Жена быстро отвезла меня в больницу, а там – санитарным транспортом отправили в областную больницу.

Многие моменты я не помню, а некоторые не хочется и вспоминать. Я был как обездвиженный овощ, не понимающий происходящего с тобой.

Четверо суток я был прикован к постели и не вставал с кровати, ноги совершенно не хотели слушаться и не держали тело.

На пятый день была первая попытка встать, голова кружилась, сильно шатало…
Начал передвигаться на «ходунках», придерживал себя, опираясь на стену.

После курса медикаментозного лечения в неврологии меня перевели в реабилитационное отделение.

Шаткость походки, головокружение и полное равнодушие к окружающему меня миру… вот то, что я из себя представлял.

В зале лечебной физкультуры ко мне подошла маленькая хрупкая женщина лет тридцати пяти и тихо, вкрадчиво стала учить необходимым упражнениям, которые мне были надобны для восстановления сил, здоровья и возвращения к нормальной жизни. Её тихая речь журчала, словно родничок в лесу, и напоминала далёкие, убаюкивающие сказки, которые читала мне в детстве бабушка.

Она переходила со мной от одного тренажёра к другому, показывая, что я должен делать и следила, чтоб это я выполнял правильно.

Неспешно приходили знания, нарабатывался опыт и желанный путь к здоровью.
Так продолжалось изо дня в день, пока я не стал всё делать надлежащим образом.
Её светлая, лучезарная улыбка была мне наивысшей наградой за каждый победный день над недугом. Она вселяла надежду на полноценную жизнь, дарила веру снова стать счастливым человеком, поскольку сердечные слова и создают уверенность в успехе любого дела. 

Все хорошие люди похожи на ласковое солнышко, утреннюю трель влюблённого соловья и аромат луговых цветов.

Наверное, все в этой жизни лежали в больницах и помнят весь этот рабочий шум в храме здоровья: громкие разговоры младшего персонала, суета медицинских сестер, деловой лад врачей и бесчисленный поток снующих посетителей в коридоре…
А здесь – нежный, ласковый говор, простое, неподдельное человеческое внимание, которые мы в этой жизни стали как-то и забывать.

Притуплённое болезнью сознание неспешно просыпалось и оживало.

И невольно в голове всплыла Гигиея, дочь Асклепия и Эпионы, богиня здоровья в греческой мифологии, представленная нам в виде молодой женщины, кормящей из чаши змею. Чаша и змея – атрибуты, которые составляют современный символ медицины. Именно Гигиея дала название медицинской дисциплине гигиене, изучающий влияние жизни и труда на здоровье человека. Скульптура Гигиеи расположена перед главным зданием Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова в Санкт-Петербурге, где я имел честь учиться.


Звали эту женщину Ирина.

Ирина и всё.

Её образ мне запомнился на всю жизнь. А ещё – храню в душе её доброту, внимание и профессионализм, который у нас, врачей, порой превращается в ненужный рудимент.
Когда я выписывался, в отделении её не было.

Но осталась память, память о наивысшем принципе врача, в который входят несколько обязательных постулатов врачебной деятельности: не навредить, делать благо, уважать автономию пациента и справедливо распределять направленные на лечение ресурсы, которые предусматривают избежание вреда и необходимость активных действий по его предотвращению.

Спасибо тебе, Гигиея, за то, что ты есть!!!

Живи вечно!