Атаман

Небо серело, чуть тронутое первыми лучами зарождающейся зари. Пение петухов разливалось звонким разноголосьем в утренней тишине уже неспящего хутора и терялось где-то в зарослях камыша на другом берегу Дона. По улочкам Рогоженской слободы, ручейками растекался народ возвращаясь с пасхальной заутрени.В окнах куреней зажигались огни, где радостно встречали домашнии богомольцев и троекратным целованием дарили друг-другу добрую весть о воскресшем Христе. Пасхальная радость переполняла души людей в великий и долгожданный праздник.Эту Пасху казаки ждали, но суеверно смущались. Шел 1900 год, меж вековой рубеж всегда настораживает людей, что ждать от будущего? Но жизнь текла своим чередом, порой испытывала людей на прочность.
Сотник Николай Лихачев хуторской наказной атаман шагал по родной улице с узелком в руках. В узелке освящённый кулич, яйца крашенные да сало в тряпице. В чистый четверг испекли дочки куличи, удались на славу, хоть и впервой пекли сдобу девки.Старшая Варвара черноглазая, статная красавица пошла в мать. Минуло зимой ей восемнадцать лет. Послушная, тихого нрава, с малых лет с ней хлопот не знали. Анна младшая была вся в отца. Всем взяла и ростом и нравом. Видать ждал отец парня, а родился казак в юбке.Сероглазая и курносая Анна с сестрой не равнялась в красоте, но была в ней своя особая привлекательность.На два года была она младше Варвары, но не по летам рассудительная и взрослая.Рано выпала им доля вести хозяйство. Быстрая и ловкая Аня шустро ворочалась на базу управляясь со скотиной:доила корову, кормила свиней и птицу.На Варваре была кухня,она здорово помогала больной матери в готовке.Одним словом-девки. Не дал Бог сыновей, наверно нагрешил атаман, что некому род продолжить, судачили казаки меж собой. Горькую обиду вымещал на жене Лукерье, что не родила она ему мальчонку. Выпив лишнего, колотил ее, оттого и хворала она временами.
Красавица-казачка с русой косой была Лукерья, когда отдали её замуж за лихого казака Николая. Не люб он ей был, но отец не особо спрашивал согласия.Понравился тестю зять: призы на скачках брал по выездке,да шашкой славно рубил, знать добрый воин, большего и не надо.
Молодой Николай полюбил красавицу-жену горячо, но была холодна она к его ласкам, вызывая гнев и ревность у супруга.Так и жили, стерпится-слюбиться.
На вербной неделе слегла Лукерья совсем. Одолела ее водянка, отекли ноги, стало тяжко дышать, мучил кашель.Приходила бабка Никифоровна пускала кровь страдалице, да только похужело больной.Не было сил у Лукерьи совсем, отказалась она от еды, лишь пила понемногу чай. Хрипело всё внутри и бил кашель приступами.Не радостная Пасха была у Лихачевых, настали мучительные дни в ожидании страшного дня.
-Христос воскресе -приветствовал сотник домашних войдя в хату. -Воистину воскресе-подбежали девчата, целуя отца в усы. Лукерья только и прошептала:«Воистину воскресе» сил говорить у больной не было.
-Варюшка, мамке разговеться подай кулича трошки- кладя на стол узелок вымолвил отец. Девушка засуетилась у накрытого праздничного стола.
-Ну, Луша, ты как?Дождались Пасхи, разговляться надо, могет поела бы малость? -всматривался муж в худое лицо жены.
-Спаси Христос, не хочется есть- с трудом прошептала в ответ Лукерья.
Она повернулась к нему лицом и глухим еле слышно голосом сказала:
-Ты не гневайся на меня Григорьевич, прости за всё, чем не угодила. Помру женись, Бог даст родишь ещё казака, я то не родила грешница.В венчальном платье положите, тама в сундуке. Девок береги, замуж выдашь, женись…- только и вымолвила, как впала в беспамятство.
-Луша, Луша,прости меня дурака, что не сберёг- заплакал сотник содрогаясь от рыданий, упал он головой на руку жены. Но больная не слышала мужа,слишком поздно, осознал это казак. На вечерней зоре покинула душа Лукерьи бренное тело.
Пасхальный чином в солнечный день Светлой седмицы,отпел отец Митрофаний жену сотника и схоронили на местном погосте Лукерью рядом с родителями.Плакал Николай у могилы жены, всё же любил он её, но не жалел, не было в его гордой натуре жалости. Где-то в глубине души, жгло чувство вины перед женой. Тридцать семь лет прожила на белом свете Луша. И вот он вдовец в сорок три года.
Весна на Светлой неделе дарила теплыми, погожими деньками. Все сильней припекало солнце и всё живое грелось в ее лучах вдоволь. Ласточки прилетевшие, накануне, звонко щебетали в стремительном полёте. Поросная свинья рылась носом в навозе, выискивая остатки овса, где хозяин вытрусил конскую торбу.Куры рассевшись под сенью сарая, усердно чистили перья.
У Григорьевича ломило поясницу, подвязавшись теплым полушалком,управлялся он на базу. Почуяв хозяина в деннике заволновался его строевой дончак, пронзительно заржал и рыл передними копытами.
-Ну, буде не балуй, Султан. Враз сведу до реки поить- похлопал по шее рыжего скакуна сотник. -Пошли, друзек, погутарим дорогой- надевая узду приговаривал казак боевому товарищу.Султан вздохнув пошел за хозяином, чуя грустное настроение у человека.
-Вишь оно как родимый, померла наша хозяйка Лукерья, овдовел я теперь браток. Девки в голос кричат по матери, у самого ажник сердце в глотке колотится, как вспомню её, да что поделаешь, так Бог ссудил-
сворачивая с проулка на песчаный берег Дона с зарослями чакана. Конь прильнул к воде и долго пил, чуть касаясь губами речной глади.
-Здорово ночевали, Николай Григорьевич- спешился сосед с не оседланного коня хорунжий Силантий. Султан приветственно фыркнул встречая соседского коня.
-Слава Богу, обвыкаем. А ты кудыть едешь не иначе?-поинтересовался Григорьевич.
-Да в станицу, дело есть, бабы заказали в лавке купца Хмельникова по мелочи отовариться-
отвечал сосед.
-Ты ж гляди, коня не гони, поишь в дорогу вумник - с укоризной заметил сотник.
-Да, с бабами ладу нету, заблажало им прям, зараз велели запрягать в дрожки. Гутарят поехали и всё, надо быть им дюже нужно. Пойди разбери энтих бусорных баб, с их причоками- жаловался казак атаману.
-А ты прям таки и голос не подашь, распустил видать, а теперь жалися -с усмешкой отметил Григорьевич уж направившись вести коня на займище.
-Слышь, Силантий, а сестру твою выдали замуж, та что в станице проживает?- поинтересовался атаман у хорунжия.
-Марию?-переспросил Силантий. -Да, старшую твою, она кажись незамужняя была? .
-Да, она же энто всё у бати просилась в монастырь, в монашки. Сколько казаков отвадила смолоду, всё замуж не шла, а родитель не благословил в монастырь. Гутарил, кто мать досматривать будет? Так и помер, а не дал разрешения. А Мария побоялась ослушаться, мать досмотрела, у среднего Василия в семье живет, перестарком. А ты ради антиресу или так распрошаешь?-
-А ты сам как смекаешь? Завдовел вот, девок выдам, да самому проживать как-то надо- гладя спину Султану задумчиво говорил казак.
-Так я Василию передам твое слово, могеть всё же надумает Мария, лет ей уже под тридцать, а в старых девах просиживает. Добре. Бывай Григорьевич- и охлюпкой поскакал сосед от берега.
В задумчивости замешкал на берегу Григорьевич. С противоположного берега из камышей, широко махая белыми крыльями взлетела пара белых лебедей. Речная гладь серебрилась в солнечных лучах. Рыба играла, вскидываясь из воды на аршин била хвостом в воздухе и красиво возвращалась в родную реку.
Тоскливо на душе у атамана, болит она и терзают ее воспоминания.
Как поймал казак щуку
Да видать на долгую разлуку...
Запел Николай старинную казачью песню о неразделённой любви. Султан мирно щипал молодую траву на берегу, а хозяин пел сидя на берегу и слезы текли по его щекам.
Часть 2
Рогоженская слобода лежала в самой нижней пойме Дона, где река делилась рукавами на множество проток и ериков и дальше в пролив к Азовскому морю несла свои пресные воды. Веками была не обжита эта местность, хотя манила богатейшими рыбными ресурсами и разнообразием дичи в камышовых зарослях лиманов. Делился Дон на два рукава, на левый и правый. Стоял Азов древняя крепость по правое гирло, которое поворачивало полукругом при выходе в залив. В хорошую погоду видны были, как на ладони крепостные валы Азова те, что уцелели после Великого сидения казаков в семнадцатом веке.
Лишь в начале девятнадцатого века в 1801 году помещица Анна Андреевна Иловайская вдова выкупила эти земли и пересилила своих крестьян из Малороссии. Чуть позже заселили эти места низовые казаки и стал хутор казачий.
Прошло время, вот и праздник Троицы уже скоро.Григорьевич вылез из погреба, где в бочке засолил пойманную намедни рыбу.
-Варвара, глянь ка на час.-позвал отец старшую дочь, которая под навесом разливала в крынки молоко с утренней дойки.
-Иду батюшка- отозвалась дивчина, вытерев руки о завеску.
-Собрала приданое иль еще,чего надобно куповать? - подпирая дверь погреба поинтересовался отец.
-Да, вроде маманя , Царствие небесное всё приготовила, ещё и Анюте останется посуда.
-Ну и славно. Хоть тута голова не болит - выдохнул отец.Апосля Троицы на сплошной и обвенчаетесь с Василем, я отцу Митрофанию уж гутарил про вас.Варвара послушно кивнула и вернулась к прежнему занятию.
Посватал Варю славный парнишка-казачок с другого краю хутора из доброй семьи. Варе парень давно глянулся и сватовство шло как по маслу.
Хуже было дело с младшей Анной-бунтаркой. Заприметил Григорьевич на заднем дворе вечерами работника Красновых- Петьку, что то крутится он и не уходит.Проследил за ним и глазам своим не поверил. Младшая то , Аня к нему и поспешила на встречу. Гневу отца не было границ, кипела в нём злость , как смола в котле.
-Ну ка девка, подь сюда.-строго позвал отец младшую сестру сидя за тарелкой наваристой лапши.
-Это , что за кавалеры у нас по базу вечерами бродють? А , я спрашиваю?- переходил на крик отец, еле сдерживая себя от бешенства.
-Петро , наверное батюшка, соседский работник-как бы невзначай сказала Аня.
-Так вот оно то самое и есть, что работник, голодранец не вем откеля приблудный, а ты с ним шуры-муры задумала водить. Я тебе хвоста то прикручу, чтобы не повадно было- не унимался отец.
-Ну , что Вы батюшка расстроились.Петро добрый парубок- оправдывалась Аня.
-А нам с его доброты воды не пить. У него за душой ни двора, ни кола, нищету плодить удумала, а?И где это видано, чтоб атаманская дочь за батрака замуж шла!-всё больше распалялся отец.
-Все, шабаш! Сватам намекну, у Мягковых сын-Андрей добрый казак, не чета твоему батраку-в сердцах швырнул ложку на стол казак.
-Не пойду я за Андрея, не хочу-своенравно отвечала Аня и резко повернулась так, что подолом юбки задела табуретку и та с грохотом опрокинулась.
-Тю, скаженная, ну прям огонь, а не девка. Охолонь малость, а сваты у нас будут, уж не сумневайся. А то и нагайки изведаешь для порядку-пригрозил отец.
Отгуляли Варину свадьбу скромно и чинно. Забрал молодой муж к себе Варвару, попала молодайка в семью тружеников. Дружно жили, по хозяйству управлялись и ладили меж собой.
Настал черёд Анну выдать замуж. Присмотрел атаман молодого казака Мягкого Андрея, сына давнего знакомого Сашки Мягкого. Справный был парубок ростом высокий и лицом приятный, а главное добрая слава о нем по хутору шла, не по казачьи сердцем был жалостлив, любую живность спасал и оберегал от беды.
-Анюта, какая мастерица всё же тетка Ульяна, платье ну прям на тебе как влитое сидит и рюши на месте- с доброй завистью смотрела на сестру Варя.
-Да, мне всё равно, платье как платье, прям чи не барыня- еле сдерживая слёзы равнодушно смотрела в зеркало Аня.
-Ну, что ты,сестрёнка, Бог с тобой, Андрейка славный парубок, за ним полхутора девок бегают, но гутарят, что не гулящий, да и славненький с лица- уговаривала сестру Варя.
-Я было хотела бежать, да пораскинула маленько мыслями, батенька совсем взбесится, а без благословения боюсь, как дале жить?- стоя над раскрытым сундуком с приданным делилась с сестрой Анюта.Варя обняла младшую сестрёнку и нежно ей:
-Глупенькая, ну кудыть бы ты бегла, да и с кем. Петька он же гол, как сокол! Горя только лаптем хлебать, да слезы лить. На нашем
бабьем веку, уж их и так хватит. Она поцеловала Анюту в щеку, та слегка улыбнулась и уткнулась Варе в плечо и прошептала:
-А помнишь сестрёнка, как нам мамка вечерами пела, а мы сидели на койке в подушках, тепло, печка греет, на улице ветер в ставни стучит и кот Васька мурчит:
При хорошей при погоде
Мы гуляли при Луне
Расхорошенький мальчонка
Не отходит от меня
Он идет со мною рядом
Про любовь всё говорит
Вдруг упал он на колени
И сказал:«Люблю тебя»
Сестры пели старинный романс, сидя на сундуке обнявшись и их голоса было слышно в открытое окошко на улицу. Николай Григорьевич услышав как девчата поют, отложил косу и задумался:«Впервой апосля смерти матери заиграли песню девки».
-Здорово ночевали Николай Григорьевич-входя в калитку приветствовал хозяина Андрей.
-Слава Богу, проходи до хаты будущий зятёк -сжимая крепко руку парню расцвел в улыбке атаман.-Добре, что заглянул до нас, покличу Анюту.-
Андрей высокий, статный казак, русый чуб вьется из под фуражки. Взгляд серых глаз на смуглом лице, слегка щурившихся от солнца, выдавал дружелюбный характер.
-Здравствуйте, Анна Николаевна, как поживаете?-войдя в залу хаты с поклоном спросил Андрей.
Аня смутившись, от неожиданности, отвечала:
-Слава Богу .
Ее щеки предательски запылали и выдавали волнение от встречи.
-Да, вот зашёл повидаться. Вот вам к чаю, прянички в гостинец. Уж не обессудьте, чем богаты, тем и рады.-Не зная, с чего начать беседу, смущённо начал Андрей.
Варя быстро выскочила из залы, чтобы не мешать молодым.
Андрей был старше юной Ани на семь лет. В нем была видна военная выправка, парень прошел обучение в казачьих лагерях.
-Меня пряниками не мани, эка невидаль!-фыркнула Аня захлопнув сундук с барахлом.
-Аннушка, не гневайся на меня, ты мне мила, обвенчаемся, глядишь ты и смягчишь своё сердечко- взяв за руку невесту, тихо сказал Андрей. Девушка попыталась отдёрнуть руку из рук жениха, но Андрей наклонился и поцеловал ее. В объятиях парня, ее гордость куда-то вдруг предательски улетучилась, она прильнула к жениху в сладкой истоме.
Через две недели после свадьбы, отделили сваты молодых Андрея и Аню, купив в складчину с Григорьевичем хату с наделом земли.
Взялась Анюта за хозяйство, прибралась в хате:побелила печку и потолки, навела порядок во дворе. Свадебный подарок от атамана -телушка гуляла на выпасе.Строевой конь буланый красавец,десяток кур с петухом, поросёнок в котухе, кошка Мурка вот и вся живность Мягковых.
Андрей просмолил новую кайку и практически пропадал на Дону весь день, увлеченный рыбалкой.
Анюта благодаря своей сноровке быстро справлялась с домашними делами. Накормить животных и сварить обед,прополоть и полить огород, не составляла для неё большого труда.В свободное время она хоть и занималась рукоделием, но очень скучала по дому и родным.Она вроде свыклась немного с замужеством, но всё же ее вольнолюбие и вспыльчивость иногда напоминали о себе в общении с мужем.
В воскресный день после обеда Андрей во дворе занимался ремонтом конской упряжи. Анюта, помыв посуду после обеда, вышла к мужу под навес.
-Ох и жарко сегодня, солнце прям печёт, могет дождик собирается.- присев на лавку Анюта посетовала.
-Да, парит и на небе тучки.Работая шилом отвечал Андрей.-На вечернюю зорьку пойду посижу, могет наловлю сулу тебе на котлеты улыбнулся и ласково посмотрел на жену казак.
-Опять на речку собрался, ты полюбуйся на него, тебе там чи медом намазано, что не вылазишь ты с Дона, а я сиди вечерами одна одинёшенька-с досадой сказала Анюта.
-Ну не гневайся женушка, пока идёт рыба, надобно ее ловить, на осень насолим, солонцевать будем. Да и займись делом, в работе не заскучаешь.-посоветовал молодой муж жене.
-Это я то делом не занимаюсь, да у меня всё управлено! -не на шутку начинала Аня сердиться.
-Да, дык работа на базу завсегда найдётся, только доглядай получше.-
-Так ты не доволен моей работой? от возмущения Аня взмахнула руками-Я плохая хозяйка? уже не скрывая гнева завелась молодая казачка.В ней кипело возмущение:«Да как это так, я вышла за него, а он мне указывает как на базу хозяйничать. Ну я ему устрою решила Аня» ветра юношеского в голове было ещё много.
Залетела в хату до сундука и давай в шаль свои наряды собирать. Завязав в узел пожитки она демонстративно выкинула его на крыльцо.
-А , это что такое Анюта? Ты чего удумала и что это за кренделя? -удивлённо спросил Андрей у запыхашеся супруги, которая в сердцах тащила на двор тяжелую перину.
-Ухожу от тебя , раз я плохая, живи сам!! Заявила решительно молодайка.
Андрей от души рассмеялся звонким голосом и пытался обнять строптивую жёнушку.
-Не трогай меня окаянный, пойду до отца! Жили не тужили, нет заблажало родителю меня замуж отдать. Да и пойду до дома!-кричала Анюта всё больше распаляясь.
Андрей на все выпадки жены не обращал внимания. Он спокойно продолжил заниматься своим делом, как будто ничего не произошло.
Разгоряченная девушка демонстративно бросала на перину свои пожитки высказывая своё недовольство. Ее возмущало спокойствие супруга, он вёл себя , как будто её не замечал. Устав она села на крыльце и спросила:«А тебе разве не обидно?Отчего ты молчишь?»
«Глупенькая, я люблю тебя, оттого и терплю моя Аннушка» обнял крепко и поцеловал свою бунтарку Андрей.
Прошло полгода.Зима пришла в низовья Дона к Николину дню. Замело, закружило белым снегом степной простор. Есть где разгуляться на приволье вьюге, намести сугробы и засыпать все пути и дороги. Страшно путникам в такую погоду, легко сбиться с пути и ненароком замерзнуть. Кружит метель, бросает снегом в лицо, пробирает мороз на ветру путника. Сурова степь зимой и не прощает она ошибок человеку.В такие метели, маяками спасения были храмы. Добрый церковный сторож не спал всю ночь, а на колокольне нес вахту, звоня благовестом давал знак путнику, где селение.
Попал в буран атаман Лихачев с двумя хуторскими казаками. Были они по делам хуторским в станице. Погода ничего не предвещала худого,с утра был легкий морозец с небольшим снежком.От станицы до хуторской слободы верст двенадцать не больше,в добрую пору меньше часа верхом на коне.
Григорьевич на верном Султане с двумя казаками верховыми выехал домой в обед,когда метель усиливалась. Скакали по наезжаному пути, снегу прибавлялось, кони переходили на шаг.
-Григорич, давай по балке обминем курган, да срежем часть пути-подьехав в плотную предложил Иван Проскурин, правая рука атамана.
Снег хлопьями летел в лицо казакам, шапкой налипал на завязанные башлыки. Буран крепчал, порывы ветра со свистом бросали в людей и коней заряды снега.
-Вперёд, гайда-скомандовал атаман.
Кони идя по глубокому снегу начинали вязнуть в глубоких сугробах, ржали от натуги. Въехав в балку совсем света видно не стало, казаки направляли коней наугад, дороги не было, сугробы из рыхлого снега преграждали путь.
-Заплутали, твою ж дивизию, как коты слепые-кричал Иван Григорьевичу .
-Но, родимый, Султанка, давай вперёд-обращался к другу атаман. Султан подавался корпусом вперед, хрипел и шел по дну оврага. Снег нещадно хлестал по лицу путников, кони покрылись снежной коркой. Куда они шли казаки не видели, пробирались на угад.
В какой-то момент Султан захрипел и метнулся в сторону, чуть не сбросив седока. Казак удержался в седле и это его спасло. Конь хрипел и испугано стриг ушами.
-Атаман, волки!! Закричал Иван вскидывая винтовку и целясь куда-то в даль. Хлестко прогремел выстрел.Султан слегка присев, рывком рванул в сторону и крупным галопом понес седока из балки. Григорьевич с трудом передернул затвор своей винтовки и тут в сажени от скачущего коня увидел бегущих за ними вслед двух волков с горящими глазами. Он нажал на курок.Выстрел,конь нес атамана прочь от неминуемой погибели. Прогремели еще выстрелы, казаки доверившись своим верным коням уходили от стаи волков в полной темноте бурана.
-Микола-угодник, пронеси батюшка и помилуй меня грешного -неслось в мыслях атамана, когда он прижавшись к шеи Султана отдался в волю судьбы. И в этот момент он отчётливо услышал удар колокола. Ему показалось, звук шел сверху,ещё раз отчётливо ударили совсем рядом.
-Братцы, вы живые? Слышь, церква рядом-закричал Григорьевич, обернувшись назад.
-Живы, чудом, батька!Было волков не обрадовали -отозвался Иван. Кони перешли на шаг, едва передвигая копыта. Султан тряс гривой и устало фыркал.
-Кажись ограда, братцы, мы дошли до жилья!! Слава тебе Господи!-спешился Григорьевич ведя за узцы Султана.
- Вот и ворота,огни видать-приободрился Иван.
Метель не унималась, заметая всё кругом. Казаки дошли до первой хаты с краю хутора и постучались в окошко.
Вышел молодой хозяин увидев заснеженных казаков, смекнул приглашая:-Проходите в хату, непогода разыгралась не дай Бог.
Только зайдя в тепло и развязав башлыки отмороженными руками, Григорьевич оказался в объятиях испуганной Анюты и удивленного зятя.
Неисповедимы пути твои Господи! Каким то чудом, плутая по заснеженной степи и будучи на волосок от гибели отец попал в дом к дочери и зятю.На него смотрели дорогие и любимые его дети, заботливо раздевали и отогревали чаем с малиной. Судьба хранила атамана и его спутников. Через месяц Николай Григорьевич обвенчался с Марией и она родила ему за пять лет троих сыновей. Сбылась мечта казака, род Лихачевых не прервался.Потому, что:«Казачьему роду, нет переводу».