Майя, апокалипсис, золото...

 
  В далёком-далёком городе майя, где большие пирамиды тянулись к небу, а жрецы считали дни с точностью до секунды, жил-был юный ученик астронома. По имени Ик’бал. Он обожал две вещи: подшучивать над старшими и копаться в старых свитках.


  Однажды к нему прибежал взволнованный друг, Кукулькан (да-да, в честь пернатого змея!):


  — Ик’бал! Беда! Жрецы говорят, что скоро наступит конец света! Календарь показывает последнюю дату — и всё, мир рухнет!


  Ик’бал почесал затылок, заглянул в свиток и расхохотался:


  — Да ты что, Кукулькан? Это же просто конец цикла! Как у тебя день заканчивается в полночь — и начинается новый. Мы же не кричим: «Апокалипсис! Солнце погасло!»   — когда ложимся спать?


  Кукулькан нахмурился:


  — Но старшие говорят, что боги разгневаются…


  — А ещё они говорят, что дождь идёт, потому что богиня описалась, — подмигнул Ик’бал. — Давай лучше проверим, что там в кладовке у главного  лгуна...то есть -жреца. Говорят, он прячет «сокровища».


  Они прокрались в святилище и открыли сундук. Внутри блестело… совсем немного золота. Зато рядом лежали груды нефрита, бирюзы и красивых ракушек.


  — И это всё? — разочарованно протянул Кукулькан. — А я думал, тут горы золота!


  — Вот именно! — торжествующе воскликнул Ик’бал. — Наши предки ценили не металл, а красоту и смысл. Нефрит — символ жизни, ракушки — дар моря. А золото… ну, оно просто блестит. Как жук золотистая бронзовка на солнце.


  Тут дверь скрипнула. Вошёл главный жрец, замер, грозно нахмурив брови:


  — Что вы тут делаете?!


  Ик’бал быстро спрятал руку за спину (там был скомунизжен кусочек нефрита «на память») и сказал с невинным видом:


  — О великий жрец! Мы просто обсуждали, почему конец календаря — это не конец света. Ведь если бы боги хотели нас уничтожить, они бы сделали это ещё в прошлый цикл, когда мы тайно, ночью,  сожгли обоссанный вами по пьяни священный кактус!


  Жрец  вспыхнул от воспоминаний, фыркнул, но не смог сдержать улыбки:


  — Ладно, шутники. Но если ещё раз залезете в моё святилище — будете считать звёзды до рассвета! Принесите мне вечером немного пульке. Башка гудит.


  С тех пор в припирамидальном городе ходили байки:

    о «конце света», который оказался просто «перезагрузкой календаря»;

    о золоте, которое ценилось меньше камня;

    и о Ик’бале, который научил всех не бояться апокалипсиса — а вместо этого смеяться над ним.

  Выводы сможете сделать сами?


    Календарь майя — не предсказание катастрофы, а мудрый счёт времени.

    Настоящее сокровище — не то, что блестит, а то, что имеет смысл.

    А если кто-то паникует из-за «конца света» — просто напомните ему, что завтра всё равно наступит. И, скорее всего, будет солнечным.


  Скоро спать.

  Проголодался. Пойду, поем.