Может, это сон?

"Мы возвращаемся из странствий.
Но возвращаемся не мы" (Карен Джангиров)


   Как лягушонка в коробчонке, стучу колёсами сумки по платформе. Платформа очищена от снега, а всё равно белая, нарядная. Проводники открывают двери вагонов. Вот и мой десятый вагон, вот и моя проводница – круглолицая плотная бойкая блондинка лет сорока пяти.
   Место нижнее, брала билеты в Великий Новгород заранее. Радости от предстоящей дороги нет. Возраст он такой возраст. А всё же, когда поезд трогается, испытываю приятное волнение. Плывёт за окном заснеженная Москва пассажирская. Неужели завтра...
   За окном снег... снег, огни... проезжаю Моссельмаш, там где-то мои. Рядом.

-------

   У Серёжи в машине – Тимоша. В это время с ним обычно гуляют, а ему пришлось ехать Варю встречать. С не очень-то довольным видом он сворачивается клубком на заднем сидении. В машине Тима кажется мельче, чем на самом деле. Он – довольно крупный чёрный пёс с пегими передними лапами. Взгляд коричневых глаз спокойный, непроницаемый. Тима выражает эмоции не взглядом, а телом. Например, пушистым хвостом с белой кисточкой, вслед за которым при определённых обстоятельствах виляет весь собак целиком.
   У Лены с Серёжей большой красивый дом. Они перекрасили его в красный цвет, отделка светлая. Двор засыпан снегом.
   Лена встречает в прихожей. Мы не виделись пять лет.

-------

   Окно моей комнаты выходит на огород. Он тоже, конечно, в снегу. Утонули в нём теплицы, яблони. Дальше к горизонту видна полоса деревьев. Светает.
   Ребята говорят, что видели неподалёку от деревни косуль, сов, лису. А когда во время ковида они работали дома, Лена углядела низко пролетающих лебедей.

-------

   В Университете у Лены кабинет с огромным арочным окном. Очень хорошо. В солнечные дни сюда попадают последние вечерние лучи. Приятно представлять себе за этим окном весну, зелень. Почти ощущаю свежий ветерок, залетающий в форточку. Как будто вижу студентов весенних, проходящих мимо – кровь у них кипит, планов громадьё.
   Здесь, в теперешнем здании гуманитарных факультетов, до революции была семинария. Библиотека в здании неподалёку так и осталась библиотекой. В бывшей кирпичной бане Антониева монастыря – мастерские.
   Длинными коридорами пристройки времён семидесятых мы с Серёжей проходим в лабораторию. За столами работает молодёжь. Человек десять. И мне нашлось местечко.

-------

   Я снова не могу заснуть. В поезде спала плохо, кто ж хорошо спит в поезде? Потом встреча с друзьями, масса впечатлений, много работы, ужин у нарядной ёлки. Теперь яркие картинки мелькают перед глазами и не дают заснуть. Ёлочные игрушки – вязаная красная лошадка, шарики, словно присыпанные снегом, с нарисованными домиками и ёлками, разноцветные мигающие звёздочки и снежинки, а ещё раньше – лица, лица, длинный старый корпус университета. Интересно – паркет ещё семинарский или уже советский... Тикает будильник... звучат в уме Ленины напевные интонации, Тимошино взлаивание. Они, наверное, спят давно. А там где-то за окном – косули, совы и лиса. Тоже спят. Лебеди давно улетели на юг. И лебеди на юге спят. Крепчает мороз. Звёзды высыпали. Спи и ты, Варя...

-------

   Всё-таки мы с моим лентяи, наверное. Вот Лена с Серёжей уезжают из дома в девять и возвращаются в девять. В университете кипит жизнь – заочники, очники, преподаватели, экзамены и лекции, археологические находки в лаборатории, чертежи и реставрация. Заочники аж с Урала приезжают. Интересная вот девушка с Урала, такая яркая. Волосы белые, виски выбриты, лицо выразительное, улыбка сияющая. Волонтёрила у них в экспедиции, теперь учится.

-------

   После обеда поехали в Знаменское подворье – часть грамот там. Вот странное дело. Может я стала бесчувственной? Сколько моих следов запечатано под этими "мостовыми", сколько пережито здесь. Белая свечка Спаса на Ильине, детский садик, собор, двор такой знакомый. Впору бы расплакаться. Но нет, надо дело делать.
   Многое вспоминали вчера, и многих. И друзей, ушедших любимых наших товарищей. Столько с ними связано именно здесь, в Новгороде, на подворье. Удивительное существо – человек, его память. Не чудо ли — возможность оживлять прошлое, складывать мозаику жизни настоящей, прошедшей, будущей – из мелких кусочков, бережно хранимых деталек, обрывков бесед, взглядов, улыбок, интонаций...

-------

   На другой день снова работаю в Знаменском. После обеда наконец смогла вырваться в город. Сосульки длинные под крышами, снежные дворы, редкие прохожие. Дуб "имене мене". Вспомнилось, как шли тут с Поветкиным, и он рассказывал про этот "дуб художника Пустовойтова". Нужно дойти до Музыкальных древностей, просто постоять рядом. Заходить не буду, меня там никто не знает.
   Рыбину не застала. У янинского дома на канализационном люке сидит пышный рыжий кот. Смотрит неподвижным взглядом. Презирает. Мальчик копается в ранце, ищет ключи. НовгородНовгородНовгород.
   Прохожу мимо школы, где нас селили первые мои годы в экспедиции – восемьдесят пятый, восемдесят шестой. Теперь здесь гимназия. В ярко освещённых окнах хорошо видны ученики. Дальше иду на Дворище. Бело и молчаливо, только любимая Параскева краснеет среди тихой белизны. Выхожу к Волхову, гляжу на Детинец. Записываю своим кружочки в ТГ. Это ведь наше общее всё, даром, что я тут одна теперь. Иду мимо почты, откуда звонили домой сорок лет назад. Потом Большая Московская – красивые дома, поток машин. Бреду до Фёдоровского ручья, тут моя цель – магазин "Любони". Пили чай сегодня на подворье, Рыбина угощала чудесным йогуртовым пирогом с лимоном. Ольга ещё рекомендовала вишнёвый. Купила к ужину пироги. Теперь сворачиваю на Михайлову улицу в сторону Знаменского. Зажигаются фонари и огни в окошках.

-------

   Следующий день снова в университете. Приятно всё доделать, ощутить груз выполненной работы. В этом году её выпало по-настоящему много.
   Ужин с друзьями в кафе. Проводы на вокзал. Большая часть жизни прошла, а ничего не изменилось. Мы не изменились. Мы – те же девчонки, у которых всё впереди.
 
-------

   Еду обратно в плацкарте, полном «пионеров». Они отправились на соревнования чирлидинга, прости Господи. В основном – шумные беспокойные девицы разных возрастов. Проводник ловко мимикрировал в своём купе. В соседях у меня тихий мальчик Рома класса примерно из второго. Какой там чирлидинг? Ему бы штудировать "Занимательную физику" или, в крайнем случае, "Основы минералогии". Взглядывает на меня взрослыми умными глазами из-за стёкол очков, когда перекидываемся незначительными замечаниями. Как хорошо, что бывают ещё такие дети.
   Новгород... Новгород... Неужели это было со мной? Может, это сон?


Для игры "Эпиграф"
http://proza.ru/2026/01/10/236