Невымышленные истории перестройки

 
     Время, оно никому не подвластно, вот и лихие девяностые накручивали свои обороты времени, устанавливая свои правила.
 Вот киоск Союзпечати, сияет и играет луч солнца, отражаясь солнечными бликами в его витрине, скользит по заголовкам газет и журналов. В одной из его витрин висит газета со статьей под названием «Уринотерапия», весь смысл которой заключается в одном назидании: «Пей воду из сосуда своего». Чуть ниже, на прилавке, лежат журналы. В одном из них стихотворение, почему-то на немецком языке, называется «Руппрехт».
     Вот подходят люди, привыкшие верить газетам, читают заголовки и выбирают для себя покупку. Вот подошла женщина с двумя детьми, дети простужены, кашляют. Женщина внимательно разглядывает витрину и покупает газету со статьей «Уринотерапия». Конечно же, прочитав статью она поверит автору и в то, какая полезная вода из сосуда своего и выпьет сама, и напоет своих малых деток, не осознавая еще какой вред этим нанесет себе и детям.
     Стал ли мир чище, гуманнее от того, что женщина напоила своих деток водой из сосуда своего? И как же ты, автор, можешь смотреть людям в глаза после этого? Ведь сколько людей поверит тебе и нанесет вред своему здоровью. И станет ли мир от этой статьи здоровее? Нет. Стал ли автор этой статьи богаче? Думаю, да, ведь деньги для таких — это всё.
     Ах, надавать бы самому автору по рукам за деяния его, с возгласом: «Руппрехт»!
     Ну, а такие истории, как эта, были сплошь и рядом. Как-то пришла школьная учительница к родителям своей ученицы и просит деньги в долг. Мол, муж пригнал автобус из Германии и ей нужны деньги на растаможку автобуса, как она объяснила. Ну, заняли ей тысячу баксов. Через неделю приносит, отдает тысячу и просит семь тысяч занять. Уж так просила, умоляла: «Продам автобус, обязательно деньги верну». Заняли ей семь тысяч, да только напрасно, и по сей день её «растаможить» не могут, скрывается. Вот такая она перестройка, так кому же верить, коль учителю верить уже нельзя, а попу еще нельзя?
     А вот еще история. Как-то соседка возвращалась поздно, в час ночи, домой, смотрит, их машина лежит на боку, без двух колес, а навстречу какой-то мужчина катит коляску детскую, и на крыльце еще двое стоят, один шлем в руках держит. Ну она и давай на того, который коляску катит, кричать: «Куда нашу коляску катишь?" Он посмотрел на нее, да только коляску быстрее покатил. Тут она и замолчала, дошло до нее, что их трое, а она одна, и ночь глуха. Забежала она домой, мужа разбудила, да только поздно, воров и след простыл, только машина лежит на боку без колес. Утром пришел следователь, обошел машину, да руками развел: «Ничем не могу помочь, не найдем мы их». С тем и расстались. Милиция, видимо, сама «крышевала» их.
     И еще одна история от соседки. Как-то раз приходит её муж за машиной в гараж. А гараж вскрыт, машина вытолкнута наполовину из гаража, запаски нет, надувной лодки нет. Вот такой она была перестройка — время, когда начальство на всем экономило, чтоб коттеджи себе строить. Соседка опять же рассказывала, как повадился к ним начальник ходить, придет и орет: «На стол накрывай!» Да только подчиненный был уже не тот. Он ему в ответ: «Свою  лапу соси, у рабочих не проси, да зарплату не задерживай, вовремя плати!» Времена уже менялись, перестройка набирала обороты.