Пройда

      ПРОЙДА

   Серое морозное утро. На перроне вокзала, наспех очищенного от снега, глава местного городского совета встречает проходящий поезд. На нем в Пройду прибывает новый рекомендованный сверху антикризисный менеджер.
   С детства знакомый до боли гудок тепловоза, и поезд останавливается на первом пути. Из спального вагона бодро выскакивает мужчина лет тридцати пяти – сорока. Оскар Львович подскакивает к очередному прибывшему в городок на княжение и сразу же любезно предлагает пройти в машину, ожидающую большого человека за забором станции.
   - Сыро и хмуро у вас. Погоду не изменить, но кое-что подправить можно. Верно говорю? – поинтересовался у встречающего Дмитрий Дмитриевич.
   - Так точно! Исправим. – залихватски подтвердил Оскар Львович и открыл заднюю дверь представительского автомобиля.
   Вновь призванный градоначальник умело влетел на заднее кресло и сразу же приступил к допросу только что разместившегося на переднем сиденье старожила в лице Оскара Львовича:
   - Поговаривают, что народец местами совсем распоясался, а многие и с гнильцой, власть ни во что не ставят. Или кривотолки?! Говори как на духу, ничего от меня не скрывай! Я дотошный, непременно докопаюсь.
   - Тогда прослушайте краткий курс новейшей истории нашего города. Сразу предупреждаю: это мое личное мнение, возможно, далекое от общепринятого. – местный политик здесь сделал паузу и попросил водителя остановиться.
Буквально через пару секунд Оскар Львович оказался на заднем сиденье рядом с Дмитрием Дмитриевичем и вполголоса начал рассказ:
   - «Жил себе старый провинциальный городок Пройда десятилетиями и не тужил. Не то, чтобы было в нем все хорошо… Нет. Скорее он ничем сильно не отличался от многих других поселений городского типа, разбросанных вдоль рек и крупных озер по всей нашей необъятной. Была, конечно, в нем некоторая специфика, но на нее обращали внимание лишь приезжие, и то, только первое время. Кое-что особое в речи, в быте, в привычках местных можно было усмотреть, но за что только посторонний взгляд не цепляется. Но как только человек окунется бренным телом в жизнь провинциального городка, так оказывается, что иначе жить и нельзя…
   К чему я? А к тому, что сильно всколыхнули Пройду новые времена. От коллективизма резко повеяло сыростью, от принятых правил общежития – старостью, от прежних порядков – неприятным душком. Кое-кто сразу же подался в большие города на заработки, некоторые, наоборот, побежали поближе к земле-кормилице. А серединка на половинку решила коротать свой век и дальше в городишке...
   Однажды в размеренный ход провинциальной жизни вмешался случай. Прибыла в город съемочная группа, чтобы снять в нем фильм о новом времени, о рынке, о нуворишах, о бандитах и прочих субъектах. Мало ли где не проводятся съемки кино, делающие населенный пункт узнаваемым?! Но не в Пройде! Мэр поймал волну и хайпанул, да так, что жителям до сих пор аукается. А сотворил он с городком и его обитателями следующее.
   Провозгласил тогдашний глава Пройду столицей капиталистических отношений, центром экономической науки и образования пореформенной России. Но мало раструбить об этом на всю страну, важно слова подкрепить делами. И понеслось! Стали в Пройде при поддержке региональных и федеральных властей открываться всевозможные бизнес-школы, курсы инвесторов, управляющих, оценщиков и прочих модных специалистов рыночной экономики. Каких только тренингов здесь не напридумывали! И поперли сюда всякие золотоискатели и любители приключений за знаниями, заветными корочками и не только.
   Город ожил, преобразился. Зажиточные жители быстро поднялись на сдаче приезжим квартир и комнат, кое-кто пристроился преподавать, остальные – создавать приемлемые бытовые условия понаехавшим: готовить, убирать, стирать и прочее. Местная молодежь вся как есть обучилась и разлетелась делать бизнес по всей необъятной и даже за ее пределы. Получили новые знания и навыки и те, кто никуда уезжать из Пройды не собирался.
   Говорят, что знания – сила. Только употребить их можно по-разному. По мере того, как трудовой энтузиазм местных иссякал, нарастал скептицизм. Еще и знания эти… К тому же незабвенный наш мэр, будь он неладен, пошел по этапу… А за ним и большинство его команды. А там и многие местные бизнесмены проследовали по той же тропе… С тех пор по-настоящему работающих в городе становится все меньше, а ищущих в действиях другого какого-нибудь подвоха – все больше. Потому новые договоры и контракты стали сыпаться, старые – расторгаться. Теперь местные совершенно не доверяют власти, малый бизнес – потребителям товаров, работ, услуг, а немногочисленные приезжие клиенты – никому. А разве можно доверять пройдохам из Пройды?! И наступил затяжной кризис и выхода из него до сих пор не просматривается. Старые угли догорают, жизнь в городе еле теплится. Такая вот история у Пройды. Что прежняя власть в лихую годину посеяла, то мы до сих пор пожинаем. И сейчас некоторые по инерции продолжают петь старые песни, так как другим обучены не были. А народ зол… Вы на моем веку пятый будете». – подытожил Оскар Львович и уставился в запотевшее окошко авто.
   - Придется все поля пересевать. Прошу подумать о совместной работе по разработке плана действий. Перепрошивать мозги, да еще в отдельно взятом месте, непросто… Но ничего, попытка не пытка.