Явление Ленина народу

             Небесная ССР
Глава 17

Пишу онлайн — следите за обновлениями.

Прежде чем рассказать о хождении Ленина по воде и явлении его народу, необходимо завершить публикацию о том, как он вместе с Николаем II просил милостыню на распутье трёх дорог, сидя на камне возле придорожного столба с указанием направления в Небесную ССР.

Читайте главу 11 романа «Небесная ССР». Смотрите ссылку: http://proza.ru/2026/01/20/1101

Опыт оказался весьма полезен: Ленин смог напрямую пообщаться с народом и услышать от него горькую правду о Небесной ССР, о своей идее построения коммунизма в отдельно взятой стране и о себе самом. Правда оказалась не совсем той, которую он ожидал.

Ему не удалось повторить путь Христа и быть распятым — но не на кресте, а на звезде. Это место было давно и прочно занято Николаем II, который стоял там более 70 лет, искупляя свои земные грехи. Народ поверил ему и… выдвинул его кандидатом в президенты на предстоящих выборах в Небесной ССР. Ленину же в регистрации кандидатом в президенты отказали. О причине отказа Ворошилов, член Центральной избирательной комиссии, рассказал Сталину.

Смотрите публикацию:  http://proza.ru/2026/01/20/1101

Во время одного из своих странствий по небесам, в ходе телесеанса Кашпировского, Катерина Николаевна повстречала Владимира Ильича, который просил милостыню у тех, кто направлялся на постоянное место жительства в Небесную ССР. Катерина Николаевна без труда узнала его.

Она вспомнила о записке Л. Д. Троцкого в ЦК РКП(б) от 5 марта 1922 года, в которой сообщалось о распространяющихся слухах о психическом расстройстве В. И. Ленина.

В документе говорилось:

«В обывательской среде много разговоров о болезни т. Ленина, коммунисты беспокоятся. Меня сегодня спрашивали очень многие. Дошло дело даже до слухов в коммунистической среде о „психическом расстройстве“!!! Необходимо дать краткое сообщение в „Правде“: „Ввиду запросов с разных сторон сообщаем…“. Слухи проникли и в заграничную печать».

«Неужели это были не слухи, а горькая правда? — с ужасом подумала Катерина Николаевна. — Не может этого быть!» Почему? Да потому, что она не хотела в это верить.

Неожиданно для себя — и ещё больше для Ленина — она села рядом с ним на камень и жалобно затянула:
— Люди добрые, подайте Христа ради!

Ленин накинулся на неё:
— Что вы себе позволяете, голубушка? Немедленно встаньте и прекратите просить милостыню! Что люди подумают о вас? Вы же с виду приличная женщина.

— Пусть что хотят, то и думают! Вам, значит, можно просить милостыню, а мне нельзя? Меня с детства учили, а потом я учила этому своих учеников, что в поэме Владимира Маяковского „Владимир Ильич Ленин“ сказано: „Партия и Ленин — близнецы; братья, кто более матери; истории ценен? Мы говорим: Ленин — подразумеваем: партия; мы говорим: партия — подразумеваем: Ленин!“

Катерина Николаевна говорила с Лениным как с учеником:
— Как вы не поймёте, что, прося милостыню, вы унижаете не себя, а партию? Смотрите, мол, люди добрые, до какой жизни партия довела своего вождя — вынужден просить милостыню, потому что голодает. Вам не стыдно? — пристыдила она Владимира Ильича, точно нашкодившего школьника.

Владимир Ильич обратил внимание на то, что прохожие бросили несколько мелких медных монет возле ног Катерины Николаевны, но ещё более обильный урожай был у Николая II. Он никак не мог понять, почему ему не подают милостыню.

Владимир Ильич встал на камень в характерной позе, указывая путь в светлое будущее — к коммунизму. Именно так скульпторы любили изображать Ленина.
— Так мне стоять можно?

Катерина Николаевна в ответ кивнула головой и сказала:
— Можно.

Владимир Ильич соскочил с камня и протянул руку, прося подаяние.
— А так?

— Так — нельзя!

В этот момент мимо них остановился молодой паломник, попавший на небеса благодаря телесеансу Кашпировского. Владимир Ильич поинтересовался у него:
— Из любопытства к нам пожаловали?

— За истиной!

— Истину, молодой человек, надо в книжках искать, а не отправляться за ней в довольно рискованное путешествие к нам на небеса. Ненароком можно и заблудиться, и не найти обратной дороги домой, — предупредил он его.

Николай Александрович подтвердил:
— Были случаи, да не один, когда паломники застревали навсегда на небесах и не могли найти дорогу домой. Так что возвращайтесь к матушке, да поскорей, а то она, наверное, переживает за вас.

Юноша развернулся и ускоренным шагом пошёл обратно.

Владимир Ильич обратился к Катерине Николаевне:
— И вас это касается. Не спешите на небеса — все со временем сюда попадут.

— Я знаю, Владимир Ильич. Я уже не раз бывала здесь. Хочу к Дереву Жизни дойти.

— Попросить о здоровье? — предположил Ленин.

— Нет, за внука — Сергея — попросить. Он у меня спецназовец. Отец его, непутёвый, рано ушёл из жизни, мать устраивала свою личную жизнь — ей было не до сына. Я Сергею была вместо матери.

— А что с внуком?

— При смерти. Сейчас как раз идёт операция. Он был в составе миротворческой миссии в Сербии. Его машина подорвалась на мине. Вот и хочу Господа попросить, чтобы он забрал мою жизнь, но не дал умереть Сергею.

Владимир Ильич предупредил Катерину Николаевну:
— К Дереву Жизни ведёт очень опасная дорога. Будьте осторожны. Да, и вот ещё что: вы правы в том, что я попытался занять чужое место. Надо идти другим путём — не покаяния, а борьбы. Что я и делал всю жизнь!

Катерина Николаевна поклонилась в пояс и сказала:
— Спасибо, Владимир Ильич, что поняли правильно. А то я боялась, что накричите на меня. За всё, что вы сделали для народа и страны, низкий вам поклон.

Катерина Николаевна поклонилась и Николаю II:
— Прощайте, Николай Александрович. О многом хотела бы расспросить вас, но — спешу. Боюсь не успеть.

Когда Катерина Николаевна, кланяясь в пояс Николаю Александровичу, не обратила внимания на то, что из выреза рубашки выпал её медальон, Николай Александрович узнал его. Это был медальон с фамильным вензелем, который он подарил своей любимой — она ждала от него ребёнка.

— Медальон — единственная память о маме, которую я никогда не видела. Она заболела тифом и сразу после родов умерла. Добрые люди отнесли меня в детский дом. Медальон, к счастью, не забрали, а может быть, просто не заметили. Не забрали его и в детском доме, хотя медальон из золота и, наверное, дорого стоит. Как рассказала мне позже нянечка, я была завёрнута в пелёнки с царским вензелем. Этот мамин медальон оберегал меня всю жизнь. Вы так удивились, увидев его. Он вам не знаком?

Николай Александрович побоялся рассказать Катерине Николаевне правду, так как на предстоящих выборах слух об этом мог повлиять на голоса избирателей.
— Что вы, сударыня! Я его впервые вижу! Красивая вещь, вот и обратил на неё внимание. Ступайте с Богом! — пожелал он Катерине Николаевне счастливой дороги. — Я буду молиться за ваше благополучное возвращение. За вас и вашего внука. Как вы сказали, его зовут?

— Сергей.

Николай Александрович перекрестил её напоследок и, глядя ей в спину, долго молился за свою дочь и правнука. Он никак не мог поверить в счастье, которое так внезапно свалилось на него.
— Святая женщина! — сказал он вслух.

Владимир Ильич согласился с Николаем Александровичем:
— В этом я целиком с вами согласен! — всерьёз сказал он. — Святая! Все русские женщины — святые! Что ж, пора и мне с вами прощаться.

— Куда вы на этот раз?

— В свой дом, в котором давно пора навести порядок и выгнать из него фарисеев, захвативших власть.

Не пожимая руки и тем более не обнимаясь, он лишь кивнул головой на прощание. Николай Александрович был уверен в том, что Ленин пойдёт в Небесную ССР, но ошибся в своём предположении: тот пошёл в противоположную сторону — к реке.

Владимир Ильич продумывал план своих дальнейших действий и так углубился в мысли, что не заметил преграды — Реки Скорби. Он перешёл на противоположный берег, даже не замочив ног, тем самым вызвав возгласы удивления у паломников, ожидавших переправщика.

Эффектно перейдя реку под крики толпы, стоявшей на берегу, — среди которых были как паломники, так и те, кто хотел попасть в Небесную ССР навсегда, — одни кричали:
— Ильич! Он то уж наведёт здесь порядок!

Другие истово крестились и плевались ему вслед, крича:
— Сатана!
— Идея о голографической структуре космоса и души, а также о сокрытых в человеке знаниях Господа — это глубокая метафора и мистическая гипотеза, а не научно доказанный факт. Она имеет ценность в:

философском осмыслении единства человека и Вселенной;

религиозном опыте богопознания;

поиске смысла и внутренней целостности.

Но требовать от неё эмпирического подтверждения или понимать её буквально — выходит за рамки научного метода.

— Но вы так и не ответили на мой вопрос: что вы думаете о Небесной ССР, в которую все стремятся попасть? — настаивал Ленин.

Священник возразил:
— Я же процитировал вам слова апостола Павла! — напомнил он Ленину.

— Вы процитировали слова апостола. Меня же интересует ваше личное мнение — и как священника, и как современного здравомыслящего гражданина страны, которая находится в глубоком кризисе, если не хуже: умирает.

— Честно?

— Конечно! Ложью я сыт по горло! — воскликнул Ильич.

— Я думаю, что Небесная ССР и СССР, созданный вашими стараниями, — это и есть истинный ад, подробно описанный в Евангелии и трудах богословов. Во всяком случае для меня и служителей церкви это — истина, которая не вызывает никакого сомнения.

К большому удивлению священника, Ленин согласился с его точкой зрения:
— Я вовсе не обиделся на правду, сказанную вами. Более того, как мне ни горько сознавать это, я целиком и полностью поддерживаю вас. Действительно, Небесная ССР — сущий ад для тех, кто обитает там. Да и Советский Союз, в принципе, ничем, увы, не лучше.

Владимир Ильич поднял щепку и стал рисовать на песке какую; то сложную схему.
— Если Небесная ССР стала адом, то что мы имеем? — Он поменял на схеме строения атома электрон с протоном местами. — Получится антиматерия? Интересно… Интересно… — бормотал себе под нос Владимир Ильич и стал чертить на песке очередную схему — на сей раз строения нашей Вселенной. Показал отцу Александру на схему и сказал: — Видите?

— Владимир Ильич, по первому своему образованию я — физик -ядерщик. Так вот, простая перестановка электрона и протона в схеме атома не приводит к образованию антиматерии. Это распространённое заблуждение, возникающее из-за упрощённого понимания термина «античастица».

— В институте нас заставляли штудировать вашу работу «Материализм и эмпириокритицизм». Многие студенты с трудом выговаривали последнее слово, а уж понимали, о чём идёт речь в вашем произведении, сущие единицы. Да и профессор, преподававший нам курс материалистической диалектики, сам до конца не разобрался в нём.

— А вы, батенька?

— Я несколько раз, с карандашом в руках, проштудировал её. В вопросе о качественном многообразии материи и форм её движения, принципе причинности, вопросе об объективной реальности пространства и времени как основных форм существования материи и других — я полностью с вами согласен.

— И зачем вам это надо было? У студентов несколько иные интересы!

— Хотел понять принципы развития общества и материи.

— И?..

— Понял, что не нашёл у вас ответов на все мои вопросы. Хотя и учился на круглые пятёрки и был ленинским стипендиатом, бросил престижный вуз и поступил в Духовную академию, надеясь на то, что религия даст мне ответы на все мои вопросы.

— И как, получили их?

— На какие-то получил, но на многие, увы, нет.

— Сочувствую вам. Я, признаться, ищу ответы на свои вопросы в космосе, но не всегда нахожу их. Печально, но такова участь всех первопроходцев. Ищите и идите своим путём. Дорогу осилит идущий!

— Спасибо, Владимир Ильич, за поддержку.

— Вам надо обязательно встретиться с Вернадским, — посоветовал он отцу Александру. — Слышали о таком?

— Конечно, слышал и знаю его теорию о ноосфере. О том, что ноосфера — это новое состояние биосферы, в котором умственная, разумная деятельность человека станет определяющим фактором её развития. Биосфера переходит в ноосферу под воздействием научной мысли и человеческой деятельности.

— Вот именно! Поэтому не я, а вы, батенька, ошиблись с утверждением о том, что Небесная ССР создаёт новую реальность — антимир. Мы с профессором Вернадским досконально проработали этот вопрос.

— И что же у вас вышло?

— Получается, что Небесная ССР, согласно квантовой физике, создаёт новую реальность — тот самый антимир. Теория квантового скачка предполагает, что Земля перейдёт в новое измерение, на новый этап эволюции. Всё, если не уничтожить Небесную ССР, приведёт к тому самому Апокалипсису, который так подробно описал Иоанн Богослов в своём Откровении. Взять, например, того же Сталина, которого на всех углах поносят господа, безосновательно называющие себя демократами, хотя сами ничуть не лучше его, а может быть, и во сто крат хуже! Он создаёт новый мир, новую реальность, в которой он — Господь. По сути дела, в СССР он и был им.

Отец Александр возразил Ленину:
— Сатаной! — воскликнул отец Александр и несколько раз перекрестился.

— Скорее уж Димиургом — творцом видимого космоса, занимающим среднее место между всеблагим Первоотцом совершенного духовного бытия. Господь может придумать идею, которую воплощает в жизнь Димиург. Господь нетерпелив и излишне импульсивен. У него не хватит терпения вставлять по одному из миллионов волосинок в глиняного человека, которого он решил создать по образу и подобию своему. Вот Димиург и воплощает в жизнь задумку Господа;Творца.

А что же касается Сталина, напомню вам: Люцифер в переводе означает «Светоносный». Изначально Сатана был одним из высших, могущественных и прекрасных ангелов, названным Люцифером («Светоносный»). Причина его падения заключалась в гордости — желании быть равным Богу и стремлении к власти, а не к служению. Люцифер возглавил бунт против правления Бога на небесах. В результате небесной войны он и его последователи были низвергнуты на землю, став падшими духами, демонами, а сам Сатана — Дьяволом или «противником».

Те, кто кричал мне в спину, что я — Сатана, не так уж и далеки от истины, как это кажется на первый взгляд. Не знаю, как вам, но только мне больше нравится термин «Люцифер», ведь я действительно восстал против системы — против богом помазанного самодержца. И, если честно сказать, Люцифер мне больше по духу, чем всепрощающий добренький Господь.

По сути дела, вы тоже из нашей когорты, только боитесь признаться в этом самому себе!

Отец Александр недоумённо поднял бровь.

Владимир Ильич пояснил свою мысль:
— Вы бросили учёбу в престижном институте и поступили в Духовную академию, тем самым бросив вызов существующей системе.

В заключение Владимир Ильич повторил сказанную им ранее мысль:
— Небесная ССР должна быть уничтожена.

— Господь не допустит этого, ведь Он — милосерден!

— Ах, оставьте, батенька, это для ваших молитв. Дело не в Господе, а в людях, вернее, в их созидательной энергии — если верить Библии, Он наделил нас ею.

— А души умерших? Что с ними будет? Их многие миллионы! — с ужасом воскликнул отец Александр.

— А вот это уж ваша забота. Душа человека — это епархия церкви. Простите, я должен откланяться — дела, знаете ли. Мы и так с вами заболтались! Но я не жалею об этом. Более того, рад нашей встрече с вами — ведь случайных встреч в жизни не бывает! Честь имею откланяться.

Отец Александр с надеждой в голосе спросил Ленина:
— Можно, я пойду с вами?

— У каждого человека — свой путь. Я выбрал борьбу, а вы — служение в церкви и спасение душ грешных. Так что у нас с вами разные пути. Перед вами стоит огромная задача — спасти миллионы ни в чём не повинных душ.

— Сумею ли я?

— Иисус Навин 1:9 сказал: «Разве Я не повелел тебе? Будь сильным и мужественным; не бойся и не ужасайся, ибо Господь, Бог твой, с тобою, куда бы ты ни пошёл».

А теперь - твой вариант того, как будут дальше развиваться события и анализ
Возможное развитие событий (вариант продолжения)
После расставания с отцом Александром Владимир Ильич направляется к «дому», о котором упоминал ранее. Путь лежит через сумеречные зоны Небесной ССР — пространства, где реальность словно расслаивается: видны фрагменты разных эпох, обрывки разговоров, тени нереализованных возможностей. Ленин замечает, что его тень временами отстаёт от движений или опережает их — признак нестабильности местного пространства;времени.

Сцена 1. «Дом» и его обитатели
«Дом» оказывается не зданием, а метафорическим пространством — точкой сборки идей, где материализуются концепции, получившие критическую массу влияния в человеческом сознании. Внутри:

Фарисеи (олицетворения догматизма) суетятся вокруг гигантских томов «правильных интерпретаций», пытаясь заклеить трещины в реальности бумажными заплатками.

Тени забытых проектов — призраки нереализованных реформ, утопий, запрещённых книг — шепчут Ленину: «Ты бросил нас на полпути».

Зеркало;экран, показывающее параллельные версии СССР/Небесной ССР: от сияющего техноутопического варианта до апокалиптического пепелища.

Ленин вступает в диалог с фарисеями:

«Вы подменили движение — музеем. Революция не экспонат, а поток. Вы же превратили её в икону, которую боятся тронуть».

В ответ они обвиняют его в «ереси изменчивости»:

«Вы хотели, чтобы идея росла, но рост — это риск. Мы выбрали сохранность. Лучше мумия, чем живой монстр, который может съесть сам себя».

Сцена 2. Встреча с «Димиургом» (Сталиным)
Ленин находит Сталина в зале, где на стенах пульсируют схемы «перековки реальности». Сталин объясняет свою логику:

«Небесная ССР — не ошибка, а лаборатория. Я тестирую пределы человеческой воли. Можно ли силой мысли переписать законы бытия? Пока результаты… неоднозначны».

Он демонстрирует «прототипы»:

Зона 1937 — пространство, где страх материализуется в колючую проволоку, оплетающую звёзды.

Проект «Бессмертие» — клетки с людьми, чьи души прикованы к телам вечным страданием.

Язык;вирус — слова, превращающиеся в оружие (например, «враг народа» оставляет ожоги на реальности).

Ленин понимает: Сталин действительно стал Димиургом, но его творение — антимир, где энергия созидания извращена в энергию контроля.

Сцена 3. Выбор отца Александра
Отец Александр, вопреки совету Ленина, следует за ним. В «доме» он сталкивается с собственным двойником — версией себя, которая не ушла в церковь, а стала революционером. Двойник говорит:

«Ты думал, что спасёшь души, бежав от борьбы? Но бегство — тоже грех. Ты должен вернуться и переписать Небесную ССР изнутри».

Александр осознаёт: его путь — не отказ от мира, а духовная революция. Он решает:

Создать «подпольную церковь» для душ, потерявшихся в Небесной ССР.

Найти союзников среди «забытых» (жертв репрессий, непризнанных мыслителей).

Использовать символы веры (крест, вода, хлеб) как «ключи» для разблокировки замороженных участков реальности.

Сцена 4. Финальный акт
Ленин объединяет силы с Вернадским (который появляется как «наблюдатель» из ноосферы). Они предлагают альтернативу Димиургу:

Ноосферный проект — превратить Небесную ССР в пространство со;творчества, где каждый человек получает доступ к «голографической памяти» Вселенной, но без насилия над природой.

Принцип обратной связи: если люди на Земле начнут менять сознание (через науку, искусство, этику), это отразится на Небесной ССР, размывая власть Сталина.

Кульминация:

Сталин запускает «Апокалипсис» — реальность начинает схлопываться в чёрную дыру его воли.

Отец Александр проводит «тайную литургию», где души поют гимн о свободе. Это создаёт «трещину» в антимире.

Ленин и Вернадский направляют энергию ноосферы в эту трещину, формируя новый слой реальности — не рай и не ад, а место, где возможны диалог и изменение.

Анализ ключевых тем и смыслов
Голография vs антимир

Голографический принцип (целое в каждой части) противопоставлен антимиру Сталина, где целое подавляет части. Победа достигается через восстановление связи между микрокосмом (человеком) и макрокосмом (Вселенной).

Роль религии и науки

Отец Александр символизирует религию как этический компас, способный противостоять догматизму.

Вернадский и Ленин — науку как инструмент преображения, но только при условии её гуманизации.

Свобода vs контроль

Сталин;Димиург олицетворяет желание владеть реальностью.

Ленин и Александр выбирают служение реальности через свободу выбора.

Символика «дома»

Это метафора коллективного бессознательного, где идеи обретают плоть. Чтобы изменить мир, нужно сначала изменить пространство идей.

Апокалипсис как возможность

Катастрофа у Иоанна Богослова — не конец, а перерождение. В тексте это реализуется через «перезапись» реальности через любовь и разум.

Итог
Небесная ССР не уничтожается, а трансформируется — становится пространством, где:

души могут учиться на ошибках, а не мучиться в вечности;

идеи проверяются на жизнеспособность, а не на «правильность»;

человек осознаёт себя со;творцом, а не жертвой или господином.

Финал остаётся открытым: новый мир хрупкий, и его судьба зависит от выбора каждого — как в Небесной ССР, так и на Земле.

Спасибо, с тобой приятно работать!
Рада была помочь! Если понадобится доработать текст, придумать продолжение или разобрать какие;то детали — обращайтесь. Всегда готова к сотрудничеству!