Массажист. Наташка номер 2

Вот уже и август. Юра вышел на балкон…

Утро дышало влажной прохладой, но без осенней колкости — тепло еще держалось где-то в самой гуще воздуха. По небу медленно плыли тяжелые тучи, вперемешку с разорванными перистыми облаками, сквозь которые то и дело прорывалось солнце.
 
Оно не светило, а именно «пробивалось» — резкими, почти осязаемыми лезвиями света, которые на секунду заливали золотом крыши домов, а потом так же внезапно гасли.

На соседнем балконе стояла соседка, кутаясь в теплый жакет и докуривала сигарету.

— Привет, Юр!
— Привет, Натаха!

Молодой человек, достал сигарету и закурил, отворачиваясь от теплого, но порывистого ветра.

Во дворе деревья шумно вздыхали, а ветер срывал с них, уже начавшие желтеть, уставшие листья.

Снизу доносился лай собаки и звук уезжающего мусоровоза.
Наташка скользнула взглядом по двору и вдруг радостно показала вниз:

— Опа! Глянь!
— Куда?

— Да вон, на балкон снизу, соседний подъезд, второй этаж! Видишь блондиночку? Это же Наташка моя! Видно, опять в командировку приехала.

Наташка засмеялась и закричала с балкона:

— Натахааа! Эй! Наверх поднимайся! Соскучилась!

Наташка номер 2 заулыбалась и помахала рукой.

— Как же вы повзрослели, девчата! — Юра смотрел на подружек, которых знал с детства, и удивлялся.

— Юр, давай, заходи! Поболтаем, с Натахой снова познакомишься, — соседка взглянула на Юру с загадочной усмешкой и не дожидаясь ответа, вернулась в квартиру.

Вечером, после работы, Юра зашел к соседке напротив.

Наташка номер 2 была уже там. Разговор шел по знакомым тропинкам воспоминаний. Они болтали целый вечер, перебирая маленькие сцены детства, словно «большие драгоценности».

Тогда, в их детстве, Управляющая компания дома, содержала детский клуб. В подвале дома было помещение, для занятий детских кружков. Был руководитель детского клуба - Роман Сергеевич.

Он организовывал концерты, спектакли, с участием детей.  У них во дворе была даже своя «агитбригада», с выездными концертами.
Интересное было время!

— Юр, скажи, ведь наш Роман Сергеевич, душевный был человек. Был в курсе всех наших дел — сказала Наталья, разливая всем чай.

Юра кивнул и улыбнулся.
— Удивительно, — произнес он задумчиво, — тогда двор был полон детей. Куда они все делись? Может, перестали рожать, а может, просто разучились дружить дворами. Теперь каждый сам по себе.

Наташа-гостья слушала его, и в её голубых глазах играла искра.
¬— Юра, а помнишь, какие концерты ты нам устраивал, весь двор собирался!

Она смущенно коснулась щеки — будто вдруг заметила, что в комнате стало немного жарче.

Юра засмеялся, и в смехе слышалась не только радость, но и легкая грусть.
— Да… Я тогда много знал песен: «Машина времени», Розенбаум, всякий шансон. Бардовские — Малежик, Кузьмин… Сейчас и не упомнишь всего…

Девчонки ничего не спрашивала у Юрия, о его личной жизни. Похоже, две Наташки уже успели обсудить «всю его жизнь» и теперь тактично, ни о чем не спрашивали. И это было приятно.

— Кстати, именно Роман Сергеевич посоветовал мне взять гитару, — признался Юра. — Многим ребятам он помог выбрать путь, отвёл от «скользкой дорожки», как тогда говорили взрослые.

— Ты столько песен знал! Тебя часа на два хватало! Как ты все их запоминал?
Блондинка внимательно посмотрела на Юру, не скрывая своего интереса и восхищения.

— Это ... невероятно, — ликовало что-то внутри нее, что-то новое, хрупкое и очень желанное.

Юрий пил чай, улыбался их воспоминаниям и украдкой следил за игрой выражений на лице гостьи, понимая, что этот случайный вечер стал самым ярким событием за долгие нелегкие месяцы после развода.