Месть предателю

     На следующий день, придя домой из школы, я уже не стал слушать радио. Я решил воплотить в жизнь коварный план мести, который я вынашивал в школе целый день,  о чем в дневнике появилась соответствующая запись: «На уроках  не работал…, о чем-то мечтал». А план у меня был самый коварный – отомстить предателю-табурету.
     Первым делом я выдвинул табурет из-под стола, погладил его ладошкой и даже поцеловал. Потом, как обычно, налил чай, сделал пару бутербродов и сел за стол перекусить. Ну а чтобы табурет совсем ни о чем не догадался, я включил радио, хотя изо всех сил старался его не слушать.
     И вот, наконец, он настал! Час расплаты! Я сложил посуду в раковину. Потом  сходил в кладовку и взял из отцовского ящика с инструментом самый большой молоток. Вернулся на кухню. Еще раз погладил рукой табурет и перевернул его ножками к верху. Включил радио на полную громкость, и, с криками «смерть предателю!» стал изо всех сил колотить молотком по табурету, куда попало.
     Я остановился только тогда, когда сломалась одна перекладина и треснула ножка. И сразу мысль, что я скажу родителям? Но, слава Богу, соображал я неплохо, а иногда даже просто хорошо. Я унес на место молоток, достал из портфеля канцелярский клей, которым на уроке труда должен был клеить какие-то поделки из бумаги и достал из портфеля канцелярский клей, которым на уроке труда должен был клеить какие-то поделки из бумаги и картона. Но, как я уже говорил, был занят более важным делом - разработкой плана мести.
     Как там говорила Вера Степановна? Аккуратно капаем одну капельку клея и размазываем кисточкой по всей поверхности. Только одной капельки на всю перекладину мне не хватило. Я рискнул и накапал еще несколько капель. Так надежнее. Сложил вместе две половинки перекладины и вставил ее в пазы табурета. Еще несколько капель накапал в трещину ножки. И совсем даже не заметно. Ну вот, держится надежно. К вечеру клей окончательно просохнет, и будет табурет как новенький.
     Я с гордостью смотрел на свою работу. Вот как надо! Это вам не бумажные цветочки клеить! Тут целый табурет починил, настоящая мужская работа. Надо будет папе рассказать. Но как тогда объяснить поломку табурета? Решил оставить разговор – еще один мужской разговор – на потом, когда-нибудь. Ну, хотя бы через неделю.
     Вечер. Родители задерживались на работе. Первой пришла мама. Прямо с порога вручила мне большую шоколадку.
     - Привет, мам! Это за что?
     - Как дела, ребенок? – Вместо приветствия спросила мама.
     - То же. – Я совсем забыл про запись в дневнике.
     - Папа не приходил с работы?- Нет еще.
     - Хорошо. Тогда я сейчас, буквально пару минут передохну и приготовлю ужин. Ты голодный?
     - Нет. Я чай с бутербродами поел…
     - Или бутерброды с чаем попил? – Раздался из прихожей голос папы.
     Мы даже не слышали, как он вошел.
     - Зато я голодный, как стадо волков! Как стая слонов! – Папа прямиком направился в кухню с большой шоколадкой в руке. – Это тебе, сын!
     Я ничего не понял, но шоколадку взял. Всё же две намного лучше, чем ни одной.
     - Представляете, у нас на заводе в столовой прорвало трубу! Починили только к вечеру. Так что я сегодня без обеда. Потому и  пришлось задержаться. Ужин, надеюсь, готов?
     - Ужина еще нет. Я тоже только-что пришла. У нас было профсоюзное собрание, – ответила мама из комнаты.
     - Вот незадача! – Огорчился папа.
     - Ой! Я совсем забыла! – мама прибежала на кухню. – В холодильнике есть совсем немного щей. Будешь?
     - А сын?
     - А сын подождет ужин. Тем более что он наелся чаю. Ну, то есть, напился бутербродов. Тьфу на вас! Совсем меня запутали.
     - Ну, тогда давай щи! – Папа довольно потер руки. Щи он очень уважал.
     - Ну, тогда бегом в ванную, мыть руки!
     Мама поставила на стол тарелку с горячими щами. У папы была любимая глиняная тарелка. Глубокая, с широкими краями, желтого цвета с синим узором на краях. Ей больше ста лет. Она досталась ему по наследству от его отца, а тому – от его отца и так далее.
     Папа сел на починенный мной табурет. Подвинул тарелку на край стола поближе к себе. Понюхал щи, одобрительно крякнул и потянулся за хлебом на другом конце стола. Табурет немного накренился и…
     Дальше все произошло в считанные секунды. Даже доли секунды. Одна ножка табурета переломилась, остальные разъехались. Папа полетел на пол. По пути папин подбородок угодил прямо в край тарелки. Тарелка сначала встала на ребро. Щи вылились папе на голову, а сверху наделась тарелка. Папа взвыл. Щи-то были
горячие…
     - Ой! Боже мой! – Вскрикнула мама. – Рубашку-то теперь не отстирать! Тарелка не разбилась?!
     - Нет. Ах, ты же дрянь такая! – Злобно прошипел папа.
     Я не знал, смеяться мне или бежать из дома. Мне показалось, что последние слова папы были обращены ко мне. На всякий случай я скрылся с глаз папы в комнате и принялся в срочном порядке уплетать шоколад, так, на всякий случай.
Папа схватил обломки табурета и прямо в таком виде вынес их на помойку. Потом папа мылся в душе, а мама готовила ужин.
     После ужина родители сели на диван смотреть телевизор. Стали вспоминать произошедшее. Мама рассказывала папе, как он выглядел со стороны. В разноцветной от щей рубашке и с тарелкой на голове был похож на клоуна в шляпе. Очень громко смеялись. Я незаметно вошел в комнату к родителям и присоединился к их веселью и тоже дал волю чувствам.
     - Вот только непонятно, – сказал папа, – с какой стати табурет сломался? Вроде бы еще такой крепкий был…
     Вот тут я не выдержал. Вот тут меня и понесло. Я во всех подробностях рассказал папе, как  «отомстил» табурету, а потом его починил. Я даже не заметил, что мама вышла из комнаты и вернулась с дневником в руках.
     Через пять минут я уже стоял в углу. Задница огнем горела. В доме стало тихо.
     - Рубашку все-таки жалко, – задумчиво произнесла мама, – совсем новая. Была…

                28.04.2023