69. 1-3 августа 1572 года, Михаил Воротынский

Глава из летописи-эпопеи “Между Западом и Степью”, которая состоит из пяти частей и описывает ключевые события истории Руси времён Александра Невского, Дмитрия Донского, Ивана Великого, Ивана Грозного и Смуты

В гуляй-городе действительно страдали от отсутствия провианта, фуража и воды. А ещё накапливались раненные, которым была нужна срочная помощь лекарей и которые лежали на войске тяжким грузом. О них заботились как могли, хотя рук и умения катастрофически не хватало. От голода спасались кониной, отсутствие воды представляло куда большую проблему.

Затишье не облегчало, а наоборот — усугубляло положение. В горячке боя все забывали о страданиях. К тому же, Воротынский понял, что татары собирались взять их измором. Время работало на них, ослабляя русскую армию физически и морально. Князь на совете с остальными руководителями обороны постановили в случае крайней нужды выйти и отдать свои жизни в рукопашной, чем помереть от истощения на радость врагу.

Поэтому возобновление со стороны татар боевых действий утром 2 августа «жители» гуляй-города восприняли с радостью. Противник сам зачем-то лез на рожон. Но вскоре русичам пришлось так туго, как ещё не приходилось за все дни осады. Вражеские части налетали с каким-то запредельным ожесточением. Они лезли на укрепления, пытались проломить их массой, разнести доски голыми руками. К ним наконец-то прибыла артиллерия.

Русичам также передалось остервенение битвы. Они рубили, кололи, стреляли и даже кусали. Клубы дыма с обеих сторон разъедали глаза, мешали видеть. Гул и треск закладывали уши, люди поскальзывались на трупах и кровавых лужах. Воротынский пока координировал действия, но в любой момент готовился обнажить свой меч. Кажется, противостояние приближалось к развязке. Татары спешились и ринулись все в одном направлении, рассчитывая прорваться единым клином. Внезапно Михаилу Ивановичу пришла в голову интересная мысль.

-Я оставлю тебе только пятую часть войска, - сказал он Дмитрию Хворостинину. - В основном, пушкарей, стрельцов да пешцев. А сам попробую потихоньку выбраться из гуляй-города и нападу на врага. В этом наше единственное спасение, но на манёвр надобно время. Как хочешь, а продержись!

Задумка князя удалась и решила всю военную компанию в пользу русичей. Хворостинин сумел продержаться, а внезапный удар Воротынского вкупе с залпом из гуляй-города опрокинули татар. В лютой сече полегло больше половины вражеского войска. Остальные побежали врассыпную. Многие из них также кончили пленом или смертью.

Ещё раньше обратился в бегство крымский царь со своею свитой. Воротынский гнал его до Оки, разбив трёхтысячный заградительный отряд и ещё 2 000 на переправе. Продолжать преследования не стал.

-Всё равно не догоним, - признался он. - Люди устали, татарские кони быстрее, да и незачем. Дело ведь сделано! Нет теперь у царя Девлета витязей и долго не будет! Русское наше господарство лет на 15-20 ограждено от большого крымского похода, подобному нынешнему или прошлогоднему. А там, глядишь, мы сами наведаемся на полуостров и присоединим его, как присоединили Казань и Астрахань.