Один за всех и все за одного

На первый взгляд, ответ на вопрос «кто автор фразеологизма «“Один за всех (и) все за одного”» кажется очевидным. Многие недоуменно пожмут плечами и ответят: «Конечно, Александр Дюма-отец, автор всемирно известного романа “Три мушкетера”!». Именно в главе 9 этой произведения, впервые опубликованного в журнале «Сьекль» в 1844 году, интересующая нас реплика встречается дважды, правда в менее привычной редакции:

«Тous pour un, un pour tous» -  «Все за одного, один за всех»

Если же «прошерстить» рунет, можно без труда найти осторожные высказывания вроде такого:

«Считается, что автором фразеологизма является французский писатель А. Дюма-отец, озвучивший его в романе "Три мушкетера"»

Чувствуете? В этом «считается» есть какой-то элемент неуверенности. И действительно, на других сайтах рунета доказывают, что:

- «(данное выражение) Возникло в древние времена у славянских народов. Такой фразой поднимали дух воинам перед сражением, клялись служить правде и вере Руси»;
- «новгородцы на вече давали клятву «всем за один стати» (со ссылкой на Толково-фразеологический словарь Михельсона)»;
- «В. Даль включил выражение в собрание пословиц русского народа»;
- «Первоисточником этой фразы является латинское выражение “In per tuts, tuts per in”».

Если в правдивость второго и третьего утверждений можно верить, то последнее – забавная «туфта». Это никакая не латынь, а ретороманский язык (романш), на котором говорит небольшая народность в Швейцарии. Однако Швейцарию мы помянули не случайно. Дело в том, что осенью 1868 года один из альпийских кантонов пережил страшное наводнение. Все швейцарцы бросились собирать средства в пользу пострадавших от стихии, и газеты страны бросили ставший популярным в швейцарском обществе клич «Один за всех, все за одного!». Лозунг этот так полюбился властям Конфедерации, что они перевели его на латынь – «Unus pro omnibus, omnes pro uno» - и сделали неофициальным девизом нации, расположив его под государственным гербом, украшающим здание Городского совета в Берне.

Но неужели популярность «Трех мушкетеров» в Швейцарии была столь велика, что фраза из иностранного романа превратилась в неофициальный девиз целой страны? Швейцарцы отвечают на это решительным «нет!», приводя старинную легенду о благородном рыцаре Арнольде Винкельриде, который пожертвовал собой в битве при Земпахе (1386 г.). По преданию, этот швейцарский воитель закричал «Один за всех, все за одного!» и геройски погиб, приняв на себя удары вражеских пикинеров, но прорубив в их строю брешь, что позволило швейцарцам одержать решительную победу.

Однако зануды-историки еще в прошлом веке установили, что означенная историческая личность, Арнольд фон Винкельрид из Унтервальдена, жила в начале XVI века и в чине капитана командовала отрядом швецарских наемников, служивших французскому королю. Сей доблестный предводитель, а с ним около трех тысяч его соотечественников, пали в 1522 г. в сражении при Бикокке, которое французы с треском проиграли имперцам. Капитан, возможно, и призывал в этом несчастном бою соратников «стать как один» и победить или умереть, но источники об этом дружно молчат.

В таком случае перенесемся из далекой Швейцарии в относительно более близкую нам Богемию, где в мае 1618 года местные дворяне и горожане собрались по призыву чешского графа Турна в Праге и обратились к представителям германского императора Матвея с требованием освободить заключённых и прекратить нарушение религиозных прав протестантов. Упомянутым представителям была зачитана соответствующая петиция, в которой, кроме прочего, заявлялось, что:

«... не страшась потерять честь и имущество, здоровье и саму жизнь, мы будем твердо стоять на своем все за одного и один за всех...»

Текст петиции, естественно, составили на немецком языке, поскольку император был германским, а чешская шляхта и горожане – онемечены. Поэтому интересующее выражение звучало в документе как «Аlle fuer einen und einer fuer alle».

Не будем, однако, делать скоропалительные выводы и вновь переместимся из золотой Праги кануна Тридцатилетней войны в туманный Лондон, охваченный чумой 1593/4 годов. Все столичные театры закрыты, и молодой драматург Уилл Шекспир обращается к поэзии. Из-под его гениального пера рождаются целых две поэмы, одна из которых называется «Лукреция» (она же – «Обесчещенная Лукреция»). В этой последней читаем следующие чеканные строки:

«…The aim of all is but to nurse the life
With honour, wealth, and ease, in waning age;
And in this aim there is such thwarting strife,
That ONE FOR ALL, OR ALL FOR ONE we gage;
As life for honour in fell battle’s rage…»

Выделенный фрагмент можно перевести как «одно за всё или всё/за одно» (мы закладываем). К сожалению, в русских поэтических переводах этот фрагмент буквального отражения не нашел. Судите сами:

«…Цель каждого — до старости дойти,
Вкушая честь, богатство и покой.
Но столько трудностей на том пути,
Что жертвовать приходится порой:
То жизнью ради чести в битве злой,
То честью для богатств, то мы в боренье
Теряем жизнь, стремясь к обогащенью…»,

или

«…Задача всех - в преклонные лета
 Обставить жизнь богатством и покоем;
 Из-за того борьба и суета,
 На этом мы всё наше счастье строим:
 Так яму мы себе же сами роем.
 Честь - для богатств, и всё для них губя,
 Со всем мы губим вместе и себя…»

Итак, в конце XVI века в Англии и в начале XVII века в Богемии впервые письменно фиксируется то крылатое выражение, которое мы здесь рассматриваем. Фиксируется оно в английской (шекспировской) и немецкой редакциях независимо одно от другого. В Богемии и Германии той эпохи знать не знали, кто такой Уильям Шекспир, ибо первые переводы шекспировских пьес, не говоря о поэмах, на немецкий язык стали появляться только в XVIII веке. Таким образом, остается предположить, что  «мушкетерский девиз» был известен не только во Франции, но и в других европейских странах самое позднее в период Нового времени, а его корни покрыты плотным мраком Средневековья.