Часть седьмая. Суицид

Часть девятая. СУИЦИД.

(Хроники полтергейста и полтергейстера).

Аверченко Ольга Анатольевна убила мою клиентку. Убила так же верно, как если бы Ольга Анатольевна воспользовалась огнестрельным оружием или ножом.

Александра Васильевна из магазина вернулась, к дому пришла, с помощью лифта в квартиру поднялась, без особенных мыслей и чувств покупки оставила, на кухонный мини - диван свои сумки поставила, затем прилегла на диван и отказалась дальше жить...

Внук Саша в семье Захарченковых назывался Александром третьим и в шутку и всерьез. Носил имя деда, Захарченкова Александра Владимировича. Когда внук пришел из школы, увидел бабушку, которая лежала на диване неподвижно.

Александра Васильевна не заметила Сашу. Внук испугался, немедленно позвонил на работу отцу.

Я - полтергейстер, Сергей Филонов, нисколько не борец с миром привидений и духов. Тот самый "потусторонний мир" существовал рядом с обычной человеческой жизнью всегда, последние тридцать лет, "потусторонность" или доступность различных параллельных миров существует, преимущественно только в человеческом воображении.

И совсем не для тех людей, которые считают необходимым, замирая от удовольствия и ужаса одновременно, находить различные страшные истории, их читать, смотреть в кинотеатрах, по телевизору или в интернете, потом пересказывать, а также фильмы ужасов смотреть. И не защитник я ни для одного из двух этих миров, практически не соприкасающихся в обычной жизни - житейского мира обыкновенных людей и, в принципе, людьми непознаваемого, непостижимого мира духов.

Но страшные или необъяснимые истории, иногда, в обществе, случаются. В качестве переводчика, транслейтора, между миром духов и миром людей, вызывают, тогда, полтергейстера, меня.

Отец Захарченков приехал домой немедленно. Нашел растерянного сына и мать, которая отказывалась замечать существование своих близких родственников, сына и внука. А также есть и или пить.

Александра Васильевна ещё дышала, но уже отбросила всякое желание жить.

А полтергейстер Филонов, получивши обычный встревоженный вызов, от родственников, вначале не заторопился.

Не потому, что важности происходящих событий не понимал. Звонивший полтергейстеру был хорошим знакомым. И человеком он был солидным и обеспеченным, поэтому к словам Николая Захарченкова можно и нужно было относиться с доверием.

И обеспеченным человеком был Николай Александрович Захарченков, и в бизнесе своем успешном предпринимателем вполне состоявшимся.

Я поспешал не торопясь и знал много бо;льшее: Очень многие из нас постоянно и длительно сгорают в огне собственного самолюбия, тщеславия или других чувств. И события эти внутри каждого опалённого этими чувствами человека, продолжаются годами, десятилетиями, и не влекут за собой опасности или большого пожара в организме, кроме случайностей, что происходят с молодыми и очень молодыми людьми в их наивной и яркой молодости.

Затем я получил немедленное подтверждение серьезного вызова: Адрес и номер счёта. А также описание уточняющих событий и мой будущий гонорар. Я заторопился: Будущая клиентка оказалась моей знакомой, почти соседкой.

А вызывал меня к своей матери её собственный сын.

В нынешней структуре общества я тихо нахожу собственную нишу, являюсь чем - то средним и нахожусь посередине между лекарем, психологом, юристом и духовником.

Случается постоянно так, в раздробленном нашем и узкоспециализированном мире, где наплевавши на целостность одного желудочно - кишечного тракта, один врач - гастроэнтеролог лечит больной желудок, а совсем другой врач - проктолог, изучает боли в кишечнике...

А люди, очень часто скучают и даже тоскуют по комплексному вмешательству в их дела, здоровье, чувства или личную жизнь...

Случается порою, что мы с моим клиентом просто сидим, беседуем, ведём неспешный и очень откровенный разговор. А страшные тайны прекращают нас пугать, разделенные на двоих, разбавленные профессионализмом опытного специалиста, полтергейстера, меня.

Но прекращаются эти тайны только лишь оттого, что мой клиент успокаивается и прекращает сам воздействовать своим ментально - психическим полем, всем полем своей души на ментальное поле объекта или события...

Люблю наблюдать, как всплывает решение, никогда не навязанное, но, случается ведь и так, что даже и не подсказанное, это решение, бывает, мною.

Неожиданное решение, оно поднимается из глубин памяти, приносит волну добрых чувств. Ради таких случаев я вожу с собой аспирин, анальгин, валерьянку, аптечку. Переживая благодетельный кризис осмысления, как обновления, люди, случается, полностью изменяют собственную жизнь.

Но есть случаи, рядом с которыми я бессилен. И старость - одно из них.

Я думаю, иногда, что долгожители в горах Кавказа живут долго потому, что их поступки и сама их длинная жизнь остаются востребованными детьми, знакомыми, соседями, внуками, и никогда не осуждаются окружающими горцев людьми.

Мы на равнинах и в городах сильно изменили нашу жизнь, наверное, в лучшую сторону.

И сейчас просто обязаны поступать оригинально, одновременно и правильно, а выглядеть достойно и молодо всегда. Но в нашем стремительном обществе нет больше места для недостойных, больных и стариков.

Бывает намного легче вдруг выйти в мир и всему миру понравиться среди собственной, ранней молодости. Хотя, и молодежи этот талант достается не всегда, в молодости тоже бывает нелегко...

Я замечал, что с некоторого времени становится трудным, даже мне, с первого жеста или слова, очаровывать окружающих. И это бывает вызвано самим возрастом и здоровьем, только иногда связано с обеспеченностью, и иникогда не зависит от таланта, как состояния человеческой души.

Моя клиентка попала в разряд «лишних людей» случайно, ее возраст позволял ей жить еще десять - пятнадцать - двадцать и более лет, но неизбежное, неисправленное событие с ней случилось.

Она угасала сейчас, тихо лежала на диване, не обращая внимания на хлопоты преданного ей сына.

Я применил все возможные или доступные мне методы.

Оживления пострадавшей не наблюдалось. Пожилая женщина лежала, смотрела в потолок. В его протечках кляксах или разводах на потолке от недавнего пролива холодной водой от соседей сверху, сейчас состояла её, Александры Васильевны, собственная жизнь, жизнь бесполезная и никчемная, такая же, как и не дождавшийся капитального ремонта в большом кондоминимуме жильцов потолок.

Но пульс моей клиентки продолжал сбоить, пульс замирал, потом тахикардил, но всё же бился. И я решил не останавливаться.

Внук Саша посмотрел на мои старания, вздохнул горестно и пошёл на кухню готовить обед или варить чай. Шумел на кухне внук громко и неуверенно, привыкнувши к тому, что обед готов всегда, а еда вкусная потому, что рядом с ним, в доме всегда присутствует дорогая и любимая бабушка.

Наконец, упала и загремела на весь дом уроненная внуком сковородка. И этот взрывной шум вдруг, как взрыв, подбросил Александру Васильевну к жизни, выкинул из безразличия и с дивана. И наполнил желанием жить.

Через десяток минут приготовился горячий чай. Обложенная подушками Александра Васильевна Захарченкова сидела на диване, пила сладкий чай и порывалась вскочитьс дивана, чтобы бежать на кухню, разогревать обед и кормить своих близких.

Александра Васильевна не хотела вспоминать или рассказывать. Она хмурилась, она молчала, не отвечала на вопросы о том, кто же её так сильно в магазине обидел.

И не давала, тем самым, своим родственникам, спускаться в продуктовый магазин, разбираться и мстить...

И всё - таки, понимал я:

Администратор магазина Аверченко Ольга Анатольевна убила мою клиентку. Убила так же верно, как если бы Ольга Анатольевна воспользовалась огнестрельным оружием или ножом.

Убила словом, просто и непонятно почему нагрубивши покупательницев своём магазине. Захарченкова Александра Васильевна пришла из магазина,

легла на диван и стала умирать. Она отказалась есть, пить, еще дышала, но уже отбросила всякое желание жить оттого, что почувствовала себя ненужной более никому, бесполезной и вредной старухой...

Моего профессионального вмешательства не случилось, но гонорар я взял. Неуверенно или небрежно, не пересчитывая, засунул деньги в карман.

Потому, что знал: Мною было отработано. Мною будет отработано.

А я живу и работаю ради того, чтобы с людьми происходили или случались разные неприятности или другая посторонняя и ненужная людям беда!...