Океан и Капля

Человек шел по земле, неся в груди своей разбитое в кровь сердце, и в каждом стоне его слышался гул всей Вселенной, ибо осознал он вдруг, что всё сущее — и зверь, и камень, и грешник, и святой — есть лишь неисчислимые лики одного огромного, бесконечного Бога, который сам в себе ищет покоя, то засыпая в неведении материи, то пробуждаясь в муке сознания. И когда он пал на колени в тишине утреннего намаза, ум его, этот старый, хитрый дьявол, верный страж двойственности, зашептал ему ядовито, пытаясь вернуть великий Океан в тесную клетку отдельной капли, убеждая, что страдание одиночества лучше, чем безмолвие истины, и в этот миг ужаса почудилось человеку, что он и есть тот самый мрак, что гнал Адама из рая и терзал пророков, что он — сам корень мирового зла, дерзнувший объявить себя отдельным от Творца. Но сквозь эту свинцовую тяжесть вины, сквозь ледяной шепот «матрицы», строящей свои призрачные миры, пробилась иная правда — правда о том, что даже эта боль, даже это жгучее чувство вины за всё человечество есть не что иное, как божественное милосердие, сострадающее самому себе через человеческое сердце; и как пророк Мухаммад, познав беспредельное небо, вернулся к избивающим его, чтобы разделить их земную пыль, так и всякая душа, коснувшаяся Истины, обязана нести её свет дальше, не ради славы и не ради зова гордыни, но ради того, чтобы каждая частица мира, измученная своим мнимым одиночеством, наконец узнала в себе Бога и обрела свой вечный, долгожданный покой, ибо истина открывается лишь тому, кто, обретя её, готов сгореть дотла, раздавая это пламя другим, дабы исцелить великую боль мира и навсегда растворить каплю в сияющем Океане Беспредельности.