Полосочки зебры

   Багровеющий глаз закатного солнца лениво следил за мягкими движениями гепарда. Хищник был ещё не стар, но его быстрота и ловкость остались разбросанными по всей необъятной саванне вместе с метками прежних территорий. Он тихо приближался к молодой зебре, оторвавшейся от стада. Её мучила жажда, и она пыталась найти хоть какое-то углубление, заполненное водой. Засуха выпарила водоёмы, а растрескавшееся дно озера покрылось редкими лужицами, которые уже были вылизаны взрослыми сородичами. Гепард испытывал голод. Добычи в обезвоженной саванне оставалось всё меньше, так же, как и сил для её поимки. Возможно, зебра - его последний шанс, и он должен взять её жизнь, чтобы продолжить свою. Ему нужна её плоть. Выжженная трава  волнами обволакивала охотника, он словно плыл к своей жертве, то каменея, то припадая к самой земле. Когда осталось совсем чуть-чуть для последнего броска, того, на который он был ещё способен, зебра напряглась, подняла голову и пошевелила ушами, точно услышала посторонний звук. Гепард тут же замер и тоже вслушался….
 
……………………………………………………………………………………………………..
 
- Ася! Ася! Ася!
- Я здесь. Ты позвал и я услышала, как обещала.
Она опустилась рядом с ним на кем-то наспех сколоченную лавку под развесистым кустом акации. Цветущие ветви пенными струйками выплёскивались из ствола во все стороны, пряча сидящих от солнечного жара. Она коснулась пальцами его волос, потом провела подушечками по голове и лицу.
- У тебя почти нет седины, удивительно для твоего возраста.
Он улыбнулся и, накрыв её руку своей ладонью, задержал на щеке.
- У меня много чего нет и…не было. Зато у меня есть ты…теперь.
- Почему только теперь? Я была всегда, даже когда убежала из твоей жизни…спряталась от тебя, как мышка.
- Зачем?
- Потому что мне было больно. Ты изменял мне, а я слишком жадная, чтобы делить своё с другими. Я даже болела…очень серьёзно.
Его лицо скривилось.
- Это не были измены - общение. Женщина — всегда ребёнок, капризный, обидчивый, эгоистичный, но…ребёнок! Как же можно его отталкивать? Я старался дать им то, что они хотели почувствовать, хотя бы на время. Разве доставить человеку радость плохо? Любая творческая личность - вампир,  хищник которому нужна подпитка, свежая кровь и я не исключение. Это просто способ существования, но ты… ты особенная, ты просочилась в мою жизнь по капле и заполнила её до краёв. Хорошо помню, что ощутил, когда ты сообщила, что выходишь замуж...словно гигантский монстр вылез из темноты и наступил своей ступнёй на мой мир, как на лягушонка. Вот это и есть предательство. Но наверное, тебе так было нужнее.
Она закрутила головой.
- Нет! Я не предавала, я даже врать не умею…Не умела. Благодаря тебе научилась. Мужа выбрала потому, что он красивый, фактурный, от таких мужчин прекрасное потомство. А ещё он очень, очень хороший человек. Твоя же внешность, ты знаешь, мне никогда не нравилась, но занимаясь с ним сексом, часто представляла твои глаза. Однажды прорвалось твоё имя, и пришлось что-то соврать. В первый раз. Потом ещё… Потом и тебе врала, если считала, что так лучше. Вот так ты меня приучил ко лжи. У тебя есть талант, наверное, именно из-за него я в тебя влипла, он, как портал в твою душу. А жениться на мне, если помнишь, я тебе предлагала, но ты отказался, за что я благодарна. У нас ведь колоссальная разница в возрасте, и ничем хорошим такое замужество не кончилось бы. Мой отец был намного старше мамы и рано умер. Мама больше никогда ни за кого не вышла, и мужчины перестали для неё существовать, хотя она очень привлекательная женщина. Отец боготворил маму и планку мужского начала оставил такую, что ни один из претендентов до неё не дотягивал… А ты, увы, полигамен.
Его лицо снова смялось, будто от застарелой зубной боли.
- Ася-Ася… Это называется горе от ума, а он у тебя не такой, как у большинства, поэтому ты и математик, и айтишница, и, как ни парадоксально, очень наивный и чистый человечек... Ум твой живёт в мире констант и теорий, которые сам создаёт и сам же доказывает. Любой незначительный эпизод в твоём сознании вырастает в сюжет с драматическим развитием. Ты во всём ищешь логику, а её … нет! Твоему миру, наверное, это сложно даже представить. Знаешь для чего у зебр полоски?
Она пожала плечиком.
- Вопрос для школьника. Конечно, для маскировки.
Он обнял её своей улыбкой.
- Да? Но благодаря такой маскировке зебра в саване видна нам, как на ладони, хоть за километр.
Она задумчиво сморщила переносицу. Помолчав несколько секунд, произнесла: «Действительно… Я об этом не подумала. Тогда зачем они ей?»
Улыбнувшись, он притянул её к себе и осторожно коснулся губами ресницы, сложившейся, словно крыло бабочки.
- В том-то и фишка, что ты права — конечно, для маскировки! Только не от нас, а от тех, кто несёт опасность. Животные видят мир чёрно-белым, некоторые различают кое-какие тона, и поэтому бредущее стадо видится хищнику как  нечто большое и непонятное. Но если от стада отделяется особь, она тут же попадает в фокус фиксирующий её добычей. Твоё восприятие мира тоже отлично от обыкновенного, ты создаёшь свой мир и, находясь в нём, считаешь, что он единственный, а это не так, существуют и другие с другими красками.
Она слегка отодвинулась и, пристально глядя ему в глаза, спросила: «Ты сравниваешь меня с зеброй, я правильно поняла… или с хищником, который на неё охотится?»
Он долго не отвечал, тоже всматриваясь в глубину её глаз, затем вздрогнул и покачал головой.
- Я не знаю, Асюнчик… Мне кажется, ты и то и другое. В твоём мозгу ты одновременно и охотник и жертва, но кто из этих двоих доминирует…понять не могу.
Совсем рядом, за кустом акации, послышались негромкие голоса и скрип ржавых петель. Он поднёс палец к губам.
- Кажется, мы здесь уже не одни, калитка открылась.
 
……………………………………………………………………………………………………..
 
   Дверная створка открылась ровно настолько, насколько могла пропустить вошедшего
- Здравствуйте, свободны?
Сидящий за рабочим столом оторвался от компьютера.
- Свободны мы только в своих помыслах, а я в данный момент стеснён вашим присутствием. Да вы не тушуйтесь проходите, это у меня манера общения такая своеобразная, мы психологи  в подавляющем большинстве народ не от мира сего. Итак, не буду злоупотреблять вашим временем, рассказывайте, что вас беспокоит и как к вам обращаться по батюшке?
Вошедший неуверенно опустился на стул, оказавшись напротив говорившего, и нервно дёрнул шеей, точно проверяя на месте ли она.
- Зовут Максим, по батюшке ещё рановато. Видите ли, со мной всё в порядке, я насчёт жены. Мне кажется я её теряю, или уже потерял.
- Да?! – В голосе психолога прозвучал неподдельный интерес. – И что же с ней такое приключилось? Где она, за дверью оставили?
- Что вы! Она ни за что не согласилось бы, у меня есть её фотка, вот.
Психолог скользнул взглядом по экрану протянутого телефона и хмыкнул.
- Я, молодой человек, врач, а не экстрасенс, поэтому единственное, что могу сказать, это то, что вы счастливец, супруга ваша очень миловидна.
- Да, она красивая девушка и … умная.
- Редкое сочетание. Вы продолжайте, продолжайте.
- Умная, - повторил Максим словно нащупывая нить, не зная, как потянуть за неё, чтобы не оборвать.
- Но ум у неё не совсем обычный, знаете, она может писать одновременно обеими руками и причём разные тексты.
Брови психолога слегка вздёрнулись.
- Ооочень интересно, никогда с подобным не сталкивался, хотя в мировой практике этот феномен не новость. И какие же тексты она пишет?
Максим поморщился.
- Да чёрт с ними, с этими текстами, это я как пример привёл, главное в том, что она бывает вдруг выключается из реальности.
- Это каким же образом, позвольте полюбопытствовать?
Максим облизал губы, сосредоточенно собираясь с мыслями, приподнял руку, вглядываясь в ладонь, словно на ней находилось то что он хотел описать и продолжил.
- Она, как бы внезапно выключается из жизни, из нашей с ней жизни, и на некоторое время становится, вроде … чужой. Понимаете? Будто уходит в другую параллель…
Психолог откинулся на спинку кресла пристально глядя на собеседника и, поразмыслив несколько секунд, спросил: «Как часто вы сталкиваетесь с подобным проявлением и где обычно это происходит?»
- Чаще всего за компом, она же программист. Сидит и вдруг застывает, ещё бывает улыбается слегка, а она очень серьёзная девушка, улыбка ей не присуща.
- Ну, это не показатель, улыбка всего лишь проявление положительных эмоций.
- Да нет!
Максим сморщился.
- Вы не понимаете или я не могу правильно объяснить, это не просто эмоции, это чужие эмоции, я знаю свою жену.
Психолог внезапно подмигнул  через стол и хитро склонил голову набок.
- Простите за бестактность но… может, у вашей жены есть ещё кто-то, помимо вас?
Тот вначале удивлённо посмотрел на психолога, затем, чётко выговаривая каждое слово, точно ножом, врезал в пространство: «Это исключено».
Последовала пауза, после которой добавил: «Во-первых, её моральные принципы едва ли не выше моих, а во-вторых, на все адюльтеры просто нет времени: дом – работа, работа – дом».
- Вы уверены, что ваша жена … здорова? В смысле психики, я не имею в виду явные отклонения.
- Абсолютно! Иначе ей не доверили бы пост начальника отдела в довольно известной компании, называть я её не буду.
Психолог сморщил губы, развёл пальцы рук и тут же сжал их обратно в ладони.
- Если ваша жена вполне адекватна, а моменты, которые вас настораживают, происходят за компьютером, то смею предположить, что именно там и кроется причина, возможно, она с кем-то переписывается, вы пробовали посмотреть?
Максим смутился.
- Да, пробовал, но у неё всё запаролено: и ноут и телефон.
- Вот! – Психолог оживился. – Она явно что-то скрывает. Я вижу только одно – это мужчина, возможно, она была с ним знакома ещё до вас, и вы просто не могли знать о его существовании, и скажу больше — возможно его уже не существует, точнее он существует в том мире, который был для неё когда-то реальным, а теперь только в её воображении.
- Не понял…Это как?
- Как свет погасшей звёзды, которой уже нет, а свет её всё летит и летит по Вселенной.
- Чушь какая-то…
- Чушью нам чаще всего представляется непознанное, не поддающееся познанию. Если предположить, что ваша жена живёт в двух мирах, то для неё тот, в котором она находится на тот момент, и является самым реальным, а второй… может, она даже и не подозревает о существовании второго, где находитесь вы? А может, и вполне себе знает о своём раздвоении, но её это пока устраивает, ведь если б ей было плохо там, в том мире, вряд ли бы она туда возвращалась...а, как вы считаете?
Максим не ответил, он встал, поднял для чего-то руку, потом опустил её.
- Я, наверное, пойду.
Психолог пожал плечами.
- Как вам будет благоугодно. Один вопрос, уже не существенный — мы столько времени уделили вашей жене, а так и ни разу не произнесли её имя, как её зовут?
- Настя. Анастасия.
- Надо же, совпадение. И мою так же — Ася.
- Разве Настя и Ася одно и то же?
- Ася — уменьшительное от Анастасии, но может употребляться и как имя самостоятельное.
Максим уже на выходе обернулся.
- Не знал, что Настя — это Ася.
- Вот видите, не всё вы о своей жене знаете.
Максим вышел, лишь захлопнувшаяся дверь прищемила оброненный им звук: Ася…Ася…
 
……………………………………………………………………………
   Гепард понял, что зебра его услышала и пора прыгать. Хотя расстояние для истощённых мышц было ещё велико, но упускать шанс, возможно последний, равносильно смерти. Сейчас или никогда. Он рванул в отчаянном броске за петляющей жертвой. Ещё чуть-чуть, совсем малость! Его лапы на бегу уже вдавливали в саванну пену, выпадавшую с храпящих губ, уже с копыт отлетали ошмётки травы вместе с грунтом и барабанили по его пятнистой шкуре... уже… уже, но вдруг он пронзительно понял, что сил для решающего, последнего прыжка уже нет! И с каждым мгновением жертва становится дальше и дальше. И тогда он прыгнул! Изо всех оставшихся сил. Лапа, протянутая вперёд, вонзилась когтями в белую шкуру зебры, оставив кровавый след, и в один миг с этим оторвавшееся от земли копыто бешенной оттяжкой ударило в голову. Гепард рухнул, перевернувшись несколько раз, тут же вскочил, но упал снова. Кровь вытекала медленными толчками, он хотел её лизнуть, чтобы хоть так попробовать напиться, но не удержал голову, и она опустилась на землю. Он уже знал, что больше не поднимется, просто лежал в ожидании смерти и смотрел глазами, покрывающимися пеленой, как вдали, где клубы пыли оседали вниз, задыхаясь топчется белая зебра.
 
 
- Асюнь, ты их слышишь?
- Да, но они же нас слышать не могут.
- Всё равно невольно ощущается дискомфорт, вдруг они вторгнуться?
- Это невозможно. Так что ты говорил о хищнике внутри меня? Или себя?
 Легко приподняв, он перенёс её на свои колени.
- Так лучше?
Она молча кивнула. Он улыбнулся.
- Я говорил о зебрах. В стаде все одинаковы, хотя каждый полосатый рисунок неповторим, как наши папилляры, это лишь внешнее различие. Поведенческого различия нет. Но иногда, очень редко, среди них появляется альбинос, у которого совсем нет привычных полосок, или они настолько бледны, что их никто не видит. Отношение зебр к альбиносам, по-моему, никто не исследовал, но вот шимпанзе, а такие случаи зафиксированы, новорождённых альбиносов убивали, просто так, за непохожесть. Зебре-альбиносу, лишённой защитной маскировке, при условии, что стадо её не отторгнет, жизненно необходимо не выделяться из общей группы, стараясь быть больше зеброй, чем любая другая! И горе той, которая поставит свою особенность в противоположность стадным правилам и законам.
Она отстранилась на мгновение и внимательно посмотрела ему в глаза.
- Это всё, конечно, познавательно, но какое отношение имеет ко мне…к нам?
Он грустно улыбнулся.
- А мы и есть альбиносы. Закон такой – хочешь жить, вернись в стадо. Ты смогла - я нет…
Голоса за кустом акации усилились.
- Давай расходиться, мне чужое присутствие мешает.
- Хорошо. Когда снова позовёшь, я приду. Только не зови так громко, можно шёпотом, я услышу. Просто шепни: Ася…
 
 
- Настька, чего стоишь, рот раскрыла, я уже весь сорняк повырывала, выноси его на дорожку, а я дух переведу.
Пожилая женщина разогнула спину, держась за поясницу, и облокотилась на поржавевшую дверку простенькой оградки.
- Бабушка, там кто-то есть.
Девочка вытянула палец в куст акации.
- Никого там нет, придумщица.
- Нет есть, – повторила девочка шёпотом – Я же слышу.
Женщина покачала головой.
- Бабушка устала, а ты вместо помощи мозги мне морочишь. Ну-ка давай руку.
Та послушно протянула ручонку, и женщина, крепко сжав её, повела девочку вокруг куста. Обойдя его, они остановились возле схожей оградки и, вглядываясь в фотографию на покосившемся деревянном кресте, женщина вздохнула.
- Молодой ишо, чего не жилось?
- Какой же молодой, это старый дядя.
- Для тебя все старые, кто на год старше, а я говорю – молодой.
И обведя пространство вокруг рукой, довольно добавила: «Ну, что теперь скажешь? Пусто, нет никого».
 
Девочка посмотрела по сторонам и твёрдо ответила: «Но они были».
- Кто был?
- Те двое, которые разговаривали, тихо-тихо.
 Женщина забеспокоилась.
- Ты часом не приболела? Дай-ка лобик потрогаю.
- Я здорова бабушка, просто они ушли.
- Да как можно уйти без следов-то? Землица весенняя, она мягонькая, каждый шажок человечий сохраняет .
Девочка подняла лицо и привстала на цыпочки, чтобы слова её без помех вошли в недоверчивые уши пожилой женщины.
- А они не по земле ушли, бабушка…
 
 
20.01.2026.