Сказка о силе рода

Жила-была девочка по имени Дивна. Ей было восемь лет, и у неё были ясные глаза, веснушки на носу и две белые ленточки в косах, которые вечно развязывались. Дивна жила в уютном доме с мамой, папой и старым псом Бубликом, который храпел так громко, будто в доме поселился медведь.
Но у Дивны не было ни сестры, ни брата. И это была её главная печаль.

«Почему вы не родите мне сестрёнку? — спрашивала она каждое утро за завтраком. — Или хотя бы братика? Можно даже такого, который будет кривляться и грызть мои карандаши».

"Доча, — вздыхала мама, - Не на все в этой жизни мы можем влиять".
«Неправильно это! — думала Дивна. — Вот у Алисы из нашего класса есть брат-двойняшка. Они даже ссорятся! Как это должно быть чудесно — иметь кого-то, с кем можно поссориться из-за последней вишенки в компоте! А еще лучше - с кем было бы поиграть! Я совсем одна одинешенька!»
Однажды Дивна решила действовать. Она написала письмо родителям:
«Дорогие мама и папа. Я буду очень хорошо себя вести. Совсем-совсем. И убирать игрушки. И даже есть суп без хныканья. Пожалуйста, подарите мне сестрёнку. Или братика. Ваша Дивна».

Письмо она положила под сахарницу. Мама прочитала его и расчувствовалась так, что  уронила ложку чай. Папа обнял Дивну и сказала: «Родненькая, всё не так просто».

А Дивна подумала: «Наверное, они боятся, что если появится ещё один ребёнок, придётся покупать больше печенья. А вдруг его не хватит?»

Тем вечером к ним в гости пришла бабушка Агата, та самая, у которой в сумочке всегда находились то мятный леденец, то странный деревянный брелок, то старинная монета.
«Бабушка, — спросила Дивна, устроившись у неё на коленях. — Ты была одна у своих родителей?»
«Одна? — Бабушка засмеялась так, что её очки сползли на кончик носа. — Да нас было трое! Старший брат Степан вечно прятал мои туфли и отводил в школу по утрам, сестра Варя помогала учить уроки и научила готовить омлет, а младший Гришка однажды приклеил мою косу к стулу скотчем».
Дивна вздохнула с завистью. «Вот это жизнь! А я одна, как луна на небе».
«Луна-то не одна, — сказала бабушка, поправляя ленточку в Дивниной косе. — У неё есть звёзды. И облака. И даже кометы, которые навещают её раз в сто лет. Хочешь, я покажу тебе наше семейное дерево?»

Она развернула старый лист бумаги, пожелтевший, как осенний лист. На нём было нарисовано огромное дерево с ветвями, а на ветвях — имена, даты и маленькие рисунки.

«Вот твой прадед Федот, — ткнула бабушка пальцем в одну ветку. — Он был инженером и проектировал мосты. А ещё он умел свистеть так, что в саду созревали яблоки быстрее. А вот его сестра, Евдокия, которая знала все травы и лечила ими людей, кроме того, она была медсестрой и безболезненно ставила уколы. А вот двоюродный дядя Тихон, который уехал на Север и дружил с ненецкими оленеводами...
Все эти люди - твой род. Это огромная сила, которая дается и тебе.
Сила рода, внученька, — тихо сказала бабушка. — Это не обязательно когда у тебя много братьев и сестёр. Это когда за твоей спиной стоит целый лес. И весь этот лес — твой. Даже тот смешливый дядя Тихон, который присылает открытки с оленями».

Дивна открыла глаза. «Значит, я не одна?»

«Одна? — Бабушка фыркнула. — Да тебя тут целая толпа поддерживает! Все это твой род. Род мамы и род папы соединились в тебе. Много - много людей.
Когда ты училась ходить, они все за тебя болели. Когда ты впервые прочитала букварь — они ликовали. А когда ты выиграла конкурс рисунка в школе, твой прадед Федот на небесах так засвистел, что, наверное, все ангельские яблоки посозревали!»
Дивна рассмеялась. Ей стало тепло и весело.
«Но они же не здесь, — прошептала Дивна. — Я их не вижу».
«А ты закрой глаза, — сказала бабушка. И Дивна закрыла.
В этот момент мама, молча слушавшая у двери, и папа, отложивший газету, тихо подошли к Дивне. Они встали с двух сторон за её стулом, и теплые, знакомые руки легли ей на плечи — папина правая и мамина левая. Дивна почувствовала, как сквозь  ткань её футболки разливается спокойная, нежная теплота.
Бабушка Агата привстала, ее вишнёвые кожаные штаны мягко шуршали. Она подошла и положила свою нежную руку на плечо мамы Дивны. Её браслет из янтаря тихо звякнул.
«Вот видишь, птенчик? — прошептала бабушка, и её голос прозвучал как шелест старых, мудрых страниц. — Представь, сколько людей стоит сейчас за твоей спиной. Не только мы трое. Представь хотя бы семь поколений. Они все тут. Они все положили свою ладонь на плечо впереди стоящего. И самая первая, самая дальняя ладонь... она сейчас здесь, на тебе».

Дивна замерла. Она закрыла глаза снова. И ей не просто почудился запах трав и кузнечного угля. Она вдруг почувствовала могучую башню из ладоней. Она вообразила прадеда Федота — его большую, мозолистую руку на плече у бабушки Аграфены. А за ним — его отца, которого она никогда не знала, а за ним — ещё кто-то, с бородой и в долгополом кафтане... Целая цепочка, пирамида из любви и жизни, которая сузилась-сузилась и сошлась в одной точке — на её маленьком плече.

«Они встали в пирамиду, как в цирке? — прошептала она, слегка ослепленная этим открытием. — Только чтобы поддержать одну меня?»

«Все. И они в тебе. Посмотри на свои волосы — это волосы прабабушки Лукерьи. А упрямый подбородок — от деда Архипа. А способность находить четырёхлистный клевер — от моей тёти Клавдии».

И тут случилось волшебство. Она просто почувствовала, будто кто-то невидимой рукой поправил её ленточку. Будто лёгкий запах кузнечного огня и полевых трав смешался с запахом бабушкиного пирога.

А вечером, лёжа в кровати, Дивна думала: «Странно. Раньше я была одинокой луной. А теперь я — целое дерево. И у меня такие глубокие корни, что они достают до самого сердца земли. И такие высокие ветви, что они касаются облаков. И на каждой ветке — история. Моя история».

И она заснула с улыбкой, а во сне к ней приходили смешные, добрые люди с яблоками, оленями и столярным клеем. И ей совсем-совсем не было одиноко.

А Бублик, как всегда, храпел, как медведь. Но теперь Дивне казалось, что он просто подражает прадеду Федоту, который, наверное, тоже громко спал после трудового дня в кузнице.
С той поры всё изменилось. Когда Дивна делала уроки, она представляла, что прапрапрабабка Евдокия подсказывает ей, как решать задачки (хотя при жизни она вряд ли знала математику). Когда она ссорилась с подругой, думала: «А как бы поступил дядя Тихон? Наверное, подарил бы ей нарисованного оленя и помирился». А когда ей было страшно ночью, она шептала: «Лес, вы здесь?» — и ей казалось, что комната наполняется тихим, добрым шёпотом листьев.
Однажды она сказала родителям: «Знаете, у меня есть целый лес родни. Но если братик или сестричка всё-таки появится — я научу его свистеть, как прадед Федот».

Так и живёт Дивна, зная, что за её спиной — целый лес. И что она в нём — самая молодая, самая веснушчатая и самая любимая ветка.