В поисках Веры

В ПОИСКАХ ВЕРЫ

Он уже очень давно искал её и всё не находил. Она ускользала каждый раз и приходилось ехать по новому адресу. И так вновь и вновь. Он почти отчаялся, устал, износил обувь и истрепал одежду, а на лбу пролегла морщинка хмурости и недоумения: «Где же ты, Вера?»
Экран телефона осветился входящим сообщением. Он прочёл адрес и отправился туда.
Его встретила тихая и пустая деревенская изба. Дом обиженно молчал, глаза-окошки прятались за резными ставнями-веками и дремали. Всё тело дома без присмотра заболело: покосилось и обветшало. Из соседнего домика, серого и древнего, вышла такая же старушка.
-Вам кого?- щурясь, спросила она.
-Веру, - тихо сказал Он.
-Ой, она в город жить переехала. Ей в наследство от тётки квартира досталась. Я ей иногда звоню. Она там на всём готовом, с удобствами живёт. А тут ей тяжеленько было. Вода в колодце и одиночество. Из всех развлечений только храм по выходным. А там она  практически в новой однушке с ремонтом, триста каналов по телевизору, Интернет. Даже в театр иногда ходит. Она не так стара, как я, ей ещё жизни порадоваться охота.
-А в храме она там бывает? - неожиданно спросил незнакомец.
-Что-то не припомню, - призадумалась пожилая женщина, - ни разу в разговоре не упоминала!
Он тяжело вздохнул, а на экране высветился новый адрес...
На его звонок в дверь никто не отвечал. Это было привычно. Ему больше приходилось общаться с родственниками, соседями или многоговорящей тишиной.
-Вы Веру ищете? - спросила открывающая соседнюю дверь молодая женщина.
-Её, - грустно улыбнувшись, ответил Он.
-Ой, Вы знаете, она тут долго жила. А потом сын без вести пропал. Она в храм каждый день бегала, молилась. А он через полгода нашёлся, да только погибший. Она тогда вся как-то съёжилась, потемнела и сказала, что Бог зол к ней и не услышал её и куда-то переехала.
Он молча кивнул, поблагодарил. А на сенсорном экране уже загорелся новый адрес.
Дом находился в городе, но в частном секторе. Было видно, что жили там люди не бедные, избушка была обита в сайдинговые латы, а крыша-шлем краснела металлочерепицей. Во дворе залаяла, больше по привычке, чем от неприязни старая, толстая собака. Он подошёл к ней поближе и погладил рыжую, свалявшуюся шерсть. Псина ласково завиляла хвостом.
-О, Жулька на вас не кидается? - удивилась женщина средних лет в цветастом халате и с чёрной, входящей в диссонанс со всем её внешним видом  косынкой на голове.-Вы к нам?
-К вам. Вера здесь живёт?
-Она умерла, завтра сорок дней, приехала вот к поминкам готовиться. Да вы зайдите в дом.
Он кивнул и зашёл. В доме было чисто и холодно. Во всех комнатах висели на стенах иконы. Зеркала были завешаны из мрачного суеверия. У портрета покойной (худое лицо с тонкими бровями и светлыми волосами) горела свеча, стояла икона Богородицы, и тут же стоял стакан то ли с водой, то ли с водкой, накрытый куском хлеба. Язычество и православие так и идут дружно рука в руке в домах и сердцах многих наших современников.
-А это зачем? - кивнул он на стакан.
-Да так, на всякий случай, - неохотно ответила женщина.
-А Вера была верующей? - спросил он, кивком головы указывая на ряды икон.
-Ой. Не то слово!  Она так в веру ударилась в последние годы, после того, как папа умер. Все службы в храме выстаивала, прибиралась иногда в храме, за подсвечниками следила и натирала их до блеска, посты соблюдали от и до, все этикетки читала, чтобы не оскоромиться. В паломничества ездила по четыре раза в год, молилась часами. Ну и нам безбожникам доставалось от неё!
Женщина тяжело вздохнула.
-В храм заставляла ходить?
-Да если бы только это. Мы к ней уже и не ездили последнее время. За всё ругала и нас с братом, и внуков. И одеты не так, и едим не то и смотрим, читаем не то. Как общение с ней — так скандал. Накричит, а потом говорит. Вы глупые- я же вам блага хочу, чтобы вы души свои спасли. Брат, вообще, перестал с ней общаться, а я изредка.
-А отчего умерла?
-Онкология. При чём под конец так озлобилась. Я, говорит, столько лет Богу служу верой и правдой, столько дел богоугодных сделала, из храма не выходила почти, а он мне такую нестерпимую хворь послал. Даже священника не пустила пособоровать её. Так и умерла с обидой на Бога! Вы, я вижу верующий, скажите, а почему мамины дела не даровали ей безболезненную кончину?
-Дела делам рознь! Богу нужно наше сердце. Он дух и поклоняться ему нужно духом!
Женщина неуверенно кивнула:
-Я вас могу проводить на кладбище, тут недалеко.
-Нет, спасибо, мне нужна была живая Вера, а не мертвая. Извините.
Выйдя за калитку Он прошептал едва слышно:
-Вера без дел мертва!
А экран телефона высветил новый адрес. Это был шикарный особняк. Настолько роскошный, что он даже сверил адрес. Но всё было точно. Распахнулись автоматические ворота, и на улицу выехал поблёскивающий богатой жизнью и лоском автомобиль представительского класса. Из окошка высунулся под стать авто такой же глянцево-холёный водитель:
- Тебе чего?
-А Вера тут живёт? - неуверенно спросил Он.
-Вера? - водитель попытался напрячь память. - Вера продала этот дом моему хозяину месяц назад. Она обанкротилась. А такая бизнес-леди была всего-то год назад, всё у неё шло супер, а потом неудачно вложила деньги, затем партнеры кинули, да еще и на мошенников нарвалась. В общем, она всё продала, лишь бы с долгами рассчитаться.
-А где она сейчас, не знаете?
-Не, куда-то сгинула. Она, говорят,  с горя попивать стала. А когда при деньгах была, меценатством занималась. Даже храм построила в нашем городе, там на воротах ей благодарность вывешена, фондам всяким помогала. А как всего лишилась, так и пропала Вера, в депрессию впала и к спиртному пристрастилась!
-Ладно, мне на заправку, бывай, браток!
Но Он не отчаялся, он пошёл по новому адресу. Может там будет именно та Вера, которую он ищет!
У подъезда панельной пятиэтажки на лавочке грелись старушки и кошки. Куда исчезают городские дедушки? Вы никогда не задумывались? Они как бы есть, но по факту их  нет. Они медленно чахнут в своих камерах-однушках. и о существовании некоторых  с удивлением узнают, только лишь, когда выносят из подъезда очередной обитый бархатом грустный гроб. А вот бабули, они живчики, они всегда на страже порядка и знают всё. Поэтому он подошёл к ним и спросил:
-А Вера в этом подъезде живёт?
-Вера?
С минуту посовещавшись, пожилые женщины вынесли вердикт:
-Съехала она недавно.
-Причем окончательно съехала! - хихикнула худая востроглазая бабуля с ехидным прищуром серых глаз. - В секту какую-то подалась. Там им рай уже на земле обещают. Вот она с ними куда-то и уехала.
-Ага. А до этого в храм ходила, - добавила другая. - А потом стала говорить, что православие -  тяжелая религия. Ограничений много, всё терпи, смиряйся и жди счастья в загробной жизни. А охота прямо тут быть счастливой!
-Понятно, - кивнул Он и ушёл...
Подходя к храму Он воспрял духом: «На этот раз точно найду тут Веру».
В храме было малолюдно — будни.
В свечной лавке сидел «божий одуванчик» в белом платочке и пересчитывал мелочь.
-Простите, а Вера тут работает?
Бабуля нехотя подняла глаза и отрицательно мотнула головой, чтобы не сбиться со счёта. Но он не уходил. Разложив мелочь по ячейкам, она вновь посмотрела на него и ответила:
-Тебе Вера нужна? Так она недавно уволилась.
-А почему? - не скрывая досады, спросил он.
-Ой, да она сначала просто в храм наш ходить стала, потом помогать понемногу, а потом её в лавку взяли работать. Она поработала чуточку  и стала придираться. И свечки мы за дорого продаём, и требы должны быть бесплатные. И к Крещению нужно долго готовиться и проводить огласительные беседы. Всё ей не так. Во время Литургии вообще не торговала. А как же? Люди идут, нужно их обслужить. В общем ушла с небольшим скандалом. А чего ругаться? Я вот рада, что в святом месте работаю. А как же все бесплатно должно быть? А свет, газ, зарплаты, откуда Батюшке деньги брать?
-А может она перешла  в другой какой-то храм? - не теряя надежды, спросил Он.
-Не, сестра её Надя к нам иногда заходит. Говорит, что Вера больше в храмы не ходит. У них ещё третья сестра есть, не помню, как зовут, Люба, вроде, та, вообще, пропала без вести уже давно.
Он молча кивнул и быстро вышел на улицу.
-Вот и всё! - решил он
Но экран телефона высветил адрес монастыря
-Нет не всё! - радостно прошептал Он и быстро отправился по адресу.

Монастырский двор утопал в цветах и благоухал. Аккуратные дорожки, выложенные  тротуарной плиткой, прекрасный сад. Храм, дом паломника и трапезная. Всё выглядело благочестиво и светло. Он, по наитию, зашел в отдельно стоящее здание с приветливо открытой дверью. Там располагался магазин. Стены были увешаны платками. Витрины блестели крестами, цепочками, чётками. На столах и полках были разложены книги, расставлены иконы. Подошёл к пожилой монахине, сидевшей за прилавком и тыкающей сутулым артритным пальцем в экран телефона.
-Благословенного дня вам, матушка! - ласково сказал он.
-И тебе божьих благословений!
Она посмотрела на него сквозь толстые стёкла очков.
-Ты смотрю из наших! Ищешь кого?
-Да. Скажите, пожалуйста, в Вашем монастыре Вера живёт?
Монахиня надолго задумалась, даже сняла с носа очки и погрызла дужку.
-Вроде ни одной нет. Была у нас Вера, много лет у нас трудничала, простая, радостная была послушница, но она теперь инокиня, ей имя другое дали, она теперь София.
-А почему была? Она ведь жива!
-Жива. Федот, да не тот! Её как молодую, у нас в монастыре всех до пятидесяти лет, обязали по приказу свыше учиться заочно на теологическом отделении. Она уже четыре года отучилась. Такая умная стала! И греческий и старославянский знает и любого богослова за пояс заткнет. Я теперь с ней стараюсь не разговаривать. То мыслю не так, то ударение не туда ставлю. А я старая, меня учиться не отправили, зато вот требы по телефону принимаю. Эх, мне бы в келейку да в молитву, но нужно на сообщения отвечать. Послушание превыше поста и молитвы! Сам знаешь, брат! А вон и она идёт!
Монахиня указала в окно на фигуру, движущуюся по дорожке в сторону храма.
Это была полная рослая женщина средних лет, степенно выхаживающая по дорожке.
Он молча вышел во двор и тихо пошёл за ней.
-Вера, — вполголоса позвал Он.
Ни какой реакции.
-Вера! - чуть громче повторил Он.
Монахиня остановилась и нахмурилась.
-Вы ко мне обращаетесь?
-Да,  - отчётливо произнёс Он.
-Веры больше нет! - категорично ответила она. - Я София! Вы знаете, что в переводе означает моё имя?
-К сожалению, знаю. Мудрость! Очень жаль, я искал Веру!
Он вышел за ворота монастыря. Присел в изнеможении на лавку. Посмотрел на небо, и в его глазах отразился Бог, посмотрел на землю и по ресницам стекла одинокая слезинка , упала в травку и тут же проросла маленьким незатейливым цветочкам. Он прикрыл глаза и замер в молитве. Телефон вновь тилилинькнул. Но он не хотел смотреть на экран-обманщик, который провёл его по сотням адресов и оставил ни с чем!
«Но Сын Человеческий, придя,  найдёт ли веру на Земле?» ( Ев. от Луки 18:8) Этот вопрос повис в воздухе и лопнул, как мыльный пузырь, оставшись без ответа...
-Мама, мамочка, - услышал он детский тоненький голосок недалеко от себя. - Смотри, дяде, наверно, плохо, он сидит и не шевелится. Смотри какой красивый цветочек около него растёт!
-Ты хочешь сорвать его?
-Нет, мамочка, если я его сорву, он завянет и умрёт. Пусть живёт. Я за дядю переживаю. Можно, я подойду к нему?
-Нет, Верочка, брось свои глупости! Он какой-то странный, у монастыря сидит. Пошли домой!
Он открыл глаза и устремил их на девочку не старше трёх лет в лёгком белом платьице и улыбнулся ей. Лучики из его глаз попали прямо в сердце сердобольной девочки и она, почувствовав благодать, улыбнулась Ему в ответ и радостно помахала ручкой.