Время - это мы... Глава V. Странности начинаются

Как бы странно это не звучало, но утро клонилось к закату. Солнце катилось по небосводу неумолимо отворачивая от холма в сторону дороги. Где находится проезжая часть, я вспомнил моментально, в тот же момент, как осознал, что остался один. Дорога была знакомой. Минут за пятнадцать я подобрался настолько близко, что уже слышал, как по трассе проносятся машины. Осталось перемахнуть через водоотводную канаву и можно считать, что я выбрался.
Я вышел на трассу в паре сотен метров от остановки, на которой уже стоял, но чуть больше двух недель назад. И даже увидел, как к ней подошел автобус, высадил одинокого пассажира и уехал. Странное ощущение посетило мой разум. Не на себя ли я смотрю со стороны? После исчезновения лесника, чем чёрт не шутит?! Нет. Это была женщина.
Она вышла из автобуса с двумя плотно набитыми чем-то сумками и резко свернула в сторону деревни. В Березняки можно было дойти короткой дорогой от самой остановки минут за десять, хотя о тропинке, которая ведет прямо к единственному в деревне телефону автомату знали немногие и большинство приезжих, ходили в круговую. Эта женщина, явно была местной.
Что-то щелкнуло у меня в голове, и я быстрым шагом пошёл за ней. После второго изгиба тропинки я нагнал местную жительницу и осторожно начал разговор.
- Простите, вы не подскажите, автомат работает? А то автобус я прозевал, а мой мобильный разрядился.
- Ну, если ничего не произошло, должен работать.
- Скажите пожалуйста, вы ведь местная, я правильно понимаю? Просто я не первый год сюда езжу за грибами, а эту тропинку знают не многие.
- К чему ваш вопрос, молодой человек?
- Скажите, вы не знаете, как найти лесничего, он где-то у Красного холма живет? Я у него кое-что оставил.
- Молодой человек, в деревне нет лесничего и не было никогда. Я тут со времен распада Союза живу. Да и у Красного холма, кроме дотов времен войны никаких строений. Вы точно сюда не первый раз приехали?
«Понял – сказал я – пойду тогда, домой позвоню. Спасибо»
На развилке женщина свернула с тропинки и скрылась из виду. Я же остался в полном замешательстве. Сунув руку в карман, нащупал размокшую пачку сигарет и синюю бумажку пятидесятирублевки. Хм, я же вроде расплатился за проезд в прошлый раз.
Что же тогда происходит? Лесника женщина не знает, значит никто не знает. Сам дед испаряется вместе с внучкой Ритой у меня на глазах. Хотя нет, глазами я его в тот момент не видел. Ладно, слышал ведь. Да и с колен он меня поднял. Так что же происходит? Никаких сверхъестественных изменений не произошло. Значит, я не попал ни в параллельный мир, ни в прошлое, ни в будущее. Ну, то есть все нормально. Я в России, дома и даже в той деревне, в которую я отправился за грибами. Тогда вообще ничего не понимаю.
«А какой сегодня день?» - вырвалось у меня, но ответить было некому.
«Пора выбираться!» – подумал я и повернул обратно в сторону остановки, вновь вышел на трассу и перешел дорогу. Дошел до остановки и сразу пожалел, что не вышел из лесу на пятнадцать минут раньше. Желтая табличка расписания дала понять, что ждать придется очень долго. Автобус маршрута шестьдесят три, ходит только утром и вечером. Будем голосовать.
Я пошел по дороге. Что мне оставалось делать? Не сидеть же тут до вечера. Пройдя километров пять, я стал сомневаться в том, что меня вообще кто-нибудь подберет, машин не было, хотя еще совсем недавно, трасса шумела транспортом. Дорога стелилась под ногами, а я в полном одиночестве брел в сторону дома. Через два часа пути, я остановился. Посмотрел по сторонам. Никого.
– Вот непруха. Ладно, в армейке и побольше ходили.
Я двинул дальше и тут мне повезло, через пятнадцать минут после передышки, меня подобрала старенькая буханка с дорожниками. Водитель оказался нормальным и остановился, не взирая на то, что я даже не голосовал, а лишь обернулся в его сторону, услышав шум машины.
- Куда тебя, парень?
- В город. Ну или хотя бы поближе.
- До города не доедем. Выброшу в Луцке у нас там городок, дальше и сам разберешься.
- И на том спасибо. Всё не пешком сорок «км» отмахивать.
Через час я уже был дома. Точнее у родителей. Было около шести вечера, и они должны были вот-вот вернуться домой. Я поставил чайник, воткнул в телефон зарядник и рухнул в кресло у телевизора. Экран телефона загорелся, но, ни одной смс не пикнуло. Значит и не искали. Ну, и хорошо. Значит все померещилось: и дед, и землянка, и Красный холм. Надо поспать. Однозначно, надо поспать. Что ж мы такое пили, Саня?
Гудок. Второй.
- Алло?
- Саныч, здорова! Мы где с тобой отвисали? У меня после вчерашнего поила сегодня весь мир вверх дном. Глюки на ровном месте. Чуть в лесу не остался ночевать.
«Простите, вы, видимо не туда попали – раздалось из трубки, голосом моего лучшего друга – с кем я говорю?»
- Хорош ржать! Ты меня уже не узнаешь?
- Простите, нет.
- Сань, завязывай. Это Игорь. Васильев Игорь.
Связь прервалась. Я набрал еще раз, но гудков не последовало.
- Понятно. Как всегда, хрен дозвонишься.
В доме моего друга вечно были проблемы со связью, сколько раз обрывались звонки и не перечесть. То ли стены слишком армированы, то ли еще что, но экранирует сигнал дай Бог.
- Ладно, появится связь, сам наберет.
Прошел час, прежде чем я понял, что что-то идет не так. Меня больше недели не было дома, а родители не позвонили ни разу. Такого не бывало никогда. Если уж мне доводилось, ночевать у родителей, то мама уж точно хоть пару раз за день, но позвонит, а еще лучший друг тоном вежливого аристократа, говорит, что не узнает меня по голосу. На мобильнике же должен был определиться номер. Да и несложные цифры наших номеров, мы знаем наизусть. Сим-карты покупали вместе. Я набрал родителей. Недоступны. При чем оба. Бред какой-то.
Нужно поспать, обязательно. А может это и вовсе сон? Я хлопнул себя по щеке. Больно, однако. Значит не сплю.
Спать я улегся не сразу. Холодильник был полон и чем подкрепиться, я долго не выбирал. Любимый горчичный батон без нарезки и финский сервелат, а еще майонез на перепелиных яйцах - бутерброд студенческий, большая чашка сладкого чая и мои потребности в еде были удовлетворены. Помнится, когда я отправлялся в лес, в холодильнике было пусто, значит родители все-таки были дома и, заботясь о своем нерадивом сыне, укомплектовали дом едой. Но где же они сами? Звонить родственникам и узнавать, было уже поздно, поэтому я решил оставить это на завтра. Может все же позвонить братьям, они наверняка в курсе?! Неудобно, все-таки. Старший занятой человек, к тому же у него двое детей, нехорошо получится, если разбудить. Потом еще и уснуть не сможет. Нет, все звонки завтра. Младший? Младший только женился – весь теперь приличный. Новоиспеченная супруга требует к себе внимания, да и наши отношения особо близкими никогда не были. Конечно, если я или он умудримся где-нибудь влипнуть в переделку и, что еще хуже, огрести по голове в какой-нибудь перепалке, любой из нас незамедлительно явится другому на выручку. Но, все же, сейчас ситуация несколько иная. Его, наверно, тоже лучше пока не беспокоить, не очень хочется, чтобы моя паранойя стала достоянием семьи. В общем ждем завтра. За этими размышлениями я и уснул.
Утром следующего дня, я проснулся в квартире родителей с жуткой головной болью. Ощущение было такое, словно меня переехал трал с водруженным на него дорожным катком. Все тело ломило, а в голове то и дело слышался гудок морского круизного лайнера. Вот ведь как бывает. В армии бегал марш-броски по сорок километров и ничего, а тут два с лишним часа прошел по ровной асфальтированной дороге, а на утро проснулся в разбитом состоянии, словно вечером выпил канистру бензина, вместо сладкого чая. Еле разлепив глаза, я прошел в комнату родителей, открыл шкаф и вынул аптечку. Среди пачек разномастных лекарств, нашел пластинку цитрамона и выщелкнул две таблетки. Затем тщательно прожевав сладко-горькие таблетки запил несколькими глотками теплой кипяченой воды – так быстрее подействует.
С чего я там собирался начать день? С обзвона родственников и знакомых. В первую очередь, я попытался дозвониться до родителей, как и ожидал – безрезультатно. Затем братьям, тот же эффект. Другу звонить бесполезно – эта чертовщина затронула и его, теперь было абсолютно понятно. Кому же позвонить? Долго думать не пришлось, листая записную книжку телефона, я наткнулся на номер Джексона. Ему-то и позвоним.
Джексон – это мой старинный друг, с самого детства мы с ним были в довольно крепких отношениях и до службы в армии, были не разлей вода. Это второй человек, которому я мог доверить все, что угодно и не было ни разу, чтобы он отказал в помощи. Независимо от того, была ли мне нужна финансовая помощь или мне негде было переночевать, или же нужно было помочь в ремонте машины, в котором я не смыслил ни черта, а вот Джексон был мастером от бога. Он мог починить даже то, что не ломалось, а лишь требовало легкой доработки напильником. В последние годы, конечно, отношения стали менее тесными, но это было обусловлено тем, что мой друг, после службы в армии остался там же по контракту и перебрался жить в другой город, а машину я уже давно продал и был теперь пешеходом.
Созванивались мы редко, только тогда, когда действительно прижимало. Джонни, он же Джексон, так его когда-то давно окрестил мой старший брат, жил теперь в трехкомнатной квартире, полученной от государства по военной ипотеке, под Петербургом. Как человек военный и ответственный он перевез своего отца, последнего родного человека, жить к себе в дом, а квартиру в поселке, в которую я всегда заходит без стука, разумно сдавал в аренду. Родных братьев и сестер у него не было, а мама, к нашему огромному сожалению, умерла от тяжелой болезни, когда мы были еще прыщавыми мальчишками. Поэтому, наверное, мы и стали очень близкими друг другу людьми, почти братьями.
- Да, Игорян, привет!
Я даже оторопел. Мой друг узнал меня и ответил почти сразу же.
- Чего молчишь? Меня плохо слышно?
- Да, нет, братишка, просто задумался. Набрал тебя, а ты сразу ответил.
- Я только хотел отцу позвонить, а тут твой звонок. Как сам?
- Как сала килограмм. Джонни, тут такое дело…
Я замялся, не зная с чего начать разговор. В общем-то это была чистая правда.
- Случилось что-то? Может деньгами помочь?
- Да нет. Хотя и это тоже. Я пока не знаю, как объяснить. Предчувствие. В общем, пока не пойму, что со мной творится, но что-то творится.
«Это весна, Маугли! – пошутил мой друг. – Каа, послушай, как бьётся сердце».
«Да, какая весна? Август! Лето кончается. – вспылил я – Тебе бы только поржать»
«Так, короче, выкладывай, что случилось! – назидательным тоном потребовал мой друг – Что-то серьезное?»
- И, да и нет. Пока не понятно.
Следующие сорок минут я висел на ухе у своего друга повествуя о моем походе за грибами и о странностях, которые происходят после него. Он то и дело останавливал меня, расспрашивая какие-то подробности, затем умолкал и давал мне выговориться, пару раз выругался по-взрослому, а затем четко и уверенно сказал: «Завтра приеду, встретимся у меня. В старой квартире. Квартирантов сейчас нет, они в отъезде. Сейчас не могу больше говорить. Служба».
Поговорив с другом, я понадеялся, что все встало на свои места, раз уж он меня узнал и даже пообещал приехать. После этого снова прозвонил своих, но ситуация, как оказалось, не изменилась. Недоступны. Все. Куда подевались родители, мне не ясно, но вот братья… Адреса мне, конечно, известны. Вывод один - ехать к ним и лично встретиться. Иначе голову сломаешь в догадках не сошел ли я с ума.
Через сорок минут, я пришел к однозначному выводу. Я схожу с ума. У дверей квартиры старшего брата, мне встретилась старушка соседка, которая вместо привычного «Здравствуй, внучек, к брату?!» посмотрела на меня пустыми глазами, а на мое «Доброе утро» сухо сказала: «Здравствуйте». Звонок в квартире брата уже охрип, а в соседней квартире за дверью стали слышны шаркающие шаги, то приближающиеся к двери, то отдаляющиеся от неё.
Я понял, что мне никто не откроет и, что моего племянника и племянницы нет дома. Родители их, конечно же на работе, значит ждать бесполезно. Я метнулся к младшему брату, но у него меня постигла та же участь. Дома никого. Что ж придется ждать. Но ждать я решил старшего брата, а не младшего. Он все-таки человек глубоко семейный и давно глубоко семейный, а значит и более ответственный. Младший мог в мое отсутствие вместе с молодой женой и в отпуск махнуть, никого не оповестив. Таким образом ноги вернули меня к дому старшего брата. Облюбовав скамейку у подъезда, я стал ждать вечера, благо времени прошло уже достаточно. Осталось подождать пару-тройку часов.
Никто не пришел. Ни брат, ни его жена с детьми. Ни звонков, ни сообщений. Люди на улице на вопрос «Который час» отвечают вежливо, но отрешённо. Так, между прочим. Никто ни разу не отказал, не промолчал, но и поддержать беседу не попытался. Я специально несколько раз стрелял сигарету и пытался завести разговор, чуть ли не о погоде, спрашивал расписание ближайших автобусов, но все попытки хоть немного задержать внимание прохожих на моей персоне заканчивались ровным счетом ничем. Хотя, наверное, это типичное поведение современного человека. Никто никому ничего не должен.
Выходит, я совсем один, в своем родном городе. У меня есть семья, но никого из ее представителей я найти не могу. Современные средства связи молчат, а проверенный тысячелетиями постулат о «Горе и Магомете» тоже не дал результата.
Что остается делать? Остается ждать. Завтра приедет Джексон и тогда… тогда будем думать. Долго и мучительно. Сегодня я уже больше ни на что не способен. Разве что ещё обследовать квартиру родителей на предмет оставленных записок, заметок на холодильнике или еще чего-нибудь. Найти хоть что-то, что может помочь разобраться в ситуации.