Время - это мы... Глава IX. Карл у Клары

Протокол о дорожно-транспортном происшествии был подписан. Сотрудники полиции отпустили свидетелей и пригласили водителя в отдел ГИБДД через 2 дня, для дальнейшего разбирательства. Эвакуатор уже приехал и грузил неподлежащий восстановлению отечественный раритет. Александр только забрал из салона документы и поясную сумку и пошел в сторону автобусной остановки. Он проводил жигулёнок слегка опечаленным взглядом, но быстро отпустил эту ситуацию. Ему вообще было свойственно очень легко отходить от любых происшествий. Лишь бы все были целы и невредимы.
 До дома Игоря Саша не доехал всего пару кварталов, поэтому решил продолжить свои поиски в пешем режиме, лично навестив друга. Кто знает, что с ним могло приключиться?! Ехать в автобусе, повезло, пришлось совсем недолго. Утренние пробки уже рассосались, но поток машин был достаточно плотный, словно и в небольших городах люди научились работать за рулем, правда уже на втором светофоре поток машин словно ветром сдуло и автобус покатил в гордом одиночестве. Видимо этот район не пользуется большой популярностью, а может просто потому, что основное население составляет молодежь, которая целыми днями пропадает на работе.
«Интересно, Игорёк в загуле или всё-таки новая пассия? Не может же быть, что он просто послал этот мир подальше. Друзей ведь не бросают, как работу или женщин?» - рассуждал Александр, прислонившись головой к стеклу автобуса. Тем временем автобус подъехал к остановке.
«Пошли искать.» - буркнул себе под нос Александр и вышел на тротуар.
Двор, в котором обитал Игорь, был типичным для этого района полу колодцем – не таким, как в Питере, где железные решётки и узкие проходы, что даже втроем пройти тесно, но тоже закрытый почти со всех сторон стенами соседних домов. Припаркованные машины занимали большую часть внутреннего пространства, как говориться – яблоку негде упасть. Ни нормальной детской площадки, ни лавочек у подъездов, а в центре одинокая электроподстанция и огороженная площадка для сбора бытовых отходов.
-  И как сюда только мусоровоз втискивается?
Игорь жил в подъезде номер шесть на четвертом этаже в квартире двести шестьдесят восемь или двести восемьдесят шесть. Александр все время путался. Палочной-выручалочкой была лишь голубая табличка на двери подъезда, ясно говорившая, что на четвертом этаже расположена все-таки квартира два, шесть, восемь. Александр набрал номер на домофоне.
«Кто там?» - раздался приятный женский голос из динамика
«Значит, все-таки пассия…» - мгновенно подумал Александр.
- Здравствуйте. Игорь дома?
- Нет. Игорь здесь больше не живет.
- Э-э-э, давно?
- Год точно.
- Что??? Я пару недель назад у него был.
«Молодой человек, это не смешно.» - совершенно спокойно ответила девушка и повесила трубку.
Александр еще раз набрал домофон.
«Что еще?» - уже раздраженный голосом вырвалось из динамика.
- Простите, а я в двести восемьдесят шестую позвонил?
- Да, молодой человек, да. Именно в двести восемьдесят шестую.
- Но тут живет мой друг! Я точно знаю.
- Как фамилия вашего друга?
- Васильев!
- Действительно. Никакой Игорь тут никогда не жил, если верить выписке из ЕГРН.
- Но этого, не может быть.
- Если вы решили так пошутить, то это – плохая шутка. Мы эту квартиру купили одиннадцать месяцев назад. Никаких Васильевых тут не проживало.
Домофон умолк. Александр ошарашено посмотрел по сторонам, в надежде, что он перепутал дом, но нет – двор тот, подъезд тот. Он точно звонил в ту самую квартиру, где чуть больше недели назад со своим другом за кружкой чая договаривался вместе съездить на рыбалку. Александр поднял глаза. То же окно, даже занавески те же самые. Тут что-то неладное. Либо Игорь решил над ним пошутить и тихо смотрит в окно похихикивая, обнимая свою новоиспеченную любовь, либо… Да вроде не так и сильно он ударился в ДТП, не мог же дома перепутать.
«Ладно, Игорёк, посмотрим, кто над кем поржёт - подумал Александр и встал у подъезда под козырьком, дожидаясь пока кто-нибудь из соседей не выйдет из подъезда или не войдет в него – ключ у меня с собой. Посмеешься, когда я тебя за шкуру с бабы твоей стяну».
Так прошло около получаса, но ни один человек не выходил из-за двери. Во дворе было тихо и лишь мусоровоз издавал противные попискивающие звуки, сдавая задним ходом к контейнерам. Пролез. Даже удивительно.
Тренькнул домофон. Александр даже не сразу вышел из оцепенения, засмотревшись на тяжёлую грузную тушку мусоровоза. Тот пробирался через утыканный машинами двор, в считанных сантиметрах от криво стоящей бэхи. Поистине, БМВ – это диагноз. Все   люди, как люди, а у него БМВ. Лишь после третьего сигнала, когда дверь заскользила обратно, а старенький доводчик уже старательно приближал прижимную пластинку к электромагниту двери, Александр очнулся и юркнул за дверь.
- Тот же подъезд, те же надписи на стенах, даже банка-пепельница в окне третьего этажа та самая, которую туда Игорь поставил. Таких и не продают уже, дизайн сменился. Она там лет пять стоит уже. Хорошо, поднимаемся дальше. Та же лестничная площадка, те же три двери. Средняя наша. Опять хорошо. Замок не поменян, значит дурит меня мой дорогой друг, дурит, как пить дать.
Александр вынул из сумки связку ключей. Перебирая, нашел нужный, секунду поразмыслил и вставил ключ в замок. Оборот, второй. Тихо нажал на ручку и дверь подалась, без скрипа, что очень его обрадовало. Значит нежданный сюрприз вполне может получиться.
- Вы ведь меня уже и не ждали, голубки?
Войдя в прихожую, Александр тихо-тихо, насколько мог, прикрыл за собой дверь, чтобы язычок замка предательски не щёлкнул. Разулся – Игорь терпеть не мог, если гости проходили в коридор в обуви – и пошёл к комнате своего друга. Врываться с криками: «Ага, не ждали!» он, конечно, не стал, но оказавшись у закрытой двери, выдохнул, громко постучал, произнёс:
«Прошу прощения за беспокойство, но это уже ни в какие ворота не лезет! Игорь, выходи!»
Откровенно говоря, Александр ожидал чего угодно, от душераздирающего крика «новоиспеченной» хозяйки квартиры, до летящей в его голову початой бутылки шампанского, но ничего подобного не произошло. Он постоял еще минуту и открыл дверь.
Комната, около двадцати квадратных метров, была аккуратно прибрана и абсолютно пуста. Стоящая в середине кровать, застелена и даже не смята. Слева на комоде словно по линейке разложены немногочисленные туалетные принадлежности. Футлярчик для хранения наручных часов, который Александр когда-то подарил Игорю, был закрыт, внутри все шесть ячеек были заполнены, часы на месте, хотя Игорь без часов из дому никогда не выходил. Шторы на окне раздвинуты, на подоконнике в пузатом горшке стоял многострадальный мандарин. Игорь выращивал его из косточки уже несколько лет. Земля в горшке слегка влажная, значит полит пару-тройку дней назад. Нигде в комнате нет никаких следов недавнего пребывания человека, словно комнату тщательно убрали перед отпуском или короткой командировкой. Даже на весящей на стене плазме не было ни пылинки.
Александр заглянул в шкаф. Вещи на месте, также аккуратно, можно даже сказать педантично, развешены - рубашки, пиджаки, несколько легких курток, пальто, пуховик. На отдельной вешалке галстуки и ремни, внизу красивым почерком подписанные коробки с обувью. Тоже не пустые. Обувь начищена, обернута в бумагу.
«Даже не думал, что ты такой педант – подумал Александр – Ты бы еще в чехлы всё запаковал.»
На всякий случай Александр приподнял стеганое покрывало с кровати, чтобы заглянуть не прячется ли кто-нибудь под ней. Спрятаться не получилось бы. Кровать своим крепким, обитым велюром, основанием стояла на самом полу. Можно было бы еще матрац перевернуть, под ним, конечно, поместится человек, но как тогда заправить постель, если ты под кроватью?!
-Ерунда какая-то!
Александр одернул тюль и открыл дверь на лоджию. Тоже никого. Аккуратная отделка. Стены и пол в керамической плитке. Два плетеных кресла и маленький стеклянный столик. На столике тяжелая хрустальная пепельница. Да, курит Игорь много и часто. Но пепельница тоже пустая и начисто вымыта, никаких следов пепла. Запаха табака нет.
Следующим местом осмотра стала кухня. Но и в ней никаких следов пребывания человека не обнаружилось. Холодильник практически пустой, только долгоиграющие продукты и несколько баночек с консервациями. В морозильной камере рыба, какая-то птица, вареные грибы и пакет с веточками чабреца. Посуда в сушилке – полный комплект, посудомоечная машина слегка приоткрыта, наверно для просушивания. Чашки, ложки, тарелки - всё также, как в шкафу, расставлено по размеру, вымыто и блестит.
А вот ванная комната Александра удивила. На всех многочисленных полочках, во всех ящичках и даже непосредственно под самой ванной, ну, просто везде и всюду были расставлены всевозможные крема, лосьоны, скрабы, гели, пенки и прочая парфюмерия. Даже развернуться и выйти из ванной было невозможно, не задев какой-нибудь флакончик или тюбик. Но самое забавное то, что вся эта парфюмерия – женская. Да-да, женская. Александр даже названий доброй половины этой продукции никогда не слышал, словно в какой-нибудь косметический магазин заглянул. Резко захотелось выйти. Но тут взгляд ухватил стаканчик с зубными щетками и… щетка была одна, крупная с жесткой щетиной, Александр и сам такой пользовался даже слоган запомнил: «специально подобранная жесткость щетины позволяет эффективно очищать никотиновый и пигментированный налет, а также предотвращает образование зубного камня». Рядом на стеклянной полочке лежала бритва. Старый добрый Мак третьей серии, но ведь Игорь брился электрической бритвой.
Память Александра услужливо вынула юношеские воспоминания о том, что с момента самых первых попыток побриться Гарик страдал от невыносимого раздражения после бритья. Его отец по каким-то причинам брился одноразовыми станками, хотя обладал довольно жесткой щетиной и вечно носил усы. Может потому, что он по старике пользовался помазком, может потому, что кожа была менее раздражительной, но его это вполне устраивало. А вот Игорь сразу после первого, сбритого такими станками пушка, еще в девятом классе, на следующий день пришел в школу весь в прыщах. И так продолжалось от раза к разу, до тех пор, пока на втором курсе на день рождения друзья не подарили ему электробритву. О, этот день рождения был не забываем. Накануне дня студента Игорёк решил, что его днюху непременно нужно отпраздновать всем блоком общежития. Решили совместить оба праздника. Был уже конец месяца, а значит деньги у студентов, естественно, отсутствовали. До стипендии еще неделя. Откуда ж им взяться?
В общем, Игорь пришел к Александру с бутылкой самой дешевой водки и пятидесяти рублевой бумажкой. Аргументировал он просто: «Больше ничего нет». Но общага на то и общага.
Саша бросил клич по поводу дня рождения друга, и армия студентов зашевелилась. Изо всех комнат тащили все, что можно. Кто-то тушенку, кто-то макароны, кто-то кетчуп и майонез. В общем в ход пошли все припасы, от кильки в томате, до связок лука, любезно снаряженных заботливыми бабушками своим внучкам, чтобы не заболели.
В итоге на столе организовалась вполне приличная закуска для студенческого праздника. Конечно же на такую ораву вечно голодных почти уже мужиков одной бутылки было мало, тогда кто-то из парней сказав: «По рублю и в школу не пойдем», вынул мятый стольник и бросил на стол.
Уже через пять минут гонец был снаряжен в магазин, а пожарные гидранты со всего этажа были соединены и выпущены в окно. Не понесешь же алкоголь через вахтершу и коменданта общежития. Так и отчислить могут…
В итоге вся честная компания так надралась, что на следующий день из блока на учебу пошел только тот парнишка, кажется его звали Ярик, что в конце попойки принес спортивную сумку, набитую домашней тушенкой, да Димка Мельников, потому что не пил. В общем тогда, когда Ярослав принес свою тушенку и вынул пятитысячную бумажку «гуляй рванина», кто-то из толпы и предложил купить на эти деньги вечно прыщавому от раздражения Игорю электробритву. А деньги Ярику в итоге со стипендии всем блоком возвращали.
«Ничего не понимаю. Не мог же он опять станками обзавестись, разве что бритва сломалась?!» – подумал Александр, постоял еще несколько минут, оглядывая ванную комнату, утыканную чужой женской утварью, и вышел в прихожую. Обулся, и уже собирался покинуть квартиру, как вдруг увидел, что с обратной стороны в дверь вставлен ключ. На колечке, продетом через отверстие в ключе, висела тоненькая ярко красная веточка, своеобразный брелок. Не простой брелок. Это была та самая веточка коралла, за которой Игорь лет пять или шесть назад летал, чтобы сделать подарок своей тогда еще девушке.
- Как же её зовут? Нет, сейчас не вспомню уже. Сколько потом таких у Гарика было…
Александр протянул руку и уже было взял брелок. Сзади ударили. Сильно и больно. Прямо в основание черепа. В глазах брызнули искры, опадающие с век фейерверком, и земля стала уходить из-под ног.
«Как же банально.» – подумал Александр, но ощущения были именно такими. Ноги стали ватными, координация тела нарушилась. Держать равновесие стало все сложнее, словно прихожая превратилась в беговую дорожку, лента которой стремительно смещается из стороны в сторону рваным ритмом. Пол стремительно приближался к лицу, щека горячо скользнула по ламинату неприятно собравшись складкой от левого глаза к подбородку. Стены пустились в пляс, всё приближаясь к лицу, ускоряя и ускоряя свое движение. По глазам со всех сторон к центру поползла тень, все более ограничивая зрение. Прихожая превращалась в узкий коридор, круглый невыносимо длинный коридор, в конце которого некрасивым ярко алым пятном, режущим зрение, лежал кусочек коралла.
- Меня зовут Маргарита, дружок. И таких у Гарика никогда не было…