ЗвукТатьяна проснулась от громкого, Пронизывающего

Татьяна  проснулась  от  громкого,
  Пронизывающего звука, который  растекался  в  голове, проникая  в  каждый   уголок
Мозга. Казалось в  голове бушует цунами, вот-вот  вырвется  наружу  через ушные  раковины. Она  поняла –это  такая  реакция  на   звук в обменных  процессах  нервных  клеток.
Острой  боли  не   было. Но   давящая  тяжесть  не  предвещала  ничего хорошего.  Осложнения  могли   привести  к  опухолевым  образованиям  в  организме.
От  звука  можно было   сойти  с  ума или получить  инсульт.   Стало  ясно,  Об  этом  соседи  прекрасно  знали  ипотому организовалитравлю.
«Я  упеку  её  в психушку., -
язвитенльно  хвастался  сосед.-
 Её  квартира  будет  моей  квартирой. Старуха нам   ничего  сденлать  не  может. Стара  и  давно  на  пенсии.Я     наше  время  пришло.  Пенсионеры отработали  своё, теперь  они  балласт, за  который никто  не  накажет и  не  заступитсядля .Не  стоит  государству   на  них   деньги  тратить- пенсии  платить.  Пусть землю  удобряют, всё  какая-то  польза  будет.   Я   неё  -непробиваемая  стена. О  которуюона  разобьётся.  Изничтожу   своим  положением  и  связями»  Попустительство  имущим  давало  свои  плоды. Бедных,  сосед  презрительно, называл «голопузой  голыдьбой»  Когда-то, при   народной  власти, эти  люди  получили  хорошие  квартиры и  бесплатно.  Ныне   на  таких  квартирах,  может  быть  доходный  бизнес.  Старьё  лишь  мешает  прибыли  Прибыль  бизнеса – самое  главное. Совесть  и  мораль  устаревшие  понятияСосед  открыто  заявлял, что  пенсии  платить  ненадо.  Есть  дети-  пусть  кормят  родителей.  Кормили  же  родители  детей,  теперь  пусть  дети  кормят  родителей.
Подобное  мнение  было  не  одиночьим. За  эту  формулу  выступали  даже  депутаты., получившие  бесплатный   кусок от  делёжки  государственного  пирога., бедность  им  не  грозила. Другое  общество, другие  законы.  Богатые  богатеют, бедные  беднеют.
 Сосед  торжествовал  преимуществом перед бессильной    старой женщиной. Возмущающимися    соседями.   За  другой  стенкой  его  квартиры, лежал  с  тяжёлыми  травмами больной Сергей  Павлович.  Постоянное  звучание  днём  и  ночью,  осложняло  положение  больного, но  никто  не  мог  найти  защиты  от  распоясавшегося  самодура. На  жалобы  внимания  не  обращали,  самодур  отделался  лишь   штрафом,  сумма  которого была  незначительна, лишь  подстегнулаи  усилила   издевательство  соседа  Владимира..    владимир  не  скрывапл  наменрение   -   вынудить людей  уехать  из   коммунального  дома, продать  ему  квартиры  ниже  рыночной  стоимости.         Жена  Сергея  Павловича -  Ксения,  отяаявшись получить  помощь, часто  приходила  к  Татьяне излить   скорбь  и  печаль душевному  человеку.  Пенсионерка  Татьяна.  Выслушивала   боль  страданий,  утешала,  как   моглаДом  он  планировал  перестроить  под  гостиницу.  Связи  и  подкуп открыли  ему  бесконтрольную  дорогу  к  задуманной  целиСергей  Павлович  был   когда-то, другом  Владимира.  По  совету  друга,  сергей  Павлович  тоже, захотел  ганяться  бизнесом, поехал в  южный  город за  спиртной  продукцией.  Снял  с  книжки  все  свои  сбережения  и  купил  на  них  самодельный  коньяк более, чем  на  200  тысяч  рублей, поехал  обратно На  кольцевом  перекрёстке города  Калач, его  поджидали Дорожный  дозор конфисковал товар и  ,  в  драке за товар,  сергею  Павловичу  нанесли  несколько  ударов,  от  которых  он  до  сих  пор  не  мог  оправиться. Не  знал  Сергей  Павлович, что  наводку  на  него дал  друг  Владимир.Бизнес  не  получился, здоровье ухудшалось, долг   требовали вернуть бывшие  друзья, быстро сменившие  дружбу  на  судебные     тяготы.Жена  Сергея  Павловича  Ксения, часто  приходила  к  Татьяне,   с  болью и  страданием  изливала   душу  в  бессильном   отчаянии  и  безисходности.  Татьяна  утешала,  как  могла.  Она  сама  не  имела  возможности помочь несчастной  семье, но иногда   советовала  обратиться  в  службы, по  роду  деятельности  которых, должна  быть  оказано  содействие  в  помощи..  Ксения  прятала   слёзное  лицо  в  ладонях, отвечала, как  стон  от  боли:»  не  знаю,  читают  ли  они, что  написано.   Ответ – отписка Может прочесть  не  могут  .  В  стержнях  не  паста, что  раньше  была,  а  серая  водица.  Что  пишешь   этой  пастой, на  бумаге   почти  не  видно.  Много  раз  пыталась  говорить  с  Владимиром, друг  ведь  был  нам. Не  реагирует.  Дубоголовый  стал.  Только   о  себе   думает, как  выгоду  получить.  Человеческое  из  него  выкорчевано, нет  ни  жалости, ни  сострадания.  Лицо  непроницаемое ,  холодное, взгляд  леденящий  спокойствием  и  равнодушием., на  тонких  губах  не  то  усмешка,  не  то  насмешка..  Больше   к нгему  не  хожу,  ни  о  чём  не  прошу.  Знаю,  он  и  пальцем  не  пошевелит.»
«Помнится, в  дни   вашей  дружбы, вы ему  на  бизнес  большую  сумму  одолжили»
«Да,  Серёжа  почти  все накопления  ему  дал.  А тот долг  не  отдаёт, говорит, докажите, что  я  у  вас  такую  суцмму  взял. Знает  ведь,  Серёжа  ему  деньги  без  расписка  дал,  как  другу  доверял.»
«Доверяй, но  проверяй, пословица  сотни  лет  существует,  а  люди  всё чувствами  дружбы  руководствуются»,-
Поглаживая  руку  соседки  Констатировала    Татьяна. Возникла  пауза,  пробивающая   сожалением  до  костей.Подняв  и=  ладоней  голову,  Ксения  продолжила:
«Обзывает  он  нас  всех  здесь « голопузиками»,  грозится  выгнать  на  улицу,  когда  дом  выкупит.  Или  же   брать  с  каждой  квартиры   плату  по  8  тысяч  за  метр.»
«Успокойся,  до  этого  не  дойдётМы  пенсионеры,  но  за  себя  постоим. Как  Сергей твой?»
«Всё  хуже  и  хуже,  тает,  сгорает.  Утром  мне  сказал, голос  тихий,  загробный. Сын  умерший   к  нему  во  сне  приходил, консультировал:  скажи, мол  Ксюше,  что  бы  традиции  похорон  выдержала.  Ранее   трх  дней  не   хоронила. Иногда  как  бы  умершие  на  второй,  третий  день , оживают.   Части  тела,  вообще,   ещё   более  недели  после  мсерти  живут, чувствуют, как  их  черви  грысть  начинают.  Слышат,  стук земли  о  крышку   гроба,  когда   могилу  закапывают.  До  сих  пор  озноб  от   таких  слов»
«Доля  правды   здесь  есть.  При  раскопках  могил,  обнаруживали царапины  изнутри,  тела  перевёрнутые.  Не  зря  было  принято  раньше  трёх  дней  не  хронить, в  дом  для  прощания, покойника  заносить.  Теперь стали   и  на  следующий  день  смерти   хоронить. Закопали, что  там  дальше  - никто  не  знает.  Давай  не  будем  на  эту  тему  говорить.  Надейся,  выкарабкается  из  смертельных  лап  Сергей  Павлович.»
«Гудки  ночные   Сергея,  особо,добивают и  управы на Вовку  нет почему-то.»
«Будет  управа, поднимем  пенсионеров  дома  на  помощь, раз   остальные  жильцы  такие  терплячие», уверенно, закончила  Татьяна..   В  ответ, раздался  пронизывающий уши, громкий  гудок
«Так  сушилка  белья Гудит,  я  узнавала  про  звуке.  Нигде, кроме  нашего  дома,  такого  безобразия  нет, всплеснула  руками  Ксения.
«Согласна,
Ответила  Татьяна.  За  114  лет,  что  я  здесь  живу,  никаких  ремонтов  не  было.  Только  подхезд  один  раз  покрасили, да  с  жильцов  на  ремонт  крыши  деньги  собирали. А  ведь  мы столько  лет  за  капитальный  ремонт,  ежемесячно, круглую  сумму  платим  и  её  каждый  раз коммунальщики  повышают без  всякого  объяснения.
«Все  знают, коммунальному  начальству  ежемесячно, выплачивают хорошую,  стабильную  сумму.   Председательша  и  сотрудники  Жил. Коммунального  отдела,  в  Москве  себе  по  две-три  квартиры   купили,  а  где   деньги  взяли?  Ясно,  с  наших  оплат.  А  мы  молчим.  Я  было  этот  вопрос  подняла,  так  меня  ещё  больще  общитывать  стали. Жильцы  почему-то  не  поддержали»  Теперь  жаловалась  Татьяна.
«Время  такое!»,  тихо произнесла  Ксения.
Занимайтесь  лечением  мужа,  а  я   попробую   ещё  раз озвучить  нашу  ситуацию«  Не  время,  а  мы   сами  это  позволили»,- поправила  Татьяна.  Владимир издевательски  пользоваплся  бездействием   соседей  и  лиц,  ответственных  за    общественное  спокойствие.  Он  взял  под  своё  обслуживание  все   электрические  щитки  подъезда,  установил  в  них  регуляторы   звука.  Управлял  звуком  из  своей  квартиры.  Открыто  заявлял, что  расправится  с  Татьяной  за  её вмешательство  в  его  бизнес. Угроза  убийством  повторялась  систематически  Полемика  шла  в  открытую.  Владимир   угрожал  с  явным  умыслом, что  бы   остальные  соседи  боялись Сергей  Павлович  часто  терял  сознание  от   пронзительного  звука,  а  Татьяну  начало  тошнить.  Председательша, криво  усмехаясь,  обхясняла позывы  рвоты   у  пенсионерки  Татьяны,  возрастом  и  повышенным  давлением.   У  больного  Сергея  Павловича  явно   рак  и  рн  скоро   покинет  белый  свет.  Ксения  просто  истеричка.  Большинство  же  соседей  молчат,  значит  им  звук  не  мешает.   Проверяющие  органы  не  вмешиваются, значит  всё  в  пределах  нормы. Председательша  молчала  о  том, что, получала  от  Владимира  за  молчание   приличный  гонорар   ежемесячно.Терпеливые  соседи  предпочитали  не  связываться   с  Владимиром.  Все  знали, он  бандит  из  прошлых  990  годов.  Срок  давности  его  дел  прошёл  и  он   взялся  за  старое.  Только  теперь  его   мишенью  стали   беззащитные  пенсионеры  и  быфвший,  закадычный  друг.Бизнес  его  процветал.  Стирка  на  дому  приносила  не  плохой  доход.      Конфликт  с  соседями  переходил  в  серьёзную    фазу, борьбы  Добра  со  Злом.
Начиналось  всё, банально просто.       Соседский  сын   Павел с  родителями, рьяно  взялись   за    домашний  бизнес. используя Приобретённый  на  халяву при  расхищении   цеха  бывшего  Советского,  государственного завода,  , промышленный   -станок    «болгарку»  в  личное  пользование   ,.      Вращение  большого  колеса шло  шумно  ,  Лезвие   полосовало картонный  или  древесный  материал,    по заданной  программе,  вибрирующий  звук  расходился вокруг,  врезаясь  в  уши….   Незаметно,  разрушал  перекрытия    волновой  вибрацией .  Мельчайшая  пыль и  невидимые  опилки оседала  в  лёгких.
  Станки  работали   по   заданной   программе,  всю  ночь  напролёт, до  рассвета,      
 За  тонкой, бетонной 
стеной,   отгараживающей   квартиры,  Татьяны  и  Владимира,   слышался
    глумлящийся,  с  ехидцей,       голос  соседского  сына  Павла:
«Вот  так вам, тараканы!   Попрятались  по  норам, боитесь пикнуть,  терпите.  Ещё  бы,  за  нас теперь сам  Главный     заступается, .  Попробуйте только  рот  раскрыть!...Убирайтесь  из   дома,   мы  выкупим  его  по  методу  Чубайса, он  теперь  рыцарским  титулом  награждён…Вот  такие  сейчас  рыцари, а  не  Айвенго..    Дом  всё  равно развалю, капремонту  подлежать  не  будет.   Живите, где  хотите, хоть  в  подворотне   ночуйте.  Мы дом  выкупим, бросовой  ценой,   как  рухлять,
отремонтируем, вам  же, . сдавать  квартиры  будем.»,
 Со    смешоком     расстреливал   словами  притихших  соседей Павел
,  кайфуя  от   ощущения,своей  власти , как  царь,   решал  кого  казнить,  а  кого  миловать. , представлял  себя  царём  ситуации,  утопал  в   упоении    густого    звука..
Угрозы  соседа  не  без  почвенны. Уже  несколько  месяцев идёт  звуковое  разрушение  дома.    Председатель  жилищного  комитета,  Ида   Витальевна,  женщина   цепкой  хватки, доверчиво  улыбалась,     дружески   сверкала   красивыми, чёрными  глазами, в  которых играли искорки   хитринок,    убедительно,   увещала  жильцов, успокаивала:
«Никакого  звука нет, не  паникуйте.  Я  проведу расследование, обсудим!».
 Татьяна                не  выдержала: 
«Всё  Вы  знаете  и                просто  лавируете   
, учтиво  не  замечаете  Ночной  бизнес, что  не  даёт  спать  жильцам.  Люди  с больной   головой  идут  на  работу.  Вы  живёте  в  другом  доме, попробуйте  ночь в  таком  звуке  провести    хотя  бы  одну  ночь. 
Звук  разрушает  не  только  живое, но  и  не  живое.  Даже  в  Библии описывается, как звуком  разрушались  неприступные  стены..   Звуковое  оружие  используется  Очень  давно.Жильцы  знают,  что  вы  близкие  друзья  с  нарушителями,  защищаете  их  своим  авторитетом  и  возможностями, не  считаетесь  с  жильцами. Положение  всё  хуже  и  хуже.   Звук превратился  в  проникающую  вибрацию.Вы  знаете, что  это  приведёт  к  заболеванию  людей    ,но  мер не  принимаете,  что бы   остановить  преступные  действия  Покрываете  беззаконие»
На   обвинение  она  промолчала   
Старичок  с  тросточкой  вежливо  добавил:

Чёрные  глаза  председательши  сощурились,  метнули  огненные  искры.   
     «До    этого был  другой  гул,Сейчас всё вперемешку.  Конструкция  дома  отражает шум  вращения  огромного  колеса.  Дрожжат  пол,  стены,  стёкла окон.» 
« Зима.  Машины  прогревают»,
- не  уверенным  тоном  выпалила Ида  Витальевна.,  пряча  взгляд.
-« мы  не  в  детском  саду,=
 Не  унимался  старичок-
 Вы  себя  слышите, о  чём  говорите»
 Жалобу, председатель   пропустила  мимо  ушей.  Семья, производившая  ночной  шум, была ей  очень  близка,  она  зависила  от  неё.  Там  жила  не только  подруга.но  и  подолжности  председатель  ревизионной  комиссии, что  проводила  ревизию  работы  Ид  Витальевны. Кроме  всего,  в  ней  жила  председатель   ревизионной  комиссии, её  близкая  подруга, которая  проводила  ревизию   Иде
  Витальевне.  На   многочисленные   жалобы  жильцов,
отреагировала  с  улыбкой.   Каждая  чёрточка  её лица светилась  добродушием  и   вниманием  к  собеседнику. Однако, хитринка  лжи   проскальзывала.    Женщина, порой, прятала, глаза, перебирала  пальцы  кисти рук.   Одной  рукой  она, вдруг, обнимала предплечья.жалобщиков, доверчиво  прижималась   к  плечам, Другой - поглаживала  тело  жалобщика. Энергия  контакта вызывала   Туповатую  энергетику   клипового  состояния  и  покоряла. Приметивное  мышление   побеждало:
 
Татьяна  молча  смотрела  на  неё:
«Как  можно  так  относиться  к  людям, словно  вокруг  дебилы?
«,
Вопрошали  не  согласные Она  попыталась обратиться   в  силовые  органы, но  реакции  не  последовало.   Защищая  подругу-ревизора,   председательша обошла  жильцов, уверяя  всех, что  звук идёт  с  улицы, зла  никому  не  причинит.»
«Вы  покрываете  своих  друзей, Вы  с  ними  в доле или  они  Вам   дают  хорошие  откаты?,»,
наступала  Татьяна.  Махнув  рукой,  как  на  назойливую  муху,  председательша   удалилась.
Смеясь  над  жильцами, Павел  передразнивал  разговор  Татьяны   с  председательшей,  Мать  и Отец   усмехались  :
«Пусть жалуется  куда  хочет,    ей  не  поможет.  Жена   главного  чиновника,   ,  ежемесячно, получает  от  нас  вознагрждение в несколько  тысяч.  Найдут, что  ответить.»
Павел  залился  смехом:
«Я    придумал, как   проучить  соседку»
« Что  ты  смеёшься?   Соседка  может  сорвать  сделку!», нахмурился  отец.
«Не   сорвёт.  Всё  уже  обговорено  с  начальством.  Дом  на  кап.ремонт  не  поставят. Расходные  статьи  я  перенесла  на  другие статьи, комар  носа  не  подточит. Конечно, за  услуги  набежит  определённая  сумма, но  я  её  погашу.  Мария  Витальевна  и  Роза  в  доле»
«Без  них  никак  нельзя? Бизнес  будет  прибыльным, компаньонов  не  хочется», спросил  муж, поправляя  сползающие  брюки  на  большом  животе.  Его   бугристое  лицо, с  маленькими  глазками, похожими  на  запятые, повернулось  к  жене.   Алевтина  отрицательно  качнула головой:
«Пока  нельзя.»,
твёрдо  ответила  жена.
«Я  помогу, сделаю  такой  шумовой  прибор…»,
вскочил  Паве
«Не  мешай  матери, они с  Розой  всё  провернут.» 
«Я  помогу  вам, буду  сводить  с  ума   Соседку.  Татьяна  уже  в  возрасте,   вибрация  ей  мозги  закрутит, подохнет  в психушке. Туда  же  и  Старого  Сергея  Петровича.  Правдисты  выискались Прибор  с  вибрацией,  я уже подобрал, в  технике   хорошо  шарю!»
Павел  расхохотался, потирая  ладони,   предвкушая  затею.
«Матерно-словестное  оружие  тоже  не  плохо» ,

скрабезно  добавил  сын. 
«Это  тебе  не  девчонок  доводить  до  отчаяния, начала  было  мать, но  Павел перебил:
«Какая  разница !  От  истерик  и  бешенства слов,   получаешь  такой  кайф,  чище Получается  такой, восторженный кайф   почище  наркотика.»   
« пока  надо  приостановиться.  О  нашем  ПЦЖ  заговорили. Серьёзного  нет, однако  осторожность  не  помешает"
Звук вибрации. не  появлялся более  недели. Возник  печатный    удар,  словно  в  наковальне. Сергей  Петрович иронично  проронил:
«перешли  на   печатание  купюр. Моя  соседка  продавщица  говорит, много  фальшивых  тяимтысячных  появилось. Проверяем  каждую  купюру.  Лихо  печатают".  Затишье  закончилось.   Вновь  вернулся вибрационный  звук.               

Дребезжало  часто  и  густо особенно, около  фундамента  дома.  Дом  старой  постройки  держался, вселяя  страх  в жильцов.   Казалось, вот-вот  рухнут  бетонные  перекрытия  и  балки   упадут     прямо  на  жильцов, раздавят, как  насекомых и   кровавой  жижицы  не  останется.

На  жалобы  жильцов, добродушно улыбаясь, был один и  тот  же  ответ:
«Я  вам  уже  говорила  под  окнами  машины   прогревают, зима  на  дворе.  Вот  и  дребжжит  всё!»
Однако, на  небольшой  период, гул  притихал,   зато  вернулся  этот, пронизывающий, впитывающийся  в  мозг, стены  помещения, разрушающий, вибрационный  звук, от  которого  не  спасали  наложенные  на  уши, подушки.
«Наверно, таким  звуком  и    разрушались Моисеем, стены
Библейских крепостей, когда  он  ходил  с  еврейским  народом  по  пустыне»,
Думала  Татьяна, зарываясь  в  подушки.  Жильцы  сыпали в  адрес  бизнесменов-  соседей  проклятья,оскорбления, но  решительных  мер  никто  не  предпринимал. Не хотели  портить  отношения  с  Марией  Витальевной.  Председательшагорой  защищала   близких  друзей,    продолжала  обвинять  самих  жильцов
«Что  вы  выдумываете, нет  никакого  звука! На  улице  что-то  гудит»
«Председательша  в  доле  или  откаты   получакт.  Не  может она  не  знать о  звуке.»,   
 Озлобленно  кричали в  мобильный  телефон вышетоящему начальству:
«долго  Ваш  кум  над  нами  издеваться  будет? Почему звук  по  ночам  до  утра не  прекращается. Световой  день  для  бизнеса  есть»,
Чуть  не  материл  Иду  Витальеыну  Сергей  Петрович.
Председательша  яро  защищалась 
«  У  Вас  не  спросил,   когда  ему  бизнесом  заниматься.  Никакого  звука  нет, не  выдумывайте.  Моразм  у  Вас Сергей  Петрович, за   60  стукнуло, лечится  надо.  Нет 
никакого  звука!»
Неугомонный  Сергей  Петрович  разузнал, что  в  подвале,  нелегально, открылсь  небольшая   прачечная.  Горячая  вода  из  батарей  бралась, холодная  из  водопровода,  расход  электроэенргии  разбрасывала   бухгалтер Роза по  квартирам  жильцов, включала  в квитанции оплаты  коммунальных  расходов .   Вибрационный  звук  идёт  от  сушильной  камеры.
  Выяснили, что   Мария  Витальеана  и  Роза  купили  по  две  шикарных   квартиры в  центре  города.    Соседка  Татьяны   Алевтина, числилась   главой  ревизионной  комиссии, как  грамотный  специалист бухгалтерского дела.   По  её  проверкам деятельности  Пцж, все  расчеты  проводидись  правильно,  статья  капремонта соответствовала  взносам.   Однако, ни    одна  цифра  в платёжной  квитанции  не  объяснялась, сумма  капремонта  постоянно  увеличивалась, причина   постоянного  роста не  фиксировалась.  Слухи  о том, что  шикарные  квартиры   работниками  ПЦЖ куплены за деньги  на    капремонт, будоражили  жильцов, но  им  никто  ничего  не  объяснял.  Формулировка  содержание  жилья, ежемесячно взымалась 500-700  рублей  с  каждой  квартиры.

Ожднажды  Роза  проговорилась, за  суммы  содержания  жилья,  определённая  плата  идёт  на   подхалимную  оплату  вышестоящего начальства, т.е.  оплата       большой  суммы, идёт  за  счёт жильцов   как  угодничестыо  для  хороших  отношений  с  начальством. На   покупку   квартир председательша
 Якобы взяла  кредит, а для  его  погашения и  был организован бизнес.  Домашнее  ОПГ действовало  без оглядки  на законы  и  правила, под  прикрытием   начальства  и  ревизионной  комиссии
Уже  не  первый  раз
Жалобы  игнорировались.За  советом, председательша  пришла к  бизнесмену:
«Собрались  в  прокуратуру  писать, собирают  деньги  на  адвоката»
«  Успоуойтесь.  Быдло  есть  быдло.  Покричат  и  перестанут.  Я   смонтировал   стабилизатор, будем,  иногда,  приглушать  звук. А  Татьяне и  Сергею   Петровичу,  наглухо  припечатаем моразм от   старости.  Остальным  один  ответ:
никакого  звука  нет.  На всякий  случай, Мария    Витальевна, обойдите  крикунов, пообещайте им  , что хотите, пусть  они  подпишут бумагу, что  звука  нет.  Как  председателю  ПЦЖ, жильцы  не откажут  в  подписи,  а  соседку  в  психушку  сведём, если  сама   из  дома  не  уедет», деловито  заключил глава  семейства, бизнесмен поддёргивая  брюки и обнажил  в  улыбке редкие, игольчатые  зубы. Мария  Витальевна  боялась только  одного, что бы  не  проверили  статью  кап. Ремонта. Бухгалтер Роза  успокаивала:
«Эта  статья  идёт  в добровольный  фонд , на  счёт алигархов. Года  два  назад,  Ген прокурор России  обещал  проверить куда  расходуются  средства   капремонта да  до  сих  пор  с  проверкой  не  собрался  и  не  соберётся, не  переживай Через  месяц-два, опять  квартиры  купим.  Живём  по  печати  царя  Соломона:
«Что  наверху, то  и  внизу!»
« Как  ты  спокойно  говоришь?  А  если  посадят?»
« Никто  нас  не  тронет.  Надо   только  убрать всего  двух  человек.  Остальные  заткнутся   Такое  уже  проходили!    Дом  развалим,  за  гроши  выкупим.  О  кап.ремонте  и  не  вспомнят.  Зато  потом какая  прибыль  от  сдачи  квартир  будет!   За  год миллиардерами станем!».
 Выпуклые  глаза   худощавой  брюнетки, раскрылись  от  предвкушения  так, что, казалось,  выпадут  из  орбит.Нижняя  губа задёргалась.
«У  тебя, Розочка, опыт,  а  я  первый  раз.»
«Ты туповато  учишься,  третий  год  уже мухлюем, пора  бы  и  освоиться,  останавливаться  поздно! Паразитами   обзывают, но   где  их  сейчас  нет?    Кто  выше на  верх    заберётся, тот  и  государь.»
Презрительный  намёк  подействовал. Мария  Витальевна  прикусила  губу. Нежданно, вмешалось  проведение извне.  Вибрация  не  разбирала, кто   господин, кто  быдло. Не  помогли  наушники, резиновые   тампоны  в  ушах. Заболело   сразу  несколько  человек, в том  числе  и  семейка бизнесменов..  Злокачественная  опухоль  поселялась  в  мозгу, печени, желудке  и  даже  в  коленных чашечках.  Бухгалтер  Роза хладнокровно  заметила:
«Умирают, ну  и  пусть  не  живут, коли  жить не умеют, не  вписались в  рыночную  экономику.  Землю  удобрять  тоже  надо».
  Дом, действительно, развалился. Выехать  из  дома  пришлось  всем.