Совиные чаепития. Часть 1

В самой чаще Дремучего леса, куда даже лучи полуденного солнца пробираются робкими крапинками, стояло древнее-предревнее дерево — Великий Дуб. В его самом толстом дупле, похожем на уютную пещерку, жила мудрая сова Оксана. Её перья были цвета лунного света и древесной коры, а большие глаза видели не только в темноте, но и то, что скрыто в сердцах.

Но была у Оксаны одна тайная страсть, о которой знала только семья. Она обожала чай. Не простой лесной отвар из трав, а настоящий, ароматный, с тонким звоном фарфоровой чашки.

Раз в месяц, когда луна наливалась полным серебром, совушка Оксана устраивала Семейное Совиное Чаепитие. Она доставала из самого дальнего уголка дупла крошечный сервиз с незабудками, ставила на плоский камень медный чайник, что грелся на угольках из сухих веточек, и заваривала свой особенный чай. Его рецепт был тайной: сушёные ягоды брусники, лепестки лунного цветка, что распускается только ночью, и одна сосновая хвоинка для душистости.

Однажды юный и очень любопытный совёнок Тёмыч, отставший от урока ночных полётов, увидел светящийся ореол у подножья Великого Дуба. Ему было строго-настрого запрещено летать так далеко одному, но любопытство пересилило. Он подкрался и замер от удивления: на покрытом мхом пне стоял крошечный фарфоровый стол, а вокруг сидели трое — почтенный филин Дима с бакенбардами, важная совушка Санечка — его  бабушка — в пуховом боа и... его собственный папа, филин Серёжа! А хозяйничала - бабушка Оксана!

— А, наш путешественник пожаловал! — сказала Оксана своим бархатным голосом, не поворачивая головы. — Садись, малыш. Раз луна тебя сюда привела, значит, пришло  твоё время присоединиться к нашей беседе.

Серёжа лишь хитро подмигнул сыну, а бабушка Санечка одобрительно кивнула. Тёмыч, растопырив от смущения пушок, робко присел на краешек гриба-табуретки. Ему налили чашечку с паром, пахнущим летним лугом, брусникой и звёздной прохладой.

— Пей, милый, — сказала Санечка. — Это не просто чай. Это чай разговоров. Выпьешь — и слова потекут сами, как ручей, все тайны наружу.

И правда, Тёмыч, сделав глоток сладковатого брусничного чая, вдруг перестал стесняться. Он рассказал, как потерялся, как боится, что у него никогда не получится летать так же мощно и бесшумно, как у папы, и что он, наверное, разочарует всю свою знаменитую семью.

Почтенный филин Дима, муж совушки Оксаны, откашлялся и сказал:
—Мудрость, милый мой, не в размахе крыльев, а в умении слушать. Я, например, слушаю тишину между ветрами. И она мне рассказывает, куда ушла рыба в реке и когда придёт дождь.

— А я, — произнесла с достоинством бабушка Санечка, — слушаю шорохи под землёй. Знаю, где мыши делают запасы, и где брусника слаще. Это помогает мне быть прекрасной хозяйкой и кормить свою семью.

Тут филин Серёжа положил крыло на плечо сына и сказал мягко:
—А я помню, как твоя бабушка Оксана рассказывала мне сказки у этого самого пня. И слушал, как ты, Тёмыч, в первый раз щёлкнул клювом. Самые важные вещи не громкие. Они тихие, и чтобы их услышать, нужно быть очень внимательным.

Бабушка Оксана молча подливала всем чаю, и в её глазах светилась глубокая нежность. А потом она сказала, глядя прямо на внука:
—Ты уже умеешь слушать самое важное — своё сердце. Оно привело тебя сюда, чтобы ты услышал то, что знают все твои близкие: ты — часть этого круга. Нашей стаи. А теперь выпей ещё чаю — чая тишины. Чтобы услышать себя.

Вторая чашка пахла хвоей, мхом и той самой лесной брусникой. Тёмыч выпил её, и в нём наступила такая спокойная, ясная тишина, будто внутри у него тоже взошла луна. И в этой тишине он вдруг услышал не просто дорогу домой. Он услышал спокойное биение сердца отца, терпеливое дыхание бабушки Санечки и мудрый покой бабушки Оксаны. Он услышал, что дом — это они, все вместе.

Чаепитие подходило к концу. Бабушка Санечка начала собирать чашки, а филин Дима пожелал всем спокойной ночи и растворился в тенях.

— Полечу рядом, — сказал Серёжа сыну. — Ты веди.

— Возьми, внучек, — сказала напоследок Оксана, протягивая Тёмычу лепесток, свернутый в кулёк. — Наша семейная заварка. Брусника, лунный цветок, хвоинка. Когда станет трудно, завари, сядь тихо и слушай. И ты услышишь нас всех. И себя.

Они полетели домой — отец, сын и бабушка Санечка — не спеша, в лунном свете. Лес теперь звенел для Тёмыча знакомыми голосами. Шелест листьев напоминал смех бабушки Оксаны, свист ветра — поучительные истории дедушки Димы, а ровный взмах крыльев отца был самой надёжной песней на свете. Он понял, что умение слышать — это и есть самый главный семейный секрет.

Знаешь, путник, в полнолуние, если очень повезёт, и ты окажешься в самой чаще Дремучего леса, -  ты можешь увидеть мягкий свет у подножья Великого Дуба. Прислушайся. Может, долетит до тебя звон крошечной фарфоровой чашки, смех и бархатный голос, вопрошающий и зовущий  слушать этот мир вместе.