Любить по-русски кафе Иван Раковар

Это улитка Валентина. Она родилась и выросла во Франции. Ее отец, уважаемый парижский буржуа, один из девяти горожан, имеющих прописку на Елисейских полях, начитавшись Достоевского, назвал ее Валентиной. Не спрашивайте, почему.

Несколько дней назад, прогуливаясь по виноградникам Роны, она повстречала русского. Странная фамилия Раковар будоражила ее воображение. Он нежно дышал ей в шею, трепетно гладил – она согласилась.
- Поехали, - говорил он, - ты поднимешь мне продажи.. Ты такая одна, в Перми таких никто и не видел…
- Ху из «продажИ»? – мягко растягивая последний слог, задыхаясь от волнения, спрашивала Валентина.
- Ты женщина, ты должна понимать.. – жарко дышал Иван. – Ты любишь масло? Я намажу тебя маслом…
- Маслом.. – откликалась Валентина.
- А потом чеснок…
- Чеснок? Зачем чеснок? – не понимала Валентина.
- Чеснок нужен всегда. Мы везде используем чеснок, - загадочно отвечал Раковар.
Это было так дерзко! И так свежо: золотисто-зеленое масло от старых греческих олив, корнями впитавших гекзаметр Гомера, и грубый, плебейский чеснок. Да, она хотела в Россию.
- Пермь – это далеко? – спрашивала, смеясь, Валентина. - Куда ты меня везешь? Может, и страны такой нет?
- Как нет? – деланно возмущался Ваня. – Недавно вот англичанин был, Мурчисон, все подробно описал..

Глупенькая, романтичная Валентина! Она не знала, что в Перми не растут оливы. Там вообще ничего не растет. Одинаково твердые персики и помидоры на вкус ничем не отличались от пластиковых тазиков такого же, помидорного цвета. Зимой люди носили там шапки и пуховики, летом – тоже шапки и летние пуховики.

Валентину, как обещали, намазали маслом, посыпали чесноком: «Обманщик, - последнее, что подумала Валентина, - подсолнечное…»