По улице с оркестром...

В советское время крестов на могилы не ставили. Но если кто-то умирал в доме или на улице, об этом все знали. Дорога до ближайшего перекрёстка перекрывалась, и по ней медленно шла процессия — за гробом, установленным на открытом грузовике, обложенном еловыми ветками.

Оркестр играл негромко, но так, что музыка разливалась по дворам. Люди выходили на балконы, открывали окна, кто-то просто останавливался посреди своих дел.

Дети переставали бегать, бабушки вздыхали. Никто не спрашивал, кто умер и кем он был при жизни — в этот момент он был просто человеком, которого провожали.

А на Родительский день кладбище напоминало один большой пикник. Люди приходили семьями, расстилали газеты на столиках, доставали сумки. На могилы несли конфеты, пасхальные яйца и печенье. Разговаривали, смеялись, вспоминали — ели, пили, закусывали. И смерть отступала, уступая место памяти...

Теперь похороны стали тихими и незаметными. Умерших увозят быстро, в закрытых машинах, чтобы не мешать движению и чужому настроению. Мы больше не останавливаемся — ни на перекрёстках, ни внутри себя.

Кресты вернулись на кладбища, а из наших душ — исчезли.