Призрачно всё, 41. Переезд

Воронина Зоя.

                Призрачно всё, 41.
                (Переезд.)
Валентина с Андреем и Николаем выехали из Мариинска в тот же день, после того, как привёз домой он жену и ребёнка из больницы. Поезд в Абакан шёл вечером. Вера ни чуть не удивилась, увидев её в окружении мужчин на пороге своего дома.
-Я так и знала, что вы с Толиком жить не станете! В письмах ты мне всё подробно описывала, что у вас в семье происходит. Давно видно было, что к добру это не приведёт. Только что стало последней каплей, объясни. И кто это с тобой, что он за человек такой?
-Знакомься, это мой друг детства, товарищ по несчастью, Николай.
  И Валентина рассказала подруге всё до мельчайших подробностей, что произошло с ней.
-Ну, не расстраивайся. Поможем вам найти квартиру, устроиться на работу. А пока у нас поживёте.
-У вас и без нас тут тесно. Вот немного передохнем с дороги и поедем в Шушенское. Там попытаем счастье.
-Но там знакомых ни кого нет! Как вы там будете?
-А что там квартиру снять нельзя? А с работой проблем не будет, рабочие руки везде нужны. Николай строительный техникум окончил, а в селе на тракторе работал. Я могу  в садике или в школе.

  Они побыли у подруге совсем немного, поели плотненько и поехали в Шушенское. Первым делом, когда они вышли из автобуса, зашли в первую строительную контору, что встретилась на их пути. У Николая имелся диплом строительного техникума. В Мариинске он работал на стройке. Директор посмотрел на Николая внимательно, осматривая его документы.
-Люди на работу мне нужны, особенно у кого специальность есть в руках. Только ответь на один вопрос, ты пьёшь?
-Бывает, не без этого.
-За раз ведро выпить сможешь?
-Не пробовал. Да я и сам в ведро помещусь, а если выпью такое количество, что со мной станет?
-За откровенность ценю. Вижу, что сработаемся с тобой. Пиши заявление, оформляйся. Живёшь ты где?
-Пока ни где.
-Как это?
-Мы только что из автобуса вышли. Жена с ребёнком у конторы стоит. Квартиру снимать будем. Вот сейчас выйдем от вас и на поиски пойдём.
-Рисковые вы люди.
-Жизнь заставляет.
Николая вышел из конторы с довольной улыбкой.
-Вижу, что поход был удачным. Не так ли? - заметила Валентина.
-Вполне. Могу хоть завтра выходить на работу.
-Ну теперь надо искать крышу над головой. Спрашивать надо у пожилых людей, им известно буквально всё. Вот смотри, идёт какая-то старушка. Стойте тут, а я подойду к ней и спрошу. Возможно, она знает, у кого можно угол снять.
  Валентина подошла к пожилой женщине неопределённого возраста, поздоровалась с ней.
-Бабушка, вы не подскажете нам, где тут у вас квартиру можно снять?
-А сколько вас человек?
-Трое нас. Да вот они, мои мужики стоят.
Бабушка посмотрела на стоящих в стороне мужчин, подумала с минуту, пожевала губами так, словно она шепталась с кем-то, затем решительно промолвила:
-Пойдёмте со мной, тут не далече, я вас отведу.
  Они прошли через центральную улицу, прошли немного переулком и вышли к большому дому, который стоял как раз против переулка. Валентина думала, что их путь дальше будет, но старушка подошла к высоким воротам и постучала в них. Вышла пожилая и полноватая женщина.
-Здорова Егоровна! Вот к тебе жильцов привела, ты же хотела, принимай. На вид, люди порядочные, с ребёнком.
  Егоровна недоверчиво осмотрела жильцов. Спросила:
-Откуда будете?
-Мы из Мариинска приехали сегодня.
-А родные у вас есть тут?
-Ни родных, ни близких, ни знакомых.
-Что вас, сердечных, заставило сюда ехать?
-Судьба-злодейка.
-Ладно, не моё это дело. Проходите в дом.
  У Егоровны дом был не маленький. Большая прихожая, из которой вело два выхода, по правую руку вход вёл на кухню. За ней было ещё две комнаты, которые и предложила хозяйка жильцам. Второй вход был напротив двери прямо. Там находился зал, а за залом — бабушкина спальня. В одной комнате, что предложила старушка квартирантам, стояла железная кровать и стол. Кровать была просторная, рассчитанная на двоих и аккуратно заправленная. Другая комната была совершенно пустая.
  Новые жильцы оставили свои вещи, которые они привезли с собой, и оправились в магазин, что бы купить себе новое постельное бельё и продукты. В Шушенском посёлке был большой торговый центр, в котором можно было сразу купить и продукты, и другие промышленные товары, в том числе и постельное бельё. Этот торговый центр Валентина приметила сразу, когда ещё они шли к Егоровне. Она была женщина приветливая, разговорчивая. Но Валентина и Николай всё же не рассказали ей истинную причину их переезда с родного города и сюда. Утром она повела своих новых жильцов прописываться, а когда с этим делом было покончено, сказала:
-Теперь и на работу можно устраиваться.
-Я уже устроился, почти. - ответил Николай. - А сейчас пойдём Валентине место поищем где-нибудь в детском саду, за одно и мальчика пристроим.
-А она что, воспитатель?
-Конечно. Вообще-то, она учитель начальных классов, но работала воспитателем в детском саду.
-Тогда поезжайте на молочный комбинат. При этом комбинате есть ясли-сад и довольно большой. Я точно знаю, что им требуются воспитатели. Знакомая у меня там работает. Только вчера на эту тему мы с ней разговаривали, она мне и сказала. Ведь я тоже когда-то там работала воспитателем, до пенсии.

  Валентина поехала с Андреем по указанному адресу, а Николай с хозяйкой дома понёс покупки на квартиру. Молочный комбинат стоял в самом конце посёлка. До него постоянно ходил автобус. Валентина с ребёнком без проблем добрались туда. Заведующая была на своём месте, в кабинете. Рассмотрев документы Валентины, она без лишних слов приняла её на работу. Андрея тоже взяла в детский сад. Валентина была очень довольна, хоть в этом ей везло.
  Ясли сад стоял рядом с молочным комбинатом. Детей в него водили рабочие этого комбината. Начиная с года и до самой школы дети находились там.
  Заведующая, Ирина Николаевна, была женщиной ещё молодой. Когда Валентина пришла первый день на работу, заведующая расспросила её о том, где она раньше трудилась, что её заставила всё бросить и приехать сюда. Валентина отлично понимала, что посторонним людям не скажешь всё, что творится на душе у тебя, поэтому она, не вдаваясь в подробности, коротко поведала ей о себе.
  Ирина Николаевна предложила ей на выбор два места, старшую группу и младшую. Валентина выбрала малышей, с ними интересней работать.
  На работу всех рабочих молочного комбината, в том числе и воспитателей, возил служебный автобус. Этот автобус собирал рабочих по всему посёлку утром, а после смены увозил всех туда, откуда взял, то есть, буквально по домам. Красота! Не надо спешить на остановку и там ждать, когда придёт автобус. Вышел из дома, а автобус уже здесь!
  В выходные дни Валентина со своими мужичками гуляли по посёлку. В этом посёлке было прекрасное место отдыха. Пройдёшь по навесному мосту через реку, начинается парк отдыха с аттракционами, с огромным чёртовым колесом, с буфетами и кафе. В этом парке был даже пляж, где можно было летом загорать и купаться. Когда-то на этом пляже загорал и купался сам Владимир Ильич. Только не знаю, один он там был или Надежда Константиновна тоже с ним ходила.

  А хозяйка этого дома, где Валентина с Николаем снимали жильё, выходные проводила по-своему. К ней с утра приходили две её самые лучшие подружки. Хозяйка усаживала их на кухне и угощала. У ней всегда было что выпить и чем закусить. К выходным она всегда нагонит самогону, чистого, как слеза. И как-то это у ней получалось всегда удачно, ни какой мути, чистейшей самогон, как натуральный спирт. В воскресение, чуть глаза свои откроет, начинает суетиться, готовит разную закуску. Расставит всё на столе и ждёт своих подруг. А когда они придут, рассядутся за столом, она кричит:
-Николай, выходи к нам, выпьем по стопочке!
Николай иногда выпивал стопку с ними из вежливости, но больше он отказывался, говоря:
-Да нет, спасибо, Егоровна, мы с Валентиной идём в парк отдыха. Вот вернусь, тогда видно станет.
  Один раз Егоровна сказала вечером, когда Валентина вернулась с работы, что пришёл с армии её племянник и она приглашена к ним на вечер, посвященный его приезду.
-Валентина, ты чутко спишь? - спросила она.
-А что?
-Я вернусь с попойки от племянника, изрядно выпивши. Ты мне калитку откроешь, если я не смогу этого сделать сама.
-Договорились. Вы не переживайте, когда возвращаться будите, я услышу.
  И Егоровна ушла на вечер встречи. Её долго не было. Мужики Валентины давно уснули, а она всё ждала и не засыпала. Наконец, сон её сморил. Но в это время она услышала какой-то шорох у калитки. Она вышла в ограду, открыла калитку. Егоровна сразу же мешком перевалилась через доску, что внизу стояла вместо порога. От неожиданности, Валентина отскочила в сторону от калитки. Егоровна еле поднялась на четвереньки, дальше встать у неё не было сил. Валентина попыталась её поднять и поставить на ноги, но она была неподъёмная.
-Не мешай мне, я сама, вот только туфлю найду, а то она с моей ноги свалилась.
  И она стала шарить вокруг себя руками, но ни чего найти не могла. Валентина увидела её туфлю, подняла и подала ей:
-Вот ваша туфля.
-А, хорошо, давай её сюда.
  Валентине было удивительно, как в таком возрасте можно напиваться до такого состояния? Видно, крепкая эта женщина была, думала она и смотрела на то, что же она дальше делать станет. А Егоровна взяла в руки туфлю и стала передвигаться вперёд на четвереньках. Но туфля ей явно мешала. Тогда она поставила её перед собой на дорожку, наклонилась и взяла её в зубы. Таким образом передвигаться было ей гораздо удобней. Валентина закрыла калитку и пошла следом за хозяйкой. А на утро Егоровна встала, как огурчик. Даже не жаловались на головную боль с похмелья. Крепкая старушка была, эта Егоровна!
  Был у неё и один единственный сын. Но он уже был женатый и с семьёй своей жил в Минусинске. К матери приезжал очень редко и постоянно один. Кем он там работал, Валентина не знала, но то что руки у него были золотые, видно было сразу же. Он матери оборудовал дом так, что бы она не нуждалась ни в чём. Отопление он сделал ей от электричества, типа бойлерной. В комнате стоит терморегулятор. Он следит за температурой в доме. Стоит только температуре в доме упасть немного, как сейчас же включается отопление, хоть зимой, хоть летом. Вода в доме и холодная, и горячая. Вот только туалет на улице. А ванная комната в доме имелась. Но и баня тоже была. Стояла в ограде, против дома. В ней-то и гнала всё время самогон Егоровна. Баня была оборудованная под маленький винзавод. Агрегат для перегонки находился не в самой бане, а рядом. Перед баней той имелась летняя кухня, которая выполняла и роль кухни, если надо, и роль предбанника. Просто не дом у Егоровны был, а мечта.
  В этом посёлке она прожила всю свою сознательную жизнь. Здесь училась в школе, здесь потом трудилась в детском саду, вышла замуж и родила здесь же сына, вырастила его, выучила, пришло время, муж умер, его похоронила. А теперь суждено умереть ей тоже здесь. На судьбу свою Егоровна не жаловалась, не кляла её, в жизни была неприхотливой и весёлой. Знакомых и подруг у ней было много. Постоянно общалась с самыми близкими, не отказывалась от весёлой компании и сама создавала их.

Один раз Николай вернулся с работы и сразу же приступил к Валентине с расспросами. Она в это время вперёд его пришла домой.
-Слушай, откуда тебя знает наш рабочий?
-Какой ещё рабочий? - удивилась она.
-У нас в бригаде трудится молодой человек по имени Владимир. Мы как-то разговорились с ним на перерыве. Он стал описывать девушку, похожую на тебя. Говорит, хорошая была та девчонка, к нам приезжала из Абакана вместе со студентами картошку копать. Целый месяц они жили у бабушки моей, а потом уехали в город. Мы с ней подружились. Но когда они уехали, она про меня забыла. Я ей писал, но она ни на одно письмо так и не ответила. Я спросил фамилию его знакомой, он назвал твоё имя и твою девичью фамилию.
-А тебе известна его фамилия?
-Конечно. У него интересная фамилия — Доля.
-Когда я училась в Абакане в сельскохозяйственном техникуме на первом курсе, то нас гоняли в Шушенское на уборку картофеля. Только мы останавливались не в самом селе, а его отделении, а какое, не помню. Там я жила на квартире целый месяц у бабушки одной. А у неё был внук по имени Володя и фамилия у него была Доля. Возможно, это тот самый мужчина и есть. Ты у него поинтересуйся, где он раньше жил, только про меня ему ни чего не сообщай.
  Оказалось, что это тот самый Владимир и есть, только он переехал жить сюда, на центральную усадьбу. Но Валентина так его и не увидела, сколько жила там.

  Весной, когда пришло время, молодые квартиранты помогли Егоровне вскопать огород, посадить все овощи в нём, а потом ухаживать за ним, поливать грядки, бороться с сорняками.
  Летом случилась с Андреем беда. На работе, где трудился Николай, им пообещали квартиру в доме, который строится и сдаваться будет осенью, а возможно и к Дню строителей, который отмечается в середине августа. Валентина, узнав от Николая всё это, была очень довольна, что складывается всё, как нельзя лучше. Но тут вмешалась сама судьба и всё пошло не так.
  Однажды, когда Валентина спешила вместе с сыном домой из садика после рабочей смены. Она торопливо шла по дорожке к автобусу, что ждал их у конторы. Андрей запнулся об автомобильную шину, вкопанную вдоль дорожки специально для детей. Шина тут была не одна и все они раскрашены в яркий цвет стояли. Они разделяли участки детей друг от друга и за одно служили детям для забавы. Но этим шинам дети скакали, ползали, бегали. Они их привлекали своей яркой раскраской. Валентина в сердцах сказала, поднимая сына с асфальта:
-Ты что ослеп, не видишь, куда ступаешь?!
-Я правда, мама, не вижу.
  Валентина сначала не придала его словам значения, думала, ребёнок шутит. Возможно, он сказал это в своё оправдание. Но когда уже вышли из автобуса и направились к дому, она заметила, что сын ступает, куда попало, не разбирая дороги. Она очень удивилась, раньше за ним такого не наблюдалось.
  На другой день её смена была вторая, но она поехала с Андреем утром. В комбинате имелась своя поликлиника, где принимались и взрослые люди, и их дети. На месте, не выходя из комбината, можно было провести полное обследование человека. Валентина решила обследовать своего ребёнка. Правду он говорит ей или морочит голову? Ей было интересно узнать, что с ним такое случилось. Немного раньше он жаловался на боль в сердце. Но она не поверила ему. Откуда может знать пятилетний малыш, где у него сердце? Но Андрей показывал, где у него болит и это было как раз область сердца.
  Врач выслушала внимательно Валентину, осмотрела мальчика, велела ему сдать анализы, а потом вновь прийти на приём. Валентина всё выполнила, как велел доктор и когда пришла на приём с сыном опять, врач заявил ей прямо:
-Ваш малыш вас не обманывает. Ему здесь климат не подходит. Вам следует срочно выезжать отсюда в то место, где вы раньше жили. Иначе можете потерять ребёнка.
-Но как же я смогу уйти с работы? Меня без отработки ни кто не отпустит, а вы говорите, что срочно надо уезжать.
-Отпустят. Я вам дам предписание, по нему вас уволят без промедления. Только поспешите, вашему ребёнку становится всё хуже и хуже.
  Валентина с предписанием пошла к Ирине Николаевне. Та посмотрела на предписание, заявление сразу же подписала, без лишних слов. На прощание только сказала, что очень жаль хороших людей отпускать с работы. Валентина теперь ломала себе голову над тем, где ей остановиться в Мариинске?
  Первым делом, она позвонила в детский сад, где прежде работала, Галине Ивановне, объяснила ей сложившую ситуацию и сказала:
-Галина Ивановна, в группу малышей ходит мальчик, Протасов Саша. Он живёт рядом с моей матерью. Попросите мать Саши, что бы она сходила к моей маме и сказала, что мне срочно нужна её помощь. Андрею моему день ото дня становится всё хуже и хуже. Ни чего не видит, поднялась температура. Он перестал есть, пластом лежит. Боюсь, не довезу я одна его до Мариинска. Ему тут климат не подходит. Если сможет, пусть срочно приезжает сюда, ко мне. Я её подожду тут. Как она появится здесь, в тот же день выезжаем отсюда. Только пусть поспешит.
  Галина Ивановна обещала всё выполнить в лучшем виде. И не подвела Валентину, сдержала своё обещание.
  После разговора с Галиной Ивановной, Валентина позвонила своей подруге, которая жила в том же городе и училась вместе с ней на одном курсе, Людмиле Поповой. Мать Людмилы жила в Мариинске в районе сельскохозяйственного техникума. Сама Людмила проработала по направлению после училища три положенных года и вернулась жить в город. Встретила там замечательного парня и вышла за него замуж. С родителями жить молодые  не хотели, и поэтому нашли себе небольшой домик на Рабочей улице, купили его и стали в нём жить. У них родилась девочка, а когда ей исполнился годик, её оформили в тот детский садик, в котором трудилась Валентина и который находился не далеко от дома Людмилы. Валентина была некоторое время, совсем немного, воспитателем у её девочки потом. Сама Людмила работать в школу не пошла, а устроилась в какую-то строительную фирму в отдел кадров и там успешно трудилась. До подруги своей Валентина тоже дозвонилась быстро. Людмила подробно рассказала, как она оказалась в Шушенском и в какой ситуации находится сейчас и попросила её о помощи. Людмила долго не думала и сразу же сказала:
-Ни чего не надо искать и думать. Приезжай к нам, на месте станем решать, что предпринять. Ты только не переживай за ребёнка. Раз врачи сказали, что ему у нас станет лучше, так оно и будет.
  Валентина была просто в панике, но после разговора по телефону, немного успокоилась. Она не собиралась долго жить у подруги, но хотя бы на первое время есть где остановиться.
  Мать приехала быстро и не одна, а с Михаилом. Он вызвался ей помогать, ведь ребёнок всё больше находился в постели, а значит, его надо нести на руках. Мать с Мишей передохнули немного с дороги, поели, забрали Валентину с малышом и их вещи, и отправились в Абакан на поезд. На Николая Валентина внимания не обращала, поглощена была другими заботами, которые свалились на её плечи в последнее время. Он поехать с ними сразу же не мог. Если брать расчёт, то по закону надо было две недели отрабатывать. А Валентине ждать его нельзя было, каждая минута на счету, от этого зависела жизнь её ребёнка, поэтому она уезжала с малышом одна.
  Валентина проревела почти всю дорогу в вагоне поезда. Андрей лежал на нижней полке с высокой температурой. Мария успокаивала дочь, как могла.
-Перестань реветь! Слезами ты ребёнку не поможешь.
  Мимо проходила проводница, услышала их разговор и заглянула к ним в купе.
-Что у вас произошло? - спросила она. - Я прохожу несколько раз мимо, а женщина всё плачет и плачет.
-У неё сильно более ребёнок. Она боится, что не довезёт его до места.
-Давайте я вызову скорую помощь. На станции вас снимут и отправят в больницу.
-Спасибо. Больница нам помочь не сможет. Ребёнку не климат был в Шушенском, где мы жили. Вот приедем мы на место и сразу же обратимся в больницу. А что толку, если вы нас здесь высадите, у нас тут нет ни кого, кто бы смог к нам прийти и узнать, как мы тут? Нет, не поеду ни в какую больницу!
-Ну, смотрите! Я же хотела, как лучше.
  Так они ехали до Мариинска. Осталось до города где-то два часа.  Валентина сидела на краю полки, где лежал сын, смотрела в окно. Поезд остановился у какой-то станции. Она всё думала над тем, что их ждёт впереди. Вдруг тихо кто-то сказал:
-Мама, я есть хочу.
  От неожиданности, у неё затряслись руки и всё похолодело внутри. Она обернулась и посмотрела на своего ребёнка. Он сидел на постели.
-Слава тебе Господи! - невольно вырвалось у неё. Она стала кормить малыша с осторожностью, ведь он практически, ни чего долго не ел. Мария тут же подсказывала ей:
-Ты гляди, не перекорми его только. Пусть немного только поест, а то как бы плохо ему не стало.
  В Мариинск прибыли вечером. Перед выходом в город Валентина смерила ребёнку температуру. Она спала у него. А ей всё не верится, что так может быть. Выйдя с поезда, вместе пошли на остановку автобуса, а затем вместе поехали в неё. Только Валентине с Андреем выходить из автобуса раньше надо было, а её матери с Мишей через две остановки позднее. Валентина с ребёнком к родителям не рискнула ехать, пошла к подружке своей. Там, у подруги, Валентина прожила несколько дней, пока не нашла квартиру себе на Загородной улице. Дом этот стоял не так далеко от родителей и жила в нём старушка одна. Чуть раньше она, старушка эта, жила с внучкой взрослой уже. Родителей у внучки той не было, погибли они при загадочных обстоятельствах и пришлось ей с бабушкой жить. Но этой внучке повезло в жизни очень, ей на Восьмое Марта подарили лотерейный билет и он оказался выигрышным. Внучка эта не думала, не мечтала и даже поверить не могла, но выпал ей крупный выигрыш — легковая машина. Водить машину она не умела и поменяла свой выигрыш на отличный дом. Внучка переехала в этот дом, а старушка осталась в прежнем жить. Бабушку внучка очень редко навещала. Старушка расстраивалась очень, что на старости лет ей приходится коротать время одной. Но как-то жить надо. Она и пустила Валентину с ребёнком к себе на  квартиру. Боялась она жить одна. Не воров она боялась, а того, что уснёт и не проснётся. Но это ещё не так страшно, а страшно то, что свалится она совсем, а ухаживать-то некому.
                Продолжение следует.