Часть 17. Ольга Ивановна. У Бога мертвых нет..

ПОЭМА О КОСМИЧЕСКОЙ ВСТРЕЧЕ

Путешествие в Обитель Сердца




Со всей моей Верой, Надеждой, Любовью
посвящаю эту Поэму Мечтателям…

Наверное, тот Детский Ум, который превозносился
возлюбленным Иисусом Христом в Евангелиях,
который ставился Господом в пример нам -

- наверное, он включает в себя и эту способность,
это желание — мечтать -
- Мечтать чисто по-доброму безобидно -
- Мечтать смело отважно безстрашно -
- Мечтать о Новой Чистой Прекрасной Земле -
- Сияющей Своим Светом Мира, Любви -

- как Новая Чудесная Звезда
в Живом Одухотворенном Космосе...





Часть 17.

ОЛЬГА ИВАНОВНА. У БОГА МЕРТВЫХ НЕТ…



Здравствуйте, Ольга Ивановна!..


Сейчас я нахожусь в Обители Моей Мечты — стою возле моего дорогого Домика из свежесрубленных бревен — очень красивого — с коньками на крыше, с резными наличниками, со столбиками красивыми сказочными у крылечка его…

Стоит этот Домик на высоком крутом берегу Озера — большого чистого чудесного синего Озера — а вокруг — насколько хватает глаз — дали — наши чудесные сказочные Русские Дали — холмы, тихие речки петляют меж ними — леса, поля с травами высокими, с цветами очень красивыми…

Обитель эта моя находится в Мире Мечты — в Мире Светлой Доброй Чистой Мечты — значит — иными словами — в Царствии Небесном…


Знаю — пожалуй, большинству людей на земле сама мысль эта покажется дикой «неправильной» - ибо они привыкли думать, что Царствие Небесное — это то место, куда — ПО ОКОНЧАНИИ ЗЕМНОГО ПУТИ — попадают добрые милосердные чистые сердцем люди…

И это — так, это — правильно — так и есть!..


И ВМЕСТЕ с тем — вместе с тем это никоим образом НЕ ЗНАЧИТ, что в Царствии Небесном можно оказаться лишь ПОСЛЕ окончания земного пути — нет

— нет ничего дальше от Истины…


Более того скажу — если ты ЗДЕСЬ, УЖЕ НА ЗЕМЛЕ — не сумел войти в Царствие Небесное хотя бы ВРЕМЕНАМИ — хотя бы ПРОБЛЕСКАМИ редкими

— БОЛЕЕ ЧЕМ СОМНИТЕЛЬНО, что и после физической смерти ты туда попадешь —

- ибо НЕТ ПРЕДПОСЫЛОК -

- тропинка-то тобой непротоптана…


Иными словами — Царствие Небесное —

- это СОСТОЯНИЕ СОЗНАНИЯ ВОЗВЫШЕННОЕ —

-  превосходящее некий критический уровень…


Естественно — оценивать это — высоту сознания того или иного человека, всю динамику его или ее падений и взлетов — будет не кто-то из людей — но специально назначенные для этого Ангелы Божии и Владыки и Владычицы из Царствия Божьего…

Алмазно Сияющий Разум Бога будет оценивать — в лице тех или иных Служителей, Мастеров Света из Царствия…


Так вот — пусть это я САМ сейчас так говорю — пусть Господь внесет уточнения все необходимые — тем не менее я

ДЕРЗАЮ ИМЕННО ТАК ГОВОРИТЬ -

- если у человека Мечты на самом деле Высокие Светлые Чистые Добрые — не наносящие вреда никому — тогда — по крайней мере в моменты этих Мечтаний — этот человек пребывает в состоянии сознания достаточно высоком, чтобы соответствовать тому или иному уровню

ЦАРСТВИЯ НЕБЕСНОГО…


Иными словами — всегда, когда сердце человека

ЧИСТО СВЕТЛО ИСПОЛНЕНО ЛЮБВИ настоящей Христовой -

- в это время находится человек УЖЕ в Царствии Небесном…


Надеюсь — это окажется справедливо и для этой мечты моей — об Обители Сердца — о приглашении всех Добрых Настоящих Друзей сюда...



Итак — я стою сейчас в Обители Царствия…


И Вы — дорогая Ольга Ивановна — Вы тоже сейчас — по окончании того земного пути Вашего — Вы тоже сейчас в Царствии Небесном…

(А может быть — уже снова в воплощение вошли — не знаю — но думаю — нет пока еще — отдохнуть Вам надо подольше в Царствии Небесном — ибо очень тяжелы были некоторые моменты той жизни Вашей земной…)


Так вот — поскольку ОБА мы сейчас — в Царствии — я приглашаю Вас сюда ко мне на огонек, как говорится — в Домик моей мечты — когда Владыки Небесные, которые наблюдают, которые заботятся о Вас в Царствии — сочтут это возможным, уместным и целесообразным…


В общем — мое дело — ПРИГЛАСИТЬ Вас — что я и делаю сейчас -

- ОТ ВСЕГО СЕРДЦА МОЕГО…


Дорогая Ольга Ивановна — вот, только что я рассказывал Друзьям об одной чудесной девушке - Марине — с которой я познакомился тогда же и там же, где и с вами — в Москве, в 1992 году…

Той чудесной прекрасной девушке я принес тогда много боли… Я не мог тогда ничего по-настоящему понимать, по-настоящему чувствовать, переживать, не мог со-переживать — ничего — хотя, казалось бы — был вообще-то, что называется, «добрым человеком»…

Так же и Вам — также и Вам — о Боже — и Вам я принес — волей-неволей — столько печали, боли!..


Вы приняли меня КАК ЛЮБИМОГО ВНУКА…

Вы так трогательно любили меня, заботились обо мне, со-переживали…


Вы думали — я смогу принять эту Вашу любовь — и в ответ отплачу ТЕМ ЖЕ — буду заботиться о Вас — до конца земных дней Ваших…


О — САМОЕ ЕСТЕСТВЕННОЕ СВЯТОЕ ЖЕЛАНИЕ -

- ЧТОБЫ НАШЕЛСЯ ЧЕЛОВЕК, который будет

ЗАБОТИТЬСЯ О ТЕБЕ В СТАРОСТИ -

- до гробовой доски -

- с искренней Любовью заботиться…


Боже! КАК Я МОГ! КАК Я МОГ ПОЛНОСТЬЮ ИГНОРИРОВАТЬ ЭТО!…


Даже в самом далеком уголке мыслей моих, сердца моего этого НЕ БЫЛО -

- не было мысли простейшей и самой ЧЕЛОВЕЧНОЙ -

- ОТПЛАТИТЬ ЗАБОТОЙ ЗА ДОВЕРИЕ, ЗА ЛЮБОВЬ ко мне искреннюю…

Боже! Боже…

Ну что же теперь поделаешь? -


- Потом — когда я ПОНЯЛ ХОТЬ ЧТО-ТО -

- понял и в отношении Марины, и в отношении Вас — в отношении Жизни вообще -

- я горько раскаялся, но -

- ничего уже нельзя было вернуть…

След Марины пропал из моего поля зрения -

- Вы же перешли с земли — в Царствие Небесное полностью…


Ну что же? -

- вот сейчас — от всего моего сердца -

- я приглашаю Вас — в этот Домик моей Мечты…

Приходите — мы посидим в чистой горнице — будем смотреть на огонь, пылающий здесь в русской печи…

Я угощу вас самыми вкусными кушаниями,

мы выпьем с вами — может быть, даже вина — настоящего замечательного качественного — да здесь и ВСЕ — САМОЕ-САМОЕ ЛУЧШЕЕ -

- это — Царствие Небесное практически совершенное светлое…


Мы поговорим обо всем — может быть, даже без слов — ибо здесь особенно люди читают все мысли друг друга…

Мы погуляем с Вами вокруг — на этой Чудесной Прекрасной Природе — о столь милой сердцу моему — и — знаю — И ВАШЕМУ…

Мне ли не знать? - Мы с Вами столько дней, столько вечеров провели вместе — болтая обо всем без умолку — и никогда не надоедая друг другу — всегда нам было интересно общаться — несмотря на различие в возрасте…

Так — Я ОЧЕНЬ НАДЕЮСЬ — что смогу хоть как-то — хоть в какой-то мере загладить мой грех  - мою ужасную вину перед Вами…

Помощи Божией вам во всем и всегда!..

Защиты, Благословений Всех Божиих!..



Вот — Друзья — вот мой рассказ — как мы познакомились с Ольгой Ивановной…


Перенеситесь во времени -

- Москва, 1992 год...



- Какой паренек-то хороший! Работает как хорошо!  – услышал я вдруг почти что над ухом, когда, действительно, откидывал снег с пешеходной дорожки у нашего студенческого общежития. 

Дело в том, что на первом этаже здания работала столовая, где пенсионеров кормили бесплатными ежедневными обедами… Передо мною стояли две женщины почтенного возраста, которые, несомненно, как раз и пришли в эту столовую, и вот одна из них и приветствовала меня таким образом… 

Я разогнулся, улыбнулся в ответ, получше рассмотрел этих женщин… Одна из них была ростом повыше – прямо сказать, высокая, и годами значительно старше, другая – пониже, полная, и возрастом младше – лет 55-60, как мне показалось… Она и заговорила со мною… 


Оказалось, младшая женщина приходилась старшей племянницей, и она – надо же, бывает и такое! – практически тут же приглашает вдруг меня в гости! «Приходи к нам, - говорит, - чайку попьем, познакомимся, гостем будешь!»… 


Старшая же женщина – тетя ее – лишь молча стоит, улыбается… Правда, улыбается она очень приветливо, искренне… Высокая, держится прямо, как свечка, видно – очень статная стройная когда-то была!.. Лицо морщинистое – годы, увы! Глаза - выцветшие от времени, но очень живые даже веселые с долей лукавства, с искоркой… 

Ну что же? Почему бы и нет? Почему бы и не ответить на приглашение? Так вот и оказался я в тот же день или на следующий в первый раз в гостях у Ольги Ивановны… Так звали эту бабушку пожилую, имя же племянницы ее – каюсь – почему-то не припомню сейчас… Кажется - Нина - да... 

***

Жили они недалеко – минутах в 15 ходьбы – от нашего общежития – Дома Аспирантов и Стажеров РАН, что стоял на окраине, считай, Москвы, рядом – огромный Битцевский парк – лес настоящий практически – по крайней мере, в те годы так было – шла же тогда зима или начало весны 1992-ого… 

Посидели, попили чаю, разговорились… И – так получилось как-то само собою, естественно – я стал заходить к ним, да и нередко – как говорится, через день да каждый день – благо меня приглашали!.. И вот – постепенно передо мною стала раскрываться вся жизнь, вся история жизни этих двух одиноких женщин… 


Разговаривали мы больше с Ольгой Ивановной, причем особенно откровенна она могла быть тогда, когда племянницы ее не было дома… Они были одиноки на самом деле, забегая вперед – действительно одиноки, одиноки от слова СОВСЕМ… Ни разу за все время знакомства нашего не было ни малейшего намека на каких-либо живых их родственников – никто не приходил, не присылал писем, не звонил – ничего… 


Оказалось, племянница Ольги Ивановны уже давно страдала довольно тяжким психическим расстройством, которое выражалось в том, что она начинала просто бить – кулаками лупить свою тетю! Эти приступы беспричинной ничем не мотивированной агрессии возникали у нее периодически… 

Наготове у тети уже был номер телефона психиатрической службы, она звонила туда, там уже всё знали, просто приезжали к ним на дом и забирали племянницу на Кащенко – знаменитую на всю Москву больницу психиатрическую… 

***

Потом – где-то недели две-три – я ездил туда по поручению Ольги Ивановны – относил племяннице авоську с продуктами – колбаса, печенье, фрукты… Племянница узнавала меня, вид у нее был специфический – какой-то отрешенный, как говорится, не от мира сего – измененный от уколов, пришибленный… Откровенно говоря – страшновато! Мурашки по коже! Какой-то уже не тот человек - вроде и узнает меня – но и только… (Мда… Не болейте, пожалуйста!..) 


Потом племянницу возвращали, она лежала сначала в лежку, помаленьку приходила в себя, поначалу ничего еще – спокойная, но неделька-другая пройдет - и за старое! Снова кулаки – да какие! Признаюсь, бывало, я защищал и Ольгу Ивановну, да и себя самого при помощи стула! Возьму стул за спинку, ножками на племянницу – и так вот только спасались!.. 


Мда… Ольга Ивановна как-то сказала – обвал курса рубля, денежная «реформа» так называемая на рубеже 1980-ых-90-ых годов так фатально подействовал на племянницу! Были у нее на книжке деньги немалые - и вот вдруг в одночасье превратились все ее сбережения в фантики… Правда – не каждый то выдержит!.. 


В общем, пришелся я у них ко двору… Ольга Ивановна нашла в моем лице человека, с которым можно поговорить обо всем, которому можно всё рассказать, да и помочь который может по хозяйству, в магазины сходить… Забегая вперед - она меня приняла, как внука… 

***

Родилась она в 1912 году. Мать умерла очень рано, и отец пристроил ее в детский дом… Рассказывала, как приходили к ним в детдом на Новогоднюю ёлку сам Ленин Владимир Ильич – с Яковом Свердловым!..  Водили хоровод вокруг елки, она читала Ленину стихи, тот гладил ее по головке и приговаривал: «Молодец, умница! Очень способная девочка! Далеко пойдешь!» 


Мда… Знакомы ли Вы с человеком, который лично разговаривал с Лениным? – А мне вот довелось познакомиться!..

Отец Ольги Ивановны работал личным шофером у Михаила Ивановича Калинина  – именем которого назывался наш областной центр - Тверь - долгое время; так вот, она выпросила у Всесоюзного старосты квартиру тогда! «Михаил Иванович, - говорит, - вот почему папа мой возит Вас, а жилья своего у нас нет подходящего?» - И помог ведь им Калинин с квартирой!.. 


(А потом - в более поздние годы - и к Брежневу на прием удостоилась - знание грузинского языка помогло! Сидел тогда Георгадзе в приемной, О .И. к нему - на грузинском, да голос-то звучный! Слышит вдруг из кабинета Генсека: "А хто это там у нас так расшумелся?" - И принял Леонид Ильич Ольгу Ивановну!..) 


Рассказывала, как в 20-ые годы (1920-ые) ночевали они, бывало, с подругами прямо во дворах в жаркое летнее время – просто выносили во двор раскладушки и спали там – на воздухе свежем!... Рассказывала, как подшучивали над жильцами домов – звонили в двери – и по гладким перилам съезжали молнией из подъезда; люди выходят – нет никого!.. 

***


Очень любила Ольга Ивановна три вещи – песню, танцы и речку!

Пела и танцевала всю жизнь! Работа у нее была – но довольно простая, незамысловатая, не особенно касалась души, отводила же душу она именно за песней и танцем! На всяких юбилеях, свадьбах, торжествах, Днях рождения – пела и плясала - да как!.. (Нередко друзья говорили ей на таких вечеринках - уходи поскорее, а то женщины тебя поколотят - мужья их глаз от тебя не отрывают весь вечер!..)  


При этом пела она - как и говорила - помимо русского, еще на трех языках - на украинском, грузинском и цыганском (и сама была на четверть или даже наполовину цыганкой) - великое множество песен знала на каждом из сих языков!..  


И - плавание очень любила, причем правило у нее было – купальный сезон начинался на День Победы – 9 мая, и длился по 3 октября – это как минимум!.. Летом же – часами по Москве-реке плавала! Висит, бывало, на середине реки, как поплавок, вдруг милиционер на катере подплывет: «Гражданка, а Вы что тут делаете?» - «Купаюсь, никому не мешаю!» 


***

А то еще случай был – в лес ушла одна, увидела озеро – и купаться! Слышит вдруг голос мужской грубоватый: «Ого-го!» Смотрит – мужик стоит, весь в татуировке, видно, бывалый, сидевший… Он ей – «Ну и ну!», она в ответ – «Баранки гну! Не хочешь ли одну?» Он – «Да ты, я смотрю, не из робких!» - «Конечно, робкие в одиночку в лес не пойдут!» 

Вообще же любила она ходить на природу с детьми - соберет, бывало, всех соседских детей, а они - с удовольствием! - и айда куда-нибудь в лес, на природу, на водоем какой-нибудь - пруд, озеро, речку - купаться! Плавать учила детей, была у них «пионервожатой»… 

Кстати, и сама-то она – я свидетель - сохранила какой-то этот детский азарт, детский взгляд на жизнь, на природу - до самой старости своей – на всю жизнь… Как ребенок, радовалась движению, солнцу, реке, птицам, облакам, песням, играм… 


***

Сколько историй – то смешных, то печальных - рассказывала мне Ольга Ивановна! Нашла она благодарного слушателя – и мне интересно всё было!.. Рассказывала же она так мастерски, так увлеченно! Всей душой, всеми мыслями переносилась в ситуацию в прошлом, воспроизводила ее по ролям – как в театре – разными голосами, с разным выражением лица – обхохочешься – или, наоборот, аж страх нападет местами!.. 


Как сверкнет глазищами своими, которые и на старости лет сохранили всю свою выразительность!.. В молодости же – говорила – вообще было, как в песне поется – очи черные, очи жгучие, и ресницы такие длинные да густые, что ее замучили дразнить за это – за эти ресницы, как у обитательницы какой-то дикой лесной…  


Да и вообще - слово найдено - была она настоящей Олесей!

Да-да, живой, как бы сошедшей вдруг со страниц замечательной повести А. И. Куприна!.. Как Олеся, гадала на картах – да как гадала! Я свидетель - всё верно про человека рассказывала… Как Олеся, ясновидением обладала… Не училась этому, то было врожденное… 

Просто видит человека незнакомого – и знает уже многое про него или про нее – как зовут, сколько лет, какая семья… Как живут-поживают… И особенно – по части любовных отношений и связей – это она особенно - как на ладони всё видела… 


***

Бывало, детский азарт просыпался! Сидят они, например, с бабушками в этой столовой, за соседний столик садится компания немцев – говорят по-немецки… Ольга Ивановна и говорит подружкам: «Спорим, сейчас подойду к этому немцу и поздороваюсь с ним по имени!» Те – «Да ну! Откуда ж ты знаешь?» О. И. встает, подходит к столику немцев: «Привет, Вальтер! Как поживаешь?» - А он глаза вытаращил: «А откуда Вы меня знаете?»  


С добром всегда подходила Ольга Ивановна к людям! И способности свои с добром всегда применяла! К примеру, сидят на лавочке бабушки, и она вдруг чувствует, знает – у одной из них на плите чайник остался включен! О. И. не говорит о том прямо, а как бы невзначай намекает – «А выключила ли ты газ, уходя?» Соседка тут же всполошится – «Ой, а и правда – пойти посмотреть!» Вот так!..  


Или – еще вот пример… Как-то раз попросил я Сашу – знакомую девушку, студентку мединститута (из Тбилиси приехала - всё ж таки интересный в этом смысле город - Москва - со всего Союза и мира люди съезжаются!), пригласил ее оказать Ольге Ивановне какую-то несложную медицинскую услугу – укол, вроде бы, сделать, или массаж – не припомню уже…  

В общем, пришли мы с Сашей к О. И., познакомил я их, сам же вышел во двор ждать, сел на лавочку… Прошло некоторое время – выходит Саша из подъезда; смотрю – слезинки блестят на глазах… Спрашиваю – в чем дело? – Молчит… Так и проводил ее, ничего не узнав о причине. 

Возвращаюсь к Ольге Ивановне, спрашиваю ее – с чего бы вдруг плакала Саша? – И вот, отвечает мне О. И., что парень ее, Сашин, гуляет, живет, «крутит роман» с подругой ее по комнате (в общежитии) – и она решила об этом Саше сказать – и сказала… Так – иногда Ольга Ивановна решалась принести боль человеку, раскрывала ему или ей то, что видела через способности свои ясновидения – в надежде, что это человеку поможет… 


***

Еще – как и Олеся из повести Куприна, да наверное, и больше еще – умела Ольга Ивановна лечить, исцелять многие болезни и тяжелые случаи… Разные методы для этого знала – и с применением растений и лекарств на основе их, и опять же – за счет способностей своих необычных…

Бывало, на ноги ставила людей, которые иначе так и остались бы инвалидами… Бывало, вносила она в это дело элементы характера своего - детского азартного, склонного к играм, розыгрышам, театральным эффектам… 


Как-то, рассказывает, обнадежила она сразу же одного пациента своего – мужчину, который не мог ходить по какой-то причине – сказала ему, что проведет лишь три сеанса лечения ему… «Почему только три?» – спросил тот. – «Не скажу, придет время – узнаешь!» - отвечает ему Ольга Ивановна, и добавляет – «На третий сеанс захватишь с собой бутылочку водки и колбасу!» 

И вот, прошли два сеанса, день третьего настал… Приносит с собой мужчина заявленное, и по окончании сеанса говорит ему Ольга Ивановна: «А теперь – вставай на ноги, будем с тобой петь и плясать! И выпьем за здоровье твое, и колбаской закусим!» И ведь так и случилось – к удивлению и великой радости пациента!.. Больше же – помимо той бутылочки распитой и колбасы – ни копейки не взяла с него Ольга Ивановна… Это было для нее характерно… 


***

Ездили мы с ними – с О. И. и племянницей ее – на кладбище – они попросили меня проводить их, ибо дорога в Москве длинная, с пересадками – то на метро, то троллейбус, автобус, да и на кладбище – целое дело могилки найти! Там кладбище – как целый город – улицы, переулки, кварталы… Узнали на входе «адрес» - в каком квадрате могилки мужа и сестры Ольги Ивановны, и еще кого-то из родственников – и отыскали усилиями общими… Да - был муж у нее - только детей вот родить не смогли… 


Купил я для Ольги Ивановны, помню, икону Преподобного Серафима Саровского и лампадку красную очень красивую в церковном магазине Софрино – как же обрадовалась она! Зажигала лампадку, молилась… 


В общем, вскоре уехал я вдруг из Москвы… Не было на то даже особой нужды – а уехал!.. И – получилось так, что практически бросил я Ольгу Ивановну!.. Да, звонил иногда – пока однажды телефон не ответил… 


Простите меня, Ольга Ивановна!.. 



Картина - Владимир Киреев,Олеся

Вылитая Ольга Ивановна в молодости -

- да и всю жизнь свою она оставалась такою в душе своей -

- и даже внешне во многом хранила - красоту, стройность, осанку высокую прямую - и глаза - этот взгляд чудесный Олеси...