Последний Клык. Глава 3

Глава 3.Двенадцать Клинков.


Золотой шатёр стоял на южном склоне перевала ещё засветло. До сумерек оставалось меньше трёх часов.

Внутри было душно. Воздух пах расплавленным золотом, горелым воском, терпким вином и потом людей, которые слишком долго сидели в броне.

Лориан Пепельный Взгляд стоял у длинного стола, покрытого картой. Тридцать пять зим, волосы цвета сухой пшеницы, глаза - выгоревший уголь. На груди тяжёлая цепь с подвеской в форме восходящего солнца. Он смотрел на пятерых, стоявших вокруг.

Вадар Огнерождённый из Алого Пламени. Красная мантия с золотыми прожилками, борода заплетена в косы, пропитанные маслом. Пальцы в перчатках из драконьей кожи всё ещё дымились после последнего испытания руны. Он переминался с ноги на ногу.

Фрейра Ледяная Кольчуга. Белый мех, голубоватые пластины брони, вырезанные будто изо льда. Лицо неподвижное, глаза - два осколка зимнего неба. Дышала только носом, коротко и ровно.

Сайрис Тенеклинок. Чёрный плащ с капюшоном, лицо скрыто тенью. Стоял ближе к выходу. Пальцы на поясе лежали на рукояти короткого изогнутого клинка - привычно, без напряжения.

Талир Чёрный Корень. Пятьдесят шесть зим, спина прямая, как молодой дуб. Одежда тёмно;зелёная, пропитана запахом мокрой земли и смолы. На поясе маленький кожаный мешочек с семенами. Когда нервничал - касался его пальцами.

Лориан заговорил. Голос ровный, как шелест старой бумаги:

- Дозоры доложили. Последние вестники с севера не вернулись.Сердце Стаи молчит. Они чуют нас. Но не знают - кто именно. И не знают - сколько.

Вадар фыркнул, выпуская клуб пара:

- Пусть чуют. Пусть воют. Истинный огонь не спрашивает разрешения. Он приходит и очищает.

Фрейра чуть повернула голову:

- Огонь оставляет пепел. Пепел можно развеять. Лёд остаётся. Лёд помнит.

Сайрис не шевельнулся. Только пальцы на рукояти клинка чуть сжались.

- Они не уйдут. Мы уже внутри их теней.

Талир заговорил последним. Голос низкий, как ветер в кронах:

- Мой отец до сих пор носит шрам от волчьего клинка - и до сих пор говорит, что Волки спасли ему жизнь той зимой. Просто дали мяса, когда он голодал. Не просили платы. А теперь мои корни будут душить их детей. И лес это запомнит.

Вадар резко повернулся:

- Не начинай, старик. Они сами выбрали свою судьбу. Оскверняли Источник. Принимали бастардов. Называли Золотой Трон машиной. Они - болезнь. Мы - лекари.

Фрейра посмотрела на Вадара холодно:

- Лекари не радуются, когда режут гниль.

Лориан поднял ладонь. Все замолчали.

- Император сказал: ни одного серого клинка. Ни одного свидетеля, который мог бы спеть старую песню. Ни одного ребёнка, который мог бы вырасти и вспомнить, что значит «стая».

Он провёл пальцем по карте - от южного перевала к центру долины, а потом провёл ещё одиннадцать таких же чёрных линий по всем отмеченным логовищам Волков.

- Удар будет одновременным. По всем двенадцати логовищам. Не локальная резня - полное истребление. Когда рассвет придёт, серого больше не останется нигде.

На  мгновение в шатре стало очень тихо.

Даже жаровни потрескивали тише.

Лориан закрыл глаза. Перед внутренним взором - маленькая девочка, его младшая сестра, шесть зим, сидит у костра в гостях у северных союзников. Волчья женщина с седой косой поёт ей колыбельную низким, тёплым голосом:

Спи, мой маленький, спи под серым небом,

Мать ушла в снег, но стая рядом…

Девочка засыпает, прижавшись к меху чужой матери. Лориан  тогда стоял в дверях и думал: «Вот как выглядит мир, когда никто не боится чужой крови».

Он открыл глаза. Веки дрогнули всего раз.

-Мы спасаем Империю от них. Когда золото станет единственным светом - наступит вечный рассвет.

Сайрис заговорил сухо, без интонации:

-Дети в детской. Женщины с ними. Мужчины у очага. Дозоры на перевалах уже мертвы. Мы входим через тени. Огонь идёт следом. Лёд запирает пути. Корни душат тех, кто попытается уйти под землёй. К полуночи всё кончится. К рассвету не останется даже пепла, который можно назвать серым.

Лориан кивнул:

- Начинаем.

Вадар оскалился. Пламя в жаровнях вспыхнуло ярче - но на кончике его перчатки крошечный язычок огня на миг съёжился, будто испугался сам себя.

Фрейра выдохнула- пар поднялся от губ, как дым от ледяного клинка.

Талир закрыл глаза. Пальцы в мешочке с семенами сжались. Что;то живое шевельнулось внутри кожи.

Сайрис повернулся к выходу. Капюшон скрыл лицо.

Лориан остался один у стола. Смотрел на двенадцать чёрных кружков на карте. Медленно провёл по ним ладонью, будто стирая.

- Мы спасли Империю, - произнёс он в пустоту.

Живой Очаг в Сердце Стаи мигнул и потемнел.