Атамановка. Гриня Рыбкин
Это было просто. Надо было попрыгать на обочине перед приближающимся поездом, чтобы машинист или помощник заметил солдата и по жесту понял что военный просит закурить. Частенько это срабатывало и из окошка вылетала полупустая пачка или окурок и можно было сесть на травку и закурить.
Тут же была кирпичная будка и шлагбаум переезда в которой дежурили по очереди немолодые женщины.
Одна из них как то ночью спасла нас, военных от огня пожара.
Дело в том, что охранялась наша часть довольно средне. Ночью один дневальный сидел на КПП в дежурке возле ворот, другой сидел на тумбочке при входе в расположение роты. Где то ещё дремал дежурный по части и третий дневальный. Одновременно трое караульных с начальником караула должны были охранять парк со старыми ЗИЛами. Там тоже после наступления темноты старались дремать, ибо когда солдат спит, служба идёт быстрее.
Один караульный с автоматом прятался где то в темноте парка, поджидая неприятеля или забирался в какой нибудь автомобиль и наблюдал территорию через лобовое стекло ожидая смены и стараясь не уснуть.
И всё было бы как обычно и ночь прошла бы без происшествий,но в части не спал один человек. Звали его Гриня Рыбкин. Невысокий и тщедушный, хромающий на правую ногу с самого начала, то есть он таким и появился у нас в части, хромым. Его пытались лечить, даже били. Хирург в Читинском госпитале написал, что нарушения в коленном суставе не обнаружил.
Гриня упорно продолжал хромать как галка, поспевая в конце строя военных.
Делать было нечего, Рыбкин получил блатную должность свинаря и проводил в свинарнике всё время за исключением походов в столовую для принятия пищи. Можно сказать, он прятался там, стараясь не попадаться на глаза кому либо и в построениях и маршах больше не участвовал. Но все знали где его можно найти.
Часть была маленькая и видимо от этого дембеля не сильно борзели.
Чудной радостью для них было каждый день после отбоя загонять какого нибудь салагу на тубаретку слушать в свою честь:
- граждане дембеля! Из вашей солдатской жизни ушел ещё один черный день!
- ну и х- - - с ним!!! хором вторили дембеля
- до приказа осталось N дней! (тут нельзя было ошибиться, иначе бляхой по жопе)
И так далее. Потом рота постепенно засыпала.
Но не все. Нарядчики драили полы в коридоре и получали замечания в виде добродушных пинков тех из дембелей, которым не спалось.
Один из них поймал Гриню Рыбкина и озадачил его стиркой брюк, обыкновенная история.
- Чтоб к утру высохли! Понял!?Заодно наш истопник -кочегар попросил Гришу присмотреть за котлами, чтобы не потухли. А сам отправился в ночь самоволки, возможно у него завелась барышня неподалеку.
Отапливалась наша часть углем, котельная была пристроена сзади здания и примыкала к сушилке, комнате с батареями из труб, где было всегда жарко и сушилась рабочая одежда.
Промасленную одежду проще всего стирать в бензине, он растворяет всякую грязь и мы часто этим пользовались. Ну дальше всё понятно, Гриня притащил тазик в кочегарку и замочил робу старослужащего. А может и свою заодно. В бензине. А когда бензин вдруг загорелся, с огнем бороться не стал а спрятался в своем свинарнике, в другом углу части, сбежал. Как раз была глубокая ночь, все военные глядели свои сны а пламя тем временем вырвалось наружу , полыхало над котельной.
Прибежала бабушка с переезда, расшевелила дневального на КПП. Успела, отделались малой кровью, сгорела сушилка с бушлатами, да котельная .
Гриня же после "разбора полетов" постоял перед строем покорно опустив голову и выслушав что о нем думают, похромал в свой свинарник.
Дембеля же считали, что он специально устроил пожар, чтоб не стирать их одежду и бывало вытаскивали его на допрос.
Я так не думаю. Хотя..
Свидетельство о публикации №226012301889