Чеченцы аккинцы

Чеченский историк Ошаев Х. Д. в своей книге пишет — Чеченцы есть потомки некоего «Нахчо», жившего в ныне ещё существующем селении «Нашхой», Галанчожского округа. У указываемого «Нахчо», было якобы 14 сыновей, кои рассеялись на нынешней территории горной Чечни и положили начало образованию 14-ти самых крупных родов названных чеченцами чистыми тайпами. (Книга — Ошаев Х. Д. В сердце Чечни.)

Чеченский историк Лёма Центороев в своей статье пишет — Углубляясь в горах Чечни, мы очутились в горах глубинной Акки, шли мы долго, пока не очутились в местах, где когда-то располагался древнейший и буйный чеченский аул — Валерик, по рассказам людей, жители этого аула отличались своим беспокойным характером. По тем же рассказам выходцев из бывшего Галанчожского округа, из этого аула вышел отряд чеченцев во главе с братьями Дюрда и Губаник, (оба брата прямые потомки Воккала). Этот аул по преданиям заложил Воккал. Воккал был аборигенным аккинцем, потому что являлся потомком Вокка Пулы. Свято помнят нахчинцы место рождения Турпала Нахчо в ауле Нашхой. Количество преданий богато рассказами о рождении Турпала Нахчо, также сообщается не только аул, в котором он родился, но и время — (ночь) и даже события — (необычно выли волки). Аул Нашхой лежал в горах Чечни в урочище Горной Акки. Лам Акка была обширной горной страной пранахчинцев, а сердцем её была — Нашиха, иногда чеченцы под Нашихой подразумевали весь бывший Галанчожский район Чечни, подчёркивая что там жили предки вайнахов. (Статья — Лёма Центороев. Гилатхой (гулетцы). Кто они? Сайт — ЧЕЧЕН-ИНФО.) Кстати интересно что чеченский историк Лёма Центороев упоминает про старинное аккинское селение Нашхой, название которого идентично чеченскому тайпу Нашхой, это говорит о том что чеченцы-нашхойцы (тайп Нашхой) в древности скорей всего могли считаться чеченцами-аккинцами. (Ко всему прочему эти данные также могут говорить и о том, что древнее чеченское аккинское общество могло быть в целом базовым ядром чеченцев, то есть предком для многих чеченских тайпов (родов), которые впоследствии расселились, размножились и приняли другие названия. По крайней мере, такое можно допускать.)

Даргинский историк Уздият Башировна Далгат в своей книге пишет — Чеченские предания гласят, что от трёх братьев — Га, Ако и Шото, — образовались три общества — Галгай, Ако и Шото, первое — в верховьях Ассы, второе — в верховьях Гехи, третье — в верховьях Чанти-Аргуна и Шаро-Аргуна, притоков Сунжи. От этих трёх обществ путём естественного роста и присоединения новых пришельцев образовались все остальные общества чеченцев, расселившихся на восток, север и запад. По другому чеченскому преданию, «некий акинец, по имени Арштхоо, выселившись из своего общества [горного Акинского общества] и спустившись с своим родом в Бамутское ущелье, основался у источников, называемых Чёрными Ключами [по-кумыкски — Карабулак]. От населения, основанного здесь Арштхоо, образовалось особое общество, называвшее себя… Арштхой.» Существовали раздоры не только между фамилиями, но и между родами. Акинцы (от которых, по преданиям, произошли арштхойцы — карабулаки), считались самым воинственным, непокорным народом. Вражда обществ и фамилий, запечатлялась и в эпосе чеченцев и ингушей, где набеги и межродовые раздоры занимают определённое место. По некоторым историческим сведениям, орстохои-карабулаки в период межродовых и межфамильных раздоров были наиболее воинственным и непокорным обществом, которое устрашало и подавляло слабые фамилии и роды, выселявшиеся с гор на плоскость. В те далёкие времена орстхои-карабулаки активно участвовали в поимке пленников и продаже их в Дагестане, в селении — Эндери, бывшем на Северном Кавказе центром работорговли. Учитывая довольно сложные и противоречивые внутриплеменные и межплеменные отношения, имевшие место на Северном Кавказе в отдалённые времена, вполне вероятно предположить, что исторические орстхои-карабулаки могли запечатлеться в памяти народа как люди суровые и мужественные. Возможно, что синхронные рассказы о набегах и грабежах сильного воинственного племени орстхоев-карабулаков в ретроспективном восприятии народа смешались с древними эпическими образами. Тогда-то в процессе эпизации орстхойцы могли внедриться в эпические сказания, превратившись в героическое богатырское племя. (Книга — У. Б. Далгат. Героический эпос чеченцев и ингушей.)

Чеченский историк З. А. Тесаев в своей статье описывает рассказ чеченца-аккинца Х. М. Эльмурзаева, который записывал Ю. Ш. Товбулатов. Аккинец Х. М. Эльмурзаев объясняет — «…Я слышал от старших, [что] нас назвали — Аьккхий, потому что предки нашего племени очень любили коней, на них они мчались по всему белому свету, когда в войнах мы пережили трагедию, близкую к полному исчезновению, наши предки, не желая сдаваться и идти на поклон врагу и соседям, перешедшим на их сторону, уходили с тех мест и это было не раз. Говорят, поэтому нас назвали — Аьккхий, то есть охотники, беженцы, горцы, номады, как нас только не называли, но это имеет под собой основу». Предки аккинского племени постепенно осели в Осетии, горной Чечне, Дарьяле, Ставрополе и Нохчий-Аухе до самого острова Чечан-Нохчо. Ю. Ш. Товбулатов спрашивает — А как стал ваш предок Воккхалан Пулад вождём общества, что рассказывали ваши старшие об этом? Х. М. Эльмурзаев объясняет — Когда он вернулся в Чечню, он жил в неприступной башне в Акки. Во главе своей дружины он делал набеги. Воккхал потерял к старости многих близких и всех воинов, он решил жениться на дочери вождя аула Вауги. Тот ему отказал, сказав, что ему не нужен человек, который потерял свои земли и занимается набегами. Вождь Вауги был недоволен. Воккхал совершил однажды набег на Вауги, но, потеряв много людей, ушёл. Затем в одном из набегов он украл дочь вождя Вауги с целью женитьбы. Вождь Вауги объявил ему кровную месть. Несколько лет Пулад делал набеги на Вауги и окрестные селения, а те делали набеги в отместку. Эта вражда надоела людям, тогда старшие обратились к Терлоевцам, Нашхоевцам и Чантийцам, чтобы они, как третья сторона, примирили враждующие роды в Акки. Но вождь Вауги категорически не хотел идти на уступки. Вауга было главным поселением Акки. Сыновья вождя Вауги погибли. Однажды в Вауге проходил турнир, в этом турнире победил Воккхал, метнув дальше всех стрелу, приглашённые старейшины Чантий, Нашхой и Терлой примирили враждующие стороны и вождь Вауги вынужден был прислушаться к мнению старейшин, но условием вождя было, чтобы Воккхал Пулад пришёл к нему и тот изобьёт его. Пулад принял эти условия и для примирения дал себя избить палкой. С тех пор Воккхалан-Пула стал возглавлять набеги со всей Акки. Земли Акки стали пустеть, люди умирали от ран и голода. Воккхалан Пула решил объединить силы с родом Акхберга-Шовхала, сваты попросили дочь Воккхала для Миэдхана. Акхберг со своими людьми и дружиной заселили Кей, до этого он жил в Геличу. Воккхалан Пулад пытался закрепиться в Дарьяле, но местное население и грузины вытесняли его. Он потерял много людей и единственного брата. Затем много раз Воккхалан Пула пытался вернуть земли, где сейчас стоят сёла Гехи, Валерик, Ачхой-Мартан. Набеги делали Аккинцы Дудар и Лорс. Ю. Ш. Товбулатов спрашивает — О каком Дударе идёт речь? Это исторический алдар Дудар? Х. М. Эльмурзаев объясняет — Да, тот самый. Его род и дружина переселились из Акки в Дарьял, когда-то наши предки контролировали часть Дарьяла, Кассирское ущелье, Ирон и Санибу (по всей видимости, речь идёт о сфере влияния Дударовых). Насколько это правда, я не могу точно сказать, но люди рассказывали, когда я был ещё мальчиком. Дудар был очень богатым человеком и воины его были хорошо обучены, вооружены и преданы ему. Он нападал на жестоких князей, распускал их людей, забирал богатства, оставляя им часть, тем самым, показывая уважение к врагам. В каждом обществе, которое враждовало с Чеченцами, он делал набеги и возводил башни, чтобы укрыться в случае внезапного нападения. Его путь из Акки в Дарьял был нелёгким. Родовая башня Дударовых находилась в ауле Ткиста (Ткъийста). Это были очень мужественные люди. Воккхалан Пулад, Дудар и Акхберг спасли людей Акки от взаимного истребления и сумели укрепить своё общество, наладить дружеские отношения с соседними обществами, выдержали голод и оттеснили пришлых князей. Они боролись за свой народ, как и все Нохчий. Чтобы не прослыть, что Аккинцы страдали от голодной смерти, наши предки делали по нескольку набегов на врагов, занявших наши земли; одни нападали на воинов, другие отбивали скот и лошадей. У людей были деньги и золото, но не хватало еды, не хватало прокорма лошадям. Представьте себе, что Чеченец, чтобы выжить, должен был зарезать свою лошадь. Лошадь для Чеченца была всем. (Статья — ТЕСАЕВ З. А. ОБЛАСТИ АККА И ТЕРЛОЙ В МАТЕРИАЛАХ Ю. Ш. ТОВБУЛАТОВА. КОНЕЦ 14, НАЧАЛО 16 ВЕКА.)

АККИНСКИЙ САЙТ сообщает — ВАЛЕРИК. Мужчина Воккал из горного общества Акки спустился с гор на равнину и поселился жить вблизи галгаевцев, уже проживавших там. Воккал раскорчевал лес и сделал себе «ирзу» — поляну для жилья и ведения хозяйства. Жил он на этом «ирзу» некоторое время, но его затем вытеснили галгайцы. Воккал был одинок и не стал сопротивляться. «Если вырастут у меня сыновья, то я отомщу галгайцам», — решил он и подался обратно в горы. Но у Воккала вырос только один сын. И далее в пяти поколениях сыновья у него не множились. От пятого потомка его Гамболта выросли два сына: Хажа и Дурда. Затем у Хажи выросло пять сыновей, а у Дурды — девять. Отцы и их сыновья, все шестнадцать, потребовали у галгайцев вернуть «ирзу». Но галгайцы отнеслись к их требованию столь пренебрежительно, что в ответ начали танцевать. Тогда они с боем пошли на галгайцев и изгнали их. При это погибло два сына Хажи: Элаха и Али. Хажи и его оставшиеся сыновья, боясь галгаевцев, не стали жить на отвоёванной земле, а поселились в местечке Механ Барз, которое находится на границе сёл Валерик и Шалажи. Неоднократно двое братьев с сыновьями и галгаевцы воевали друг с другом. Братьям помогали другие акинцы, чтобы добыть себе скот. Говорят, что один из галгаевцев сказал: — «Ирзу» Воккала очень хорошее и мы должны его отстоять. Но тамада галгайцев ответил: — Это «ирзу» скорее гибельное, нежели хорошее (валар ирзо). Галгаевцы часто выходили за своё село и слали проклятия в сторону Хажи и его сыновей. В дальнейшей борьбе за это «ирзу» у Хажи погибло трое сыновей, а у Дурды — четверо или пятеро. Хажа и Дурда решили, что им не под силу тягаться с галгаевцами и расселились в разных местах, поменяв свои имена, чтобы избежать мести галгаевцев. Галгаевцы «ирзу» Воккала назвали «Валаран ирзо» (поляна гибели, или смерти), а Хажиевых и Дурдиевых, считая, что всё равно они их уничтожат, назвали «Валаргхой» (которые погибнут, или гибнущие). Лет тридцать скитались потомки Хажиевых и Дурдиевых от преследований галгаевцев и наконец осели жить на границе сёл Валерик и Шалажи. Они думали, что галгаевцы их не знают, но те знали и продолжали мстить, убивая из них то одного, то другого. Галгаевцы назвали их поселение Валаргхойн-Юрт (село тех, кто погибнет), они дали такое название потому, что имели намерение рано или поздно расправиться с ними. И сейчас в тех местах стоят надмогильные камни на могилах Хажи и Дурды. Боясь галгаевцев, потомки Хажи и Дурды стали подселять к себе единоплеменных кинцев и образовали село. Людей стало настолько много, что вскоре они изгнали галгайцев. Немного менее ста лет до прихода генерала Слепцова всех галгаевцев изгнали с тех мест до границы, где теперь лежит село Шаами-Юрт. Все люди знают, что галгаевцы назвали дом Хажи домом Валаргхой. Но они же скрывают это прозвище и утверждают, что Валерик отвоёван ими, а кто были прежние жители, «валаргхой», — они не знают. Речку, которая протекает близ села Валерик и через поляну Валар-ирзу, кинцы назвали Валар-хий (речка гибели, смерти). В 1977 г. рассказал Магомед Эльмурзаев (90 лет, житель села Валерик). Записал З. Мумадов. Из сборника — «Сказки, сказания и предания чеченцев и ингушей». Грозный. 1986 год.

АКМЕРОВ МЕД. Акмер и его сын Мед, жившие на плоскости, там, где жил и Шовхал Тарковский, ушли в горы и обосновались в местечке, где теперь находится село Акка. Акмер имел товарищей, с которыми он ходил в набеги за княжескими табунами. Однажды, когда они собрались в очередной набег, тринадцатилетний Мед попросил отца взять его с собою. Отец ответил, что Мед ещё мал и ему рано ходить в походы. Акмер и его товарищи тронулись в путь, следом за ними пошёл и Мед. Таясь и прячась, он шёл за ними. Когда они стали приближаться к месту, где находится село Гозан, отец, оглянувшись, случайно увидел сына. За ослушание и неисполнение его воли, Акмер направил на сына ружьё, с намерением убить его. Но товарищи остановили Акмера и сказали ему, что его сын уже далеко отошёл от дома и пусть он идёт вместе с ними, пусть догоняет их. Отец разрешил. Доехали они до места, где находится аул Дот-бух, недалеко от аула Цеча-Ахка. Там из леса выбежал олень, за ним бежал волк. Пока ехавшие сообразили, в чём дело, Мед быстро снял с плеча рядом ехавшего всадника винтовку, приложил к плечу и выстрелил: олень упал; вторым выстрелом Мед уложил волка. С тех пор про Меда начали говорить: «Акмеров Мед, за раз убивающий оленя и волка». Мед вырос. Сначала он жил в Акках. Как-то его корова в период течки ушла со двора. Он нашёл её в местечке Зингал. Опустилась ночь и Мед устроился там на ночлег. Воткнув в землю свой посох, он лёг. Утром Мед увидел, что на его посохе голубь свил гнездо. Понял Мед, что это место очень благодатное, построил там башню и стал в ней жить. В Акках жил некий муж по имени Воккал. Жители аула Шедал угнали весь его скот вместе с пастухами. В то же время друзья Меда, не давая Меду знать об этом, сватали за него дочь Воккала. Но отец отказал им. Он сказал: «Они люди без доли и без пашен, живут там, куда приткнутся. Не выдам я свою дочь за Меда». О проводимом друзьями сватовстве и о словах Воккала Мед ничего не знал, но ему было известно, что у него угнана скотина. Мед начал скликать людей и вместе с ними пошёл по следу шедалойцев. Между местечками Гулоевское Омче и Мелхинское Омче имеется большой холм. На нём шедалойцы остановились на ночлег. Недалеко от них с людьми остановился и Мед. Он послал к шедалойцам посыльного сказать: «К вам явилась волчица с двенадцатью волчатами, она просит у вас ужина». Один из шедалойцев был более понятливым, чем другие и поэтому он предложил своим товарищам: «Пошлите ужин и верните скот хозяевам, иначе нам не сдобровать». Но товарищи ответили, что они никого не боятся и ничего не вернут. Тогда этот шедалоец сказал им: «Если вы поступаете так, то я не участвую в доле этой добычи. Я и мой сын уходим». Они ушли. Лишь начал брезжить рассвет, Мед со своими людьми словно туча налетел на шедалойцев. Разгорелся бой и все шедалойцы были перебиты. Весь отбитый скот и бывших при нём пастухов Мед отвёл в Акку и пустил во двор Воккала. Воккал узнал, что это дело рук Меда. Он позвал сватов, ходивших к нему ранее. Воккал сказал им, чтобы они забрали невесту. Так женился Мед. Шедалойцы очень переживали, что их постигла такая беда и такой позор. Один из них выделялся своей силой и храбростью. Он сказал: «Надо пленить Меда. Позор нам. Я сам схвачу его, расскажите, какой он из себя». Один из шедалойцев рассказал всё, что ему было известно о Меде: «Конь у него серый с чёрными коленами. Сам он роста большого, любит напевать песни. За добычею он ездит мимо аула Гозан, а далее — по земле галгайцев. Возвращаясь с добычей, едет мимо Гозан вверх, затем въезжает на местечко Муйт-кера, едет по средней горе и спускается в аул Зингал. По этой дороге ты и сможешь найти Меда». Шедалоец сел в засаду у местечка Муйт-кера. Он увидел Меда, который ехал и напевал песенку. Мед должен был проехать между двумя огромными камнями. Как только он оказался между ними, шедалоец выскочил из-за камня, вскочил на коня Меда и уселся сзади него. Затем он из-за спины Меда потянул повод уздечки в ту сторону, где жили мелхинцы, шедалоец считал, что Мед его пленник и он позволит отвезти себя в Шедал. Но Мед не обратил на него никакого внимания, словно это села муха и потянул повод в сторону Зингал. Шедалоец во второй раз потянул повод в свою сторону. Мед потянул в Зингал. Когда шедалоец в третий раз потянул повод, Меду надоела эта игра. Он правой рукою схватил за шею шедалойца, сидевшего сзади, притянул к низу и зажал его голову под своё правое колено. Говорят, что позже шедалоец сам рассказывал: когда Мед нажимал колено, он не мог вздохнуть, если Мед отпускал колено, то кое-как ещё мог дышать. Мед привёз шедалойца в Зингал и посадил его на верхний этаж своей башни. Оттуда пленник не мог спуститься. Мать шедалойца узнала, что её сын пленён. Она прибыла в Зингал с подарками для Меда и его матери. Для матери она привезла шёлковое платье, а для Меда шёлковый бешмет. Плечи матери не пролезли через подаренное платье, в рукав бешмета не вместилась даже кисть руки Меда. Мать Меда попросила сесть гостью на свой стул, когда гостья села, её ноги и на половину не доставали до пола. Такие были рослые люди в семье Меда. Мать пленника приняли как почётную гостью, в её честь Мед зарезал барана, спустил вниз пленника. С тех пор Мед и шедалоец стали побратимами и это родство соблюдалось их потомками вплоть до недавнего времени. Шедалоец и его мать собрались ехать домой. Расставаясь, шедалоец сказал: «В память о себе хочу вашим людям оставить одну примету. Сидя наверху башни, я приметил за эти семнадцать дней: когда ляжет туман на вершину Кайба-Корта — быть непогоде, когда же туман ляжет на вершину, где убит Алда — установится хорошая погода». В ущелье Акка справа стоит белый солнечный могильник. Он имеет два этажа. Пришло время, Мед умер и его положили в этот могильник. Люди и сейчас называют этот могильник «Медкаша». В 1973 г. рассказал Исмаил Медович Мурадов (1929 года рождения, житель села Бамут). Записал И. Дахкильгов. По приведённой информатором генеалогии Мед является его девятым предком. Из сборника — «Сказки, сказания и предания чеченцев и ингушей». Грозный, 1986 год.

«Акинцы утверждают, что лет четыреста или более тому назад, из галгаевских обществ пришли вооружённые люди, европейцы, поселились близ Галанчожского озера. На горе, лежащей на южном берегу его, они выстроили церковь, обнесли её каменною оградою, с четырьмя воротами, — для тушин, галгаевцев и местных племён. Каждые ворота обращены были к горам, занятым упомянутыми племенами. Постройка церкви сопровождалась большими затруднениями и препятствиями со стороны горцев, в то время ещё язычников, но несмотря на то, церковь была воздвигнута и тогда, из Чечни, Грузии, Галгая и окрестных обществ стали стекаться люди молиться в церкви Богу христиан и каждый народ входил отдельно в ворота, для него в ограде сделанные. Несколько лет продолжался этот порядок вещей и европейцы находились в самых миролюбивых и дружеских отношениях с туземцами. Но потом мало-помалу они стали теснить этих последних, отнимать у них женщин, имущество и все фамилии горские, даже и те, которые между собой враждовали, заключивши союз, восстали на пришельцев. После кратковременной, но упорной и кровавой войны, европейцы были побеждены и удалились опять тою же дорогою через Галгай. Аккинцы и терлоевцы до сих пор ещё показывают то место, где был у них с этими чужеземцами последний кровавый бой, после которого они вынуждены были отступить». (Сайт — АККА — Чеченцы Аккинцы. РАЗДЕЛ: Фольклорные легенды и родовые (этногенетические) предания Аккинцев.)

Чеченские историки М. С. Баширов и З. А. Тесаев в своей статье пишут — Свидетельства исходят от посла короля Франции Людовика IX, Вильгельма Рубрука — «На кануне Троицына дня пришли к нам какие-то Аланы, которых называют — Akias, или Akas, они христиане греческой веры.» В формах — Akia[s] — Aka[s] — конечная — s — формант множественного числа. Таким образом, речь идёт о некоем аланском племени — Акиа/Ака, исповедовавшем христианство. Вильгем Рубрук пишет — «громадные горы, где живут Kergis (по-видимому, — керги, или — черки — черкесы) и Alains или Akas, они христиане и ежедневно сражаются с татарами.» Как следует из текста, упоминаемые «керги» (черкесы) и аланы отмечаются источником в пределах Кавказских гор. Таким образом, нет сомнения в том, что упомянутое аланское племя — Акиа/Ака, следует искать на Центральном и Северо-Восточном Кавказе. В связи со сказанным напрашивается очевидное фонетическое тождество указанного Вильгельмом Рубруком племени Акиа/Ака с чеченским племенем Акки и областью Акка. Данное общество также состояло в кровном родстве с общиной Эрштхой, или Карабулаками, первоначальный генотип которых имел прямое отношение к военной касте Орстхой. В многочисленных источниках указывается на то, что племя Эрштхой (Карабулаков) происходит из общины Акки. (Статья — М. С. Баширов. З. А. Тесаев. Аланское (чеченское) племя Акки (по материалам письменных источников). 2020 год.)

АККИНСКИЙ САЙТ сообщает — Чеченский историк А. Адилсултанов в газете — Грозненский рабочий, выпуска 19-го апреля, 1990 года, написал статью, посвящённую аккинцам-ауховцам, он писал — В научной литературе аккинцы (ауховцы) известны со времён установления русско — чечено — ингушских связей (XVI–XVIII вв.), а также по отрывочным сведениям об Аухе и его жителях XVIII–XIX вв. В то же время нет ни одного исследования по истории этой этнической группы до XVI века и создавалось впечатление, будто до указанного периода её не существовало. Но это далеко не так. Аккинцы (ауховцы) являются, одним из крупных подразделений чеченского народа, сложившимся в результате, долгого исторического развития. В настоящее время они проживают на территории современного Дагестана — в Хасавюртовском, Новолакском, Казбековском, Баба-Юртовском районах. Сами же аккинцы (ауховцы) сохраняют своё этническое самосознание, выделяясь в отдельную этнотерриториальную группу. В настоящее время их насчитывается более 70 тысяч человек. Вообще наиболее ранние сведения об аккинцах-ауховцах относятся к началу нашей эры. Большим подспорьем могут служить, по нашему мнению, результаты археологических исследований, проведённых во второй половине 60х годов экспедицией Ленинградского госуниверситета под руководством А. В. Гадло на территории Ауха. Памятником для раскопок были выбраны остатки крепости, называемой аккинцами (ауховцами) — «Г1азар-Г1ала», что соответствует тюркскому — «Къазар-Къала», (т. е. — Хазарская крепость). Характеризуя этот памятник, А. В. Гадло пишет, что он «представляет собой типичный рядовой комплекс, включающий остатки городища, насыщенный керамикой, аналогичной для большой группы бытовых памятников Восточного Предкавказья». Городище, по мнению учёного, просуществовало до конца IX века, что совпадает со временем максимальной хазарской экспансии на Северном Кавказе. Выделяя время активного существования памятника с 1-го века до нашей эры по VIII–IX века, А. В. Гадло отмечает, что именно — «…в этот период могло возникнуть у бытовавших в верховьях реки Ярыксу вайнахов название урочища — Г1азар-Г1ала, определившее место хазарского укрепления, которое контролировало дорогу из степи в горы». Отметил А. В. Гадло. Заселённость этой территории к началу нашей эры не вызывает сомнений. Это подтверждается и наличием здесь культурного слоя местных аборигенов. Немногочисленные археологические исследования, проведённые на территории Ауха, свидетельствуют о беспрерывности оседлых традиций населения данного региона. В источниках V–VI веков мы также находим свидетельства об аккинцах (ауховцах). Так, сирийский источник — «Хроника Захария Ритора», в числе 13-ти народов Северного Кавказа называет и племя — «аугар», под которым можно видеть — аккинцев-ауховцев — «ауг», — «аух», — «ар» — суффиксы множественного числа. В середине VI века наследный принц персидского престола Хосров I Ануширван строит на Кавказе 360 крепостей и городов в качестве пограничной полосы против нескончаемых набегов кочевых племён из Поволжья и Северокавказской низменности. Среди этих крепостей и городов названы — «Гилян», «Кашан», сюда же переселено и племя — «маскат» или — «москат». Ни в Закавказье, ни на Северном Кавказе, нет местностей, хотя бы отдалённо напоминающих названия этих крепостей или же — племени. Единственным исключением из этого является — Аух, на территории которого встречаются все три названия сразу. Эти названия до сих пор существуют в названиях населённых пунктов — Гилян, Кешен, Мескеты. Все три населённых пункта, расположены в предгорной полосе Ауха, в стратегически выгодных точках, как бы прикрывая проход в горы. Новое свидетельство об аккинцах (ауховцах) приносит нам период арабских походов на Северный Кавказ, в частности, описание похода арабских войск под предводительством Мервана ибн Мухаммеда против войск Хазарского каганата (735 — 736 гг.). В описании похода есть такой отрывок: «После взятия „Кеше“ и разрушения „Хасни—Хиснумма“, Мерван двинулся в сторону Сермер, Сермез или Серм…». Пройдя Дарьял, Мерван мог пройти через плоскостную либо предгорную часть современной Чечено-Ингушетии. Затем он должен был пройти к области «Сермер» или «Сермез», под которыми исследователи видят Нагорный Дагестан. Добраться же до «Сермера», он мог только через Аух, что полностью согласуется с упоминанием «Кеше» и «Хасни—Хиснумма», как населённых пунктов Ауха. Период от окончания арабских походов до начала монголо-татарского нашествия вполне может соответствовать, по нашему мнению, времени наибольшего освоения Терско-Сулакского междуречья, которое акинцы называют Паана-Мохк. (Благодатная, необитаемая земля.) И так, начало нашей эры, согласно письменным и археологическим сведениям, застаёт аккинцев (ауховцев) в Терско-Сулакском междуречье. Но под натиском кочевых племён часть жителей Ауха поднимается в предгорья и горы Ауха и Ичкерии. Другая же часть уходит в горы Чечни и Ингушетии — (район Нашаха). Население Ауха, таким образом, оказывается разделённым, надвое. В грузинском источнике начала XI века в числе местностей Нашаха упоминается и местность Ламаки (Лом-акки — Горная Акка). В период между седьмым, — серединой восьмого веков и после арабских походов, (конец восьмого, — девятого веков) часть аккинцев из Горной Акки могла вернуться в Аух. Именно здесь они получили от хазар имя — «г1ачалкъой» — «ушедшие когда-то, но вернувшиеся». К периоду IX–XII вв. мы и относим оформление на территории Ауха двух крупных обществ. Аккинцы, расселившиеся между Сулаком и Аксаем стали называться «пхьарчхой» (парчхоевцы), а их территория «Пхьарчхошка — Аьккха» или «Ширча-Аьккха» (Старая Акка). Расселившиеся между Аксаем и Сунжей — Тереком — «г1ачалкъой» (гачалкоевцы), а их территория — «Г1ачалкъа — Аьккха» или же просто «Акка». Таков, по нашему мнению, процесс расселения аккинцев (ауховцев) в Терско-Сулакском междуречье. О последующих же событиях XIII–XIV веков сохранились уже более обширные сообщения в ауховских хрониках и свидетельствах летописцев похода Тимура. Поэтому, подводя — итог всему сказанному мы не можем согласиться с довольно устоявшимся в современной исторической науке мнением, согласно которому Терско-Сулакское междуречье было заселено аккинцами (ауховцами) только в XIV–XVI веках. Это не соответствует, на наш взгляд, истине. (Сайт — АККА — Чеченцы Аккинцы. Статья — БЛАГОДАТНАЯ ЗЕМЛЯ ПАННА-МОХК.)

Чеченский историк Леча Ильясов в своей книге пишет — Акки — горная часть Чечни, граничащая на юге с Кей, на востоке — с Нашхом, на западе — с Ялхарой, на севере — с районами чеченского общества Орстхой. Когда-то область была густо заселена. Руины башенных селений — Зенгали, Бици, Керети, Воуги, Ами, Итир-кале до сих пор напоминают о суровом прошлом этих гор. Основным занятием жителей Акки являлось скотоводство и земледелие. Кроме того, они славились как прекрасные охотники и воины. Аккинцы приняли активное участие в Кавказской войне в отрядах имама Шамиля. Многие укреплённые селения осаждались царскими войсками, многие башенные строения были разрушены во время штурма и обстрела из артиллерийских орудий. М. А. Иванов, посетивший Акки в начале прошлого столетия, писал об этом: «На возвышенных площадках разбросаны каменные сакли нескольких отсёлков старшинства. Они группируются в большинстве случаев вокруг старинных башен, которыми вообще богата эта местность, служившая в отдалённом прошлом ареной бесконечных распрей и междоусобиц, а в ближайшую эпоху — борьбы Шамиля с русскими войсками. Об этих последних событиях среди населения сохранились ещё свежие воспоминания: рассказывают о том, как брались русскими крепкие башни, как гремели пушечные выстрелы и артиллерийские снаряды разбивали твердыни горцев». Ещё в позднем средневековье аккинцы занимали территории к западу не только от истоков Гехи, но и Фортанги и Ассы. Аккинцы тейпа Ваппи жили и в Джейрахском и в Дарьяльском ущелье, в селениях Ларс, Гвилети. В русских источниках того времени упоминается владетель Ларсова кабака Салтан-мурза, который был родным братом Ших-мурзы Окоцкого. Согласно полевым материалам, чеченский тейп Багачарой, выселился из района, который находится у истоков Сунжи, у горного хребта Багучар. В те времена этот тейп относился к тукхуму Акки, но багачаройцы даже после переселения на правый берег Шаро-Аргуна продолжали считать себя частью аккинского тукхума. Часть багачаройцев ещё в XVI веке основала село Багачарой у выхода из Аргунского ущелья, неподалёку от селения Гойты. В 1825 году оно было сожжено русскими войсками в результате трёхдневного сражения. Это сражение было описано князем Волконским в одном из писем к своему другу. После окончания Кавказской войны в XIX веке многие жители Акки переселились в Турцию. Тейп Ваппи, как и некоторые орстхоевские фамилии, покинул Чечню почти полностью. Несмотря на множество древних селений, до нашего времени в более или менее сохранном виде дошло очень мало памятников архитектуры. В селении — Зенгали, расположенном к югу от озера Галанчож, на левом берегу реки Гехи, сохранилось около двадцати жилых башен различной сохранности, построенных из хорошо обработанного камня. Отдельные жилые и полубоевые башни сохранились в селениях — Бици, Керети, Мизиркала. Во время последних двух войн они были подвергнуты бомбардировке российскими самолётами. Дожившие до наших дней архитектурные строения свидетельствуют о высоком мастерстве их строителей. Акки, как и — Терлой и Майста, славилась своими мастерами. (Книга — Леча Ильясов. Тени Вечности. 2004 год.)

Военный историк Иоганн Бларамберг в своей книге пишет — Ахи, или акинцы. Ахи занимают долины, которые орошаются двумя притоками Верхней Гехи. Горы, их окружающие, покрыты частично кустарником. Их поселения разбросаны в ущельях и на возвышенностях с крутыми склонами, что защищает их от внезапных нападений. Тем не менее, их территория не так гориста, как та, что занимают окружающие их племена; у них масса хороших пастбищ. Летом у них довольно жарко, хотя они занимают высокогорные долины Кавказа, так что их соседи отсылают им скот для выпаса на протяжении этого сезона. Главное их богатство — овцы, которых у них огромные стада, а также в большом количестве имеется рогатый скот и лошади. Их земля даёт немного пшеницы, ржи, проса, в размерах, достаточных, чтобы прокормить жителей. Они торгуют с галашевцами — их восточными соседями, от которых они получают соль в обмен на зерно. Они совершенно независимы, ими управляют выборные старейшины. Они воинственны и склонны к разбою по отношению к своим соседям, т. к. земли наши находятся далеко от них, чтобы нападать. Нашхойцы. Нашхойцы занимают истоки Верхней Гехи, то есть её восточный рукав (западный рукав этой реки заселён акинцами) и долины, покрытые лесом, у подножия Нашгой-Ламы. Численность населения этих двух племён достигает 4000 душ, из них 600 человек — воины. (Книга — Иоганн Бларамберг. Топографическое, статистическое, этнографическое и военное описание Кавказа. Глава — Мычкизы. Страница 308.)

От чеченских историков А. Адилсултанова и А. Сулейманова есть также информация, что шаройцы в древности считались чеченцами-аккинцами. Чеченский историк А. А. Адилсултанов пишет в своей книге что шаройцы имеют отношение к аккинцам, А. А. Адилсултанов пишет — Одна из групп аккинцев из общества Пхьарчхой, известная под названием «Шарой», освоила в течение XVI–XVII века плоскостные земли в низовьях Терека — по линии современных дагестанских селений — Хамаматюрт — Бабаюрт — Татаюрт — Шава и вплоть до реки Терек. В настоящее время от этой группы аккинцев почти никого не осталось. По свидетельствам старожилов, они были поголовно уничтожены царскими войсками, а остатки шаройцев ассимилировались среди других аккинских тайпов и кумыкских фамилий. Равнинные земли пхьарчхоевцев, освоенные отдельными аккинскими группами носили соответствующие названия: «Шарой-Мохк» (Земля (группы) Шарой), «Шебарлой-Мохк» и «ЧIонтой-Мохк». В настоящее время в памяти аккинцев (преимущественно пхьарчхоевцев) эти названия сохраняются. Вплоть до конца XVIII века среди местного населения представители аккинских групп Шарой и Шебарлой являлись профессиональными рисоводами. К сожалению, нам неизвестно количество выращиваемого ими риса, однако примечательно высказывание местных старожилов о том, что шароевцы и шебарлойцы снабжали и вполне обеспечивали потребности всех аккинцев в названном продукте. (Книга — А. А. Адилсултанов. Акки и аккинцы в 16-18 веках. Сайт — Чеченское государство (Путь Ахмат-Хаджи). ЧЕЧЕНСКАЯ БИБЛИОТЕКА ПАШКОВА РОМАНА.) Чеченский историк А. Сулейманов также в своей книге пишет что часть шаройцев мигрировала в XV веке на правый берег Терека, причём чеченцы-шаройцы считались чеченцами-аккинцами, он пишет — «Земли аккинцев-христиан (язычников)» — территория, лежащая от слияния реки Сунжи с Тереком до самого Каспийского моря. Название возникло в XV веке, когда по правому берегу Терека расселялись аккинцы-беженцы. По правому берегу Терека жили представители аккинского этнографического общества шарой. (Книга — А. Сулейманов. Топонимия Чечни. НАЛЬЧИК. ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР ЭЛЬ-ФА. 1997 год.)

Чеченский историк А. Сулейманов в своей книге пишет — АЬККХИЙН (ОВХОЙН) МОХК — Так называется территория исторического обитания чеченского племени — коренного населения междуречья — аккинцев-ауховцев. Если в прошлом аккинцы-овхой жили на всём пространстве между реками — Сулак, Терек и Каспийским морем, то позже, в результате борьбы с золотоордынским ханством, нашествием полчищ Тимура, длительной Кавказской войны, карта исторического обитания аккинцев-ауховцев десятки раз перекраивалась, этническая ситуация на Северном Кавказе не раз менялась и не всегда в пользу коренного населения. Напрасны труды тех, кто пытается внушить самим аккинцам-ауховцам и их соседним племенам, что аккинцы-ауховцы не являются коренными жителями междуречья — Сулак — Терек. Давайте спросим у давних врагов аккинских. Они расскажут правду и не ради нас, живущих сегодня, а ради тех коварных целей, которые они вынашивали против чеченцев (в одной работе написано обращение генерал майора Пулло, Сулейманов приводит его, там написано следующее) — «К управлению начальника Левого фланга Кавказской линии отнесено пространство, ограниченное главным хребтом гор, реками — Андийским Койсу, Сулаком, Каспийским морем и реками — Тереком, Ассой, Даут-Мартаном. Главное народонаселение этого пространства составляет чеченское племя, самое сильное, самое буйное и воинственное из всех кавказских народов». (Работа — «Движение горцев Северо-Восточного Кавказа в 20-50 гг. 19 века». Махачкала 1959 год. Дагестанский филиал АН СССР, страница 280, документ №;154. Докладная записка генерал майора Пулло, о положении на левом фланге Кавказской линии с 1834 по 1840 гг. и мерах, необходимых к упрочению власти царского правительства над горцами. 1840 г.) Точнее не скажет даже самый заклятый враг или близкий друг! (Книга — А. Сулейманов. Топонимия Чечни. НАЛЬЧИК. ИЗДАТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР ЭЛЬ-ФА. 1997 год. ГЛАВА — АЬККХИЙН (ОВХОЙН) МОХК.)

Чеченский историк А. А. Адилсултанов и русский историк Ю. Г. Кольчук в своей статье пишут — Предки современных чеченцев, населяющих сегодня территорию Дагестана, проживали здесь ещё в глубокой древности. Данные археологических раскопок поселений и могильников Хазар-Калинского, Новолакского, Яман-су, Балан-су и других на территории Акки подтверждают наличие вайнахского элемента в Тереко-Сулакском междуречье. То обстоятельство, что здесь население сохранило в своей разговорной речи «более древние формы вайнахских языков», свидетельствует об обособлении этой части этноса в самом начале процесса внутриэтнического разделения вайнахов на чеченцев, ингушей, орстхойцев, кистинцев, аккинцев и. т. д. Люди издревле именовали себя в этих местах «аккинцами» («аккхи»), но к ним применялось также и другое этническое имя — «ауховцы» («овхой»), что и привело к образованию двойного названия: аккинцы (ауховцы). При анализе всех этнополитических процессов в регионе необходимо иметь в виду, что значительная часть проживающего здесь чеченского населения воспринимает землю в означенных границах как «исторический Аух», как единственное место в мире, где возможно существование аккинцев. Многое перенесли они в этом крае, расположенном в зоне пересечения торгово-экономических и военно-политических связей громадного евро-азиатского материка. Приходилось вступать в контакты с персами и хазарами, арабами и татаро-монголами, с целым сонмом других племён и народов: — отношения с персами были весьма разнообразными. Именно они стали строить здесь первые укрепления. Так на землях Акки появились три крепости Кешен, Гилян и Мескеты, память которых до настоящего времени сохранилась в названиях селений Кешана в Дагестане, Гилна и Мескеты на территории современной Чеченской республики, — с хазарами у аккинцев были не только интенсивные экономические связи, о чём свидетельствуют, к примеру, раскопки на окраине селения Гiачалкъ (Хазар-Кала), но и крупные совместные военные выступления. В хазарско-арабских войнах участвовали аккинские отряды, возглавляемые опытным предводителем Агуки Шагином (Ауховский Шагин). С арабами у аккинцев были весьма недолгие прямые контакты. Около столетия (642й — 735й годы) арабы вели упорную борьбу за эту территорию, причём закрепиться на ней им так не удалось. Однако, влияние их оказалось огромным: ислам вошёл в жизнь аккинцев, регламентировал повседневный порядок поведения, в определённые исторические периоды определял их политическую идеологию, — спустя примерно пятьсот лет татаро-монголы были встречены аккинцами как «неверные». Именно под лозунгами джихада, священной войны во имя Аллаха, вели в бой свои дружины аккинские вожди Янбек, Таймасхан и Маадий против войск Золотой Орды. Хотя отношения с армией проходившего в этих местах в 1395х годах Тимура имели уже несколько иной характер, для населения Ауха изнурительная борьба против татаро-монголов на протяжении 13ого — 14ого веков в целом вызвала значительный регресс в развитии: почти все равнинные и часть предгорных поселений были разорены и стёрты с лица земли, ухоженные поля превратились в пустыню. С 15ого века начинается новый этап в развитии Терско-Сулакского междуречья: возвращается местное население и прибывают новые группы вайнахов, восстанавливается и быстро развивается хозяйственная жизнь края, налаживаются связи с другими народами Кавказа, устанавливаются взаимоотношения аккинцев с Россией. В русских источниках с середины 16ого века встречаются упоминания аккинцев («ококи» или «окуки», «окочане» — от их самоназвания аккхи) и их этнотерритории («Окоцкая земля», «Окох» и «Старый Окох»). Первоначально контакты аккинцев (ауховцев) с русскими развивались мирно, о чём свидетельствует союзный договор 1588 года. Однако достаточно скоро характер отношений стал меняться. На наш взгляд, это было обусловлено двумя факторами — аккинцы (ауховцы) продолжали жить, сохраняя формы общинной социальной организации. Их общественный строй казался набирающей мощь государственной машине России «примитивным», не заслуживающим внимания в процессе принятия каких-то серьёзных решений. (Но) — наталкиваясь на неожиданное сопротивление, российские власти проводили карательные акции. В 1785х — 1791х годах пастух Мансур-Ушурма, став имамом, объединил горцев и возглавил их борьбу против царских войск. К нему присоединились аккинцы (ауховцы), которые выдвинули также и своих собственных лидеров. Подавление этого движения привело к массовому истреблению аккинского (ауховского) населения и насаждению колониальной администрации в равнинных районах. Однако это было лишь прелюдией большой Кавказской войны, развернувшейся в 20х — 50х годах 19ого века. Поскольку российское правительство не хотело соглашаться на существование здесь каких-либо форм государственности отдельных народов, борьба сразу приняла бескомпромиссный характер. Для всех частей чеченского этноса кавказская война по своей сути являлась национально-освободительной. Ожесточённые военные действия поставили аккинское (ауховское) население на грань физического уничтожения, люди не только гибли, но и тысячами бежали из родных мест в Турцию, Сирию, Иорданию. (Статья — Чеченцы-аккинцы (ауховцы) и их гражданские формирования. Ю. Г. Кольчук. А. А. Адилсултанов. Сайт — ЧЕЧЕН-ИНФО.)

ЭТНОГЕНЕЗ ЧЕЧЕНЦЕВ АККИНЦЕВ

«У чеченцев как показали новейшие генетические данные в чеченском днк проекте FamilyTreeDNA — Chechen-Noahcho DNA Project и в общей днк базе Y FULL (Сайт: yfull.com.) есть разные гаплогруппы с чеченскими ветвями и корнями: J2, J1, L3, Q1a, G2a1, I2 и другие.»

Аккинцы показывают по генетике следующие данные — Род Воккхалана-Пулада — y-dna-G2a1 [коренные, этнические аккинцы]. Род Дудара — y-dna-G2a1 [коренные, этнические аккинцы]. Род Таалы — y-dna-J1 [коренные, этнические аккинцы]. Род Тур-Пала, более известны как тIуркхелой/туркхелой/туркхой/туркой — y-dna-J2 [коренные, этнические аккинцы]. Род ДжIархой, Жарой, Жеввой, Жай — y-dna-J2 [коренные, этнические аккинцы]. Род Вабуа//Уобос//Вяппий — y-dna-J2 [коренные, этнические аккинцы]. Род Акхмерда/Акхмара/Акхберга — y-dna-L3 [коренные, этнические аккинцы]. Род Арштхо — y-dna-L3 [коренные, этнические аккинцы]. Сайт — Grommus > Чеченская Республика > Чеченцы > Тейпы > Аьккхий. Глава 3: «ДНК горных аккинцев [Нохчийнчоь]».

Вот такие есть краткие данные об истории и этногенезе чеченцев-аккинцев.