Под чёрной луной

Вера знала, что её Сила наблюдает.

Всегда. Даже сейчас, когда мужские пальцы нежно скользили по её обнажённой спине, и тепло его тела смешивалось с её собственным, она чувствовала их присутствие. Они собирались в углах спальни, сгустками темноты более плотными, чем ночной мрак. Их шёпот был едва различим — смесь зависти, жадности и нетерпения.

Не забывай, кому принадлежишь.

Вера закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на мужчине рядом с ней. Десять месяцев. Десять месяцев этих странных отношений, когда она разрывалась между двумя мирами — человеческим, с его простыми радостями, и другим, где обитали те, кто даровал ей Силу.

— Ты опять где-то далеко, — прошептал Александр, проводя пальцем по её виску. — Я уже привык, что делю тебя с твоими мыслями.

Если бы он только знал, с кем на самом деле он её делит.

Вера повернулась к нему и улыбнулась:

— Прости. Работа.

Ложь давалась ей легко. Профессиональный психолог — вот кем она была для внешнего мира. Никто не знал о её ночных ритуалах, о шёпоте, который сопровождал её с детства, о Силе, которая текла через её руки, когда она того желала.

— Всегда работа, — вздохнул Александр. — Когда-нибудь ты расскажешь мне, что на самом деле происходит в этой красивой голове?

Тень в дальнем углу комнаты сгустилась, принимая очертания фигуры. Только Вера могла видеть, как эта фигура склонила голову набок, наблюдая за ними с холодным любопытством.

— Возможно, — она поцеловала его, чувствуя, как Сила внутри неё вздрагивает от ревности. — Но не сегодня.

Позже, когда Александр уснул, Вера выскользнула из постели и подошла к окну. Полная луна заливала город серебристым светом, но для Веры этот свет был не серебряным, а чёрным — особое зрение, полученное в дар  при заключении Договора много лет назад.

Он истощает тебя, прошелестел голос за её плечом. Забирает то, что принадлежит нам.

— Я отдаю вам достаточно, — прошептала она, не оборачиваясь.

Достаточно? Было время, когда ты отдавала всё.

Вера закрыла глаза. Да, было время, когда Сила была единственным, что имело значение. Но это было до того, как она встретила Александра, своего Сашу. До того, как узнала, каково это — быть просто женщиной.

Ты забываешь, кто ты есть, Вера, прошипел голос. Ведьма не может любить человека. Это противоестественно. Ты наша.

— Я знаю, — ответила она, глядя на спящего мужчину. На его спокойное лицо, не ведающее, кто на самом деле лежал рядом с ним. — Я знаю.

Всё началось ранней весной, когда таял снег и воздух наполнялся тревожащим запахом пробуждающейся земли. Вера проводила очередной сеанс с клиенткой — женщиной, страдающей от того, что обычные психологи назвали бы тяжёлой депрессией. Но Вера видела истинную причину — тёмную материю, присосавшуюся к женщине, высасывающую её жизненную силу.

— Расскажите о своих снах, — попросила Вера, незаметно для клиентки плетя пальцами узор, который позволял ей лучше видеть энергетические поля.

— Они... они стали хуже, — женщина нервно сжимала руки. — Теперь это не просто кошмары. Я чувствую присутствие. Что-то стоит у моей кровати и... смотрит.

Вера кивнула. Классический случай. Паразит с нижних планов бытия. Её работа как психолога была прикрытием для истинной профессии — избавлением людей от подобных сущностей. После смерти бабушки, которая передала ей Дар и связь с Силой, Вера стала наследницей древней линии женщин, заключивших Договор с теми, кто за гранью.

— Я думаю, мы сможем помочь вам, — сказала Вера, уже зная, как именно она избавит женщину от непрошенного гостя. — Но сначала мне нужно кое-что уточнить.

После сеанса она вышла на улицу, где её уже ждал курьер. Александр. Они столкнулись в дверях, и когда их взгляды встретились, Вера почувствовала странный толчок в груди. Не просто влечение — это она испытывала сотни раз. Нет, это было что-то другое, как будто её внутренний компас внезапно сбился и начал указывать на этого человека.

— Простите, — улыбнулся он, поправляя очки. — Я искал офис 304.

— Вы нашли его, — ответила Вера, чувствуя, как что-то внутри неё тянется к этому мужчине. Что-то очень человеческое, очень уязвимое.

Это была первая встреча. За ней последовали другие — случайные столкновения, которые вскоре перестали быть случайными. Кофе после работы. Прогулки по вечернему городу. Разговоры, которые длились до рассвета.

И предупреждения от Силы. Вначале тихие, затем всё более настойчивые.

Он не для тебя. Ты другая. Ты принадлежишь нам.

Но Вера впервые за свою жизнь решила не слушать. Она позволила себе те маленькие радости, которые другие люди воспринимают как должное — близость, тепло, простое человеческое счастье.

И за это приходилось платить. Её способности начали меркнуть. Ритуалы, раньше наполнявшие её энергией, теперь истощали. Сила была недовольна, и демонстрировала это всё более явно.

В ночь, когда Александр впервые остался у неё, Вера проснулась от удушающего чувства тяжести на груди. Открыв глаза, она увидела одну из своих покровительниц — женщину с бледным лицом и глазами, заполненными тьмой.

Ты предаёшь нас, сказала покровительница без слов. Ты тратишь нашу Силу на любовь к смертному.

— Я имею право на личную жизнь, — прошептала Вера.

У тебя нет прав. Только обязательства. Помни об этом, дитя.

Утром Вера обнаружила на своей коже тёмные синяки — следы ночного визита. Александр тоже заметил их, но поверил её объяснению о плохом сне. Он не мог знать, что её сны были населены существами, не имеющими названий в человеческом языке.

Но несмотря на предупреждения, Вера продолжала встречаться с Александром. Впервые за много лет она почувствовала себя просто женщиной — не проводником для тёмных сил, не ведьмой, балансирующей между мирами, а обычным человеком со своими желаниями и слабостями.

И именно эта человечность, эта слабость, как называла её Сила, становилась всё более опасной.


— Ты изменилась, — сказал Александр  однажды вечером, когда они сидели на её маленьком балконе, наблюдая за городскими огнями. — Когда мы встретились, в тебе было что-то... неприступное. А сейчас ты кажешься более... земной.

Вера улыбнулась, но внутренне вздрогнула. Он был прав. Она действительно менялась. С каждым днём, проведённым с ним, её связь с Силой ослабевала. Ритуалы требовали всё больше энергии, а результаты становились всё менее впечатляющими.

— Это плохо? — спросила она, переплетая свои пальцы с его.

— Нет, — покачал головой мужчина. — Это прекрасно. Ты словно... оттаиваешь.

Оттаиваешь и слабеешь, прошептал голос внутри её головы. Скоро от твоего могущества ничего не останется.

Той ночью, после того как Александр ушёл, Вера достала из потайного шкафа свои инструменты — чёрные свечи, атаме с рукоятью из человеческой кости, маленькую шкатулку с землёй с семи кладбищ. Пора было показать Силе, что она не забыла свои обязательства.

Ритуал был простым, но требовал полной отдачи. Вера нарисовала на полу своей спальни знаки, зажгла свечи и начала читать заклинания — древние слова, которые открывали дверь между мирами. С каждым словом воздух вокруг становился тяжелее, а пламя свечей вытягивалось вверх неестественным образом.

Мы слушаем, дитя, прозвучал хор голосов. Чего ты хочешь?

— Я прошу позволить мне иметь и то, и другое, — сказала Вера, опустившись на колени в центре круга. — Мою Силу и мою любовь.

Смех — сухой, как шелест мёртвых листьев — заполнил комнату.

Ты не можешь служить двум господам, ведьма. Выбирай. Сила и одиночество — или любовь и беспомощность.

— Почему я должна выбирать? — возразила Вера. — Разве моя любовь лишает вас чего-то? Я всё ещё провожу ритуалы. Я всё ещё служу вам.

Ты отдаёшь нам крохи! голос стал громче, злее. Твоё сердце, твои мысли, твоя энергия — всё это принадлежит человеку. А мы получаем остатки. Это не служение, это подачка!

Внезапно комнату заполнили тени, принимающие формы человеческих силуэтов. Вера узнала их — духи её предков, женщин из её рода, которые также служили Силе. Они окружили её, шепча слова упрёка и разочарования.

Ты предала нас всех, шептали они. Ради мужчины. Ради человека, который никогда не поймёт, кто ты.

— Я никого не предавала, — Вера пыталась сохранять спокойствие, но её голос дрожал. — Я просто хочу быть счастливой.

Счастье — не для таких, как ты, раздался голос её бабушки, умершей десять лет назад. Тень с её лицом склонилась над Верой. Мы служим. Мы приносим жертвы. Мы отказываемся от мирского. Такова цена Силы.

— Я не согласна платить такую цену, — выпрямилась Вера.

Тогда ты потеряешь всё.

С этими словами свечи погасли, а тени растворились. Вера осталась одна в тёмной комнате, дрожащая и опустошённая. Впервые за много лет она почувствовала страх — не за себя, а за Александра. Она знала, какими могут быть её покровители, когда чувствуют себя преданными.

Следующие дни прошли в напряжённом ожидании. Вера пыталась вести обычную жизнь — принимала клиентов, встречалась с Александром, улыбалась, когда нужно было улыбаться. Но внутри неё нарастала тревога

Сила затаилась. Впервые за всю жизнь Вера не слышала их голосов, не чувствовала их присутствия. Это тишина пугала больше, чем любые угрозы.

А потом начались странности. Сначала незначительные — предметы в квартире меняли своё положение; на зеркалах появлялись странные узоры, складывающиеся в загадочные символы, а  кот, всегда лениво - спокойный, шипел и прятался, когда Вера приближалась.

— У твоего шерстяного сегодня плохое настроение?, — удивился Александр, когда кот в очередной раз метнулся в укрытие  при виде Веры. — Что случилось?

— Животные чувствительнее людей, — вслух сказала Вера и пожала плечами. А про себя подумала - Он видит то, что происходит со мной. Он чувствует опасность.

Однажды утром Вера обнаружила на своей подушке мёртвую птицу — чёрный ворон с выклеванными глазами. Предупреждение. Знак от них, что они не забыли и не простили.

Она попыталась провести защитный ритуал, но слова заклинания звучали пусто, а свечи горели обычным пламенем, не реагируя на её Силу. Связь слабела. Или они намеренно лишали её доступа к энергии.

В тот  вечер Александр пригласил её на ужин в ресторан. Вера хотела отказаться — она чувствовала приближение чего-то страшного — но согласилась. Возможно, это был их последний вечер вместе.

В ресторане было шумно,  люди, смеялись, разговаривали, наслаждались обычной жизнью, им не было дела до древних Сил, осаждающих Веру. Она  с завистью смотрела на них, на их простое, незамутнённое счастье. Они не знали о тенях, скрывающихся за гранью реальности. Не слышали шёпота мёртвых. Не чувствовали тяжести древних договоров.

— За нас, — Александр поднял бокал с вином. — За то, что мы нашли друг друга.

Вера улыбнулась, пытаясь скрыть тревогу. В этот момент она заметила официантку, двигающуюся между столиками с неестественной грацией. Что-то в её походке, в наклоне головы было... неправильным. Когда официантка повернулась, Вера на мгновение увидела её глаза — полностью чёрные, без белков и зрачков.

Они были здесь. Наблюдали. Ждали.

— Вера? — Александр заметил её напряжение. — Что-то не так?

— Нет, всё... — она запнулась, увидев, как другой посетитель ресторана, пожилой мужчина за соседним столиком, медленно повернул голову на сто восемьдесят градусов, не двигая телом. — Нам нужно уйти. Сейчас же.

Но было поздно. Вокруг их столика материализовались тени, видимые только Вере. Они кружили, как голодные волки, готовые к прыжку.

Ты думала, мы позволим тебе уйти? прошипел знакомый голос. Ты принадлежишь нам. Целиком. Ты должна вернуться иначе на себе испытаешь то , что бывает с теми, кто пытается обмануть Силу.

— Саша!, — Вера схватила его за руку. — Нам действительно лучше вернуться домой! И быстро!

Он видел страх в её глазах и не стал спорить. Они быстро расплатились и вышли на улицу, где уже смеркалось. Странная тишина окутала город — ни шума машин, ни голосов прохожих, хотя улицы не были пустыми. Люди двигались как в замедленной съёмке, их лица были повёрнуты к Вере и Александру, но глаза... их глаза были пустыми, безжизненными.

— Что.. что черт возьми, происходит? — мужчина с ужасом  оглядывался по сторонам. — Что.. что  с этими людьми?

Вера поняла, что Её мир вторгся в Его реальность, и теперь они оба были в опасности.

— Саш, есть вещи, которые ты не знаешь обо мне. И сейчас нет времени объяснять, просто доверься. Мы должны очень-очень быстро добраться до моей квартиры. Там... там я попробую защитить нас.

Они бежали по улицам, где каждый прохожий, казалось, замедлялся при их приближении, а потом начинал двигаться вслед за ними — медленно, неотвратимо, как волна, нарастающая перед обрушением.

— Это какой-то массовый психоз? — Александр тяжело дышал, пока они поднимались по лестнице дома Веры. — Или мне кажется?

— Не кажется, — Вера лихорадочно искала ключи. — И это не психоз. Это... это они.

— Да кто, блин, они?! – Ты можешь мне объяснить, в какой чертов фильм ужасов мы попали?!

Дверь квартиры приглашающе приоткрылась, оттуда  сочилась густая тьма, хотя Вера точно помнила, что оставляла свет включённым. Она щёлкнула выключателем — ничего. Как в кошмарном сне, где ты яростно щелкаешь выключателем, а свет все никак не загорается.

— У тебя есть свечи? — спросил Александр.

Вера горько усмехнулась. Свечи у неё были. Десятки свечей, которыми она пользовалась для ритуалов. Она прошла в спальню, где хранила свои инструменты, и замерла на пороге.

Всё было разбросано. Её аккуратно упорядоченный алтарь перевёрнут, травы рассыпаны по полу, книги заклинаний разорваны. А на стене кто-то нарисовал кровью символ — перевёрнутую пентаграмму с глазом в центре.

Выбирай, прошелестел голос из темноты. Он или Сила.

— Что это? — Александр подошёл сзади, с ужасом глядя на разгром. — Вера, что происходит?

Она обернулась к нему, зная, что должна сказать правду. Но слова застряли в горле, когда она увидела выражение его лица — смесь ужаса  и... жалости? Он смотрел то на неё, то царящий вокруг погром.

— Я ведьма, — наконец произнесла она. — Настоящая ведьма. Не та, что продаёт амулеты в интернете или гадает на картах. Я служу Силам, о которых большинство людей даже не подозревает. И сейчас эти Силы... они требуют, чтобы я выбрала между ними и тобой.

Она ожидала недоверия, смеха, может быть даже страха. Но Александр просто смотрел на неё, не отводя взгляда.

— И что ты выберешь? — спросил он тихо.

Вера не успела ответить. Тени в углах комнаты сгустились, принимая форму человеческих фигур. Одна из них — самая крупная и тёмная — шагнула вперёд. Вера узнала эту фигуру — это была ее покровительница, ее Божество, та, что приходила к ней в самые тёмные часы ночи, та, что наставляла и защищала ее.

К её удивлению, Александр тоже видел их. Он сделал шаг назад, его глаза расширились и остекленели, казалось еще немного и он просто отключится.

Время выбирать, произнесла фигура без слов, но Вера знала, что Александр тоже слышит этот голос внутри своей головы. Твоя сила или его жизнь.

— Что? — Вера почувствовала, как холод пробирает её до костей. — Вы никогда не говорили о его жизни.

Ты разорвала Договор. Цена должна быть уплачена. Либо ты возвращаешься к нам полностью, без остатка, отрекаясь от человеческих привязанностей. Либо он умирает, и ты теряешь способности.

— Нет, — Вера покачала головой. — Я не позволю вам причинить ему вред.

Ты не в том положении, чтобы ставить условия, дитя.

Тени начали кружиться по комнате, ускоряясь, превращаясь в вихрь тьмы. Воздух стал ледяным, и Вера почувствовала, как её лёгкие сжимаются от холода.

Невероятным усилием Александр вырвался из морока ужаса и  схватил её за руку.

— Что Мы Можем Сделать? — спросил он, и Вера удивилась его стойкости.

— Я... я не знаю, — призналась она. — Моя Сила слабеет. Я не могу противостоять им.

Выбирай, повторил голос. Сейчас.

Вера посмотрела на Александра, затем на тени, кружащиеся вокруг них. Десять месяцев счастья против десятилетий служения. Человеческая любовь против древней Силы.

И в этот момент она поняла, что уже сделала свой выбор. Давно. В тот самый день, когда позволила себе полюбить.

— Я выбираю его, — громко произнесла она, глядя прямо в глаза своей покровительнице. — Я отказываюсь от Силы. От договора. От всего.

Тени замерли. Комната наполнилась странным гудением, как будто сам воздух вибрировал от напряжения.

Ты не понимаешь, что делаешь, прошипел голос. Без нас ты никто. Пустышка. Обычный человек.

— Может быть, — Вера выпрямилась. — Но я буду свободна.

Свобода имеет свою цену.

Внезапно все тени устремились к Вере, окружая её плотным коконом тьмы. Она почувствовала, как что-то вытягивается из неё — не физическое, но такое же реальное. Её Сила. Сила, по крупинкам собранная ее предками и переданная ей в дар. Её связь с миром за гранью.

Боль была невыносимой. Вера закричала, падая на колени. Александр бросился к ней, но невидимая сила отбросила его к стене.

Ты выбрала, ведьма, прозвучал голос, теперь почти неразличимый. Живи теперь с этим...

Тьма становилась всё плотнее, забираясь под кожу Веры, вытесняя из неё то, что делало её особенной. Она чувствовала, как исторгается из нее часть её сущности — древняя, могущественная часть, связывающая её с поколениями ведьм из её рода.

Всё стихло.  Вера  очнулась лежа на полу и дрожа от холода как тощий брошенный котенок. Комната была залита лунным светом — обычным, серебристым, а не чёрным, как раньше.
Александр подполз к ней, взял за руку.

— Ты... ты в порядке?

Вера попыталась улыбнуться, но губы не слушались.

— Я больше не ведьма, — прошептала она. — Они забрали всё.

— Не всё, — Александр обнял её. — Они не забрали меня. Они не забрали твою человечность.

Вера закрыла глаза, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Впервые за много лет она не слышала шёпота в своей голове. Не ощущала присутствия тех, кто всегда наблюдал. Она вдруг ощутила себя инвалидом. Хотя мир вокруг казался тихим и простым. Обычным. Человеческим.

Три месяца спустя Вера стояла у окна своей новой квартиры, глядя на улицу внизу.  Она переехала  подальше от места, где произошла их встреча с тенями. Лето было в разгаре, и город утопал в зелени и солнечном свете.

Жизнь без Силы оказалась... странной. Простые вещи, которые раньше давались ей легко, теперь требовали усилий. Единственный плюс был в том, что исчезло постоянное давление — необходимость проводить ритуалы, поддерживать связь, отдавать энергию.

Она больше не могла помогать людям так, как раньше. Её практика психолога продолжалась, но без магической поддержки. Иногда Вера чувствовала себя обманщицей, когда клиенты благодарили её за помощь, не зная, что раньше она делала гораздо больше.

Но были и приобретения. Спокойный сон без шёпота мёртвых. Возможность любить, не чувствуя ревности Силы. Свобода от древних обязательств.

И Александр, который оказался удивительно понимающим и надежным. После той ночи он не стал требовать объяснений или доказательств. Он просто был рядом, давая ей время привыкнуть к новой жизни — жизни обычного человека.

Был только один момент, который беспокоил Веру. Иногда, краем глаза, она замечала тени в углах комнаты. Не такие плотные и явные, как раньше, но всё же... присутствующие. Наблюдающие.

И иногда, в те мгновения между сном и бодрствованием, она слышала шёпот..

Copyright © Ира Тилль (Ирина Павлова) Все права защищены