***

Толпа еще долго не расходилась. Устроили базар. Что за люди?
Перед глазами - лицо мамы, в груди что-то ноет. Всплывают вопросы, найти ответ никак не получается, сколько не напрягай мозг. Составлю такую картину, что самому становится страшно.
Я подставил голову под кран. Стало легче, будто смыл дурные мысли.
В дверь постучали. Кто бы это мог быть? Настырные соседи? Марк... что ему-то надо?!
- Зачем пришел?
- Макс, забудем все, что между нами было. Я слышал твою маму увезли в больницу.
- Допустим. И что?
- Как не крути мы - братья. Я тоже переживаю.
- Проходи. Ты изви...
- Нормально. Я понимаю... раз такое дело. Стоит ли нам становиться врагами из-за девушки?
Я пораскинул мозгами.
- Вот тут ты прав. Не стоит!
- Слушай, что доктор сказал?
- Все будет хорошо.
- Ну, это они всем так говорят.
Я искоса глянул на Марка.
- Извини. Сказанул лишнего. Дурак! - Марк постучал себя по лбу.
В общем, мы помирились. Слово за слово - и все вернулось на круги своей оси.
Вечером приехал отец. Я его не узнал. Белый, как пломбир, глаза покраснели, изо рта сигарету не вынимает. Зыркает глазами, а ничего не понимает.
- Я пойду... - удалился Марк.
- Как мама?
Отец бросил окурок, закурил новую сигарету и сел на лавку.
- Мне ничего не сказали...
- А доктор?
- Что доктор?
- Что он говорит?
- Ничего. Лапши навешал. И выгнал!
Я прикусил губу. Отец в невменяемом состоянии. Говорить с ним бесполезно.
Очередной бычок упал на землю. Пачка опустела. Отец заглянул в нее, скомкал и выбросил в огород. Молча вошел в дом.
Облокотившись о дверной косяк, я наблюдал за его дальнейшими действиями.
Из холодильника извлечена бутылка водки.
Так...
Отец налил огненной воды до краев стакана и махом выпил.
- Пап...
- Не встревай! Я знаю, что делаю.
- Тебе нельзя пить!
- Мало в детстве бил. Пошел вон!
Не время выяснять отношения. Может, я не прав. Лучше отступить, если присутствует доля сомнения.
Я пошел в свою комнату. Бухнулся лицом в подушку и лежу. А потом подскакиваю, выпрыгиваю в окно, и бегу, бегу... пока есть силы. Когда ноги стали ватными - упал навзничь на траву. И... расплакался, не ожидая этого. Все само собой получилось. Слезы катятся бобами по щекам. Я не могу остановиться. Никогда не плакал. А тут... Слезы горечи и непонимания.
Хочется закричать во все горло. Но я понимаю, это бессмысленно.
Отец... как я мог забыть? Он же напьется! Совсем потерял голову. Нельзя оставлять его одного.
Я мчался домой, справляясь с тяжестью в ногах. Вбежал в дом, завернул налево и... этого стоило ожидать. Он лежит на столе, в стельку пьяный. В левой руке пустая бутылка, - в правой стакан.
М-м-м! Я не углядел. Дал ему напиться.
Приложив массу усилий, я переволок отца на кровать. Он что-то бормочет под нос. Бутылку и стакан держит мертвой хваткой. Хоть пьяный, но упорный. Не отдает!
- Отдай!
- М... м-м! - мычание в ответ.
С третьей попытки мне удалось вынуть и бутылку, и стакан.
Со мной не захотел делиться информацией, напился. В голову приходит лишь один ответ: у мамы неприятности. Тут не то, что напьешься... сума сойдешь.
Нет! Чушь! Думать только о хорошем!