Трампомас разбушевался

Солнце Нью-Йорка, отражаясь от небоскребов, слепило глаза, но не так сильно, как ослепляла дерзость нового криминального гения. Его имя было Трампомас, и он был воплощением американской мечты, доведенной до абсурда: богатство, власть, и полное пренебрежение к закону, приправленное золотым блеском и фирменной прической.
Детектив Стив МакКейн, крепкий мужчина с усталыми глазами и вечной чашкой кофе в руке, смотрел на заголовки газет. "Трампомас похитил Золотой Запас Форт-Нокса!" - кричал один. "Трампомас требует выкуп в биткойнах за Статую Свободы!" - вторил другой. МакКейн вздохнул. Этот парень был не просто преступником, он был шоуменом, медийной личностью, и, что самое страшное, его популярность росла с каждым новым злодеянием.
"Сэр, у нас новое сообщение от Трампомаса," - доложила его молодая помощница, агент Смит, протягивая планшет. На экране, на фоне золотого логотипа с буквой "Т", появилось лицо Трампомаса. Его кожа была неестественно оранжевой, волосы -  идеально уложены, а губы растянуты в самодовольной ухмылке.
"Приветствую, Америка! Это я, ваш любимый Трампомас! И у меня для вас отличные новости. Я решил, что пора обновить Белый дом. Старый, знаете ли, выглядит немного… устаревшим. Поэтому я его… приватизировал. И теперь он будет называться… Трамп-Хаус! И, конечно, я его перекрашу в золотой цвет. Будет великолепно, поверьте мне!"
МакКейн чуть не подавился кофе. "Он… он похитил Белый дом?"
"Не совсем похитил, сэр," - поправила Смит. "Он, кажется, заменил его голограммой, а настоящий… ну, его нет на месте."
"Голограмма? Этот парень - гений или сумасшедший?" - пробормотал МакКейн.
Тем временем, Трампомас, наслаждаясь всеобщим хаосом, продолжал свои выходки. Он устраивал пресс-конференции, на которых высмеивал полицию, обещал "сделать Америку снова великой" под своим руководством, и даже выпустил собственную линию мерчандайзинга с изображением своего золотого лица. Его сторонники, "Трампомасисты", устраивали митинги, требуя от властей "дать Трампомасу шанс".
МакКейн понимал, что обычные методы здесь не сработают. Трампомас был неуловим, его маскировка была идеальной, а его сеть сообщников, казалось, охватывала всю страну. Он мог быть кем угодно: сенатором, телеведущим, даже продавцом хот-догов на углу.
"Нам нужен кто-то, кто мыслит как он," - сказал МакКейн, глядя на доску с фотографиями и уликами. "Кто-то, кто понимает его эго, его жажду внимания.
И тут его осенило. Он вспомнил о Фанни Блонд, известной журналистке, чьи острые статьи и едкие комментарии не раз выводили из себя самых влиятельных людей страны. Она была дерзкой, амбициозной и, что самое главное, обладала невероятным чутьем на сенсации. Если кто и мог проникнуть в мир Трампомаса, так это она.
МакКейн встретился с Фанни в её шикарном пентхаусе с видом на Центральный парк. Она, с бокалом шампанского в руке, выслушала его предложение с легкой усмешкой.
"Вы хотите, чтобы я стала приманкой, детектив? Или, может быть, вашей личной шпионкой?" - спросила она, поигрывая золотой цепочкой на шее.
"Я хочу, чтобы вы написали о нем. Но не просто статью. Я хочу, чтобы вы стали его тенью. Чтобы вы поняли его мотивы, его методы. Вы единственная, кто может это сделать, Фанни. Он любит внимание, и вы умеете его давать."
Фанни задумалась. Это был риск, но и возможность всей жизни. "Хорошо, детектив. Но у меня есть условия. Полная свобода действий и эксклюзив на все, что я узнаю."
МакКейн кивнул. Он знал, что Фанни не упустит своего шанса.
Фанни начала свою игру. Она стала появляться на всех мероприятиях, где мог бы появиться Трампомас, писала о нем статьи, полные иронии и восхищения одновременно, создавая вокруг него еще больший ажиотаж. Она даже завела свой подкаст, посвященный исключительно "феномену Трампомаса", где анализировала его действия с точки зрения психологии и маркетинга.
Трампомас, как и ожидалось, не мог пройти мимо такого внимания. Он начал оставлять Фанни загадочные послания, приглашать на свои "секретные" пресс-конференции, которые всегда оказывались тщательно срежиссированными представлениями. Фанни играла свою роль безупречно, задавая острые вопросы, но при этом не переходя грань, чтобы не спугнуть свою "добычу".
Однажды, Трампомас пригласил её на "эксклюзивное интервью" в свой новый "Трамп-Хаус", который, как оказалось, был не Белым домом, а огромным, золотым дирижаблем, парящим над Манхэттеном. Внутри всё было отделано золотом и мрамором, а на стенах висели портреты самого Трампомаса в различных героических позах.
"Добро пожаловать, Фанни! Надеюсь, вам нравится мой новый дом. Он, знаете ли, гораздо лучше старого. Больше пространства, больше… величия!" - провозгласил Трампомас, расхаживая по салону.
Фанни, сохраняя невозмутимое выражение лица, задала свой первый вопрос: "Трампомас, многие считают вас преступником. Но вы, кажется, видите себя спасителем. В чем ваша истинная цель?"
Трампомас расплылся в своей фирменной ухмылке. "Моя цель, Фанни, - это показать миру, что старые правила больше не работают. Что нужна новая эра, эра, где смелость и амбиции ценятся выше, чем скучные законы. Я - это будущее, Фанни. И я сделаю Америку… ну, вы знаете."
Пока Трампомас увлеченно рассказывал о своих планах по "ребрендингу" всей страны, Фанни незаметно осматривалась. Она заметила странный блеск в одном из зеркал, который не соответствовал общему освещению. Это было не просто зеркало, а, скорее всего, скрытая камера или проектор.
"Трампомас," - сказала она, прерывая его монолог, - "Ваши идеи, безусловно, грандиозны. Но как насчет деталей? Как вы планируете управлять страной, когда все ваши действия, по сути, являются преступлениями?"
Трампомас рассмеялся. "Преступления? Фанни, это просто… инновационные подходы! Я не нарушаю законы, я их переписываю! И, поверьте мне, у меня есть команда лучших юристов, которые сделают так, что всё будет выглядеть абсолютно законно. Или, по крайней мере, очень убедительно." Он подмигнул.
Фанни почувствовала, что приближается к разгадке. Она заметила, что Трампомас постоянно поправляет свой золотой галстук, который, казалось, был слишком туго завязан. И тут её осенило. Она вспомнила о слухах, что Трампомас использует сложные маски и голосовые модуляторы.
"Трампомас," - начала Фанни, медленно подходя к нему, - "Вы так много говорите о правде и величии. Но что, если вы сами не тот, за кого себя выдаете? Что, если вся эта золотая мишура - лишь прикрытие?"
Трампомас напрягся. Его улыбка стала чуть менее уверенной. "Что вы имеете в виду, Фанни? Я - это я! Единственный и неповторимый Трампомас!"
"Действительно?" - Фанни протянула руку и, казалось бы, случайно, коснулась его галстука. В этот момент она почувствовала под тканью что-то твердое, похожее на микрофон. И тут же, с ловкостью, которую ей позавидовал бы любой фокусник, она дернула за кончик галстука.
Раздался тихий щелчок, и лицо Трампомаса начало меняться. Золотистый оттенок кожи поблек, волосы потеряли свою идеальную укладку, а черты лица стали менее резкими. Перед Фанни предстал не Трампомас, а… совершенно обычный мужчина средних лет, с лысиной и озадаченным выражением лица.
"Что… что вы сделали?" - пробормотал он, пытаясь прикрыть лицо руками.
В этот момент в салон ворвались агенты ФБР во главе с МакКейном. Они окружили самозванца.
"Поздравляю, Фанни," - сказал МакКейн, глядя на растерянного мужчину. "Вы поймали нашего Трампомаса."
Оказалось, что за маской Трампомаса скрывался некий Говард Финч, бывший голливудский гример, одержимый идеей славы и богатства. Он использовал свои навыки, чтобы создать идеальный образ, а затем, с помощью передовых технологий, включая голограммы и голосовые модуляторы, устраивал свои грандиозные "преступления". Белый дом был не похищен, а просто скрыт под огромной голограммой, а золотой запас Форт-Нокса был заменен на муляжи.
Новость о разоблачении Трампомаса облетела мир со скоростью света. Американцы, которые еще вчера спорили о его гениальности или безумии, теперь с изумлением читали о Говарде Финче, человеке, который смог обмануть целую нацию с помощью грима и иллюзий. "Трампомасисты" были в замешательстве, их кумир оказался самозванцем.
Фанни Блонд, конечно же, получила свою порцию славы. Её статья о разоблачении Трампомаса стала сенсацией, а её имя стало синонимом смелости и проницательности. Она получила предложения от всех ведущих изданий мира, но решила остаться в Нью-Йорке, продолжая свою карьеру, теперь уже с еще большим авторитетом.
МакКейн, наконец, смог выпить свою чашку кофе без ощущения, что за ним гонится золотой дирижабль. Он знал, что мир преступности всегда найдет новые формы, но теперь он был уверен, что есть люди, способные противостоять даже самым изощренным мошенникам.
А Говард Финч? Его ждал суд. Но даже в зале суда он не мог удержаться от своего стремления к вниманию. Он настаивал на том, что его "преступления" были не чем иным, как формой искусства, протестом против серой обыденности. Его адвокаты пытались представить его как гения, заблудившегося в своих амбициях, но присяжные были непреклонны.
В конце концов, Говард Финч был приговорен к длительному тюремному заключению. Но даже за решеткой он продолжал мечтать. Он планировал свой следующий "проект", который, как он надеялся, будет еще более грандиозным. Возможно, он станет "Королем Амазонки" или "Императором Луны". Кто знает? Ведь в мире, где Трампомас мог разбушеваться, возможно всё.
А Америка? Она, пережив этот золотой хаос, стала немного мудрее. Люди научились отличать блеск от золота, а громкие слова - от реальных дел. И хотя имя Трампомаса стало нарицательным для грандиозных, но пустых обещаний, оно также стало напоминанием о том, что даже самые ослепительные иллюзии могут быть разрушены, если есть те, кто готов увидеть правду. И, конечно, если есть хороший детектив с крепкой чашкой кофе.