Ч. 459 Судьба сыновей Аптона

Предыдущая страница  http://proza.ru/2026/01/21/1662

Уильям Аптон помогал своему отцу, когда тот руководил строительством гражданских и военных сооружений в Севастополе, а также дворцов для русских аристократов.
 
Граф Воронцов был англофилом, наследником одного из величайших состояний в России.
 
Он подружился с Аптонами, которые построили его величественный дворец в Крыму. Благодаря этому Аптоны имели доступ в тогдашнее высшее общество.

Джон и Уильям были знакомы с Александром Сергеевичем Пушкиным. Уильям обладал также незаурядными способностями к языкам. Он говорил на русском, французском, немецком, итальянском и украинском языках.

В будущем это ему очень пригодилось.

Уильям Аптон, как и его отец, принёс присягу Николаю I, находился на службе. После смерти своего отца в 1851 году он занял его должность председателя  Севастопольского докового комитета.
 
В 1852 году комитет расформировали, Уильяма уволили в отставку. Он построил в Инкерманской долине пригородное поместье, окружённое садом и виноградниками. Когда началась война, все его соседи по поместью выехали, кто в Севастополь, а кто в Симферополь.

На свою беду он задержался с отъездом в поместье с женой и детьми. Казаки разбили лагерь в его имении, опустошили виноградники, склады. Мародёры ворвались в его дом и потребовали еды и вина. Аптон был безоружен.

Его и его семью спас офицер с солдатами, который выгнал казаков из дома. При этом ему пришлось застрелить одного из мародёров.

Вскоре приехали на лошадях британские офицеры. Они оставили в поместье семью Уильяма, а его самого отвезли в Балаклаву к командующему британскими войсками лорду Раглану.
 
На напряженной встрече Аптону не удалось убедить Раглана и начальника контрразведки, что он лоялен Великобритании.

Осознавая, что у него нет другого выбора, кроме как сотрудничать, Уильям сумел договориться о компенсации за свои потери и о гарантиях безопасности для своей семьи.

Семью успели вывезти в Балаклаву до того, как русские корабли из бухты начали обстреливать английские позиции, в том числе и дом Аптона.
 
Когда Аптону разрешили посетить своё поместье, оно уже было окончательно разграблено французскими мародёрами, а дом занят французскими офицерами. У него отобрали лошадь, на которой он приехал.  Назад в Балаклаву Уильяму пришлось добираться пешком.

В Балаклаве его держали в качестве привилегированного пленника. Каждое утро солдат отвозил Аптона на встречу с британским командованием. Там он объяснял положение русских укреплений, рекомендовал тактику и часто его самого брали в разведывательные экспедиции для проверки его сведений.

Держали его отдельно от семьи под наблюдением капитана Нолана, который жил с ним в одной комнате. После Инкерманского сражения Аптона перевезли в Скутари, где находился английский госпиталь.

Туда прибыла Флоренс Найтингейл в сопровождении 38 медсестёр. «Дама с лампой» свободно владела латынью и классическими языками, но она не могла понять различные языки, на которых говорили больные и умирающие солдаты.
 
Флоренс попросила Аптона быть переводчиком, поэтому и его лепта есть в тех радикальных изменениях в госпитале, благодаря которым смертность раненых снизилась на 60 процентов.

Аптон после войны приехал в Лондон. Там к нему отнеслись как к предателю, обвинив в том, что он сообщал заведомо ложные сведения о севастопольских укреплениях. Он нигде не мог найти работу, поэтому вместе семьёй эмигрировал в Канаду.

Его брат Сэмюэль Аптон был главным архитектором Севастополя, а затем главным архитектором Кавказских Минеральных Вод. Он стал академиком, построил дворцы изумительной красоты в Крыму и на Кавказе.

Продолжение следует

На фотографии: Воронцовский дворец