Чудеса на Нясиярви

Озеро Нясиярви, омывающее северный берег нашего города и называемое порой «нашим тамперским морем», знаменито, среди прочих чудес, своими оптическими эффектами, из которых наиболее примечательны полярные сияния, однотонные и цветные солнечные и лунные гало, солнечные столбы, миражи и «летающие острова».

Гало, известное также как аура, нимб или ореол, представляет собой одноцветное (белое) или цветное (радужное) свечение вокруг источника света – солнца или луны. Лунное гало чаще всего выглядит как бесцветная (белая) полная замкнутая светящаяся окружность, появляющаяся вокруг луны в полнолуние или незадолго до и после него в такие ночи, когда луна ярко просвечивает через тонкие перистые облака. В особые дни, когда солнце светит сквозь плотную сеточку тончайших перистых облаков, такой же, только более яркое белой сияющей окружностью может выглядеть и солнечное гало. Впрочем, это довольно редкое явление. Я видел его всего дважды или трижды в жизни, и только один раз – здесь, в Тампере на Нясиярви.

Гораздо чаще здесь на Нясиярви гало принимает иной вид и выглядит как подобие вывернутой наизнанку радуги (нет, сама-то форма дуги – самая обычная, а вот цвета расположены наоборот) или как три световых столба, центральный из которых однотонный – на восходе и закате ярко красный, а в середине дня почти белый – а окружающие его по обе стороны два других – радужные. Если же центральный огненный столб случится пересечь облачку, то над миром как раз на православное Рождество величественно возносится огромный светоносный и сияющий Крест, обрамлённый с двух сторон цветным нимбом.

Собственно, эти два радужных столба по бокам от центрального представляют собой основания единой радужной дуги в том случае, если её свод не виден. Если же виден весь свод, то такой вид гало очень похож на обычную радугу с той лишь разницей, что у радуги красная полоса расположена снаружи, а синяя и фиолетовая – внутри дуги. У гало же всё наоборот: синева снаружи, а красная полоса идёт по внутренней стороне. Именно поэтому гало и выглядит как «радуга наизнанку». Кстати, самую обычную радугу на Нясиярви я тоже наблюдал много раз, а однажды даже видел, как край её дуги упирается в землю на берегу озера буквально в паре десятков метров от меня, так что, приметив точное место, вполне мог бы откопать горшочек с золотом, если б не побоялся связываться с лепреконом.

Физическая природа радуги и гало тоже похожа, но не совсем одинакова. Оба атмосферных явления представляют собой результат преломления и отражения света. При этом, поскольку показатель преломления зависит от длины волны и для красного, жёлтого, зелёного и синего цвета разный, то смешанный белый свет разлагается в результате на цветовой спектр, как при прохождении через призму Ньютона. Кстати, спектр этот на самом деле непрерывен и не разделён на отдельные полосы, и то, на сколько именно разных цветов разные люди делят радугу, зависит от культурной традиции и языка. В обычной радуге двумя средами с разными показателями преломления, на границе которых происходит разложение белого света на спектр, является воздух и крошечные капельки воды – чаще всего дождя, реже – тумана. В гало же вместо капель жидкой воды второй оптической средой, рассеянной в воздухе, выступают рассеянные в атмосфере крошечные кристаллики льда. От размера, структуры, формы и характера поведения этих кристаллов как раз и зависит форма и вид гало.

В верхних слоях атмосферы, на большой высоте капли воды могут замерзать и превращаться в крохотные кристаллы льда в любое время года, поэтому солнечное гало изредка можно увидеть даже летом. Но особенно благоприятное время для наблюдения гало наступает в том случае, если сильный январский мороз от -15 градусов Цельсия и ниже (чем сильнее мороз, тем лучше) ударяет тогда, когда водная поверхность озера ещё открыта и свободна ото льда. В этом случае над озером поднимается густой туман, который тут же на сильном морозе замерзает, и воздух оказывается буквально перенасыщен микроскопическими ледяными кристаллами. Обычно они держатся в атмосфере спустя ещё несколько дней после того, как поверхность озера замёрзнет, туман рассеется, и воздух станет прозрачен для солнечного света. В такие-то морозные солнечные безветренные дни чаще всего и можно наблюдать яркое цветное гало в форме трёх вертикальных огненных столбов – центрального прямого, идущего вверх прямо от солнца и двух радужных, слегка изогнутых по обеим сторонам от него. Иногда, хотя и реже, можно увидеть и полную радужную дугу через всё небо, но чаще верхний свод дуги не виден, и ярко сияют светоносными столбами лишь её основания. Центральный же солнечный столб особенно ярок и хорошо виден на рассвете и иногда на закате.

Впрочем, при резких переходах от влажной туманной оттепели к солнечной морозной погоде тот же самый эффект может возникать не только при быстром и резком замерзании озера, но и в любое время зимы. Важно лишь поймать этот момент, потому что обычно длится он один-два дня и вскоре исчезает.

Дополнительном бонусом таких дней при резком переходе от влажной, тёплой и туманной погоды к морозной и солнечной бывает то, что все ветви деревьев и остатки стеблей травы покрываются кристаллической изморозью, сверкающей и переливающейся на солнце, словно оправленные в серебро бриллианты. На льду же озера расцветают «ледяные розы» – крупные кристаллы льда, порой сложной и затейливой формы, похожие на фантастические сказочные цветы. Впрочем, «ледяные розы» на льду Нясиярви можно найти в любой морозный день, не обязательно после оттепели и резкой смены погоды. Однако в обычное время найти их можно только вблизи трещин, где пар поднимается и застывает в причудливые кристаллы постоянно.


Другим интересным атмосферным оптическим явлением, с которым можно столкнуться на Нясиярви – это разного рода миражи. Некоторые люди плохо различают понятия «мираж» и «галлюцинация», путая их между собой. Между тем, явления эти принципиально разные. Галлюцинация – явление психическое, её причиной и материальной основой является процесс, происходящий в мозгу видящего. Иными словами, независимый наблюдатель не увидит ту же галлюцинацию, даже если будет стоять рядом, в то же самое время и станет внимательно смотреть в ту же сторону, она сугубо индивидуальна и интимна. Галлюцинацию нельзя сфотографировать или как-то иначе физически зафиксировать – ведь она происходит исключительно в голове видящего, а не во внешнем мире. Другое дело – мираж. Мираж – это тоже иллюзия, обман зрения. Однако за ним стоят объективные оптические явления в атмосфере, так что независимый наблюдатель, если обратить его внимание, увидит ровно такой же мираж. Мираж как объективное атмосферное явление можно сфотографировать, можно заснять на видео и т.д., и он при этом реально получится.

Причиной миражей является возникновение резкой, практически дискретной границы между двумя слоями воздуха с разной температурой и, как следствие, с разной плотностью и показателем преломления. На границе этих двух воздушных масс происходит преломление и частичное отражение света, и в результате вместе с реально видимым отдалённым объектом (или участком неба) также бывает видно и его отражение в атмосфере. Различают верхние, нижние, боковые миражи, а также более сложные оптические эффекты, такие как фантомы дальнего видения (когда сложная структура чередования холодных и тёплых масс создаёт условия для рефракционного изображения предмета, на самом деле находящегося за десятки, а иногда и за сотни километров него) и Фата-моргана (когда формируются не два, а несколько чередующихся слоёв воздуха, в результате чего возникают сразу несколько миражей одновременно и некоторые отдалённые объекты видны многократно и с разнообразными искажениями, например, перевёрнутыми). Самый простейший вид нижнего миража (когда тёплый слой воздуха находится снизу) – это появление иллюзорной зеркальной глади, похожей на несуществующую в действительности лужу над поверхностью нагретой солнцем асфальтовой дороги. За счёт этого же эффекта некоторые удалённые объекты, например, находящийся далеко впереди автомобиль, могут выглядеть парящими в воздухе и не касающимися земли. В жаркий знойный солнечный день это явление можно увидеть довольно часто именно над асфальтированными шоссейными дорогами, но лишь однажды я видел похожий оптический эффект над полем. Это случилось весной в яркий солнечный день в Сиивиккале, куда я во время весенней миграции часто прихожу высматривать и фотографировать перелётных птиц, когда солнце уже сильно нагрело часть воздушной массы, а от всё ещё покрывавшего поле снега исходил холод, формировавший холодный воздушный слой. То есть по сравнению с шоссе расположение воздушных масс было противоположным (холодный слой был снизу), но зрительно эффект почти не отличался: предметы словно приподнялись над поверхностью поля и парили над ним.

На озере самый частый и самый простенький вид миража представляют собой «летающие острова». Их довольно часто можно увидеть на Нясиярви как летом (над водой), так и в конце зимы и в начале весны (надо льдом). Чаще всего эффект летающих островов возникает в безветренные солнечные дни, когда солнце хорошо прогревает воздух (зимой такие солнечные, но уже не морозные, а относительно тёплые дни чаще бывают к концу февраля, чем в январе), но непосредственно над водой или надо льдом сохраняется холодный воздушный слой. Таким образом, холодный слой воздуха оказывается снизу, а тёплый – сверху и возникает верхний мираж, который всегда стабильнее и устойчивее нижнего. Безветрие же необходимо для того, чтобы ветер не перемешивал воздушные массы и не повреждал чёткую дискретность их светопреломляющей и светоотражающей границы. В результате острова – самые обычные, реально существующие острова – кажутся приподнятыми над поверхностью воды или льда и парящими над ней.

Любопытно, что этот оптический эффект распространён на Земле неравномерно и встречается не везде. Я много раз наблюдал его как в Финляндии (на родном Нясиярви, рядом с которым я живу), так и на Северо-западе России: на Ладоге, Финском заливе и на Белом море. Поэтому мне этот эффект казался совершенно обычным. Однако когда я попал на Охотское море, за два с половиной месяца жизни на острове (то есть почти за всё лето) я не увидел его ни разу, а капитан местного кораблика, который ходит по морю не первый десяток лет, даже не понял моего вопроса и сказал, что «нет, у нас все острова приделаны к земле надёжно». Очевидно, что есть какая-то существенная разница в характере формирования воздушных масс, и, во всяком случае, грех было бы, живя в Финляндии, упускать возможность полюбоваться на оптическое явление, которое, как оказалось, распространено отнюдь не повсеместно и доступно далеко не всем.

Но всё-таки летающие острова – это не совсем настоящий мираж. Да, вы видите оптический обман, будто бы остров парит в воздухе над водной или ледяной гладью, оторвавшись от неё. Однако видите Вы в этом случае всё-таки остров, который реально есть, и притом есть именно на этом месте, а не где-то в десятках километров за горизонтом. Гораздо реже удаётся увидеть настоящий мираж, когда остров или береговая линия являются зрению там, где их на самом деле нет. За всю свою жизнь такой настоящий мираж я видел всего три раза [1], и все три раза как раз на Нясиярви. Первый случай был самый яркий и интересный, и о нём я расскажу отдельно чуть ниже. Второй (в начале 2019) и третий (в начале 2021) были заметно попроще и поскромнее. Во-первых, они случились в хмурую пасмурную погоду и уже в предвечерних сумерках, так что освещение было недостаточным для хорошей красивой фотосъёмки (хотя несколько кадров я, конечно, сделал). Во-вторых, сам источник явления был вполне понятен: фактически я видел одновременно и реальную береговую полосу, и её отражение, которое зрительно воспринималось как вторая береговая линия, расположенная ближе первой (настоящей). Между реальной береговой линией и её вызванным преломлением света отражением в обоих случаях виделась вполне реально существующая гладь льда, так что отражение формировало иллюзию находящегося между мной и береговой линией острова, которого в реальности не существовало. Кстати, третье и последнее из моих видений оказалось ещё и пророческим: в виде миража я в феврале 2021 года увидел остров Нясисаари, который искусственно насыпали только год спустя, в 2022 году, и по которому сейчас проходят трамвайные пути. Во всяком случае, мираж я видел как раз на его месте, и у меня даже есть фотография, на которой его хоть и с некоторым трудом, но вполне можно различить. Фотографии второго увиденного мною двумя годами ранее (в начале 2019 года) миража я даже показывал своей сокурснице на курсах финского языка, и она подтвердила, что да, явственно видит на них остров. В реальности же это тоже было не что иное, как иллюзорно приближенное преломлением света отражение береговой линии, на самом деле находящейся гораздо дальше.

А вот о самом первом случае стоит рассказать подробнее. Во-первых, дело было не в вечерних сумерках, а в ясный солнечный искрящийся день, какие бывают в конце февраля и в марте, когда солнце уже не только светить, но и по-весеннему греет. Было прекрасное освещение, и мираж не смутно угадывался, а выглядел предельно чётким и реальным. Во-вторых, никакой береговой линии, которая могла бы удвоиться за счёт преломления света на границе двух воздушных масс, за ним не было. Нечему было отражаться! Остров выглядел абсолютно реальным, настоящим, с деталями и подробностями, виден был чётко и не размыто, так что если бы место было мне не знакомо, я и не обратил бы на него внимания: ну, остров и остров. Всё дело было в том, что находился он там, где никогда никакого острова прежде не было. И, когда я к нему пошёл, в какой-то момент он разом исчез, как не бывало. Особо отмечу, что он не начал постепенно терять очертания и размываться, а исчез разом, мгновенно, словно его выключили: мгновение назад был – и пропал. Разумеется, на всех сделанных фотографиях он при этом остался, так что можно ни секунды не сомневаться, что это было вполне физически реальное, материальное оптическое явление, вот только не понятно, что именно при этом отражалось. Не возьмусь утверждать наверняка, но не исключаю возможности, что это было как раз то самое упомянутое выше исключительно редкое явление миража дальнего видения, когда реальный прототип фантома расположен за десятки километров.

Впрочем, если не быть таким рационально мыслящим материалистом, то можно вспомнить знаменитое древнее русское сказание о сокровенном граде Китеже, ушедшем вместе со всеми жителями в воды озера и спасшемся таким образом от разорения во время татаро-монгольского нашествия. Конечно, дело было на Руси, на Светлояр-озере, что находится на территории нынешней Нижегородской области, так что всплывать в Финляндии острову с благословенным городом вроде как не положено. Но остров сказочный, поэтому кто ж ему запретит всплывать, где захочет, было бы место доброе. Может быть, решил вот обосноваться рядом с Тампере и выходить теперь из вод здесь. А может у финнов просто есть свой собственный. Во всяком случае, врать не буду – остров глазами видел, а вот полагающегося колокольного звона от него – не слышал.

Зато я слышал на Нясиярви много другого, не менее интересного. Зимой, когда идёшь по льду озера, периодически раздаются громкие гулкие звуки, которые я в первые годы своей жизни в Тампере с непривычки и по незнанию принимал за звук трескающегося льда. Однако, осмотревшись повнимательнее, я обнаружил, что никаких новых трещин при этом звуке не возникает. Чем эти звуки вызваны и какова их природа, я уверенно и точно сказать не возьмусь, знаю лишь по опыту, что они хоть и страшны своей неожиданной внезапностью, и заставляют непроизвольно присесть, но вполне безопасны и ни разу за четверть века моих хождений по льду Нясиярви не были предвестием каких-либо неприятностей. Вполне допускаю в качестве гипотезы, что они могут быть связаны с движением пузырей воздуха, накапливающегося между водой и ледяным покровом. Особенно впечатляет и оставляет незабываемые впечатления, когда громкий подлёдный гул какое-то время, постоянно усиливаясь, приближается издалека, проносится прямо под ногами и уносится вдаль в сторону, противоположную той, откуда примчался.

Гораздо, впрочем, интереснее другое, намного более редкое и красивое акустическое явление. Иногда (но далеко не всегда) во время сильных ветров в конце зимы и в марте ещё сохраняющий свою целостность ледяной покров озера, по-видимому, входит в резонанс с ветром и начинает петь. Песнь льда на Нясиярви бывает невероятно мелодичной и гармоничной, и по своему звучанию отчасти напоминает орган. Впрочем, красиво записать эту торжественную песнь мне не удавалось, потому что на записи камерой её заглушает ветер. А вот слушать ветер почти не мешает. Такую песнь ветра я слышал всего раза три, вряд ли больше, хотя достаточно сильный ветер на озере бывает часто. Очевидно, здесь требуется какое-то особое сочетание факторов. Зато два раза в год, в конце декабря – начале января и в апреле, можно послушать менее торжественную, но тоже впечатляющую песню трущихся друг о друга льдин и скапливающегося у берега ледяного крошева.


Наконец, говоря о чудесах Нясиярви, нельзя, конечно, не упомянуть северные сияния, которые периодически можно здесь наблюдать с сентября по апрель, но больше всего – в феврале и марте. Как известно, северное или полярное сияние – это атмосферное явление, возникающее в верхних слоях атмосферы вследствие взаимодействия земной магнитосферы с солнечным ветром. Именно поэтому чаще всего полярные сияния случаются во время и сразу после вспышек на Солнце и вызываемых ими магнитных бурь. Чем мощнее магнитная буря, тем ярче бывает полярное сияние и тем дальше от полюсов в умеренных широтах его можно увидеть. В силу этой закономерной связи между солнечной активностью и вероятностью возникновения полярных сияний их в какой-то степени можно предсказывать заранее, так что есть категория людей, преимущественно фотографов, которые на них, пользуясь этим, охотятся.

Люди, которые никогда не видели полярного сияния в реальности и представляют их только по фотографиям и видеозаписям, привыкли к образу ярких динамичных зелёных и красных всполохов, движение которых напоминает развевающиеся на сильном ветру знамёна. Увы, в реальности в наших широтах подавляющее большинство полярных сияний воспринимаются глазом как статичное слабое молочно-белое свечение, которое на ночном небе бывает трудно отличить от облака. Благодаря привычке засиживаться на работе до глубокой ночи, а потом ночью же идти домой пешком, не пользуясь ни машиной, ни городским транспортом, я за свою жизни в Тампере видел северные сияния десятки раз, по несколько за год (до переезда в Финляндию в России я видел сияние лишь однажды, и то до конца не уверен, что это было именно оно). Подавляющее большинство из них как раз и выглядело такими невнятными бесцветными облачками (любопытно при этом, что цифровая камера на фотографиях «видит» их явственно зелёными, человеческий глаз же воспринимает молочно-белыми). Всего лишь несколько раз (четыре или пять за всю жизнь) я видел яркие «открыточные» северные сияния, когда свечение было отчётливо зелёным и динамичным, и сполохи имели вид развевающихся знамён, проносящихся по небу широких лент или подвижных клубов зелёного дыма.

Но самое яркое и запоминающееся полярное сияние я видел лишь однажды. Если мне не изменяет память, это было в феврале или в марте 2013 года. Я дописывал свою докторскую диссертацию и засиделся на работе до поздней ночи, а потом ещё решил перед уходом домой часок послушать любимую музыку [2], так, что уже был настроен на яркое эмоциональное эстетическое восприятие. Домой я собирался, как обычно, идти пешком и, чтобы срезать путь, пошёл напрямик через Нясиярви. Ночь была ясной и очень морозной. Сияние на небе я увидел сразу же, как только вышел с работы, даже идя через лес, но во всём великолепии оно мне открылось тогда, когда я вышел на открытый простор ледяной глади, покрывавшей озеро. Сполохи прокатывались через всё небо и были необычайно яркими и цветными – это единственный раз в жизни, когда я различал невооружённым глазом в полярном сиянии не только зеленоватый, но и отчётливо видный красный цвет. Сияние было очень динамичным и картина его постоянно менялась: то оно принимало вид полощущихся на сильном ветру лент и полотнищ, то начинало ритмично мигать и пульсировать, ярко вспыхивая и угасая с частотой сердцебиения. Я шёл по льду довольно далеко от города, так что далёкие городские огни не мешали восприятию. У меня был с собой цифровой фотоаппарат-зеркалка, но не было ни штатива-треноги, чтобы его установить, ни опыта ночной съёмки, к тому же было слишком темно, чтобы разобраться в настройках и слишком холодно: стоило снять рукавицы, как пальцы окоченевали и теряли чувствительность практически мгновенно, так что заснять эту феерию мне не удалось. Оставалось только смотреть во все глаза и запечатлевать в памяти. Впрочем, невозможно было даже просто остановиться, чтобы полюбоваться, или даже погулять лишний час. От работы до дома я шёл быстрым шагом часа полтора (и из них примерно около часа по льду Нясиярви), и, хотя одет был вполне по-зимнему, за эти полтора часа замёрз просто ужасно, особенно ноги. Так что любоваться сиянием, озираясь по сторонам, приходилось между делом, не сбавляя шаг. И, тем не менее, впечатления остались на всю жизнь.


На этом я, пожалуй, свой рассказ о виденных мною чудесах природы, так или иначе связанных с любимым озером, завершу. Впрочем, кому интересно, те могут почитать ещё историю, как я тоже на Нясиярви однажды заблудился зимней ночью в густом тумане и, чтобы сориентироваться, на ходу изобретал и осваивал приёмы эхолокации [3]. Или как я уже доплавался в нём до того, что меня в утопленники записали [4]. Или историю моего знакомства с нашей северной дикорастущей орхидеей Любкой двулистной или «ночной фиалкой» [5], с которой связано множество народных поверий и разных мистических историй (да, все мои встречи с ней тоже случились на берегу Нясиярви, хотя по берегам нашего второго большого озера Пюхяярви она, если верить информационным стендам, местами тоже встречается).


[1] http://proza.ru/2020/07/15/489
[2] http://proza.ru/2021/11/13/1265
[3] http://proza.ru/2020/07/01/757
[4] http://proza.ru/2020/12/30/597
[5] http://proza.ru/2021/07/10/957