Голгофа Ильича

Глава 11

Дорогие читатели, хочу познакомить Вас с еще одним героем романа, да еще каким! Итак, прошу любить и жаловать: Николай Александрович Романов Божиею поспе;шествующею милостию, Мы, Николай Вторы;й, Император и Самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский; Царь Казанский, Царь Астраханский, Царь Польский, Царь Сибирский, Царь Херсонеса Таврического, Царь Грузинский; Государь Псковский и великий князь Смоленский, Литовский, Волынский, Подольский и Финляндский; Князь Эстляндский, Лифляндский, Курляндский и Семигальский, Самогитский, Белостокский, Корельский, Тверский, Югорский, Пермский, Вятский, Болгарский и иных; Государь и Великий Князь Новагорода низовския земли;, Черниговский, Рязанский, Полотский, Ростовский, Ярославский, Белозёрский, Удорский, Обдорский, Кондийский, Витебский, Мстиславский и всея Северныя страны; Повелитель; и Государь Иверския, Карталинския и Кабардинския земли; и области Арменския; Черкасских и Горских Князей и иных Наследный Государь и Обладатель, Государь Туркестанский; Наследник Норвежский, Герцог Шлезвиг-Голштейнский, Стормарнский, Дитмарсенский и Ольденбургский и прочая, и прочая, и прочая...
После того, как Борис Николаевич - Ельцин - по пьяни загремел в Небесную ССР и перебаламутил народ с лозунгами демократизации, в республике были назначены внеочередные выборы Президента и Верховного Совета. Владимир Ильич пришел в избирательную комиссии, чтобы зарегистрировать свою кандидатуру а выборах Президента, но ему отказал и по формальной причине: отсутствию прописки, так как он не предан земле по христианскому обряду. По сути дела он - бомж. Земля его не отпускает, а Небеса не принимают. Владимир Ильич психанул и... написал заявление о выходе из КПСС, которую сам же и создал, мотивируя свой поступок тем, что его взгляды по многим принципиальным вопросам расходятся с курсом партии. Заявление он написал на обратной стороне бумажки, которую он взял в избиркоме. На листочке с обратной стороны было написано: "Депутат Верховного Совета Небесной ССР Николай Романов". Владимир Ильич не стеснялся в словах, когда прочитал что написано на листочке. Кстати, Николай Романов без проблемы зарегистрировал свою кандидатуру на выборах Президента, как самовыдвиженец. После чего Владимир Ильич решил повторить путь Христа и взойти на эшафот. Но распять его в отличие от Христа должны были не на кресте, а на... звезде. Для этого Владимир Ильич, как он думал, нашел подходящее местечко - перекресток дорог перед входом в Небесную ССР.
Владимир Ильич поздоровался с нищим, который был одет в длинную доматканную рубаху. Нищий выглядел довольно импозантно: седой, как лунь, старик, борода до груди, волосы до плеч, схваченные кожаным ремешком на затылке. Возле него на земле лежала офицерская фуражка времен Первой мировой без кокарды. В фуражке лежало несколько мелких монет. Владимир Ильич, не узнал в нищем Николая Романова - своего злейшего врага. Владимир Ильич вежливо поздоровался с ним. Протянул руку и представился:
- Бомж - Володя.
Николай Александрович посетовал:
- Кому - добрый, а кому... Скуп стал русский народ - совсем не подает. С утра сижу, а даже на обед не насобирал, - сказал он и представился в свою очередь: - Новомученник Николай. - После продолжительной паузы, усмехаясь в усы, спросил: - Никак не признали?
Владимир Ильич пригляделся к нищему и наконец-то узнал царя -батюшку Николая 2.
- Вот так встреча! Не ожидал увидеть вас на этом месте! Говорят, что вы теперь важная персона в Небесной ССР - избранник народа - народный депутат. Чего ж милостыню просите, не к лицу! Вам избирательную компанию надо проводить - президентские выборы на носу.
- Вот я и агитирую - с народом общаюсь напрямую, без посредников. А вы что же, решили проведать свое детище - Небесную ССР?
- Этот гадюшник? Милостыню прошу! - буркнул Владимир Ильич, кидая кепку перед собой.
Николай Александрович философски заметил:
- Пути Господни неисповедимы! - сказал о и бросил в кепку металлический рубль с изображением Владимира Ильича, который вытащил из кармана брюк и пояснил свой поступок: - Для затравки, чтобы лучше подавали.
Разговор явно не клеился, хотя у них было много вопросов друг к другу, да и было о чем поговорить. Пауза явно затянулась. Николай Александрович вернулся к той самой теме, с которой началось их знакомство:
- Кто бы что ни говорил, но народ нынче стал совсем другим - не подают ни вам, ни мне, - сказал он наблюдая за очередным прохожим, который торопливо, не останавливаясь прошел мимо них к воротам Небесной ССР, перед которыми толпилась огромная масса желающих пройти во внутрь.
Владимир Ильич возразил Николаю Александровичу:
- Народ - то наш мало изменился, как был щедрым и отзывчивым, таким и остался. Эти качества веками формировались под влиянием истории, культуры и образа жизни. Русский человек готов делиться последним, искреннее стремится помочь и поддержать. Русские умеют заботиться о других не ради выгоды, а по внутреннему убеждению. Для гостя всегда готово лучшее угощение, есть обычай преподносить гостям хлеб-соль, который одновременно выражает радушие и пожелание добра. Иностранцы часто удивляются открытости русского человека, искреннему приглашению за стол, готовности помочь незнакомцу, заботе о соседях и окружающих.
Он отзывчив умеет понимать другого человека, чутко относится к чужому душевному состоянию. Способен разделить чужую радость и взять на себя чужую боль. Например, многие люди и компании активно помогают тем, кому трудно, перечисляют средства на нужды стариков, детей и даже животных. Умеет понимать и принимать другие народы, что позволило русской нации создать невиданную в истории империю.
Владимир Ильич не удержался и подколол Николая Александровича:
- А вы, батенька, никогда не понимали русский народ, поэтому и расстались с троном. А то, что не подают, так это не от жадности, а из-за бедности. Жизнь такими сделала русского человека. Кто бы ему подал на пропитание. не от хорошей жизни Горбачев колесит по белу свету с протянутой рукой.
Вопреки ожиданию Николай Александрович не стал возражать Владимиру Ильичу.
- И то правда! - сказал он вздыхая. - Во времена оные то побогаче жили - не то что сейчас. Но, поверьте моему опыту, богачи жертвуют огромные суммы на церковь, чтобы она замаливала их грехи, фонды своего имени, а нищим - не подают милостыню. Милостыню дат простой русский мужик, да такая же простая русская баба!
Миллионы жертвуют ради рекламы, а последнюю копеечку отдаст тот самый русский человек достоинства которого вы так красочно описали. Сам с хлеба на воду перебивается, а нищим - подает. Так уж исстари на Руси повелось: помогать униженным и страждущим - сегодня ты помог, а завтра - тебе помогут. В лесу, вдоль рек строят заимки. В них необходимая утварь, продукты - вдруг человек заблудится, попадет в метель в заимке, дверь в которую не закрывается, он может укрыться от непогоды, а продукты - спасут его от голода. На государство, какое бы оно не было распрекрасное - социалистическое, или даже коммунистическое, надежды нет. От сумы, да тюрьмы - не зарекайся! - сказал Николай Александрович, предвосхищая возможные возражения со стороны Владимира Ильича.
Они незамедлительно последовали:
- Вас бы, гражданин Романов, за клевету на социализм, к ответу привлечь!
- Уже привлекали - и не единожды. Даже расстреливали! Никак забыли? Да где теперь те судьи? Сами вон с протянутой рукой вынуждены сидеть! Не рой яму другому - сам можешь в ней оказаться! Уверяю вас: мне - подадут, а вот вам - вопрос. Русский мужик отходчив, не памятует зла. Беженцев приютит. Много их по Руси Великой сегодня в поисках крова скитается, а будет еще больше. Не любит нас - русских, как говаривал поэт, н и гордый внук славян, ни фин, ни образованный тунгус, не говоря уж о калмыке. Велико терпение русского народа, но и оно не безгранично. В своем же гневе страшен русский человек! Быть великой беде! Великая смута грядет на Руси, - пророчествовал Николай Александрович. - Русский человек не прощает предательства, подлости, равнодушия, обиды в отношении близких и слабых. В конце концов рано или поздно забудет и эти обиды. «Когда тебя предали — это всё равно, что руки сломали. Простить можно, но вот обнять уже не получается» - говорил Л.Н.Толстой. Простит ли он вас - бомж Володя, который завел народ в тупик, я, право слово, не знаю.
Владимир Ильич - знатный спорщик - на удивление спокойно выслушал Николая Александровича и не возразил ему, хотя всем своим видом показывал, что готов ринуться в бой. Однако полемики не вышло, по той причине, что он заметил на груди
царя - батюшки не его груди не чёрно-жёлто-белый флаг Российской империи, а трехцветный значок с цветами флага России.
- Вас, гражданин Романов, как я погляжу, на старенькое потянуло - в президентских выборах решили участвовать, неужели думаете, что народ поддержит вашу кандидатуру? Может быть и в общество "Память" вступили?
Николай Александрович истово трижды перекрестился.
- Мы - демократы!- назвал он себя по привычке во множественном числе.
Его оговорка не ускользнула от внимания Владимира Ильича. Дискутировать с представителем черносотенной организации он считал ниже своего достоинства, поэтому ограничился краткой репликой:
- Знаем мы таких демократов! Вам бы только до власти добраться, а вешать будете потом. Но наш народ - не дурак! Его на мякине не проведешь! Лидер страны, от которого отвернулся народ, может повторно завоевать его доверие в том случае, если он имеет позитивную известность, политический авторитет, волю, профессиональный опыт, доброжелательное отношение к людям. Пользуется доверием у населения, которая сохраняется благодаря целенаправленной систематизированной деятельности лидера, важным составляющим ее становятся воплощение жизненных стратегий, высокие стандарты и эффективность деятельности. Доверие к политику может возникать, если им озвучиваются определённые ценности, схожие с ценностями электората. Быть честным и открытым. Лидер должен честно отвечать на вопросы, находиться в прямой коммуникации с людьми. А у вас он есть? Хорошо сказал о вас Шульгин - известный монархист, который принимал от вас отречение от царской власти: "Этот несчастный государь был рождён на ступенях трона, но не для трона!"
От себя добавлю: Из вас выйдет такой же президент, каким вы были и царем - пустым местом.
К своему несчастью, Николай Александрович не был знаком с трудами Ленина. А если бы читал их, то смог бы возразить Ленину его же цитатой: "Каждая кухарка должна научиться управлять государством." Вот и он научится!
Реальными кандидатами на пост Президента Небесной ССР были два человека: Сталин и Николай - 2. А за кого бы вы проголосовали, дорогой читатель? Пишите!
Николай Александрович, когда попал на Небеса, не сетовал на судьбу, н извергнувшую его с царского престола в придорожную пыль. "На все воля Божья!" - говорил он, когда его собеседник возмущался тем, что венценосная персона, святой новомученник, канонизированный православной церковью, пребывает не в свите Господа, а просит милостыню у придорожного столба, указывающего путь в Небесную ССР.
Когда в отделе кадров его, чтобы поиздеваться над ним, направили его на работу нищим, он не возмущался, а покорно принял это назначение. Он рьяно взялся за работу, но план не выполнял. В профсоюзе попрошаек его встретили настороженно, опасаясь того, что пользуясь своей известностью, он отобьет у них всех клиентов.
Вот почему Николаю Александровичу пришлось самому постигать все премудрости древнейшей профессии. Он много набил шишек, много шишек набили ему прохожие, коллеги по профессии потешались над ним, видя его промахи. Николай Александрович прошел все круги ада, пока досконально не овладел искусством просить милостыню. Но прошло время и Николай Александрович стал выполнять план, более того, считал что его призвание - просить милостыню. А во время Перестройки заслуженно выбился в передовики и получил значок "Гвардеец 12 пятилетки."
Николай Александрович не проявлял особого рвения в общественной работе. Числился наставником какого то оболтуса, не пропускал профсоюзных собраний, но ни разу не выступал на них - сидел ниже травы, тише воды.
За долгие семьдесят лет пребывания на Небесах, Николай Александрович ко многому привык, как и все верил обещаниям партии со дня на день построить на Небесах райскую жизнь, но так и н смог привыкнуть к хамству, беспардонности и грубости властей. С детства он привык к изысканным манерам, а здесь сплошной мат - перемат.
И Владимир Ильич тоже не отличался хорошими манерами. Сидеть и высматривать, когда появится прохожий, чтобы попросить у него милостыню - скучно. А Владимир Ильич вместо того, чтобы поддержать беседу - обсудить актуальные вопросы внутренней и внешней политики Небесной ССР, как то: поругать Горбачева за нерешительность, партию за - консерватизм, позлословить относительно видовой принадлежности неведомой зверушки, которым, вместо богатыря, разразилась плановая экономика, которая чуть - чуть беременна рынком, уставился на газету, которую постелил на камень на которой сидел Николай Александрович.
Николай Александрович, демонстрируя свое дружелюбие, привстал и вытащил из под себя газету "Правда" с передовицей и протянул ее Владимиру Ильичу со словами:
- Читайте, сударь!
Владимир Ильич, даже не поблагодарив, выхватил из рук Николая Александровича газету и углубился в чтение. Читая передовицу, Владимир Ильич бурно демонстрировал свое отношение к прочитанному: гневно притоптывал ногой, осуждающе цокал языком, бурчал что-то невразумительное себе под нос. На одном дыхании прочитал передовицу и вернул ее Николаю Александровичу. Николаю Александровичу надоело наблюдать за тем как Владимир Ильич реагирует на создание Российской Коммунистической партии, о чем шла речь в передовице, он, от нечего делать, вытащил из кармана несколько юбилейных рублей с изображением Ленина и стал их внимательно рассматривать.
- Что-то мало стали под вас подавать, Владимир Ильич, - сказал он, адресуя свои слова не к живому Ленину, сидевшему рядом, а - его портрету на монете.
Владимир Ильич, обдумывая передовицу, никак не отреагировал на его слова.
В надежде продолжить беседу, Николай Александрович несколько раз Владимира Ильича, но тот настолько углубился в свои мысли о создании РКП, что не услышал, что его несколько раз окликнули. Посетовав на невоспитанность некоторых небожителей, Николай Александрович вытащил из потайного кармана серебряный рубль со своим портретом. Натер его до зеркального блеска о рукав рубашки и бережно положил в фуражку поверх остальной мелочи. Вволю налюбовавшись своим портретом, он с сожалением спрятал серебряный рубль в потайной карман и безрадостно вздохнул:
- Рано! Еще не пришло время для конвертируемой валюты! - Не глядя, на ощупь вытащил из кармана другой рубль с памятником воину - победителю, который установлен в Трептов парке в Германии. - Армию у нас еще пока любят и чтут славную победу, поэтому должны подавать милостыню с большей щедростью. - Подперев голову руками, с тоской посмотрел на жалкую кучку монет, лежавшую в фуражке - сегодняшнюю выручку. - Сегодняшний план по сбору милостыни явно будет сорван!
Еще раз глянув на монеты, лежавшие в фуражке Николай Александрович заметил, что вместо юбилейного рубля, выпущенного к 20 - летнему юбилею Победы, он положил в фуражку тоже юбилейный рубль с изображением Ленина. На монете на фоне огромного серпа и молота вождь мирового пролетариата, вытянув руку вперед и вверх, указывал
праведникам, живущим по его заветам, правильный путь в счастливое сказочное далеко. Звездочка под его рукой была тем самым "далеко" - Небесной Советской Социалистической республикой. Неправдоподобно большой серп и молот указывали будущим небожителям на то, чтобы они н расслаблялись - на небесах их ждет не праздное безделье, а тяжелая работа по благоустройству небесной пустоши, именуемой в путеводителях чистилищем, которое сталинские квартирьеры, заплутавшие в бездорожье, нарекли социалистическим раем.
Николай Александрович и на небесах остался суеверным человеком. Он, как и большинство обывателей, верил в мистику и всякую чертовщину. Он мог часами - были бы только слушатели, расшифровывать кабалистику магических знаков и символов, окружающих лик творца социалистического рая. При случае, особо доверенным лицам, мог намекнуть на то, что звезда, которую так любят большевики, это - товарный знак Сатаны.
Желающих послушать самого Царя - батюшку - новоявленного святого, всегда хватало. Некоторые из них с помощью спиритических сеансов специально отправлялись в рискованное путешествие для того, чтобы пообщаться с святым пророком.
Заметив свою оплошность, Николай Александрович не спешил убирать из фуражки неконвертируемый рубль с изображением Ленина. Наоборот, порывшись в своих бездонных карманах, он вытащил еще несколько юбилейных рублей с изображением Ленина. Выложил их на ладони в ряд, потом рядом с ними положил имперский рубль со своим изображением и сравнил их. Имея дело с деньгами, Николай Александрович не плохо стал разбираться в тонкостях нумизматики - весьма точной науки. Удивляясь тому, что не заметил эту несуразицу сразу, он окликнул Владимира Ильича:
- Сударь, почему это вы смотрите налево, а рукой показываете направо. Эдак и заплутать недолго. К вашему сведению: в притче о втором пришествии Иисуса Христа, праведников ставят справа от Христа, а грешников — слева (Мф.25:31–34;41). Так куда идти небожителям: направо или налево? Поясните, милостивый государь!
Владимир Ильич не сразу сообразил о чем идет речь. Ожидая подвох со стороны своего главного классового врага - Николая -2 - он спросил:
- На что вы намекаете?
Николай Александрович протянул руку - на ладони лежали вряд три монеты .
- Господи, да ни на что я не намекаю! Всюду вам мерещатся заговоры, какие-то политические интриги. Вот, смотрите: видите, я, как и положено, смотрю направо. Вы же - в другую сторону - налево, где грешники. А на другой монете указываете правильный путь - к праведникам. Как прикажете это понимать, сударь?
Владимир Ильич внимательно посмотрел на монеты, лежавшие на ладони Николая Александровича. На одной из монет он, действительно указывал правильный путь не в социалистический рай, а - к звездам. Он сам лишь недавно, после разговора с художником - дядей Ваней - пришел к пониманию для чего предназначена Небесная
ССР - стать новым миром, в котором ему предназначено пройти путем Христа. Но, оказалось, что монета, посвященная этому памятному событию, уже отчеканена и не сегодня, а много десятилетий тому назад.
Владимир Ильичу очень хотелось хоть с кем-то поделиться его открытием о создании нового мира, но не рассказывать же об этом Николаю Александровичу. Чтобы закончить разговор, он сказал:
- Я - не силен в нумизматике! Наверное, так положено. - И в шутку добавил: - Не могу же я смотреть в ту же самую сторону, что и кровопиец - император!
Услышав эпитет, который уже давно вышел из обращения, Николай Александрович поморщился словно от зубной боли. Он мог бы поспорить с Лениным о том, кто из них больший кровопиец, но не стал этого делать. Ор продолжил прерванную тему:
- Нумизматика - точная наука. В ней с кондачка ничего не рисуется. Какая - ни будь завитушка на гербе - не просто завитушка, а что-то да обозначает. Например,
звезда. Знаете, что обозначает звезда?
Владимир Ильич устало махнул рукой.
- Мне бы ваши заботы!
- Нет, вы послушайте, - настойчиво сказал Николай Александрович. - Еще в мрачное средневековье знали, что Сатану можно вызвать, начертив на земле магический знак - пятиконечную звезду. Крест, а - не звезда - вот истинный символ революционера! Мученик же Христос может по праву считаться крестным отцом революционеров - коммунистов всех времен и народов. Вот почему вы и ваши последователи боролись с церковью.
Есть основания полагать, что Иисус Христос мог быть не только религиозным лидером, но и активным участником антиримского сопротивления. Его действия, слова и окружение свидетельствуют о том, что он был гораздо более радикальной фигурой, чем принято считать.
Христос не был против чего-то, Он просто хотел показать людям, что времена Ветхого Завета прошли, теперь Бог заключает с людьми Новый Завет. Христос не с кем не воевал, ведь Христос и Апостолы не убили не одного человека в своей жизни.
Христос ставил под вопрос религиозно-общественную систему вместе с культом и радикализировал пророческую критику несправедливости и ритуализма израильского народа. Он представлял собой беспрецедентный вызов для всей общественно-религиозной системы и её представителей, священников.
Иисус Христос учил людей общаться с Богом без религий и культовых сооружений. Из этих цитат Иисуса следует, что он не собирался создавать новую религию, а призывал верить Богу без посредников.
Иисус Христос никогда не готовил восстание, а шёл на добровольную крестную смерть за грехи людей. Он никого не хотел свергать, никогда не подговаривал народ против власти.
Христос был первым революционером в истории. Он совершил первую мировую революцию, дав свободу всем народам и племенам мира.
Иисус не был революционером в привычном смысле слова. Он не пытался захватить власть вооруженным путем, а когда его хотели сделать царем, уклонился. Его проповедь о любви к врагам была противоположна тому героическому образу кровавой битвы во имя Божие, которым грезили революционеры-зилоты.
Владимир Ильич усмехнулся:
- Если следовать вашей логике, то первым революционером надо считать... Сатану, дьявола - он восстал против изначального Божественного Миропорядка. Но лучше называть его Светоносным - в переводе с латинского - Lucifer. Про себя же Владимир Ильич подумал: "Ох, не так-то прост, оказывается, наш Николашка, как хочет казаться окружающим! Хотел бы я знать, что у него на уме?"
От себя позволю заметить, что они оба шли разными путями, но пришли к одному и тому же самому выводу: Небесная ССР нуждается не в человеке, способном поднять и повести за собой народ на революцию, а... Христе.
Владимир Ильич ревниво глянул на бывшего императора, а теперь на депутата Верховного Совета Небесной ССР и кандидата в Президенты, а как на конкурента. Владимир Ильич, к сожалению не понял главного: он собирался, как Христос, взойти ради спасения народа на голгофу, не замечая того, что это место уже давным - давно и прочно занято Николаем - 2.
Николай Александрович, не заявляя об этом громогласно, смиренно шел путем Христа долгие семьдесят лет и дорожный указатель, возле которого он просил милостыню, была его, а не Владимира Ильича, голгофой. Очевидный вывод напрашивался сам собой: если избрать Николая Александровича Президентом Небесной ССР наступит царство Христово. Владимир Ильич, думая о глобальных проблемах, н заметил очевидного: он решил принести себя в жертву и как нарисовал Художник Иван Иванович - руководитель бригады реставраторов - быть распятым на звезде. Этим Владимир Ильич все страшно запутал, такую кашу заварил, что ее вовек не расхлебать! Еще и Сталин со своей попыткой установить военную диктатуру, как на Земле, так и на Небесах, свои пять копеек вставил! Все это вместе взятое и привело к тем драматическим событиям, которые привели к памятным событиям августа девяносто первого года.
В планах спасения Космоса от саморазрушения, разработанных Владимиром Ильичом, Николаю Александровичу не нашлось места, поэтому он решил разгромить своего политического оппонента в пух и прах.
- Эва, куда вас занесло, батенька!- насмешливо воскликнул Владимир Ильич. -
Вы уже взялись учить нас революционной символике! Того и гляди, скоро, как в 190 году до кнута дойдет, а то и до виселицы! Знаем мы таких горе - политиков - навидались на своем веку! Нас на мякине не проведешь! На словах: плюрализм мнений, многопартийность, демократия, общечеловеческие ценности и прочая буржуазная чепуха, а на самом то деле одного хотите: вернуть утраченный престол. Пусть он будет по другому называться, но суть-то остается прежней - захватить власть в свои руки! Вот, что у вас на уме! Спите и водите себя Президентом - батюшкой! Все остальное: чепуха и сказочки для простачков!
Владимир Ильич разошелся не на шутку:
- Уже и звезда вам по нутру выдумываете про нее неизвестно что! Посчитали бы лучше звезды на американском флаге. Да будет вам известно, что в христианстве она символизирует пять ран Иисуса Христа или пять радостей Марии. Также считается символом круговорота в природе.
Сейчас пятиконечная звезда (Красная звезда) в России — символ Красной армии и молодого Советского государства. Она украшала буденовку и была на красном знамени. Попробовали бы вы во время гражданской войны сказать о звезде хотя бы слово - вас бы мигом к стенке поставили за контрреволюционные разговоры. Рабочий класс мигом бы объяснил вам за какие идеалы и под каким знаменем он сражается.
Народ еще в семнадцатом году разобрался куда и с кем, и под какими лозунгами и знаменем ему идти!
Николай Александрович был не согласен с Лениным, но прекрасно понимал, что спорить с ним абсолютно бессмысленно, так как он, благодаря марксиско - ленинской диалектике, мог легко доказать. что черное это - белое, а белое это - черное, что уже не единожды проделывал, руководя государством, когда, например, доказал, что поражение Германии и потеря огромной территории на самом деле это... победа революции. А введение в стране НЭПа, если воспользоваться словами Ленина, сказанными им по другому поводу, это "шаг вперед и два шага назад" и много, много других примеров.
В это время послушался далекий колокольный звон - где-то на Дальнем Востоке зазвонили колокола, созывая прихожан к заутренней молитве. Николай Александрович трижды размашисто перекрестился.
- Вот она - новая музыка России! Испокон - веков на Руси колокола созывали не только на молитву, а и на великие дела! Рано вы похоронили Россию, господин бомж!
Россия пробудится от вековой спячки, в которую впала благодаря вашей милости. В мире нет такой силы. которая сможет остановить ее! Уступите дорогу, господа - товарищи коммунисты, ваше время вышло! Это по вам звонят колокола! Прощай страна советов и здравствуй Великая Россия!
Неожиданно для Владимира Ильича Нколай Александрович прочитал отрывок из поэмы А.Блока "Скифы":
"Мильоны - вас. Нас - тьмы, и тьмы, и тьмы.
Попробуйте, сразитесь с нами!
Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы,
С раскосыми и жадными очами!

Для вас - века, для нас - единый час.
Мы, как послушные холопы,
Держали щит меж двух враждебных рас
Монголов и Европы!

Века, века ваш старый горн ковал
И заглушал грома, лавины,
И дикой сказкой был для вас провал
И Лиссабона, и Мессины!

Вы сотни лет глядели на Восток
Копя и плавя наши перлы,
И вы, глумясь, считали только срок,
Когда наставить пушек жерла!

Вот - срок настал. Крылами бьет беда,
И каждый день обиды множит,
И день придет - не будет и следа
От ваших Пестумов, быть может!

О, старый мир! Пока ты не погиб,
Пока томишься мукой сладкой,
Остановись, премудрый, как Эдип,
Пред Сфинксом с древнею загадкой!

Россия - Сфинкс. Ликуя и скорбя,
И обливаясь черной кровью,
Она глядит, глядит, глядит в тебя
И с ненавистью, и с любовью!...

Да, так любить, как любит наша кровь,
Никто из вас давно не любит!

Забыли вы, что в мире есть любовь,
Которая и жжет, и губит!

Мы любим все - и жар холодных числ,
И дар божественных видений,
Нам внятно всё - и острый галльский смысл,
И сумрачный германский гений...

Мы помним всё - парижских улиц ад,
И венецьянские прохлады,
Лимонных рощ далекий аромат,
И Кельна дымные громады...

Мы любим плоть - и вкус ее, и цвет,
И душный, смертный плоти запах...
Виновны ль мы, коль хрустнет ваш скелет
В тяжелых, нежных наших лапах?

Привыкли мы, хватая под уздцы
Играющих коней ретивых,
Ломать коням тяжелые крестцы,
И усмирять рабынь строптивых...

Придите к нам! От ужасов войны
Придите в мирные обьятья!
Пока не поздно - старый меч в ножны,
Товарищи! Мы станем - братья!

А если нет - нам нечего терять,
И нам доступно вероломство!
Века, века вас будет проклинать
Больное позднее потомство!

Мы широко по дебрям и лесам
Перед Европою пригожей
Расступимся! Мы обернемся к вам
Своею азиатской рожей!

Идите все, идите на Урал!
Мы очищаем место бою
Стальных машин, где дышит интеграл,
С монгольской дикою ордою!

Но сами мы - отныне вам не щит,
Отныне в бой не вступим сами,
Мы поглядим, как смертный бой кипит,
Своими узкими глазами.

Не сдвинемся, когда свирепый гунн
В карманах трупов будет шарить,
Жечь города, и в церковь гнать табун,
И мясо белых братьев жарить!...

В последний раз - опомнись, старый мир!
На братский пир труда и мира,
В последний раз на светлый братский пир
Сзывает варварская лира!"
Владимир Ильич без особого труда догадался, что было на уме у Николая Александровича. Он не мог допустить того, чтобы последнее слово в политической дискуссии осталось за оппонентом. Поэтому их дискуссия не закончилась на этой высокой ноте, как ошибочно полагал Николай Александрович, а была продолжена. Владимир Ильич с горькой усмешкой на лице спросил:
- Единая и неделимая?
- Прежде всего: суверенная, демократическая и, естественно, соборная.
- Этого то я и опасался. Все возвращается на круги своя! Печально, но, кажется, за девяносто первым годом наступит... тридцать седьмой.
- Намекаете на то, что Горбачев сможет узурпировать власть? - с беспокойством спросил Николай Александрович.
- Горбачев! При чем здесь Горбачев? При всем своем желании, в силу особенностей своего характера, он никак не сможет стать диктатором. Разве что... опереточным. Нет, угрозу демократии представляет не Горбачев, а тот, кто придет к власти на волне митинговой демократии.
- Ельцин? - предположил Николай Александрович, который, будь у него на то возможность, двумя руками голосовал бы за него на президентских выборах.
Владимир Ильич задумчиво повторил:
- Ельцин? Не думаю. Скорее всего кто-то из органов. КГБ, или как оно сейчас называется, еще не сказало своего последнего слова. Какая-то совсем малозаметная личность.
- Вы на кого намекаете?
- Я не намекаю, я - анализирую сложившуюся ситуацию.
Николай Александрович потребовал прямого ответа:
- А вы, вообще-то, за кого за Ельцина или Горбачева?
Владимир Ильич, лукаво глядя на Николая Александровича, сказал:
- Ни за одного, н и за другого.
- Нет вы поясните, что вы этим хотите сказать?
- Все очень просто: Я не верю Ельцину, который вышел из партии, а он, замечу, обязан ей всем, но я и против Горбачева, потому, что он... не вышел из партии.
- Не даром у вас по логике в школе была четверка, - съязвил Николай Александрович.
Перепалка между ними могла продолжаться еще бесконечно долго, но на дороге появился первый путник. Николай Александрович, работавший в Верховном Совете Небесной ССР "как правило", притупил к выполнению своих профессиональных обязанностей - просить милостыню.
- Подайте, Христа ради! - жалобно затянул он.
Возле них с озадаченным видом остановился представительный мужчина с заметным животиком в дорогом импортном костюме, который был располосован на неровные полосы. Думаю читатель легко узнал в нем Сидора Никаноровича. Владимир Ильич вместо того, чтобы присоединиться к Николаю Александровичу и просить милостыню, поинтересовался у него:
- Любезный, позвольте полюбопытствовать, кто это вам такую добротную вещь попортил?
- Неужели грабители напали? - испуганно воскликнул Николай Александрович и с тревогой покосился на фуражку с мелочью.
- Жена! - кратко ответил Сидор Никанороич.
- Жена?! - почти хором воскликнули Владимир Ильич и Николай Александрович.
- Он самая! Наслушалась старых бабок, дура набитая, о том, что грабители могут позариться на дорогой костюм и раскопать могилу еще и в туфлях дрелью дырки просверлила.
Владимир Ильич не удержался и задорно захохотал. Вволю насмеявшись, он заметил:
- Зато жарко не будет!
Его слова были восприняты Сидором Никаноровичем как намек на то, что на небесах его встретят не с распростертыми объятиями, а вовсе даже наоборот.
- Послушайте, мужики, а правду говорят, что у вас тут грешников на раскаленную сковородку сажают голым задом, да расплавленной смолой потчуют.
В место ответа Владимир Ильич спросил его:
- А что, есть за что?
Сидор Никанорович задумчиво почесал в затылке и чистосердечно признался:
- Наберется всякого разного, сказал он и пояснил: - Партийный я, - сказал он и тут же начал оправдываться: - Нужда заставила! У нас, ведь, как в Союзе то раньше было: если ты не член партии, то ты и не человек вовсе. О карьере можешь и не мечтать. а я всегда в Бога верил. Даже детей крестил для чего специально ездил в соседнюю область, где меня никто не знает. Пасху, Рождество, Троицу. как деды - прадеды отмечал. В церковь, правда не ходил, так как коммунист, а дома отмечал по тихому. Но на Президентских выборах за Ельцина голосовал. Как думаете, мужики, зачтется мне это на суде или нет?
-Покаяться никогда не поздно, - сказал Николай Александрович.
Услышав эти слова, Сидор Никанорович заметно оживился:
- Вот и я так думаю! Я, ведь и в партию-то вступил не по своей воле - заставили, ироды окаянные. А я, если хотите знать, всегда был против коммунистических идей, которые противоречат человеческому естеству. А всегда был сторонником рыночной экономики, частной собственности, демократии и верховенства прав человека над интересами государства. Но что я мог сделать против этого монстра - партии. Я - маленький человечишка букашка... Вот и молчал. Знал, что попробуй я сказать что ни будь против меня бы в порошок стерли.
Николай Александрович одобряюще похлопал его по плечу и сказал:
- Ты - не человечишка, не жалкая букашка, а - Человек! Человек с большой буквы!
Воспользовавшись удобным моментом Сидор Никанорович представился благообразному старцу:
- Сидор Никанорович Янаевский.
Николай Александрович показал на него рукой и сказал Владимиру Ильичу:
- Вот он - настоящий русский человек, с которым мы будем возраждать Святую Русь изначальную - новую Россию! - ОН повторил его имя и отчество: - Сидор Никанорович... Как звучит! Как звучит - песня да и только!
Надо заметить, что Сидор Никанорович стеснялся своего, как ему казалось, деревенского имени и зачастую представлялся незнакомым людям как Семен Николаевич. Николай Александрович в свою очередь представился:
- Николай, - сказал он, подав руку Сидору Никаноровичу.
Сидор Никанорович услышав, что его причислили к новым русским покраснел от смущения.
- Спасибо за доверие! - браво отрапортовал он. - Оправдаю! - И стал мучительно вспоминать бабушкины рассказы о святом Николае. Вспомнил, что на рождество святой Николай раздает послушным детишкам подарки. Еще бабушка в молитвах обращалась к какому-то Николаю - Угоднику и просила у него здоровья для себя и для близких. За что свтяой Николай он никак не мог вспомнить.
- Простите великодушно, запамятовал как вас по батюшке зовут?
- Александрович... Николай Александрович Романов.
Владимиру Ильичу надоел этот цирк и он уточнил:
- Божиею милостию Николай Вторы;й, Император и Самодержец Всероссийский, Московский, Киевский, Владимирский, Новгородский и прочая, прочая, прочая...
Сидор Никанорович всплеснул руками от удивления:
- Простите, Государь, не признал вас в этом маскарадном рубище! - заюлил он и вместо того, чтобы пожать протянутую руку, принялся ее... лобызать. - Как я рад... Как я рад... Даже не мечтал о том, чтобы удостоиться такой высокой чести - разговаривать с вами. Без слез и содрогания не мог спокойно читать о вашей казни.
Дитя малое -сына - цесаревича Алексея - не пожалели бусурмане окаянные! - Он погрозил кому-то кулаком, очевидно, своим однопартийцам. - Народ проклянет коммунистов за их кровавые злодеяния! За все ответят! - Он даже процитировал подходящую цитату из Евангелия: - "Ибо каким судом судите, таким будете судимы" от Матфея, глава 7, стих 2.
Владимиру Ильичу было противно наблюдать за тем, как коммунист либезит перед Государем и проклинает своих однопартийцев.
- Послушай-ка, любезный, а лично тебе чем коммунисты то не угодили? - спросил он.
Сидор Никанорович особо не приглядываясь к попрошайке отнесся к нему как к обыкновенному нищему. За то время, что Сидор Никанорович работал первым секретарем обкома партии, ему пришлось немало повозиться, чтобы очистить областной центр от этого сброда. Он умел разговаривать с этими отбросами общества. Но это было на Земле, на Небесах же, если верить первой Заповеди Блаженства Нагорной проповеди Иисуса Христа, "Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное". (Мф. 5:3) То есть нищие, которые смирили гордыню и униженно просят милостыню в рай попасть значительно легче, чем богачу. Уместно вспомнить, наверное, слова Марка: "Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, нежели богатому войти в Царствие Божие". Евангелие от Марка (10:25).
Сидор Никанорович грозно глянув на Владимира Ильича, рявкнул:
- Не с тобой разговаривают! Даже здесь от этого сброда прохода нет! - пожаловался он Николаю Александровичу. Николай Александрович ничего не сказал по поводу отбросов общества, но повторил вопрос Владимира Ильича. Сидор Никанорович охотно ответил:
- Мне, если хотите знать, партия всю жизнь поломала и в могилу свела!
- Вот даже как?! - ужаснулся Николай Александрович. - Как я вас хорошо понимаю! Мы с вами, можно сказать, коллеги по несчастью.
- Именно так! Мне полгода оставалось до пенсии. Я работал секретарем обкома это - что-то вроде... губернатора, - пояснил он. - Но пришлось уйти по собственному желанию.
- Генеральская должность, - заметил Николай Александрович. - Дворянское звание полагается.
Сидор Никанорович притворно замахал руками.
- Какой из меня дворянин? Лапотник я - крестьянский сын.
- Я могу привести массу примеров, когда простой крестьянин получил дворянский титул. Например: Осип Иванович Комиссаров-Костромской — костромской крестьянин, стал дворянином после того, как спас императора Александра II от смерти в 1866 году. Но наиболее известен Никита Демидов — основатель династии уральских промышленников Демидовых, был родом из государственных крестьян. И еще массу других примеров. Так что вы зря уничижаетесь.
Чтобы потрафить вкусам Николая Александровича, Сидор Никанорович для виду сказал:
- Бедная, бедная Россия ничего русского в ней не осталось. Наш областной центр закрытый город, так как в нем находится много важных военных предприятий. В городе всегда был образцовый порядок. Прилавки магазинов от продуктов, конечно, не ломились, но всегда можно было купить все самое необходимое. Кроме того на предприятиях были продуктовые заказы с самыми дефицитными продуктами. Одним словом, кормил народ не хуже, чем в Москве.
- Сняли? - предположил Владимир Ильич.
Сидор Никанорович грозно глянул в его сторону, но ничего не сказал. Что-то в лице нищего показалось ему знакомым. Он явно раньше уже видел где-то эти хитрющие глаза. Но Сидор Никанорович не придал этому значения. Он развел руками и сказал:
- Сняли... - тяжело вздохнул и пояснил: - Побывал в Японии с деловым визитом - связи налаживал с бизнесменами. Совместный завод хотели построить по выпуску микроэлектроники. На суточные машину купил, правда, подержанную. Сына женил вот и решил ему свадебный подарок сделать. И машина то, Господи, тьфу - одно название! Развалюха - развалюхой. Все покупали, ну я и поддался массовому психозу... Ну, а когда в области прознали о моей покупке, такой шум подняли наши местные горе - демократы - жуть. Пикет устроили с плакатами под зданием обкома. Прессу подключили, телевидение. Даже по ЦТ сюжет показали. Вот и пришлось написать заявление об увольнении по собственному желанию. А все этот виноват... - Кто именно виноват Сидор Никанорович не сказал, но он явно имел ввиду Горбачева. Не назвал он его фамилию по ой простой причине, что посмотрел в сторону Владимира Ильича - того самого представителя народа, который митинговал под зданием обкома, открыл рот, чтобы сказать, но так и не сказал, потому что, наконец-то, узнал Владимира Ильича. Так и простоял с открытым р том несколько минут. Потом все ж таки сумел выдохнуть из себя: - Владимир Ильич... Товарищ Ленин...
- Он самый.
Николай Александрович подтвердил:
- Гражданин Ульянов собственной персоной.
Сидор Никанорович растерялся и не знал, что ему говорить.
- Владимир Ильич, как так... Вы и - здесь! Но почему... - несвязно лепетал он.
Николай Александрович хотел объяснить, что нищим работает он, а Владимир Ильич сидит здесь по собственной инициативе. Но Владимир Ильич не дал ему это сделать, чем ввел Сидора Никаноровича в заблуждение о том какое место занимала партия в Небесной ССР.
- Неважно! - сказал Владимир Ильич. - Где хочу, там и - сижу. А ты вот что мне скажи, кормилец, тебе не стыдно было в Японии по помойкам лазить, да машину на свалке покупать? Ты какой - ни какой, а секретарь обкома, губернатор области, как ты сказал. Ты не мог подумать своей головой что напишут в Японии о твоей покупке? Губернатор из нищей России купил на свалке развалюху и безмерно счастлив от своей покупки! Лучше бы ты уж купил там самый навороченный Мерседес или Форд последней модели, а - не развалюху! тогда бы не было так стыдно за Россию - Матушку, которую ты опозорил.
Чего тебе не хватало в жизни? Всего было вдоволь: и спецпаек, и спецмагазин, служебный автомобиль, казенная дача... Партия все дала, чтобы ты служил ей верой и правдой. Тебе этого оказалось мало. Правильно сделали, что уволили тебя, я бы и из партии выгнал, чтобы другим было неповадно.
Как стыдно... Как стыдно... Мне стыдно, что такие коммунисты пошли.
Сидор Никанорович понял что сболтнул много лишнего о партии, о себе, но что-то исправить было уже поздно. "Разоткровенничался... - подумал он. - Кто, спрашивается за язык то тянул? Можно было, конечно, пустить слезу, как он не раз делал, искренно раскаяться... Но, спрашивается, перед кем? - он бросил взгляд на Владимира Ильича. - Порошенное пальто, борода до пояса, замызганная кепочка, сидит с протянутой рукой... Нет, было бы перед кем унижаться! Если сам вождь просит милостыню, то партия здесь явно не в почете! Иного и быть не может - коммунисты безбожники и в Царстве Божьем им нет места!" - сделал он, как ему казалось, правильны вывод о роли и месте партии в Небесной ССР. Если бы Сидор Никанрович знал о том, какую ошибку он совершил, ползал бы на коленях в ногах Владимира Ильича и просил бы пощадить его.
Лучшая оборона - нападение и Сидор Никанорович пошел в атаку:
- А сам то чем занимаешься? - накинулся он на Владимира Ильича. Кто бы знал, как приятно тыкать Вождю, резать правду - матку ему в лицо - о подобном счастье он и не мечтал. - Милостыню просишь! А, может быть, ты партийные взносы собираешь? Я как раз за последние два месяца не заплатил! - Он вытащил из потайного корманчика брюк, о существовании которого жена не подозревала, заначку - сто рублей и помахал ими перед носом Владимира Ильича. - Могу уплатить. Сдача найдется?
Владимир Ильич протянул руку для того, чтобы взять деньги, но Сидор Никанорович торопливо спрятал их, а Владимиру Ильичу показал кукиш.
- А вот это - видел? На Земле тридцать с лишним лет кровь сосали - заставляли партвзносы платить и на Небесах норовите в карман залезть! Кровососы! Ненавижу! Из-за ваших дурацких принципов всю жизнь должен был нищим притворяться. В Японии, не говорю уже про США, нищий на мусорке лучше живет, чем я - первый секретарь обкома партии - бог и царь в масштабах области. Социальная справедливость... Все - для блага народа... Все во имя человека... А где вы видели этот ваш распрекрасный народ? Кругом одно быдло! Готовы в грязи, впроголодь жить, лишь бы сосед не жрал копченую колбасу. Машину, видите ли, я привез из Японии - какой ужас! Квартиру сыну вне очереди дал... Да если бы не вы - коммунисты - мой сын бы во дворце жил. - Он с ненавистью посмотрел на Владимира Ильича. - Сусанин хренов! Завел народ черти куда, сам с протянутой рукой стоит - милостыню просит, а туда же - мораль читает. - Он скомкал сторублевую купюру и, испытывая огромное наслаждение, швырнул ее в лицо Владимира Ильича. - На, подавись моими кровными!
Сто рублей упали возле ног Владимира Ильича, он не сделал малейшей попытки поднять их. Николай Александрович нагнулся и хотел поднять сто рублевую купюру, но Сидор Никанорович остановил его гаркнув:
- Не смей, Государь делать этого! Пусть этот - чей портрет на купюре - в ножки мне поклонится - для того его здесь и поставили, чтобы он каждому прохожему, которого завлек своими байками о счастливом будущем в пекло, в ножки кланялся, да благодарил за подаяние. Это - похлеще будет, чем с утра расплавленную смолу пить. - Он смотрел прямо в глаза Владимиру Ильичу. Владимир Ильич не отвел глаза. Со стороны все происходящее напоминало детскую игру "Гляделки". Правила ее просты: кто первый моргнет, тот - проиграл.
Николай Александрович пристыдил его:
- Что же вы, гражданин, деньгами разбрасываетесь? Хамите... Не хорошо это!
- А пошел ты... - выругался Сидор Никанорович, который слетел с катушек. - Тебя же в... - в каком именно году это произошло, Сидор Никанорович не помнил. - Тебя и всю твою семью по его приказу шлепнули, а ты его защищаешь! Да у нас сейчас - в Союзе - простые мужики его памятники дегтем мажут. Скоро его мумию из Мавзолея за ноги вытащат, да сожгут на лобном месте, а пепел развеют, чтобы и духа его не осталось в России! - Сидор Никанорович по прежнему с ненавистью смотрел в глаза Владимиру Ильичу.
Владимир Ильич был не робкого десятка и не испугался грозного вида Сидора Никаноровича. Кому- то другому он может быть и поклонился в ножки, да не один раз, но только н Сидору Никаноровичу
Николай Александрович воспользовавшись тем, что о нем забыли, изловчился и поднял сторублевую купюру с земли и протянул ее Сидору Никаноровичу.
- Забирайте свои деньги - они вам самому еще понадобятся - и - уходите! Разговор с вами мне до крайности неприятен!
- Спелись... На пару, значит, работаете: один - на жалость давит, другой на - сознательность. Ловко! А деньги... Деньги оставьте себе. У нас тоже гордость имеется! Да и, если говорить искренно, вы их - деньги - честно заработали. Посмотрел на вас обоих и на душе легче стало. Теперь и смола слаще меда покажется. Никогда на душе так хорошо не было, как сейчас! Вот, что значит выговориться. Столько лет молчал и не резал правду - мату в глаза, а это, оказывается, так здорово! - Он глянул сначала на Владимира Ильича, потом на Николая Александровича, после чего спросил у них: - Никак в толк не могу взять, чего вы в семнадцатом году не поделили? Вы прекрасно работаете в одной команде! Если бы тогда миром поладили, так мы бы сейчас во то крат лучше жили, чем сейчас. - Он повернулся и, не прощаясь, ушел, но остановился и крикнул: - Ерунда все это - так бы и жили, как живем сейчас, а то и хуже! - Сидор Никанорович вернулся и подошел к Владимиру Ильичу. - Хотите правду услышать, Владимир Ильич?
- Да уж наслушались мы вашей правды, гражданин - товарищ, - сыты ею по горло! - Ступайте себе с Богом к месту назначения и не отвлекайте от работы. Вон новые гости к нам идут. Нам план надо выполнять, а не разговоры говорить! - сказал Николай Александрович.
Сидор Никанорович подчеркнуто вежливо холодно сказал Николаю Александровичу:
- Простите, Ваше высочество, не с вами разговаривают. Ваше дело - сторона. Отойдите и не мешайте двум коммунистам откровенно поговорить между собой.
Владимир Ильич поправил его:
- Как бывший коммунист! Вы себя из партии сами исключили.
Сидор Никанорович на сей раз не стал возражать Владимиру Ильичу и неожиданно согласился:
- Хорошо, пусть будет так, как вы сказали. Думаю, что потеря для партии будет не велика. Если по правде сказать, то коммунист из меня был хреновый. Так, тянул лямку от сих - до сих. Говорил правильные слова, но сам не верил в то, что говорю. Работа - престижная. Опять же льготы всякие... Уважение окружающих. Чего бы не работать? С партией мне удобно было. С какой стати я бы стал ненавидеть ее?
Это тоже самое, что ненавидеть строптивую корову - кормилицу. Обидно стало, вот и наговорил всякой ерунды. Если я кого-то по настоящему ненавижу, так это наших доморощенных демократов. И знаете за что?
- Догадываюсь...
- Думаете, что испугался их разоблачений? Как бы не так! Плевать я на них! Чего мне бояться то? Домик за городом построил, детишек квартирами обеспечил, работенку им непыльную, но хлебную, подыскал, да и денежки кое какие имеются - живи - не тужи на пенсии в свое удовольствие - рыбку лови, по грибочки ходи, в садике ковыряйся - красота!
А вот у наших, так сказать, демократов - ни кола, ни двора. Вот кому надо гласности бояться! Годик - другой, а то и того меньше, на голом энтузиазме продержатся, а потом пойдут, как миленькие, по проторенной нами дорожке. Деваться то им не куда! Всем хочется жить по человечески. Только они дальше нашего пойдут, ведь над ними не висит как домоклов меч ни обком, ни ЦК, ни комиссия партийного контроля. Приструнить их не кому. А общественность , это все - сказки для наивных дурачков.
Между прочим, председатель их партии машину в Японии круче моей купил, а пресса - молчок. Ему можно, он - демократ из демократов. А меня второй секретарь, которого я сам же, дурак, в люди вывел, подставил. В 37 году в НКВД стучали на начальника, когда хотели занять его место, а сейчас демократов подключают. В НКВД хоть какая-то видимость закона была, а у этих - демократов - революционная сознательность, как у большевиков в гражданскую войну. Я не коммунистов, ни партию ненавижу, а - большевиков. А нынешние демократы и есть самые настоящие большевики. Жаль мне Россию-Матушку, демократы вновь ее до гражданской войны доведут.
Владимир Ильич заметил:
- Интересная параллель! Мне это не приходило в голову.
- Уж такая интересная, такая интересная, что жуть берет, когда подумаешь о том, каких дел демократы наворочают, когда до власти дорвутся. Вот почему я их ненавижу всеми фибрами своей души. Они - демократы - кровь от крови, плоть от плоти большевистской партии! Даже лозунги одни и те же самые: "Вся власть - Советам!", "Земля - крестьяам!", "Фабрики - рабочим!", "Долой буржуазное правительство!"... Можно их всем скопом в вашу, - он подчеркнул это слово, - большевисткую партию принимать.
Толпа тое суток скандировала под стенами обкома: "Позор!", "В отставку!" Глянешь в их фанатичны глаза - жуть берет! Страшно становится... Нет, не за себя - мне уже нечего бояться - за страну страшно! За Россию - Матушку страшно! Страна уже созрела, нет - перезрела для диктатора. - Он, не прощаясь, повернулся и решительным шагом пошел к воротам Небесной ССР возле которых кипели свои страсти.
Владимир Ильич долго смотрел ему вслед. Когда Сидор Никанорович смешался с толпой, Владимир Ильич воскликнул:
- Какой интересный субчик! Однако, каков молодец - сотенную не пожалел! Знай, мол наших! Вот она та самая загадочная русская душа, которую никак не могут понять на западе. Бюрократ до мозга костей, взяточник, карьерист и, вообще, - малопривлекательная личность, а копни его поглубже - его душа - сплошная рана. И, ведь, не за себя, мерзавец переживает, хотя и не знает о том, что ждет его впереди, а за - Россию!
Николай Александрович поздравил Владимира Ильича с почином и посоветовал ему, как человек в этом деле - попрошайничестве - более опытный, дорабатывающий свою последнюю смену, так как пора вплотную заняться избирательной компанией по выборам Президента, да и достойная смена появилась:
- Вы, сударь, милостыню просите, а не партийные взносы собирайте!
Давайте поищем

Небесная ССР http://proza.ru/2026/01/05/321
Глава 12

      Что ж, дорогой читатель, настала пора познакомиться еще с одним героем романа. Прошу любить и жаловать: Михаил Сергеевич Горбачев - собственной персоной.
      Из уважения к закону, защищающему честь и достоинство, хоть и бывшего, но все ж таки президента, опустим сцену встречи Михаила Сергеевича с... Андроповым. Можно легко представить, что испытывает человек, который увидел посреди ночи призрак, парящий над кроватью. Призрак, вовсе не загробным, а самым обыкновенным, более того - знакомым, голосом пригласил его на... заседание Политбюро Коммунистической Партии Небесной республики.
     Доклад на Политбюро ЦК КПСС о проекте нового Союзного Договора Михаил Сергеевич уже сделал утром, поэтому он решил, что Андропов ему снится. Позже, как не пытался  Андропов разубедить Горбачева в том, что все происходившее с ним на Небесах, вовсе не сон, а самая настоящая реальность, Горбачев так и не поверил ему. Вот почему, очевидно, на Небесах Горбачева не беспокоили вопросы как сохранения жизни во Вселенной, так и вопрос дальнейшего существования Вселенной, целостности Союза, а вопрос его личной безопасности, что вполне оправданно, когда уверен в том, что это не реальность, а - сон. Вот почему, когда Михаил Сергеевич благополучно вернулся после путча из Фороса, спустившись по трапу президентского самолета, он ответил на вопрос журналиста о том, что ему известно о Путче, он ответил: "Всей правды о ГКЧП не расскажет никогда." А что ему, собственно говоря, было рассказывать о том кошмаре, который ему снился все три ночи в Форосе? Нет, уж увольте! Как - никак он - президент, а не сказочник. Но Михаил Сергеевич не знал главного: из Фороса вернулось лишь тело, а душа осталась странствовать по Небесам и воссоединилась на недолгое время с телом после смерти его жены - Раисы Максимовны, которую ненавидели все женщины Советского Союза больше, чем ее мужа, за то, что она десяток раз на день меняла наряды. А после похорон жены душа Горбачева навсегда покинула его тело и отправилась странствовать по бескрайним просторам великого бесконечного космоса. Если же я не прав, как вы объясните тот факт, что Горбачев ни как не прореагировал а отстранение его от власти, развал Союза и вооруженные конфликты на его окраинах в бывших, некогда братских, союзных республиках. Да и позже, когда Горбачев жил в Германии, в немногочисленных интервью иностранным средствам массовой информации, он был безэмоционален, даже в  те минут, когда рассказывал о страшных вещах, точно перед вами был не живой человек, а робот. Я все ждал, когда же у Горбачева проснется совесть и он хоть каким-то образом признается в том, что в развале СССР есть  и его вина, не говоря о том, что именно, благодаря его непродуманным реформам, и развалился Советский Союз. Но этого так и не произошло. Виновны были все, кроме него самого. Даже в своем последнем интервью, которое он дал менее чем за год до смерти, уже тяжело больной - его возили на коляске, так как он не мог самостоятельно передвигаться, Горбачев так и не покаялся перед людьми в своих грехах и не признал своей вины в развале СССР. Рассуждал о короновирусе, ядерной безопасности, а народ ждал от него покаяния!
      Услышав от призрака о том, что его приглашают на заседание Политбюро, Михаил Сергеевич повернулся на другой бок и заснул с чистой совестью  и захрапел, так как знал, что доклад на заседании Политбюро ЦК КПСС он сделал утром. Душа же Михаила Сергеевича, подчиняясь партийной дисциплине, отправилась вместе с Андроповым в Небесную ССР.
      И вот они уже бредут с Андроповым по небесным хлябям, оживленно дискутируя о событиях 1991 года. Мы уже с вами, дорогой читатель, обсуждали вопрос о том, как обращаются друг к другу однопартийцы, поэтому пусть вас это не коробит. Со времен Ленина в партии заведен порядок, когда коммунист беседует с коммунистом, они обращаются дуг к другу на "ты". Кстати, Владимир Ильич не был в этом оригинален. Если говорить по правде, то это было предложение... Христа. Да, первые христиане называли друг друга «братьями». В книгах Нового Завета часто встречается обращение «брат», «братья», «братия». Это связано с тем, что Христос учил относиться к людям как к братьям: «один у вас Учитель, всё же вы — братья», — говорится в Евангелии от Матфея. Да и к Богу христиан обращаются тоже на "ты". Такое обращение отражает близость и теплоту отношений, так как Бог считается самой близкой личностью во Вселенной.
       - Сколько лет мы с тобой не виделись, Юра?
       - Семь...
       - Надо же, как время быстро бежит! - безрадастно вздохнул Горбачев - Вот и мне стукнуло уже 60 лет. А у нас, Юра, в Союзе такие перемены... Общество бурлит, люди митингуют на площадях...
       - Наслышаны, - многозначительно сказал Юрий Владимирович.
        Услышав в его голосе неодобрительные нотки, Михаил Сергеевич, словно отчитываясь, стал перечислять свои, так называемые "успехи":
       - Войска вывели из Афганистана... В Европе тоже - большие перемены: ГДР и ФРГ объединились... Мы вывели сои войска из стран Восточной Европы... Военного блока Варшавского договора больше нет... Мы поменяли наш внешнеполитический курс - проводим политику нового мышления... И, вообще, Юра, весь мир восхищается нами, нашей перестройкой, демократизацией и гласностью, - с присущим ему оптимизмом хвастался своими успеха ми Михаил Сергеевич. - Я теперь, между прочим, не только Генеральный секретарь, но и - Президент! Нобелевскую премию мира получил. Помнишь, как Леня - Брежнев - мечтал о ней, - хихикнул Михаил Сергеевич, - но ему так и не дали, а мне - дали, - намекнул он на звездную болезнь Леонида Ильича, которая и привела его на небесах в бригаду реставраторов.
      Юрий Владимирович пояснил по своему - по простому - причину, по которой Леониду Ильичу так и не дали Нобелевскую премию:
      - Да рожей не вышел! А тебе, вот, дали... Только интересно - за что?
      - За выдающийся вклад в дело мира.  За ведущую роль, которую я сыграл в радикальных изменениях в отношениях между Востоком и Западом, - процитировал он решение Нобелевского комитета. - Благодаря мне, с холодной войной покончено.
      - Холодная война якобы закончилась, во что, правда, верится с трудом, да горячая началась в бывших союзных республиках! Того и гляди, у нас полыхнет!
      - Ну ты, знаешь, не очень то... - обиженно буркнул Михаил Сергеевич. Насупившись, он спросил: - Тебе то, Юра, чем я не угодил? Не тем ли, что после твоей смерти Андроповск опять в Рыбинск переименовал? - В голосе Михаила Сергеевича была изрядная доза желчи.
      - Андропов пожал плечами и философски ответил:
      - Барин - дал, барин - взял! Мне от этого, как говорится, ни холодно, ни жарко.
      - Не юродствуй, Юра, тебе это не идет. Тебе напомнить, что ты обещал мне, когда вводил в состав Политбюро?
      - На память пока не жалуюсь.
      - Это прекрасно, но после твоей смерти Генсеком избрали не меня, а  Черненко. Но я из-за этого не затаил на тебя обиду. Ты в этом назначении не виноват.
      Юрий Владимирович утвердительно кивнул головой и спросил у Михаила Сергеевича:
      - Миша, объясни мне зачем ты превозносил эту старую канцелярскую крысу до небес? Убеждал народ в том, что, избрав Черненко Генеральным секретарем, "партия тем самым продемонстрировала единодушие, верность ленинским ленинскому знамени и делу Великого Октября"! - процитировал он выступление Михаила Сергеевича на Пленуме ЦК КПСС после избрания Черненко Генеральным Секретарем. - Ладно бы только члены ЦК слышали эти слова - они прекрасно знали почему ты их сказал, но их широко растиражировали средства массовой информации. А ты позже никак не мог понять почему народ тебе е поверил, а Ельцину - поверил.
     После продолжительной паузы Михаил Сергеевич укорил Юрия Владимировича:
     - Это - удар ниже пояса! Меня заставили!
     - Понимаю, что ты сказал эти слова не по своей воле. Но мог же отказаться от выступления или не говорить эти высокопарные слова, а просто - поздравить Черненко с избранием  и - все.
     Михаил Сергеевич объяснил причину своего выступления на Пленуме ЦК КПСС:
     - Я должен был так сказать, чтобы не расколоть партию!
     - Ах, во он что: ты, оказывается, партию спасал от раскола... - иронично сказал Юрий Владимирович. - А я то, старый дурак, грешным делом подумал, что ты свою собственную шкуру испугался, а ты на самом деле за партию переживал это - похвально. - Он бросил мимолетный взгляд на Горбачева и уверенно сказал: - Сдается мне, что ты, все ж таки, больше о себе думал, чем о партии. У нас ее - партию - скоро в подолье загонят, а ты что то и в ус не дуешь по этому поводу.
     Михаил Сергеевич с вызовом посмотрел на Юрия Владимировича.
     - А если даже и так?! По-твоему мне надо было, закусив удила, с криком: "Даешь перестройку!" -кинуться в атаку? - И не дав возможности Андропову ответить, сказал: - А что бы это дало? Кто бы меня поддержал? Рашидов... Кунаев...
     - Сомневаюсь...
     - А тут и сомневаться нечего - сожрали бы с потрохами!
     Андропов подтвердил:
     - Сожрали бы и не подавились.
     - Зачем же ты тогда упрекаешь меня в трусости? - с обидой сказал Михаил Сергеевич.
     Андропов попытался его успокоить:
     - Не горячись, Миша, не горячись... Я много думал об этом. Свободного времени у меня теперь, как ты понимаешь, хватает, - он с горечью ухмыльнулся, но тут же взял себя в руки. - О многом, можешь поверить, передумал. О многом...
     Михаил Сергеевич, однако, не пожелал услышать от своего бывшего шефа какие - либо спасительные рецепты, до которых ни он, ни Президентский Совет не додумались бы, поэтому лишь снисходительно улыбнулся в ответ, мол "Сами с усами!" и можем другим посоветовать. Что греха таить, любил Михаил Сергеевич поговорить на любую тему и во всех он был специалистом, а слушать любил только себя самого - любимого.
    - А ты, Миша, не смейся, а послушай меня - старика! Мне кажется, что причина
всех наших неудач, в том числе это касается и меня самого, кроется в том, что мы - коммунисты - много говорим о ведущей роли масс в обществе, но не доверяем своему собственному народу. Заигрываем с ним, но в душе то боимся его и не знаем чего хочет наш народ, о чем думает. Впору вспомнить слова Ленина о декабристах:
"Страшно далеки они от народа!" Эти его слова можно сказать и о нашем руководстве. Да что далеко ходить, вспомни, что ты сам говорил: "В громадном деле перестройки мы, коммунисты, опираемся прежде всего на высокую сознательность и организованность, общественную инициативу и большие трудовые дела рабочего класса, ведущей политической силы нашего общества.
      Цель перестройки — раскрепостить человека, сделать его хозяином своей судьбы и страны."  - процитировал о слова Горбачева. - Если меня не хочешь слушать, тогда задумайся над тем, что сам говорил.
      Мы льстим нашим людям, заигрываем с ними, пытаемся подкупить, повышая зарплаты, называем народ Великим, а про себя то думаем, что большая часть народа - пьяницы, да лодыри. Я здесь - на небесах - всяких перевидал. Есть безусловно и пьяницы, и лодыри, и преступники, но большая часть народа нормальные честные трудяги! И скажу тебе откровенно: многие из них с большим успехом, чем мы, в Политбюро заседать!
     - Насмотрелся я на твой хваленый народ на Съезде народных депутатов СССР...
     - А это - не народ, Миша, а - народные избранники! Народ то, Миша, в очередях толкается, чтобы отоварить талоны, да положенную бутылку водки купить причем не для себя, а для того, чтобы, например, с сантехником рассчитаться. А очереди это - главный рупор перестройки, та самая гласность, о которой ты так много говоришь с различных трибун. Послушал бы ты, что в очереди то говорят о тебе и твой перестройке, тогда, может быть, задумался о том что что-то не так ты делаешь! Дожили: в Москве хлеба нет! При Сталине за такое головотяпство к стенке ставили, а при Брежневе с работы гнали в три шеи, а ты - молчок! Временные, мол, трудности! Выпрашиваем у Америки ножки Буша и покупаем их за валюту, которую берем в кредит. - Юрий Владимирович с трудом взял себя в руки и, успокоившись, продолжил: - Ты боишься, что народ не поймет тебя, не поддержит... А, вдруг, Миша, поддержит? Ведь тогда бы и перестройка по другому пошла бы. И к тебе было бы совсем другое отношение. Уверен в том, что народ понял бы, что ты начал очищение с самого себя, в себе самом переборол раба. Знал бы, что не безликая партия начала перестройку, а - коммунист Горбачев!
       Ты много говоришь о привилегиях чиновников, призываешь отказаться от них, а сам тем временем отгрохал президентскую резиденцию в Форосе, откуда я вытащил тебя. Думаешь народ слепой и не знает об этом? Или чиновникам нельзя, а тебе - можно? И, пожалуйста, поговори с супругой - пусть угомонится немного. Ей поскромнее надо быть и не менять наряды по десять раз а день, за что ее ненавидят все советские женщины!
       Михаил Сергеевич искренно возмутился:
       - Приехали, уже и Раиса Максимовна не угодила народу!
       - Скромнее надо быть, Миша, скромнее... Вспомни как Сталин ценил "скромность товарища Ленина и его мужество признать свои ошибки". Да и сам Иосиф Виссарионович не раскошествовал "Не кичливость, а скромность украшает большевика", - говорил он.
       - Мне кажется, что пора прекратить этот пустой разговор, пока мы окончательно не перессорились с тобой. Какая разница кто начал перестройку партия или лично я? Начнем с того, что идея начать перестройку принадлежит тебе. Я лишь пытаюсь доделать то, что ты начал.
       - Большая разница. Миша! Жаль, что ты не видишь этого. Вместо того, чтобы, как я, гнать поганой метлой из ЦК, обкомов, горкомов удельных князьков с партийными билетами в кармане и психологией рецидивиста, что было бы понятно простым людям, которые стонут от их самоуправства и самодурства, ты дал им срок на... исправление! Защитил их авторитетом партии и тем самым поставил партию под удар чего ни в коем случае делать было нельзя.
      - Да меня самого, если бы я без предварительной подготовки разворошил это гнездо, в двадцать четыре часа убрали!
      - А народ? Народ о котором ты много говоришь!
      - А что народ? Народ со времен Бориса Годунова безмолствует, что верно подметил наш классик - А.С.Пушкин. Убрали бы меня по тихому, как Хрущева. Все было бы шито - крыто - не подкопаешься. Единодушно проголосовали бы на закрытом заседании Политбюро о моем увольнении и - с глаз - долой, из сердца - вон! Поэтому не тебя меня учить! За тобой стоял аппарат КГБ, а кто меня поддерживал? Раз, два и  - обчелся!
      - А Ельцина?
      - Когда его снимали с должности первого секретаря Московского горкома партии, совсем другое время было. ОН знал, что его никто не тронет, вот и изобразил из себя мученика демократии. Народ из жалости и избрал его Президентом России. У нас любят сирых, да убогих. А Ельцин вдобавок еще и - пьяница, а это в России лучшая рекомендация - наш человек, почему бы н избрать в доску своего парня?!
      - Дело в другом, Миша! В том, что Ельцин не побоялся бросить вызов системе, пусть из-за личной обиды - это сейчас неважно. Важно то, что он не побоялся прилюдно стирать свои грязные портки, а ты побоялся. Вот почему народ поверил ему, а не тебе и пошел за Ельциным, а не за тобой. Может быть и тебе надо было не петь дифирамбы Черненко, а так же, как Ельцин, безрассудно, с открытым забралом ринуться в атаку. А время... Не надо, Миша, пенять на время, да на народ - это последнее дело. Пенять надо на самого себя!
     - Безумству храбрых поем мы песню...
     - Именно так, Миша! Большие дела иначе и не делаются! Я не поддерживаю Ельцина, как личность, он мне антипатичен, не говоря уж о его пристрастию к зеленому змию, а демонстративный выход из партии, которой он обязан всем, осуждаю. Но он смог, Миша, а ты - нет!
     - Романтик ты, Юра, как я погляжу! Как будто бы и место не подходящее, а тебя на лирику так и тянет!
     - Это - не лирика, а - проза жизни! Трусость, предательство, подлость, казалось бы какое они имеют отношение к политике? Оказывается, что - самое прямое. Ты прав, да, это я задумывал перестройку. Но вовсе не как слом старой системы, а ее модернизацию. Мы в научно - техническом развитии безнадежно отстали от ведущих капиталистических стран, что сказывалось на оборонном потенциале страны. Работая в КГБ я, как никто другой, знал об этом. Надо было что-то срочно делать. Вот и пришла идея с перестройкой. В ней не было ничего нового. В двадцатых годах, когда после гражданской войны страна была в руинах, промышленности практически не было, народ голодал, а на помощь западных стран надежды не было никакой, Владимир Ильич наплевал на идеологические принципы и начал НЭП. Его опыт переняли и китайские товарищи и рванули вперед. семимильными шагами и нам даже их будет трудно догнать. Перестройка - это, по сути дела, НЭП, но в иных, более благоприятных условиях. Вот в чем была задумка. У Ленина все получилось и уже к тридцатым годам экономика СССР превосходила царскую Россию. У тебя были значительно лучшие условия для старта, но ты уничтожил экономику, оборонный потенциал СССР, бежал из Восточной Европы, назвав это политикой нового мышления. А за то, чтобы наши войска стояли в этих странах советский народ заплатил очень высокую цену - 27 миллионов погибших, а ты предал их. Ты ради Нобелевской премии уничтожил ракетный щит страны. Ты говорил, что мы нажмем на руководство компартий республик сверху, а народ - снизу. Что оставалось  делать руководству республик? Бежать подальше от Москвы! Это лично ты, Миша, развалил СССР. Готовься держать ответ, Миша, перед партией! Пока здесь - в Небесной ССР, но, думаю, скоро с тебя спросят и в Москве.
     Тебе, Миша,  придется ответить и за развал партии. Но речь идет не о спасении миллионов коммунистов, хотя и это немаловажно, а о спасении страны. Вот к чему привела, Миша, твоя непоследовательность, нерешительность, а зачастую самая банальная трусость и предательство.
    Миша, если ты будешь стоять перед выбором: спасать страну или свою собственную шкуру. Что ты выберешь? Напиши добровольно заявление об уходе - не испытывай судьбу, Миша. - Горбачев молчал. Юрий Владимирович так и не услышал от него ни одного слова. - Что ж, Миша, похоже на то, что ты сделал сой выбор. Жаль... Жаль не тебя, а страну, которую ты обрек на гибель.
    Ты, Миша, оказался не тем человеком, не на том месте и не в то время. И я, вместе с тобой, буду держать ответ за то, что ввел тебя и Ельцина в состав Политбюро  и я, в отличии от тебя, не собираюсь уходить от ответственности.
    Сталин давно просил меня, чтобы я привел тебя на заседание Политбюро, ер я наивно верил в то, что ты образумешся и с помощью коллег по партии разберешся в своих ошибках, но сильно ошибся в тебе. Сейчас жалею, что не послушал Сталина и в самом начале перестройки не вытащил тебя на заседание Политбюро - ото моя большая ошибка, за что я так же готов держать ответ.
    Михаил Сергеевич, думая что это всего лишь сон, не воспринял всерьез слова Андропова. От его слов у него осталась лишь некая досада. Он глубоко уважал Андропова, который в народной памяти остался человеком, попытавшимся прищемить хвост начальству самого высокого уровня, даже посадил в тюрьму зятя Брежнева, снял с работы всемогущего Щелокова министра МВД - такое люди не забывают. Сам Горбачев был обязан ему своим выдвижением. Михаила Сергеевича обидело то, что Андропов не пял его, не посочувствовал, не порадовался его успехам, а понес какую то романтическую чушь!
    Михаил Сергеевич огорченно вздохнул, жалея себя: "Никто, кроме Раисы, не понимает меня. Пять долгих лет балансировать на лезвии бритвы - это многого стоит. Каждый, самый малейший шажок, мизерную уступку демократии приходилось вырывать с боем. Из-за этого и шарахался из стороны в сторону, кидаться из одной крайности в другую,  а вовсе не из-за трусости и нерешительности, как ошибочно говорил Андропов. Чтобы избежать переворота, надо было лавировать между демократами и ретроградами из партии, именно поэтому стал неугоден, как первым, так и вторым. Демократы меня - отца перестройки, окрестили врагом перестройки, а партийные консерваторы обвинили в предательстве ленинских идей и в том, что моя политика неминуемо ведет к развалу страны. Вот она - человеческая благодарность!

        Вскоре впереди показалась огромная ярко освещенная стеклянная пирамида
        - Что это? - удивленно спросил Михаил Сергеевич.
        - Небесные врата, - сказал Юрий Владимирович и кивком головы показал на малозаметную тропинку. - Нам - сюда.
        Отвлечемся на минутку. Я запомнил портрет Ленина, который был напечатан в  культовом журнале советской интеллигенции "Огонек" в самом начале перестройки. Чем мне запомнился этот портрет, который я повесил в школе в своем кабинете истории. Запылившийся и засиженный мухами портрет Ленина. Кто-то губкой стер с него пыль и открылся пронзительный ленинский взгляд. Не помню был ли какой-то текст под портретом, но, думаю, что смысл был и так очевиден: вернуться к ленинским идеям, очистить их догматизма и вольной трактовки.
       Интересно, а если бы Михаил Сергеевич знал что совсем недалеко у верстового столба просит милостыню Ленин, захотел бы он встретится с ним, спросить у него совета, попросить поддержки или стал бы и его поучать? Не буду гадать, да и сейчас это уже не важно. Кром хулы и проклятий в адрес Ленина давно уже не слышно. Причем громче всех кричат те, кто за всю свою жизнь не прочитал ни единой строчки из его более чем 50 томов полного собрания сочинений. А стоило бы. В трудах Ленина можно найти много ценного и полезного для того, чтобы лучше понимать происходящие сегодня события в мире.
      После дискуссии с Горбачевым Андропов замкнулся в себе и стал не разговорчив и неохотно отвечал на его вопросы об устройстве Небесной ССР. Михаил Сергеевич спросил у него о том не лучше ли им пройти Небесную ССР не через черны, а - центральный вход.
     Андропов поправил его:
     - Не черный, а - служебный - это во-первых.
     - А во - вторых? - поинтересовался у него Горбачев.
     - Во - вторых, не стоит афишировать твое появления здесь. У нас тоже хватает недовольных партией. Пока ангелы контролируют ситуацию, но не стоит давать повод демократам поднять шум из - за твоего визита. А главная причины нашей скрытности заключается в том, что ты прибыл к нам не с официальным визитом, а на заседание Политбюро ЦК Небесной республики, поэтому, чтобы не возникали излишние вопросы по этому поводу, лучше не афишировать. Вот кода дело дойдет до подписания Союзного Договора с Небесной ССР, тогда и будет тебе и почетный карал, и - цветы, и гимн, а пока обойдемся без этого.
       Андропов не убедил Горбачева, но он не стал настаивать на своем. А стоило бы пообщаться под камеры с народом, как о любил это делать. Расспросить о том, как им живется, как двигается перестройка...
       Река Скорби, питавшая многочисленные фонтанчики  и автоматы с "прохладительными" напитками в Небесных вратах и фонтаны в Небесной ССР, протекала под землей и выходила на поверхность недалеко от острова на котором и располагался социалистический рай, огибая его со всех сторон.
       На берегу привольно расположились паломники, появившиеся здесь благодаря телепередачам Кашпировского. Молодежь пела под гитару, путешественники в возрасте оживленно спорили о перестройке, рассказывали друг другу кто где сумел отоварить продуктовые талоны, ветераны войны и труда, еще в молодости получившие право на бесплатное внеочередное обслуживание в том числе и в Небесной ССР, ругались с лодочником - Мухиным.
      Мухин был одет в темно синий военный китель, широченные галифе и хромовые сапоги, начищенные до блеска. О лениво переругивался с пенсионерами, которые требовали, чтобы он доставил их в Небесную ССР без очереди.
     - Не положено! - однозначно отвечал Мухин на все их просьбы, не поддаваясь на все их уговоры. - Ну куда вы так спешите? Все там будете в свое время. Вот, когда помрете, доставлю вас на остро по первому разряду. Живит на пенсию и радуйтесь жизни, которую Бог даровал вам.
      Полковник, прибывший на тот свет при полном параде, позвякивая орденами, подошел к Мухину и пристыдил его:
      - Что значит "не положено?" Кто запретил? У нас, кажется на дворе не тридцать седьмой, а - девяносто первый год! Демократия, гласность и я имею полое право заранее знать о том, что меня ждет на небесах! Даром я что ли кровь проливал на войне и за Горбачева голосовал?
       Лодочник отмахнулся от него, как от назойливой мухи.
       - Папаша, не качай права! Я тоже воевал и тоже кровь проливал! Сказано: не повезу, значит - не повезу!
       Вперед вышла бойкая старушка в старом халате. На голове - бигуди.
       - Взяточник! Вымогатель! Мы будем жаловаться! Товарищи, - обратилась она к любопытным, - давайте напишем жалобу! Надо рассказать о беспорядках, которые творятся на переправе.
       Бабулю поддержали. Из толпы раздались одобрительные крики:
       - Правильно!
       - Крой его, бабуля!
       Полковник достал из внутреннего кармана пухлый блокнот и шариковую ручку.
       - Мы тебя, кровопиец, на чистую воду выведем, - пообещал он Мухину, которому было ровным счетом наплевать на их возню. Полковник привычно вывел на листочке из блокнота: "Уважаемый товарищ..." После чего растерянно спросил: - Кому писать то?
       Из толпы кто то выкрикнул:
       - Самому пиши!
       - Горбачеву? - уточнил полковник.
       - Сказано тебе: самому пиши!
       Бабуля пояснила полковнику:
       - Заступнику нашему - Христу - пиши!
       Полковник послушно вывел в блокноте: "Уважаемый, товарищ Христос!" После чего прочитал написанное.
       Бабуля налетела на него:
       - Какой он тебе товарищ? Нехристь! Пиши так: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий..." - продиктовала старушка полковнику. Заглянула в блокнот и указала на ошибку, которую допустил полковник: Сыне надо писать с большой буквы.
       - Это еще почему?
       - Положено! Не  к чиновнику какому-то обращаешься, а к Отцу нашему - Спасителю.
       Полковник неохотно исправил ошибку. Старушка диктовала дальше:
       - "Господи, благодарю Тебя за всё, что Ты даруешь мне. Прости мне мои грехи и помоги переправиться нам, грешным, в Небесную ССР. Да будет воля Твоя, а не моя. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь."
      Полковник вырвал листок из блокнота и отдал его старушке со словами:
      - Не буду я это писать! Никакой я не грешник, - а ветеран войны, почетный пенсионер. Немецким пулям не кланялся и Христу не буду! Сами пишите!
      К ним пробился мужчина лет семидесяти с обвисшими, как у запорожцев, усами, в форме неизвестной армии, из под кителя видна была вышиванка. На голове характерная петлюровка с тризубцем.
      - А ну, дай сюды блокнот! - потребовал он и вырвал блокнот из рук полковника. - Сало наше жрать горазд, а по-нашему писать не хочешь, москаль! Оккупант проклятый!
     Полковник выхватил у бандеровца блокнот и показал ему кукиш:
     - Накось - выкуси!
     Мужчина схватил его за грудки и, плюя слюной, прохрипел:
     - Да я тебя, москаля поганого... Много вы из нас - украинцев кровушки попили, так и на небесах пытаетесь свои порядки устанавливать! Не бывать этому! По нашему будет - по украинскому! Все будет Украина! Слава Украине! - выкрикивал он лозунги один за другим.
     Началась потасовка. Бандеровец был еще крепкий мужчина, поэтому полковник начал сдавать. Возможно, что бандеровец одержал бы победу в "идеологическом" споре, но вмешался Мухин:
     - А ну, петухи - разошлись! - грозно крикнул он. Но ветераны продолжили выяснять отношения. Бандеровец повалил полковника на землю. Сдавил ему горло. Мухин выдернул весло из уключин лодки и замахнулся: - Ах ты, бандеровец недобитый, да я тебя сейчас... - пригрозил он.
     Ветеран УПА уклонился от удара и отбежал в сторону. На земле осталась лежать его фуражка. Мухин поддел ее веслом и, как вещественное доказательство предательства, поднял над головой, показывая ее толпе зевак, собравшихся возле них.
    Мухин галантно подал руку полковнику и сказал:
    - Садись в лодку, полковник! Мигом домчу куда прикажешь!
    Ветеран УПА, размахивая депутатским удостоверением Львовского областного Совета, завопил благим матом:
    -Люди добры, рятуйте! Я впизнал его - Мухина. Он наших хлопцев упивцев в сорок шостому роци катувал до смерти! Злодий! Энкаведист! Геть окупатив! Слава Украине!
    Несколько голосов из толпы выкрикнули:
    - Героям слава! - и пошли в атаку на Мухина и полковника.
    Толпа  угрожающе приблизилась к ним, пытаясь отрезать от реки, где стояла лодка - единственный путь для отступления.
    - Держись, пехота! - Сказал Мухин полковнику, стоявшему рядом с ним.
    Полковник глянул на петлицы кителя Мухина, на которых были крылышки - знак черных ангелов, и ошибочно решил, что тот служил в авиации.
    Взяв второе весло, полковник ответил Мухину:
    - Не подкачай, авиация! Зададим им жару, как в сорок пятом и запел хриплым старческим голосом: - "Это есть наш последний и решительный бой..." - Больше слов "Интернационала" он не знал. Вернее знал когда-то, да забыл - старческий склероз.
Ничего не поделаешь. Медицина пока еще бессильна и не может излечить этот недуг.
    Тем временем толпе удалось оттеснить их от лодки и окружить плотным кольцом.
 Из толпы выкрикивали угрозы, раздавались в адрес Мухина и полковника матюки, но желающих подставлять свою олову под весло не находилось.
    Горбачев вместе с Андроповым тем временем подошли к переправе.
    Михаил Сергеевич сказал:
    - Нас, кажется встречают.
    - Не похоже, - ответил ему Андропов. - Постой здесь. Схожу разберусь, что за шум.
    Полковник поинтересовался у Мухина:
    - Где воевал, авиация?
    - Дошел до Берлина, а затем перебросили на Западную Украину, - неохотно ответил ему Мухин, которому не хотелось сообщать о том роде войск в которых он служил.
    - Ясненько... - сказал полковник, которому стала понятна причина ненависти Мухина к бандеровцам.
    На выцветшем кителе Мухина отчетливо выделялись темные пятна - следы от орденов.
    - В составе какой армии воевал?
    - В особой, - не вдаваясь в подробности сказал Мухин.
    Любопытный полковник засыпал Мухина вопросами:
    - А кто командовал, случайно не Крылов?
    - Абакумов, - сказал Мухин и посоветовал полковник: - Ты поменьше болтай, а больше по сторонам смотри. С тыла обходят. Я их бандитскую натуру - сзади нападать - хорошо знаю.
     Их положение стало угрожающим. Кольцо медленно сжималось.
     - Надо к лодке прорываться. Вдвоем нам их не одолеть. Как я мог забыть демократизатор в лодке. Мигом бы разогнали их. Прикрой сзади - будем прорываться. - Угрожающе размахивая веслом, Мухин попытался прорваться к лодке. - Не отставай, пехота! - Крикнул он полковнику и пошел а пролом.
    Полковник замешкался. На него налетели толпой. Кто-то вырвал у него из рук весло. Его повалили на землю. Полковник попытался встать на ноги, но получил удар веслом по голове.
    Мухину удалось прорваться к лодке. Гребя одним веслом он подплыл к полковнику и крикнул: - Прыгай в лодку, пехота. - Уперся веслом в илистое дно, чтобы удержать лодку на течении. - Быстрее пехота! Долго я не смогу удерживать лодку.
    Полковник сумел сбросить с себя старушку, которая пыталась ударить его по голове. Но в это время ветеран УПА подошел к нему со спины и со всей силы ударил его веслом по затылку. Полковник, как подкошенный, упал на песок и больше не поднялся. Уже лежащего на земле его стали добивать ногами. Больше всех отличился, естественно, ветеран УПА.
    Мухин огорченно сказал:
    - Что ж ты, пехота, сплоховал... - с укором сказал Мухин. - Фашистов одолел, а эту мразь не смог. - Он вытащил лодку на берег. Взял демократизатор и включил его на полную мощность - ее вполне хватало на то, чтобы сжечь бессмертную душу смертельным разрядом. Первый кто попал под разряд был ветеран УПА. Он исчез на глазах толпы. - Кто еще хочет? - спросил Мухин. Желающих не нашлось. Толпа мигом разбежалась. Мухин подошел к полковнику. Закрыл ему глаза.
    - Спи спокойно, полковник, я отомстил за тебя!
    Мухин подобрал с песка второе весло и вставил его в уключину лодки.
    Полковник жил с внучкой. Она несколько раз окликнула дедушку, который заснул перед телевизором во время телесеанса Кашпировского. Выключила телевизор. Несколько раз окликнула полковника:
    - Дед, ложись на кровать. Сеанс Кашпировского уже давно закончился! - полковник не просыпался. Чтобы разбудить его, потормошила его за плечо. Полковник не проспался. Внучка вызвала скорую.
    Врач скорой констатировала смерть и заметила:
    - Легка смерть - умер во сне, значит праведно жил. Господь забрал его на небо без мук. Ни она, ни внучка даже не догадывались о том, что пришлось испытать полковнику перед смертью.
    Среди жаждущих побывать в Небесной ССР нашелся самозваный поводырь, который знал брод и увел всех за собой. Когда они вернутся из небесных хлябей и вернутся ли вообще никто не знает, так как брода на реке Скорби нет и быть не может. Берег опустел. Горбачев спустился с высокого берега к Андропову.
    Андропов, отличавшийся от остальных генсеков сдержанностью и  интеллигентностью выругался:
    - Туристы... Вы бы, Господин Президент, приструнили своих экстрасенсов, которые не вылазят с эфира. Распоясались! Где это видано - живых людей на небеса отправлять. Толпами бродят! Свои порядки пытаются устанавливать. Что-то я не замечал подобной практики в демократических государствах.- Он подошел к телу полковника, лежащему на песке. Потормошил его за плечо. Окликнул: - Отец, ты - живой? - удрученно констатировал: - Отмучился, полковник! Бедолага, никому не пожелаешь такой смерти - умереть от удара поверженного тобой врага!
     Михаил Сергеевич при виде мертвого полковника не испытал никаких угрызений совести.
     - За что они его так? - спросил он у Андропова.
     Вместо него ответил Мухин:
     - А за что сейчас нашего брата - фронтовика ненавидят? Все за то же: за то, что фашистов разгромили, а они живут лучше нас, за то, что Родину защищали, за то, что не разменяли жизнь на заграничные шмутки, а - верой и правдой служили Родине, жили мечтою е о мещанском уюте, а счастливом будущем всего человечества - коммунизме, за боевые ордена, за шрамы на теле и душе, за - Ленина, Сталина, за - правду! В душу наплевали своей перестройкой и гласностью. - Он показал в сторону ушедших паломников. - Я, ведь, за них кровь проливал. Как вы могли, Михаил Сергеевич испоганить все, чем мы жили? За что заживо гнили в окопах, пухли от голода в тылу... За что вы с нами так безжалостно поступили?
    Такое впечатление, что живешь не на родной земле, а оккупированной фашистами территории, - с горечью сказал Мухин. -  Демократия.... Каждый норовит плюнуть тебе в душу, обругать последними словами, а ты в ответ - ни гу-гу! Не имеешь права и рта раскрыть, так как побьют. Хорошо, что у меня демократизатор есть. А у полковника? Кто защитит ветеранов от произвола толпы?
    Плюрализм мнений называется, - пояснил он Андропову,  да вы, Юрий Владимирович, лучше моего знаете. - Им - бандеровцам - все разрешено: памятники героям войны сносить, кости погибших героев выбрасывать из могил, флаги свои повсюду вывешивать, факельные шествия проводить, а на День Победы знамя Победы развернуть нельзя  это предательство Украины.
    Перестроились, что называется - дальше некуда!
    Мухи неожиданно спросил Горбачева:
    - Ваш отец, наверное тоже воевал? - Не дожидаясь ответа от Горбачева, сам же ответил на свой вопрос: - Конечно же воевал - все воевали. Иначе бы и не победили!
    Михаил Сергеевич подтвердил:
    - Отца мобилизовали в сорок первом. На Курской дуге стоял насмерть... Днепр форсировал... До границы дошел. В Чехословакии ранили. Награждён медалью «За отвагу» и двумя ордена ми Красной Звезды.
    - Что ж ты... - вырвалось у Мухина. - От родного отца отрекаешься? Кто тебе дал такое право судить своего отца? Нет для вас - нынешних - ничего святого!
    Андропов попытался унять своего не в меру разошедшегося подчиненного:
    - Ты вот что, Мухин, говори, да не заговаривайся - знай меру. Р с мальчишкой разговариваешь, а - Президентом великой страны.
    - Пусть говорит, - разрешил Горбачев. - Если я перед кем-то и виноват, так это перед героями, павшими на войне. Они своей пролитой кровью доказали свою преданность делу Ленина. Виноват в том, что позволил, нет - не себе, а безответственным политиканам от демократов, рвущимся к власти, усомнится в величии их подвига. Прошу прощения, - обратился он к Мухину. - Не знаю вашего отчества.
    - Неважно. Ангел или просто: Мухин.
    - Так вот , товарищ ангел - Мухин, много обидных слов вы наговорили в мой адрес. Многие ваши обвинения безосновательны, но вашу критик я охотно принимаю и возьму ваши замечания на заметку. Перестройка, действительно, идет не совсем так, как нам бы хотелось. Но перестройка это - та же самая революция, только мирная. После шторма волнами на морской берег выбрасывает на берег всякий мусор, пену. Так и с перестройкой получается. На поверхность всплывает всякое отребье.
    Я безусловно за социализм, но социализм обновленный, с человеческим лицом, гуманный, а не - казарменный. На том стоял и буду стоять! И запомните   и всем предайте, что, отвергая сталинизм, я никогда не пойду против своего отца, памяти о нем! Не пойду против деда - у меня их два. Один из них был осужден в тридцать третьем, за то, что не выполнил план посева. В том году голод ополовинил половину семьи. Второй дед - организатор колхоза - из середняков. Его четырнадцать месяцев допрашивали в тюрьме - требовали сознаться в том, чего он не делал. Дед не сдался. Слава Богу, вышел на свободу. Но я вырос в чумной семье "врага народа" и хорошо знаю что такое сталинские репрессии. Дед семнадцать лет возглавлял колхоз и я ни разу не слышал, чтобы он осуждал СССР. Что же получается, он - неправильно жил и я должен отказаться от него?
     Нет, товарищ ангел, не разум, а чувство обиды двигало вами, когда вы говорили мне о предательстве.
     - Простите, Михаил Сергеевич, если обидел ненароком, если что с горяча не так сказал, Он постучал себя кулаком по груди. - Вот тут накипело. Больше не могу тереть этот бардак. Мы жили впроголодь, в обносках ходили, в колхозах за палочки работали, чтобы эти - показал он рукой в ту сторону, куда ушли паломники, - наши дети и внуки жили хорошо. А они, в благодарность за наши муки, так и норовят в морду плюнуть! Хочешь - не хочешь, а в голову лезут всякие дурные мысли: может быть не стоило заводить всю эту канитель с революцией в семнадцатом году? Может быть не за светлую мечту полегли миллионы русских мужиков, а за - просто так, за - здорово живешь?
     - Так как мы жили при Брежневе, жить больше было нельзя! - нравоучительным тоном сказал Михаил Сергеевич.
     - А так, как сегодня живем - можно? - спросил Мухин и сам же ответил а свой вопрос: - Нельзя! Так где же выход? То, что в газетах правды стали больше писать , это  хорошо! Но одной правдой сыт не будешь. Да и правда какая=то однобокая - коммунисты - бяки, а - демократы - молодцы. Нет, не буду грешить против истины, много дельного пишут, но... душа не принимает эту правду. Не только с врагами народа мы воевали, да церкви рушили, а страну из руин поднимали, фашистов разбили, в космос первыми полетели, да мало ли чего хорошего было. И было еще что-то в нашей жизни, о чем не пишут в газетах. Мечта была, с которой мы жили.
      Почитаешь газеты - волосы дыбом встают: лагеря... репрессии... голод... Неужели, думаешь, это про нашу жизнь написано? Да, никто н спорит, трудно жили, но жили с верой в будущее. Сочинили, понимаешь ли, очередную сказочку, на сей раз - страшную  и пугают нас ею пугают, а нам и не страшно, потому что помним как мы жили.
     Юрий Владимирович поторопил Михаила Сергеевича:
     - Хватит воспоминаниями заниматься! Нас ждут на заседании Политбюро. - И попросил Мухина: - Отвези нас а тот берег.
     Мухин неожиданно заупрямился:
     - Вас, как моего непосредственного начальника, завсегда пожалуйста, а его, кивнул он на Горбачева, - извините, не могу. И не просите - не повезу!
     Андропов показал Мухину личное приглашение Горбачеву, написанное на бланке ЦК Небесной ССР, но она не произвела на Мухина должного впечатления.
     - После деполитизации нашей службы, о чем вы знаете не хуже меня, распоряжения ЦК для нас не обязательны к выполнению.
     Михаил Сергеевич вопросительно посмотрел на Андропова. Такой поворот событий его по большому счету вполне устраивал.
     Андропов отвел Мухина в сторону и долго о чем-то с ним шептался. Мухин, однако, не поддавался ни на какие уговоры. "Не повезу и - точка!" - на отрез отказался он выполнить просьбу Андропова. - "А, вдруг, он у нас, как Ельцин, бучу устроит?" И только записка Сталина, адресованная лично Мухину, заставила его взяться за весла.
    - Так бы сразу и сказали, что это Сталин пригласил его на заседание Политбюро. Если Сталин просит, мы завсегда рады помочь. Доставим по высшему разряду! - пообещал он.
     Андропов подошел к Горбачеву, радостно потирая руки.
    - Порядок, Михаил Сергеевич, уговорил. Садитесь в лодку.
    Михаилу Сергеевичу совсем не хотелось садиться в утлое суденышко, но не оставаться же одному на берегу неизвестно где. Андропов сел спереди, Горбачев устроился на корме. Он поинтересовался у Мухина:
    - А вам не доводилось Ленина перевозить?
    - Встречать , встречал, но, не буду врать, не говорил с ним. Да ему лодка и ре нужна, чтобы переправиться а другой берег. Он, как Христос, по воде, яко по суху ходит.
    Михаил Сергеевич принял, как говорится, сообщение Мухина к сведению. То, что Владимир Ильич может ходить по воде, как Христос, его ничуть не удивило. А кем, кроме Бога, может быть Ленин в Небесной ССР. Ему и в голову не пришло, что Ленин невдалеке, просит милостыню у будущих небожителей.
    Горбачева интересовала еще одна фигура - Берия. Узнав, что Берия - ангел, он возмутился:
    - Как же так?! У меня в голове не укладывается Лаврентий - ангел!
    Андропов уточнил:
    - Черный.
    - Да какая разница: черный, белый... Ангел и есть ангел! Был, ведь, суд, соответствующее письмо ЦК... Ты же знаешь это не хуже моего.
    Андропов утвердительно кивнул головой.
    - Решение военного трибунала и разъяснительное письмо ЦК было доставлено на Небеса фельдъегерской связью. Относительно Берии было принято соответствующее постановление Политбюро Небесной ССР, но выполнение Постановления отложили на неизвестный срок, так как Лаврентий Павлович добровольно пошел в черные ангелы.
    Михаил Сергеевич устал удивляться.
    - Бред какой-то! Но бред - логичный. А в случае с Берией нет никакой логики, - сказал он Андропову.
    Андропов объяснил ему:
    - Черный ангел служит не Богу, а - Дьяволу.
    Горбачев возмутился:
    - И здесь паразит - Берия - устроился на тепленькое местечко. Пустили, что называется, козла в огород!
    - Критика - не по адресу! Мы строим правовое, демократическое государство, поэтому партия перестала заниматься подбором кадров в ангелы. Я сегодня дорабатываю последний день. В черные ангелы всегда брали без нашей рекомендации. Скорее наоборот - вербовали среди исключенных из партии, бывших зеков, власовцев...
    Как, дорогой читатель, вы успели заметить, работа лодочника на переправе - не пыльная, а даже, я бы сказал, доходная. Опять же целый день на воздухе, но есть одно "но".  Именно про него и рассказал Андропов:
    - Кем станет дурак, если ему на голову напялить генеральскую папаху?
    - Как был дураком, так дураком и останется, - сказал Михаил Сергеевич.
    - На небесах - да! А, вот, на Земле дурак в генеральской папахе, все ж таки не просто дурак, а еще и генерал! С генеральским окладом, служебной "Волгой", государственной дачкой и прочими приятными мелочами, которые облегчают тяготы генеральской службы. И бессмертным на Земле стать, в принципе, не так уж и сложно - достаточно занять место Генсека и вечная память тебе гарантирована. У нас же - на небесах - грешник, нацепивший на погоны ангельские крылышки, так и остается грешником, но работу он должен выполнять ту, которая под силу только настоящим ангелам.
    Михаила Сергеевича не удовлетворил ответ Андропова. Он потребовал от Андропова сказать конкретно, кто позволил работать Берии ангелом, пускай и черным?
    Ответ Андропова еще больше озадачил Горбачева:
    - ЦК. Река скорби наполнена слезами умерших и родственников, оплакивающих их смерть. Опусти руку и ты почувствуешь их боль и предсмертные муки. Каждый раз, когда мы - простые смертные - пересекаем реку Скорби, мы заново переживаем  свою или чужую смерть. А он, - Андропов кивнул в сторону Мухина, - смерть того человека, которого перевозит в лодке, как свою собственную. Адская работенка! Ему не позавидуешь.
    Муками ада не проймешь душу бесчувственного человека - от них душа смертного еще больше загрубеет и станет невосприимчивой ни к своей, ни, тем более, к чужой смерти. Лишь к одной боли душа не может привыкнуть - той, что испытывает она в момент агонии тела.
    Действительно, на совести Берии, посмертная судьба которого тебя так интересует, сотни тысяч невинно убиенных, безвинно покалеченных людей. Направить его в пекло, как ты советуешь, значит оказать ему неоценимую услугу. На это партия не могла пойти - люди нас не поняли бы. Не вечные муки ада, а - сотни, тысячи раз ежедневно переживать чужую агонию, как свою собственную. Его направили на переправу работать лодочником. Но на второй день он, сукин сын, сбежал. Ищем, но так до сегодняшнего дня не можем его найти. Кто- то на самом верху явно помогает ему укрыться от ангелов, которые разыскивают его. Но, рано или поздно, найдем. Времени на это у нас достаточно - целая вечность, - сказал Юрий Владимирович и закрыл глаза. Лодка в этот самый момент проплывала по середине реки - там, где проходила граница между царством мертвых и царством живых.
     Пока лодка с Андроповым и Горбачевым не доплыла до острова, на котором располагалась Небесная ССР, вспомним о Сергее - нашем герое, который чудом выжил после штурма роддома в Буденовске который был захвачен бандой Шамиля Басаева в июне 1995 года. Террористы, захватившие больницу, удерживали заложников, включая рожениц, и требовали вывода российских войск из Чечни, что привело к трагическим последствиям. Напомню, что у Сергея был свой интерес во время штурма роддома - в нем находилась по иронии судьбы его жена. Они ждали сына - так показало УЗИ. Жена погибла, а сын Сергея бесследно исчез. Серей был тяжело ранен, но чудом выжил - его спасла медсестра. Когда Сергей был между жизнью и смертью, он познакомился в реке Скорби со смертью и... полюбил ее.
     После потери ребенка, Сергей искал смерть. После выздоровления его в составе миротворческой миссии отправили в Косово, где его машина подорвалась на мине. После чего он вновь оказался в реке Скорби.
     Вырвавшись из цепких объятий смерти, Сергей вынырнул на поверхность. Жадно вздохнул, наполнив легкие. Попытался доплыть до ближайшего берега, но от ледяной воды судорога свела ногу. Сергей лег на спину и поплыл по течению. Несколько раз видел на берегу людей. Кричал, звал их на помощь, но его или не слышали, либо делали вид, что не слышат. Никто на помощь ему так и не пришел.
    Раньше о бы это удивило. Но после Афганистана, Тбилиси куда их безоружных десантников перебросили разгонять митингующих. Позже десантников обвинили в том, что они использовали для разгона демонстрантов саперные лопатки и десятки человек были убиты. Потом был Буденовск, после которого Сергея уже невозможно было чем  либо удивить. Он твердо усвоил одно: на чью-то помощь надеяться бессмысленно. Спасти себя можно только самому.
    Сергей греб из последних сил, но желанный берег был все так же далеко. Сил совсем не осталось. Сергей, для того, чтобы отдохнуть, вновь лег на спину. Помассировал онемевшую ногу. Одеревеневшие от холода мышцы немного расслабились.
Для того, чтобы согреться, сделал несколько энергичных гребков - на большее не хватило сил и вновь перевернулся на спину. Закрыл глаза. В голове гудело от крика, плача, стона... Слышалась чья-то мольба о помощи. У него перед глазами проплывали какие-то странные видения. Кто-то невидимый хватал его за руки, за ноги, тащил на дно... Сергей открывал глаза - никого. "Галюцинация" - решил он и перестал обращать на них внимание.
    Сергей устал бороться, устал жить. Порой у него возникало желание закрыть глаза и погрузиться в воду, чтобы его израненная душа наконец-то обрела желанный покой. В тот самый момент, когда он готов был сдаться, Сергей услышал скрип уключин лодки и плеск воды. "Лодка! За мной!" - пронеслось у него в голове. Он приподнял голову над водой и увидел метрах в десяти плоскодонку, покачивающуюся на воде. В плоскодонке сидело трое. Кто именно Сергей не разглядел.
    - Эй, на лодке! Помогите! Я - здесь, - что было мочи крикнул Сергей, но на самом деле это был не крик, а - шепот. На лодке его не услышали и она поплыла дальше.
    Сергей помахал в воздухе рукой, надеясь привлечь внимание людей, сидящих в лодке, но тут же ушел под воду. Вынырнул. Жадно вздохнул. Снова крикнул. Но его не слышали и лодка медленно удалялась.
    - Сволочи! - прохрипел Сергей, выплевывая воду.
    Его охватила паника - вместе с лодкой уплывала и надежда на спасение. - Значит - не судьба... - бесстрастно констатировал он. - Финита ля комедия!
    До берега Сергей не доплывет - далеко - не хватит сил, в ледяной воде долго не продержится - замерзнет. Последняя надежда на спасение медленно уплывала вместе с лодкой. И в этот момент он увидел рядом с собой свою старую знакомую - Смерть. Но это была...его мать - Маша Гольдман, которую он принял за смерть. Она протянула ему руку и без малейших усилий догнала лодку. После чего помахала ему на прощание рукой и исчезла в глубине. Сергей обеими руками вцепился в корму лодки. Отдышался.
    - Помогите... прохрипел он, так как сил совсем не осталось. Самостоятельно он не мог перелезть через борт. - Сергей легко узнал Горбачева, которого выдавало большое родимое пятно на его голове. Он посмотрел ему в глаза и прошептал: - Помогите...Нет сил.
     Лодка замедлила ход. Мухин перестал грести. Он окликнул Сергея:
     - Эй, парень, а ты уверен в том, что тебе с нами по дороге? Ты случайно не перепутал берега? Мы плывем в царство мертвых.
     Сергею уже было наплевать куда плыть. Главное - оказаться на берегу. То, что он по собственному желанию отправляется на тот свет, ему не пришло в голову.
     - Тебе, что трудно взять меня? Лодка пустая. Помоги лучше забраться.
     - Не трудно, но тебе надо на другой берег. Держись. На обратном пути подберу, если найду, конечно. Отцепись от лодки. Тебя же дома мать, наверное, ждет, жена... Все глаза выплакали... Отпусти лодку! Добром прошу, отпусти! - потребовал он.
     Михаил Сергеевич еще не научился отличать мертвых от праздно шатающихся по небесам бездельников, которые благодаря сеансам Кашпировского получили такую возможность. А это было совсем не трудно. На ом свете слепой - прозревает, парализованный начинает ходить, у безногий вновь шагает на своих двоих, дурнушка превращается в писаную красавицу... Телесные раны не оставляют в душе следов. Изуродованное после ожога лицо с красной глянцевой натянутой без морщин кожей, кровь сочащаяся из раны на плече красноречиво свидетельствовали о том, что Сергей еще не умер. Выживет или нет зависело от того на каком берегу окажется Сергей.
     Мухин вытащил из уключины весло и занес его над головой Сергея.
     - Последний раз прошу: отпусти лодку! - потребовал Мухин, угрожая ему веслом.
     Сергей с мольбой посмотрел в глаза Горбачеву.
     - Прошу вас: помогите! От холода ногу судорога свела. До берега не доплыву. Помогите... прошептал он и закрыл глаза. Силы Сергея были на исходе. Пальцы сами собой разжимались - он умирал.
      Михаил Сергеевич прикрикнул на Мухина:
      - Гражданин - товарищ ангел, вы что себе позволяете? Немедленно опустите весло и помогите человеку забраться в лодку.
      Мухин огрызнулся:
      - Вам надо, сами и  помогайте! - сказал он вставляя весло обратно в уключину.
      Михаил Сергеевич приподнялся с лавки и протянул Сергею руку. Сергей из последних сил вцепился в нее. Михаил Сергеевич вздрогнул всем телом точно от разряда тока. Он забыл о предупреждении Андропова о том, что для того, чтобы почувствовать страдания умирающего человека и воспринять чужую смерть как свою собственную, достаточно опустить руку в воду.
     Михаил Сергеевич не сразу понял, что с ним произошло - его тело словно пронзил сильнейший удар тока. Все тело затряслось в конвульсиях. Так страшно, как  в это мгновение, Михаилу Сергеевичу не было никогда. От невыносимой боли затуманилось сознание. Набатом загремел в голове чей-то истошный вопль: "Помогите! Убивают!" Перед глазами, как на экране, замелькали кадры документальной хроники: безмолвно движется похоронная процессия, мужчины с траурными повязками на рукаве несут десятки гробов. Разрушенный Спитак, сотни гробов сложены прямо на городских улицах. Площадь засыпанная цветами, по которой идет уже другая похоронная процессия. Поминальные свечи, горящие на тротуарах - сотни, тысячи огоньков мерцающих в темноте на безлюдных улицах и многоголосый плач и проклятья в его адрес. Еще больше голосов взывали к нему и просили о помощи. Десятки тысяч беженцев бредут по дороге, толкая перед собой кто детскую коляску, кто тележку доверху набитую жалким скарбом, который удалось спасти, когда бежали от смерти из отчего дома в котором жили их деды и прадеды.
     Перед глазами мелькали страшные картины: советская вертушка с телами погибших солдат на горе в Афганистане, детские глаза полные слез в роддоме в Буденовске, орущая толпа с флагами Грузии и солдаты с саперными лопатками разгоняющие митингующих, и сплошные трупы, трупы, трупы... Растерзанные женские тела сербок с юбками задранными на голову и слезы, слезы, слезы... Детские, женские, скупые солдатские...
     За считанные секунды Михаил Сергеевич побывал вместе с Сергеем в Саланге, Спитаке, Тбилиси, Баку... Увидел то, что происходило на улицах этих городов не из окна лимузина, который сопровождает почетный экскорт мотоциклистов, а из люка БТР. Смотрел на кровавую драму, которая разыгрывалась на улицах этих городов глазами Сергея, зачастую через прорезь автоматного прицела. Вместе с Сергеем испробовал смертельно обжигающий напиток - "коктейль Молотова". Заходился криком на больничной койке. Вместе с Сергеем почувствовал леденящее душу дыхание его возлюбленной - смерти. Вместе с ним барахтался в студеной воде, пытаясь доплыть до берега. Звал на помощь. Пытался догнать спасительную лодку...
     У Михаила Сергеевича закружилась голова. Он сказал Сергею:
     - Извини, ты уж сам как ни будь держись. До берега недалеко. - Чтобы не упасть он оперся о борт. - Потерпи.
     Сергей успел за то время, что держался за руку Горбачева наполовину перекинуть тело в лодку, но ноги так и стались в воде.
     Увидев это, Мухин раздраженно сплюнул в воду и предупредил Сергея:
     - Обратно н повезу! Не проси. Не положено. - После чего долго что-то раздраженно бурчал себе под нос. Он с остервенением налег на весла. Последние слова, которые услышал Андропов были: - Уйду к чертовой матери с этой проклятой работы. Ладно бы сам - Горбачев - живым лез на тот свет, так еще и парня тянет за собой!
      Михаил Сергеевич испуганно отдернул руку и упал на сиденье.
     - Что это было: Какой ужас - сплошная кровь  и насилие, слезы... - спросил он, повернувшись к Андропову.
     - То, о чем я тебе говорил: ты ощутил то, что переживал этот бедный паренек в момент смерти. Но ты зря помог ему - он еще живой.
     Лодка ткнулась носом в песок. Держась руками за борт лодки, Сергей выбрался из воды, упал на песок и на долго затих.
     Андропов, глядя на бездыханное тело Сергея, спросил у Горбачева:
     - За чьи грехи ему пришлось расплачиваться такой дорогой ценой?
     Михаил Сергеевич н осознал своей вины. По обыкновению он все свалил на экстремистов, под которыми он подразумевал демократов.
     Андропов возмутился:
     - Экстремисты? А где же народ? Неужели ты сам веришь в тот бред, который говоришь?
     - Демократы... - привычно начал Горбачев.
     Андропов не дал ему закончить:
     - Ну, завел свою шарманку! Брось, не серьезно! Экстремисты в Прибалтике, на Кавказе, в Средней Азии, на Украине, даже в России - везде ты видишь экстремистов. Где же по твоему народ? Отсиживается в обкомовских кабинетах под защитой таких вот мальчишек, которого ты живым притащил  в страну мертвых? - показал он рукой на стонущего Сергея. - Это не экстремисты, Миша, это и есть тот самый - народ, о величии которого ты так любишь рассуждать долго и нудно. Если ты до сегодняшнего дня этого так и не понял, то какого черта ты объявил перестройку?
Чтобы таки вот мальчишки, как тот что лежит на песке, расплачивались за твои ошибки? Почивал бы спокойно на лаврах, как Черненко.
     Андропов показал рукой на Сергея. Запомни его глаза. Хорошенько запомни! Глаза, наполненные болью и страданием. Они будут преследовать тебя всю твою жизнь. Не Политбюро, на Высший Суд, а этот безусый парень, твой судия.
     Ошибся я, Миша, в тебе. Сильно ошибся... Был у меня выбор: ты или Григорий Романов. Ты на много моложе его. Нет такого опыта, как у Романова, но опыт - дело наживное. Думал, что молодое поколение коммунистов, к которому ты принадлежал. с молодым задором и энергией возьмутся за дело. Вот почему я остановил свой выбор на тебе. Не тебе надо было начинать перестройку, которую я задумал. Не тебе... Да что сейчас говорить об этом? Уже ничего не изменишь - слишком поздно. Уже пошли обратимые процессы распада, которые можно остановить, пролив много крови.
     Ты, Миша, как Иоанн Предтеча из Евангелия. Он  стоял на рубеже Ветхого и Нового Заветов, и этим в соответствии с христианским пониманием определяется его величие и одновременно ограниченность этого величия.
     Ты, Миша, как он - одной ногой стоишь в стром мире, а другой - в новом. Поэтому и шарахаешься то в одну сторону, то - в другую. И ре народ, а ты, Миша, и  есть тот самый главный экстремист, который разрушает партию и страну, сеет между людей вражду и ненависть. Следовательно не за тебя должна бороться партия, а - против тебя!
     Горбачев обиженно отозвался:
     - Не ожидал я услышать от тебя, Юра, эти ужасные сова, которые ты сказал в мой адрес.
     - Я их и не собирался говорить, да вот, видишь, пришлось. - ОН подошел к Сергею. Наклонился над ним. - Эх, бедолага, как тебе грудь то разворотило - ужас. - ОН присел возле Сергея на корточки. - Эх, парень, виноват я перед тобой. Сильно виноват. Горбачев - мой протеже. Его вина лежит и на мне. - Сергей застонал и перевернулся на спину. - Чем я могу помочь тебе, сынок? - спросил у Сергея Юрий Владимирович и положил ему на грудь свою руку.
      Тело Сергея выгнуло дугой. Он почувствовал огромный прилив энергии. В это самое время в русском военном госпитале в Сербии на операционном столе лежал Сергей. Четвертый час шла операция. Сердце Сергея н выдержало многочасовой операции и остановилось.
      - Дефибриллятор! - крикнул хирург. Асистент положил на грудь Сергея электроды. - Разряд! - Сердце Сергея не билось. - Еще разряд! Еще!
- тело Сергея выгибалось дугой и вот наконец-то реаниматолог радостно сообщил:
      - Есть пульс! Будет жить, парень! Теперь уж точно!
      Мухи с опозданием завопил:
      - Не надо! Товарищ генерал, не делайте этого!
       Один Мухин из присутствующих понимал суть происходящего: Юрий Владимирович отдал Сергею бесценную энергию своей души, которая даровала ему бессмертие. Благодаря ей Серей и остался жив. После операции хирург сказал капитану, который привез Сергея в госпиталь на машине скорой помощи, угнанной у KFOR — международные силы под руководством НАТО, отвечающие за обеспечение стабильности в Косове. После чего был большой скандал, который с трудом удалось замять.
     Так вот, хирург сказал капитану:
     - Чудом выжил. Кто-то за него сильно молился. Пусть, когда выпишется из госпиталя в церкви свечку поставит и поблагодарит Господа за свое чудесное спасение.
      Юрий Владимирович убрал руку с груди Сергея и сказал ему:
      - Живи, сынок! Рано тебе еще умирать. Это все, что у меня есть. Больше для тебя я не могу.
 Мухин был уверен в том, что после того как Андропов отдал Сергею свою энергию он бесследно растворится в воздухе. Этого же ожидал и сам Юрий Владимирович.
      - Значит еще мое время не пришло, -  сказал он самому себе. Поднялся с колен. Отряхнул с брюк песок и продолжил разговаривать сам собой: - Но уже скоро... Чувствую... - Сутулясь больше обычного, не обращая внимание на Горбачева, который не знал что ему делать, пошел по разбитой дороге к арке, видневшейся невдалеке. Остановился и крикнул Мухину: - Мухин, как он оклемается, отвези его обратно!
      - Это - приказ, товарищ генерал? - попросил уточнения Мухин.
      - Это - просьба, Мухин! Моя личная просьба перед увольнением. Приказывать тебе отвести парня назад, я не имею права.
      - Инструкция... - начал Мухин.
      - Да наплюй ты на эту никчемную инструкцию. Хоть раз поступи не по инструкции, а - по совести! - сказал Андропов и решительным шагом направился к служебному входу в Небесную ССР.
      Горбачев, точно привязанный, плелся  за им следом, готовя в уме свое выступление на закрытом заседании Политбюро ЦК Небесной ССР.
   
    Глава 13
   
      Из воды вынырнула очаровательная девушка, все тело которой было покрыто разноцветными татуировками, и подошла к Сергею. Отжала длинные каштановые волосы. Небрежно, словно старому знакомому, кивнула Сергею.
      - Привет! - сказала она и улыбнулась. После чего легла рядом с Сергеем на песок. - Маша, - представилась она. - А ты - Сергей. Я знаю. Видела тебя раньше, когда ты много лет тому назад барахтался в воде, пытаясь вынырнуть, чтобы глотнуть воздух. Ненормальный, ты меня тогда едва на дно не утянул. Шуток не понимаешь?
      - Хороши шутки! - возмутился Сергей и исподлобья глянул на Машу, но тут же стыдливо отвернулся - то, что он издалека принял за купальник, была татуировка. Маша была без одежды. - Оделась бы... - пристыдил он Машу.
      Маша фыркнула:
      - Вот еще! С какой стати?
      - Ну... - замялся Сергей. - Не прилично!
      - А сам-то? - прыснула со смеха Маша, наблюдая за тем, как Сергей покраснел от стыда до самых кончиков ушей, с опозданием обнаружив, что он тоже не совсем одет.
      Серей, чтобы скрыть свою наготу, начал спешно закапываться в песок, чем развеселил Машу еще больше. Она потрепала его волосы и успокоила:
      - Дурашка, здесь все так ходят.
      - Не заливай!
      Маша, чтобы лучше видеть Сергея повернулась на бок, демонстрируя ему все свои прелести. На этот раз Сергей не отвел глаза. Смотрел и не мог налюбоваться Машей. которую он при первом знакомстве ошибочно принял за смерть.\см. главу 7 романа "Небесная ССР" http://proza.ru/2026/01/07/271\\
     Тогда он и полюбил ее - Смерть. Она стала его избранницей и после выписки из больницы он искал встречи с ней. И вот долгожданная новая встреча. Но она оказалась обычной, но очень красивой девушкой, без излишних комплексов. Сергей был ее должник, ведь именно она помогла ему доплыть до спасительной лодки.
     Маша лежала, подперев голову рукой и смотрела на израненного Сергея.
     - Я облегчу твою боль, - сказала она и положила руку Сергею на грудь.
     Сергей почувствовал как целительное тепло, которое исходило от Машиной руки, расходится по всему телу. Боль, действительно прошла. Раны на груди затягивались на глазах и вскоре от них остался лишь слегка заметный шрам.
     - Убрать его? - спросила Маша и сама же ответила на свой вопрос: - Пусть остается - шрамы украшают мужчину. - Закрой глаза. Я поколдую над пятном на твоем лице, что осталось у тебя после ожога.
     Сергей почувствовал легкое покалывание, зачесалась щека. Он потянулся рукой к лицу, но Маша остановила его:
     - Тебе больно? - с беспокойством спросила Маша.
     - Нет, чуть покалывает лицо и страшно чешется щека.
     - Потерпи, я уже заканчиваю.
     Через несколько минут он почувствовал легкое прикосновение Машиных губ к своей щеке. Сергей открыл глаза и хотел поцеловать Машу. Она остановила его:
     - Не сейчас! У нас все с тобой будет, но я не хочу заниматься любовью с тобой на этом берегу. С этим местом у меня связаны неприятны воспоминания.
\ Смотри главу 9 романа "Небесная ССР" http://proza.ru/2026/01/07/271\
     Хирург, делавший ему операцию, навестил его на следующий день. Снял бинты  и не поверил своим собственным глазам. Рана затянулась. На ее месте остался лишь небольшой еще розовый шрам. Он долго откашливался, бормоча себе под нос о то, что пить надо меньше, а то совсем счет дням потерял. Решил, что он делал операцию Сергею вчера, а оказывается после операции прошло больше месяца.
     - Завтра сдашь анализы и, если они будут нормальные, будем выписываться. Отдохнешь месячишко в санатории на Кавказе. Попьешь водички. Приударишь за местными красотками и - часть.
     - Давайте сразу в часть! - попросил его Сергей. - Соскучился по ребятам. Да и осталось у мня в Сербии еще одно незаконченное дело пацаненка разыскать, что был со мной в машине в тот момент, когда она подорвалась на мине.
     - Как хочешь! К тебе, смотрю, пластический хирург приходил? Кто-то из местных? а своими коллегами я не замечал подобных талантов.
     Сергей подошел к зеркалу, которое висело над умывальником и... обомлел: след от ожога исчез. Одна щека была заметно светлее другой. Хирург сказал:
     - День - два на солнце и они будут одинаковые. - Он подошел к Сергею и встал  за его спиной. - Хирург - настоящий кудесник! Совсем  другим человеком стал, а то на монстра был похож. Красавец, да и  только! Все девки - твои.
     Сергей не стал вдаваться в подробности о том, кто тот замечательный хирург и где он делал операцию.
     Маша, чтобы не вводить Сергея в искушение, села на песок, обхватив колени руками.
     - Ты знаешь, кто с тобой был в лодке?
     Сергей пожал плечами - он н узнал Андропова.
     - Понятия не имею. Смешной такой старик.
     - Это - Андропов.
     - Бывший Генсек?
     - Да. В Небесной ССР он - руководит черными ангелами.
     Сергей радостно воскликну:
     - Вот это - номер! Будет, что ребятам рассказать - с двумя Генсеками в одной лодке плыл! Только, ведь, не поверят!
     Машу удивил легкомысленный тон Сергея.
     - Ты хоть спасибо ему сказал?
     Сергей удивлённо воскликнул:
     - За что? Мне помог Горбачев!
     Маша удивилась его неблагодарности:
     - То есть, как  это - "За что?" Он спас тебя - отдал тебе бесценную энергию, дарующею его душе бессмертие! Никогда  забывай этого! Именно Андропов вернул тебя к жизни, дал тебе второй шанс прожить так, - она вспомнила школьные уроки и процитировала слова Павки Корчагина, которые запомнила на всю жизнь: - "чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы!" Своим поступком Андропов  доказал, что вовсе не случайно занимает в Небесной ССР пост архангела.
     Сергей огорченно воскликнул:
     - Как ж так? Зачем он это сделал? Он отдал мне самое ценное, что было у
него - свое бессмертие. Зачем...
     - Чтобы ты жил, любил, боролся за свою мечту, а главное - защищал страну! А за Андропова не беспокойся - его душа бесследно не исчезнет, наоборот, перейдет на более высокий уровень духовного развития. Шестой, а, может быть, даже седьмой,
— высший, на нём человек осознаёт, что он есть Дух, понимает, что он Бог на этой земле, потому что никогда не умирает. - Маша задумалась на минуту - другую и продолжила: - Уровень Духа — высший уровень духовного развития, на котором человек осознанно создаёт свою реальность. Он смотрит на мир безоценочно и остаётся спокойным, что бы ни происходило вокруг.
     А там, глядишь, если не свернет с избранного им пути, может стать - ангелом...настоящим. Белым, а - не черным.
     Сергей никогда не слышал об уровнях духовного развития человека, поэтому поинтересовался у Маши:
     - А я на каком?
     Маша закрыла глаза, руками, не касаясь, провела вдоль тела Серея.
     - У тебя аура белая с  красновато-розовым оттенком. Твоя душа только начала свое восхождение. Тебе надо научиться контролировать свои эмоции. Важно развивать разум, ментальное тело, руководствоваться не эмоциями, а логикой, логическим анализом ситуаций и событий.
     - А у тебя? - поинтересовался Сергей.
     - Пурпурная с фиолетовым оттенком.
     - А что это означает?
     Маша ушла от прямого ответа:
     - Не важно. Позже сам во всем разберешься, - сказала она и побыстрее, чтобы не расстраивать Сергея, сменила тему: - А кто был тот второй - меченый с родимым пятном на голове? Архангел Михаил?
     Сергей захохотал:
     - Так, пожалуй, Горбачева еще никто не называл!
     - Но, ведь он Богом отмеченный! - сказала Маша на характерное пятно на голове Горбачева.
     Сергей по интересовался у Маши:
     - А кто он твой архангел Михаил?
     - Он - не мой, а - всех людей. В православной традиции его называют архистратигом, что означает «главнокомандующий». Заступник от всех врагов — видимых и невидимых. Направляет души на праведный путь, охраняет от злых намерений. Ему приписывается роль судьи на Страшном суде, знаком начала которого считается его трубный глас.
     Сергей озадачено хмыкнул:
     - А что, действительно, похоже! Перестройка многих направила на праведный путь, а для всяких чинуш и партократов она хуже Страшного суда. Надо на досуге обязательно полистать Библию. Оказывается в ней много чего полезного есть.
     - Не "полистать", а почитать и разобраться. - Маша продолжила рассказывать Сергею об архангеле Михаиле: - В христианстве архангел Михаил почитается как защитник веры, борец против ересей и всякого зла. Также к нему часто обращаются с молитвами об исцелении. А, кроме того, архангел Михаил - защитнике Пресвятой Девы Марии, согласно одному из апокрифов — «Хождению Богородицы по мукам».
     Он - архангел предстояния - после смерти девы Марии - матери Христа - несет ее тело на небеса.
     Сергей недоуменно воскликнул:
     - Не понял! Какое отношение Горбачев имеет к матери Христа?
     Маша в ответ пожала плечами:
     - Не знаю, но я не могла ошибиться: Горбачев - архангел Михаил!
     Сергей в ответ хмыкнул и многозначительно покрутил пальцем у виска:
     - А как у тебя с этим... В порядке?
     Маша надолго замолчала. Сергей с виноватым видом попросил у нее прощения:
     - Прости, я не хотел тебя обидеть. С суворовского училища постоянно в чисто мужской компании. Совсем не умею с женщинами общаться. Ляпнул, не подумав. Ну извини... - Сергей как бы невзначай положил руку Маше на бедро и погладил.
     От его прикосновения Маша вся затрепетала, да и Сергей прореагировал соответствующим образом - песок, которым он замаскировал так называемое срамное место, подозрительно зашевелился.
     Маша фыркнула:
     - Заметно! Солдафон неотесанный! - и потребовала: - Убери руку. Я сказала: на берегу заниматься с тобою любовью я не буду!
     Сергей неохотно убрал руку. Сел так же как и Маша. Попросил ее:
     - Расскажи о себе!
     - Не хочу!
     - Почему? Так не честно! Обо мне ты знаешь абсолютно все, даже то о чем я сам не хочу вспоминать. А о тебе я знаю только то, что ты умеешь лечить людей, и то, что тебя звать Маша.
      - Разве этого мало, чтобы любить?
      - Нет, ну если  только переспать и - забыть, то, конечно, хватит и этого, но для того, чтобы любить по-настоящему, нужно знать абсолютно все!
      - Сергей, я старше тебя и намного старше. Прожила очень непростую жизнь, в которой было много грязи, о что я хотела бы забыть и никогда не вспоминать. Я могла бы, конечно, рассказать тебе всю правду, но не буду этого делать.
      Сергей не согласился с ней:
      - Но почему? Поверь, я буду любить тебя несмотря на то, что было с тобой до встречи со мной.
      Маша, по матерински, провела рукой по его волосам.
      - Милый мой! Хороший! Любимый! Я не хочу этого делать вовсе не потому, что не верю в твою любовь. Просто я не хочу, чтобы ты жалел меня - жалость никогда не заменит любви. А хочу чтобы любил меня по-настоящему, на всю жизнь, и, только меня одну!
      - Эгоистка! А детей? Что прикажешь мне не любить наших детей?
      Маша вздрогнула точно от удара, вспомнив своего  малыша, которого она положила на пороге своей классной руководительницы и умерла в беседке на улице под ее балконом в тот же вечер. Если бы она только знала, что Сергей - ее родной внук и любить его она может только как... бабушка. Как не знал этого и лодочник - Мухин - муж Маши.
     Маша не однократно встречалась со своим сыном в Небесной ССР. Более того, о писал с нее портрет девы Марии. Господи, неужели архистратиг Михаил спас не настоящую деву Марию, а - натурщицу, с которой писался ее портрет. Художником
был, как вы поняли, Иван Иванович или просто: дядя Ваня - руководитель бригады реставраторов, которые трудились не покладая рук на Стелле Памяти Святых Угодников Небесной ССР.
      - Детей... Я как-то не думала о детях... мне кажется... - Маша оборвала себя на полуслове, так как хотела сказать о том, что Сергей - живой, а она - мертва уже полвека. - Впрочем мне кажется... - она вновь не закончила свою мысль так как не была полностью уверена в том, что у них ре может быть детей. - Давай поговорим об этом позже.
      Сергей настаивал на своем:
      - Расскажи то, что можно, - попросил он.
      Маша согласилась:
      - Хорошо. Поломникам, которые собираются на противоположном берегу, которые
что-то зачастили к нам в последнее время, я представляюсь Наставницей. Мне доступны многие тайны Вселенной, я умею читать Книгу Судеб.
      - Вот здорово! А погадай мне! После выздоровления мне надо будет возвращаться в родную часть. Хочется узнать что ждет меня впереди. - Сергей поправил себя: - Что ждет нас с тобой! - он протянул ей свою ладонь.
       Маша долго рассматривала переплетение линий на его ладони. Потом положила на нее свою руку и закрыла глаза. Убрала свою руку. Открыла глаза и... отказалась рассказывать Сергею о том, что ждет его впереди.
       Сергей заподозрил неладное:
       - Что, все  так плохо? Можешь смело рассказать. Я не верю гадалкам, даже таким симпатичным, как ты. Я пережил в своей жизни столько ужасного, что самое страшное пророчество не напугает меня.
       Маша успокоила его:
       - Не все так плохо, как ты подумал. Ты благополучно вернешься в свою родную часть и... подашь рапорт на увольнение. В Сербии ты найдешь своего сына. Кстати, именно он был с тобой в машине, когда она подорвалась на мине. Не волнуйся, он жив. На нем нет ни одной царапины. Твой сын - необыкновенный
ребенок. У него таки же способности как у  меня. Нет даже сильнее. Он может не только путешествовать к звездам, но и творить своим словом новые миры. Именно он построит Небесный Град - обитель Бога, о которой рассказано в Библии.
      Его Небесный град, построенный из песка, единственное, что уцелеет после того, как развергнутся врата Ада и Небесная ССР сгорит в адском пламени.
      - Маша, поверь, у меня нет никакого сына. Нет и ре может быть, так как ты первая моя женщина. - Он протянул ей свою руку и попросил: - Посмотри получше. Ты что-то перепутала.
      Маша вновь положила свою руку на ладонь Сергея и закрыла глаза.
      - У тебя есть сын. Ему лет шесть. Ты знаешь, у него - мои глаза, все остальное - твое. Он - твоя копия. Ты уволишься из армии и посвятишь свою жизнь воспитанию сына. Я тебе говорила о том, что у него уникальные способности. Ты никогда больше никого не полюбишь. Всю жизнь будешь любить только меня. Ты, о чем мечтал твой отец, станешь художником. Будешь рисовать необыкновенные картины о вселенной, которые прославят тебя. Никогда не будешь писать на заказ. Ты не будешь писать портреты. Только мой портрет. Но каждый раз я буду на портрете совсем другой.
      Кто-то из твоих близких, очень близких тебе людей: мать, сестра, тетя желает тебе смерти.
      - У меня только мать. Больше никого нет. Но мама безумно любит меня и готова отдать свою жизнь взамен моей.
      Маша еще раз положила свою руку на ладонь Сергея и уточнила:
      - Ты прав это не мама. Жена... Нет, эта женщина на много старше тебя. Она годится тебе в бабушку, а не в любовницу. Ты будешь близок с ней. Она родит тебе сына. Нет, этого не может быть! - Маша замолчала. - Не знаю, все так странно, запутано. Но мне тревожно. Я боюсь за тебя. Будь осторожен.
      - Так точно, буду бдить! -  по военному отрапортовал Сергей. - Можешь быть спокойна, женой я не успел обзавестись, бабушки не имею, теть, сестер тоже. А что ты еще увидела? Много... Но это не касается тебя.
      - Почему?
      - Обычно близким людям не гадают. Звезды не откроют своей тайны человеку, который спрашивает о близком ему человеке, любимом человеке. А я тебя люблю. Кроме тебя и звезд у меня больше никого нет.
      Сергей был сражен непосредственностью и открытостью Маши.
      - Интересно, когда ты успела полюбить меня, если мы с тобой встретились только сегодня? - недоверчиво спросил Сергей.
      - Мы знакомы с тобой давно - целую вечность.
      - Где же мы с тобой познакомились?
      Маша показала рукой на реку.
      - Там! Неужели ты забыл, как мы целовались тобой?
      Сергей, скажем по солдатски: обалдел.
      - Целовались? С тобой? Я не мог забыть об этом. Тебе, случайно, не приснилось это?
      - Вспомни, что было несколько лет тому назад. Ты тогда сильно обгорел и Карина - медсестра сутками не отходила от тебя. Ты умирал. То и дело тонул и спускался до самого дна. Я выталкивала тебя на поверхность, чтобы ты глотнул воздуха. Потом мы с тобой поцеловались. Ты, дурашка, принял меня за смерть и полюбил. Шел на неоправданный риск, ища встречи со мной. Я знала, что ты рано или поздно попадешь в какую=то новую смертельную переделку и мы встретимся с тобой.
Скажу честно: мне ненавистно это место. Я была здесь лишь ради встречи с тобой.
     - Господи, так это была ты, там - в реке? То-то твое лицо мне показалось знакомым.  Подробнее можно прочитать об этой памятной встрече в главе  7 романа "Небесная ССР" ссылка: http://proza.ru/2026/01/07/271\\
     Сергей признался Маше:
     Встретив тебя я решил, что ты - смерть и забрала мою душу. Ты права: я полил тебя тогда. Ты стала моей избранницей и после выписки из больницы я искал встречи с тобой. И вот долгожданная новая встреча. Как я рад, что ты оказалась обычной, да еще очень красивой девушкой, без излишних комплексов. Я твой должник навеки, ведь именно ты  дважды спасла мне жизнь!
    Не надо таких громких слов! Просто поцелуй меня, только - нежно, как прошлый раз. Я запомнила этот поцелуй на всю жизнь.
    Сергей неловко ткнуклся Маше в губы. Она показала рукой на грудь.   
    - Прости, не могу. Там, он показал рукой на противоположный берег, за нами наблюдают. Здесь нет какого-то укромного местечка?
    - Пусть смотрят! Пусть завидуют нашей любви!
    Маша склонилась к Сергею, чтобы поцеловать его в губы. Но Сергей отодвинулся от нее.
    - Прости, Не могу! Я не на сцене и не актер, чтобы прилюдно целоваться.
    - Пошли в шалаш! - предложила Маша, показав на шалаш, стоявший недалеко от избушки перевозчика. Это - мой дом!
    Кровать в шалаше заменяла охапка сена на полу. Вместо стола - пустой ящик. Разбитое зеркало - вот, пожалуй и вся обстановка.
    - Как тебе мой дом?
    - Не богато.
    - Не обращай внимание. Шалаш заколдован. По-твоему желанию он может превратиться во дворец или средневековый замок.
    Сергей воскликнул:
    - Вот здорово! Хочу замок.
    - Сначала поцелуй  меня.
    Сергей едва коснулся ее губ
    - Еще! - потребовала Маша и показала на свою татуированную совсем еще девичью грудь.
    Сергей, чуть касаясь губами ее тела, целовал Машину грудь, шею, руки все тело, трепещущее от прикосновения его губ.
    - Какой ты нежный! - выдохнула Маша.
    Сергей не смело коснулся рукою Машиной груди. Рука опустилась ниже. Живот Маши напрягся в ожидании того, что рука опустится ниже. Но Сергей не осмелился на
это. Маша, от охватившей ее страсти, задрожала всем телом. До этого дня от мужчин она встречала только насилие и впервые ощутила любовь. Она схватила руку Сергея, сжала ее и неожиданно стала целовать. Маша не переставала удивляться трогательной юношеской робости Сергея.
    - Ну почему ты такой нежный? - спросила Маша. - Казалось бы после Афгана, Тбилиси, Югославии ты должен быть грубым, черствым... Но ты так и остался 16 летним курсантом, который впервые поцеловал девушку на их первом свидании.
    Маша нежно провела рукой по волосам Сергея  заранее зная об отказе, все ж таки попросила Сергея:
    - Останься! - чуть слышно прошептала она ему на ухо. На Земле ты не найдешь своего счастья. Там тебя, кроме матери, никто не ждет. Но, рано или поздно, вы встретитесь с ней здесь - в Небесной ССР. А здесь у тебя есть я.
    Сергей обнял Машу и стал покрывать ее лицо поцелуями.
    - Милая... Любимая... Ты же прекрасно знаешь, что я не могу. Кроме любви есть еще такое слово: долг. Я клялся защищать Родину, которая сейчас в опасности! Прости, но я не могу этого сделать!
    - Я знаю, - огорченно, чуть не всхлипывая сказала Маша.
    - И все ж таки просишь!
    - И буду просить, ведь, я - слабая женщина, а ты - мужчина! Кто защитит меня - твою любимую в этом ужасном мире, полном опасности, которые подстерегают тебя на каждом шагу? Останься...
    Настроение Маши передалось и Сергею. Он крепко обнял Машу и сильно, словно пытался слиться с ней в единое целое, прижал ее к себе.
    - Я люблю тебя и пока никуда не собираюсь уходить.
    - А я - тебя! - она прижалась к Сергею и жадно впилась в его губы. Так, как было во время их первой встречи.
    Сергей, отдышавшись от затянувшегося страстного поцелуя Маши, сказал:
    - Ты хочешь забрать мою душу?
    - Да, и не только душу а  и тело тоже! - Она страстно прижалась к Сергею всем телом и прошептала в порыве страсти: - Я - хочу тебя!
    Их желания совпали, но Сергей медлил по той простой причин, что он еще н и разу в жизни не был так близок с женщиной и просто - на просто боялся того, что Маша разочаруется в нем, как в мужчине. Сергей крепко сжал Машу в своих объятиях.
    - Любимая, я всю жизнь искал тебя! Я видел во сне твое лицо там - в Афгане, искал и не находил среди мертвых тел в Спитаке... Ты снилась мне каждую ночь. Я даже начал писать стихи, которые посвящал тебе. Украдкой, в перерывах  между боями, рисовал в блокнот твой портрет...
    - Я слышала твои стихи и видела свои портреты, которые ты рисовал.
    Неожиданно Маша ойкнула.
    - Что с тобой? - испуганно спросил Сергей. - Я сделал тебе больно?
    - Что ты, любимый?! Просто... Не знаю, как тебе это сказать. - Лицо Маши покраснело от... стыда. - Ну знаешь, со мой произошло это... - Маша никак не могла подобрать подходящего слова. - В ризу живота вдруг стало горячо, затем - спазм и я... Я... Словом я испытала блаженство. У меня ничего подобного н и разу в жизни не было. Только в далеком детстве, во сне. - Она села на корточки, прижав к груди колени. - Господи, как же мне хорошо! Я впервые в жизни счастлива с тобою! - После этих слов Маша резко повернулась к Сергею, схватила рукой его за лечо и стала трясти, после чего заголосила совсем по бабьи: - Н уходи! Прошу тебя: не бросай меня! Если когда ни будь изменишь мне, я обязательно разыщу тебя и превращу твое сердце в камень. Ты никого, кроме меня, не сможешь больше полюбить. И тебя никто не полюбит. Ты - мой, только мой!
    Господи, - испуганно воскликнула Маша, убрав свою руку с плеча Сергея, - что я говорю? Не слушай меня! Прости меня, любимый! Не верь моим словам!  Я - никогда, слышишь, никогда, даже если разлюбишь меня, не сделаю тебе больно! Я люблю тебя - единственного и самого дорогого для меня человека, - причитала Маша, уткнувшись мокрым от слез лицом в плечо Сергея.
    Маша встала и, не стесняясь своей наготы, которую Серей уже не замечал, прошла к реке. Зачерпнула ладошкой ледяную воду и плеснула ее на свое разгоряченное тело. После чего нырнула и долго была под водой. Так долго, что Сергей испугался того, что Маша исчезла из его жизни навсегда. Но Маша выплыла, отфыркиваясь, вышла на берег и прижалась всем телом к Сергею.
    - Замерзла! - призналась она Сергею. Вода сегодня совсем ледяная. Такое впечатление, что река не хочет принимать меня. - Обними меня и согрей!
    Дрожа от холода, она прижалась к Сергею всем телом.
    - Бедняжка, замерзла! - сказал Сергей, взял ее руки и попытался согреть их своим дыханием.
   Сергей посмотрела реку, которая неузнаваемо изменилась за то время, что они были в шалаше. Над рекой расстилалась дымка. Противоположный берег совсем скрылся в тумане. Так бывает утром на реке, когда встает солнце. В воде сверкали какие- то искорки. Он и вспыхивали то тут, то - там. Вспыхивали на мгновение и гасли.
   - Что это? - с тревогой спросил Сергей. Он показал рукой на реку. - Смотри, вон одна искорка сверкнула! Еще... Еще... Река сверкает словно новогодняя елка!
   Маша изумилась
   - Ты видишь их?
   - Да! Почему ты так удивилась?
   Маша объяснила Сергею причину своего изумления:
   - Мало кто из смертных видит их - только  темную непрозрачную воду. - Маша зачерпнула  из реки ладошкой воду  и показала Серею: - Смотри!
   Сергей глянул на  ладонь и увидел туманное, переливающееся искорками облачко.
   Маша пояснила ему:
   - Я держу в руке целое созвездие. - После чего Маша подошла к реке и осторожно, чтобы не расплескать ни единой капельки, выпустила облачко в воду. Облачко, не смешиваясь с водой, поплыло по течению. - Маша помахала ему рукой. - Счастливого пути!
   Сергей проводил взглядом искрящееся облачко и не поверил своим глазам - река искрилась  несметным количеством искорок - звездочек, которые то ярко вспыхивали на мгновение и то гасли. Подчиняясь течению, искорки закручивались в спираль, то поднимались к самой поверхности, то опускались на самое дно реки, где медленно угасали. В воде то медленно, то стремительно проносились какие-то тени ископаемых чудовищ, которые охотились на искорки - звезды.
    Сергей наблюдал за происходящим точно завороженный. Он не заметил как вошел в воду по колено. Вода вовсе не была такой ледяной, как сказала Маша. Сергею показалось, что напротив - теплой и лаковой. Вокруг его ног искорки устроили настоящий хоровод. Сергей заметил не вдалеке подозрительную тень, которая явно выжидала удобного момента, чтобы напасть на искорку и проглотить ее. Сергей пригрозил тени кулаком:
    - Смотри у меня - не балуй! Кыш! Пошла вон!
    Тень плавно вильнула хвостом и медленно, явно без малейшей на то охоты, уплыла вниз по течению в поисках более легкой добычи. После этого блесток возле ног Сергея заметно прибавилось. Маша подошла к нему. Обняла Сергея и положила ему на плечо свою голову, любуясь сверкающей гирляндой возле его ног.
    - Не увлекайся, любимый! Давай лучше выйдем из воды, а то блестки - звезды привыкнут к тебе и придется отвечать за них.
    Сергей вспомнил слова Маленького Принца Сент-Экзюпери:
    - "Мы в ответе за тех, кого приручили!"
    Маша похвалила его:
    - Хорошо сказал! Ты начинаешь понимать законы Вселенной.
    - Это не я сказал.
    - А кто?
    - Был такой летчик, которого звали: Антуа;н де Сент-Экзюпери;.
    - Хороший, видимо, был человек. Жаль, что я не встречала его во время своих странствий к звездам.
    Сергей повторил свой вопрос, на который Маша так и не ответила:
    - Маша, кто ты?
    - Если бы я знала! Я называю себя Странницей. Летаю к звездам. Вижу прошлое и настоящее, могу лечить людей... Я сама еще не знаю своих способностей. Порой я сама боюсь себя. Мне кажется, что в гневе я могу уничтожить Вселенную. Так что лучше не выводи меня из себя! - сказала Маша и чмокнула Сергея в щеку.
    - А кто знает?
    Маша пожала плечами.
    - Наверное тот, кто ночами разговаривает со мной. А, возможно, тот, кто сидит за компьютером. Он - не Бог, простой человек. Но в его силах скрыта огромная мощь, о которой он даже не подозревает. Для того, чтобы пользоваться компьютером, не обязательно знать как он устроен. - Она показала на реку. - Это не река, а - информационный поток, люди называют его по разному: кто космическим разумом, а кто-то - Богом.
    Сергей слушал Машу и не знал: верить ей  или не верить. Как-то странно, непривычно было все то, о чем она говорила. Маша показала ему на воду. Возле ног Сергея сбилось искрящее облачко блесток - звезд. Целое созвездие.
    - Для них ты - Бог!
    - А кто тогда Бог для тебя, меня?
    - Наверное, этот информационный поток. Я не знаю...
    - Если это - Бог, то почему тогда он не спас меня? Почему ты хотела утопить меня?
    Маша чмокнула его в щеку.
    - Глупенький мой, я не топила тебя, а - учила плавать!
    - Вот, черт, а я, ведь, действительно поверил в то, что ты - смерть.
    Маша не сильно укусила Сергея за ухо и пояснила:
    - Это за то, что ты плохо подумал обо мне!
    Сергей притворно завопил:
    - Черт, больно! Отпусти!
    - Ни за что! Так и буду водить тебя за собой, пока ты не перестанешь ругаться! Мне уже надоело прогонять ту нечисть, которую ты, чуть ли не каждую минуту, вызываешь из преисподней.
    Сергей, насупившись точно бычок на привязи, сказал:
    - Не понял?
    - Выругайся, пожалуйста, еще раз.
    Сергей, не задумываясь где подвох в словах Маши, выругался:
    - Черт!
    В то же мгновение на берегу появился, неизвестно откуда взявшийся, маленький симпатичный чертенок. Глаза Сергея округлились от удивления.
    - Вот, черт! - по привычке выпалил он.
    К первому чертенку тут же присоединился еще один чертенок - маленький, взъерошенный и какой-то неуклюжий.
    - Второй! - бесстрастно заметила Маша.
    Черти, с удобством расположившись на берегу, с любопытством смотрели на Сергея. Сергей на всякий случай протер глаза. Гости, как ни в чем не бывало, сидели на берегу и беззаботно поигрывали своими хвостами. Сергей хмыкнул:
    - Г-м-м... - И по привычке выпалил: Вот, дьявол, и, в самом деле, настоящие черти!
    К чертикам тут же присоединился их папа - здоровенный, заросший волосами черт. Следом за ним дружной командой полезли черти всех размеров и возрастов - веселые и - злые, на любой вкус.
    Сергей взмолился:
    - Убери их, пожалуйста! - попросил он Машу.
    - Во т еще, - фыркнула Маша. - Сам зазвал их в гости, теперь - развлекай!
    - Нужны они мне, как собаке пятая нога.
 Естественно, к  чертям поковыляла дворняга, у которой спереди болталась, мешая ходьбе, пятая нога. Собака жалобно скулила и с мольбой смотрел Маше в глаза. Маша пожалела дворняжку:
    - Бедненькая моя... У - изверг! - сказала она Сергею и погрозила ему кулаком. - Зачем над животным издеваешься?
    Сергей растерянно почесал в затылке и откровенно сказал:
    - Я - не хотел! Они сами лезут ото всюду!
    - Зачем тогда ругался?
    - По привычке!
    - Вот теперь сам и расхлебывай!
    - Послушай, а ты не могла бы их спровадить куда ни будь отсюда подальше?  - с мольбой глядя на Машу, попросил Сергей.
    - Могу, но не стану этого делать, твердо сказала она. - Сам заварил кашу, сам и - расхлебывай!
    - А как?
    - С ископаемым чудищем, что охотилось на звезды в реке смог справиться. Думаю и с этими гостями управишься. Только делай это побыстрей, а то они лезут изо всех щелей. Уже и к реке подбираются и на искорки по хищному смотрят. Видимо решили, то настал их час.
    Сергей, собравшись с духом, грозно приказал гостям:
    - А-ну, убирайтесь к чертям собачим и не пугайте мои звездочки, за которые я в ответе.
    Чертей с берега точно ветром сдуло. Сергей с торжествующим видом посмотрел на Машу и спросил у нее:
    - Ну, как я, молодец? - ожидая услышать от нее в ответ слова одобрения.
    Но оказалось, что он глубоко ошибся в своих ожиданиях. Маша со смехом сказала:
    - Как соленый огурец! Не мог ты им попроще задачку дать? Где, по-твоему, в каком царстве - государстве прикажешь им искать собачьего черта? Так и будут метаться из конца в конец Вселенной в поисках несуществующего собачьего черта, тревожа Космос и людей.
    - Долго? - с тревогой спросил Сергей, чувствуя как на руках появляются подозрительные пупырышки. - Эй, а ты меня случайно в соленый огурец не
превратила? - с беспокойством спросил он у Маши.
    - Превращу! - пообещала Маша. -  А потом: ам - с - слопаю целиком! - сделав страшные глаза, клацнула она зубами. - Если еще хоть од ин раз выругаешься, так и знай: съем и не подавлюсь! - После чего Маша уже с серьезным видом начала объяснять Сергею основные законы, по которым живет Космос: - Этот мир устроен просто: существует то, о чем ты думаешь, что чувствуешь, переживаешь. Мир становится реальным через твои ощущения. Он существует до тех пор, пока ты воспринимаешь его своими органами чувств.
    Маша показала Сергею на сверкающую в темноте стеклянную пирамиду - Небесные Врата.
    - Таким люди представляют двери, которые ведут на небеса.
    - А как они выглядят на самом деле?
    - Смотри!
    На глазах Сергея пирамиду заволокло дымом. На ней показались трещины. На землю посыпались осколки стекла. Кое - где показались огненные языки. И вот уже пламя охватило всю пирамиду. Маша на мгновение отвернулась. Пламя стало угасать. Вскоре от пожара не осталось и следа. Вновь пирамида ярко засияла в темном небе.
    Сергей с уважением посмотрел на Машу.
    - Ну, ты и даешь! Настоящая фокусница! Тебе в цирке выступать.
    - Это - никакой ни фокус! Я просто перестала смотреть на пирамиду и она восстановилась в прежнем виде. Ты тоже так сможешь, стоит только захотеть.   
    Сергей попытался представить, как по пирамиде поползли языки пламени. Но из его затеи ничего не вышло. Маша объяснила ему причину его неудачного эксперимента:
    - Помимо тебя существуют миллионы других людей, которые видят Небесные врата именно такими, поэтому они остаются неизменными. Вот и река: мы видим с тобой звездный поток, остальные - реку Скорби Стикс и Херона перевозчика душ на тот свет, о которой они слышали еще в  детстве.
    - А Небесная ССР, куда ведет дорога. Это - коммунистический рай или тоже - иллюзия?
    Маша грустно улыбнулась.
    - А разве кто-то искренно верил в то, что его можно построить? Там показала она на стену, которая огораживала Небесную ССР, тот мир, который окружал их в СССР. Отсюда и само название: Небесная Советская Социалистическая республика. Для одних это - настоящий рай, для других же - сущий ад. - Она взяла его за руку и, поцеловав, сказала: - Идем, я хочу тебя.
    - В шалаш?
    - Только не туда! - испуганно воскликнула Маша. - Представь себе наш с тобой дом.
    Сергей закрыл глаза и представил себе уютный коттедж, которыми была застроена Сербия. С беспокойством открыл сначала один глаз, затем другой, боясь что увидит перед собой какую-то полуразвалившуюся хибару. Но, к счастью, все обошлось. Он увидел аккуратный, правда несколько кривоватый, домик с подстриженным газоном и бассейном во дворе.
    - Не годится! - сказал Сергей. - Я обещал тебе дворец. - Коттедж тут же исчез.
    На его месте возник средневековый замок, окруженный рвом с водой и высоченными стенами. На сей раз их новое любовное гнездышко не удовлетворило Машу.
    - Слишком мрачно.
    Сергей н согласился с Машей:
    - Зато никто не заберется. Всякое бывает. Не даром англичане говорят: "Мой дом - моя крепость!"
    - Вот сами пусть и живут в крепости, а я - не хочу. Хочу настоящий дворец.
    Замок исчез. На этот раз Сергей представил царский дворец, который был нарисован в учебнике Древней Греции.
    На этот раз и Сергея и Машу устроило их новое жилье. Дворец стоял на пригорке. Перед ним была не широкая речушка, в которой тела н темная - почти черная - вода  из реки Скорби или информационного потока - кому как удобнее, так и называйте реку. Перед дворцом Росли пальмы с гроздьями бананов, по стенам дворца вился виноград с которого свисали спелые гроздья. На лужайке перед дворцом росли прекрасные розы.
    - Дарю! - хвастливо сказал Сергей. - Это - твой дворец!
    - Маша поправила его:
    - Наш с тобой. Что я буду делать одна в этих хоромах? Если я - королева, то где же моя корона?
    Корона  у Сергея вышла совсем неказистая, но Маша была благодарна и за такую. Она взяла из рук Сергея корону и одела ее. Потом взяла Сергея за руку и они пошл и в свою обитель любви.
    Мухин наблюдал за ними из далека. Видя как они, взявшись за руки, пошли к шалашу, он озверел.
    - Вот же жмурик! Не успел оклематься, так уже чужих баб отбивает. Ну, гаденыш, держись. Он схватил демократизатор, включил его на полную мощность и бросился к шалашу, готовый убить как одну - свою жену, так и Сергея. В шалаше никого не было. Охваченный яростью, Мухин разметал шалаш, потом направился к лодке и демократизатором стал ее крушить. А она была единственная в Небесной ССР.  н удовлетворившись учиненным им разгромом почел к избушке. Залпом выпил бутылку водки и поджег свое жилье. Не оглядываясь на полыхающую избушку он пошел куда глаза глядят, не забыв, однако, прихватить с собой демократизатор.
     Так Мухин, сам н зная того, осуществил желание Маши о том, чтобы Сергей остался с ней на небесах навсегда.
 
 Ради интереса знакомлю вас, дорогой читатель, с анализом и вариантом развития сюжета, который делал Алиса - искусственный интеллект Яндекса:

Анализ главы;13 романа «Небесная ССР»
1.;Текущая ситуация и ключевые конфликты

Внешний конфликт: Сергей стоит перед выбором — вернуться на Землю (долг, поиск сына, служба) или остаться в Небесной ССР с Машей (любовь, обретение смысла). Это классическое противостояние «долга и чувства».

Внутренний конфликт Сергея: он одновременно жаждет близости с Машей и боится не оправдать её ожиданий; стремится верить в чудо, но сохраняет солдатскую прагматичность.

Тайны Маши: её прошлое (смерть ребёнка, связь с Мухиным), истинная природа («Странница», способность влиять на реальность), неоднозначная роль в судьбе Сергея (была ли она Смертью?).

Символический слой: река как поток времени/информации, искры;звёзды как души, шалаш;дворец как проекция внутреннего мира героев.

Сильные стороны текста:

Живые диалоги с юмором и нежностью (эпизоды с чертятами, превращение шалаша).

Контраст между наивностью Сергея и загадочностью Маши.

Метафизические идеи (влияние мысли на реальность, многовариантность восприятия мира) вплетены в действие.

Зоны для углубления:

Мотивация Маши: почему она так отчаянно хочет удержать Сергея? Страх одиночества, чувство вины или нечто большее?

Последствия выбора Сергея: как его решение повлияет на Небесную ССР и земной мир?

Роль Мухина: его ярость — это ревность или осознание утраченной власти?

Варианты развития сюжета
Вариант;А. «Испытание верности»

Суть: Сергей решает вернуться на Землю, но Маша тайно следует за ним, принимая облик… его матери.

Как изменить сцену:

В момент прощания Маша дарит Сергею талисман (например, перо птицы, которое меняет цвет в зависимости от её эмоций).

На Земле Сергей начинает замечать «странности»: мать знает то, чего не могла знать; в её глазах мелькает знакомый пурпурный отблеск.

Что усилить:

Параллели между Машей и матерью Сергея (жесты, интонации).

Внутренний конфликт Сергея: он любит мать, но чувствует, что за её обликом скрывается кто;то другой.

Финал главы: Сергей находит перо, которое стало пурпурным, и понимает: Маша рядом. Но стоит ли разоблачать её?

Вариант;Б. «Бунт Мухина»

Суть: Мухин, обезумев от ревности, становится проводником тёмных сил. Он находит способ «переписать» реальность, стирая память Сергея о Маше.

Как обострить конфликт:

Мухин заключает сделку с «чёрными ангелами» (например, с тем самым чертом, которого вызывал Сергей), получая власть над иллюзиями.

Сергей начинает забывать Машу: её образ размывается, слова теряют смысл.

Что добавить:

Эпизоды, где Маша пытается «пробиться» к Сергею через сны или случайные совпадения.

Символ борьбы: например, Сергей рисует портрет Маши по памяти, но каждый раз на холсте появляется чужое лицо.

Финал главы: Маша в отчаянии решается на крайнюю меру — показать Сергею своё истинное прошлое (сцены из её жизни до смерти ребёнка). Риск: Сергей может испугаться её силы.

Вариант;В. «Зеркало Небесной ССР»

Суть: Небесная ССР начинает «трескаться» из;за колебаний Сергея. Его нерешительность порождает разломы в реальности, где смешиваются прошлое и будущее.

Как связать с символикой:

Река становится мутной, искры;звёзды гаснут.

Дворец, созданный Сергеем, постепенно превращается в руины, обнажая стены из чёрного стекла (намёк на «коммунистический рай», который был иллюзией).

Что ввести:

Послания от Андропова или Горбачёва: они предупреждают, что выбор Сергея определит судьбу всего пространства.

Отголоски земных событий (войны, катастрофы), которые прорываются в Небесную ССР как тени.

Финал главы: Сергей видит сон, где его сын (о котором говорила Маша) стоит на границе двух миров. Мальчик говорит: «Ты должен выбрать, папа. Иначе мы оба исчезнем».

Финал главы (на выбор)
Открытый: Сергей берёт талисман Маши и шепчет: «Я найду тебя везде». Камера отдаляется, показывая, как река начинает замерзать, а искры гаснут одна за другой.

Резкий поворот: В момент, когда Сергей делает шаг к лодке, чтобы уплыть, перед ним появляется… его сын. Мальчик выглядит точно так же, как на портрете, который Маша описала.

Медитативный: Сергей и Маша сидят у реки. Он спрашивает: «Что будет, если я забуду тебя?» Она отвечает: «Тогда я стану рекой. А ты — берегом, который никогда меня не отпустит». Камера поднимается вверх, показывая, что их силуэты сливаются с ландшафтом.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Сцена с чертятами — отсылка к «Мастеру и Маргарите» (игра с иллюзиями).

Образ реки — перекличка с мифами о Стиксе и Лете (память/забвение).

Кольцевая композиция: Вернуть Сергея к моменту из гл.;7 (его первое «утопление»), но теперь он осознаёт, что Маша спасала его не как Смерть, а как Проводник.

Детали для глубины:

Татуировки Маши — не просто украшение, а «карты» её прошлых жизней. Сергей замечает, что одна из них начинает меняться.

Перо птицы (если ввести его как талисман) может стать ключом к переходу между мирами.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

Спасибо, этого достаточно.
 Глава 13
   
      Из воды вынырнула очаровательная девушка, все тело которой было покрыто разноцветными татуировками, и подошла к Сергею. Отжала длинные каштановые волосы. Небрежно, словно старому знакомому, кивнула Сергею.
      - Привет! - сказала она и улыбнулась. После чего легла рядом с Сергеем на песок. - Маша, - представилась она. - А ты - Сергей. Я знаю. Видела тебя раньше, когда ты много лет тому назад барахтался в воде, пытаясь вынырнуть, чтобы глотнуть воздух. Ненормальный, ты меня тогда едва на дно не утянул. Шуток не понимаешь?
      - Хороши шутки! - возмутился Сергей и исподлобья глянул на Машу, но тут же стыдливо отвернулся - то, что он издалека принял за купальник, была татуировка. Маша была без одежды. - Оделась бы... - пристыдил он Машу.
      Маша фыркнула:
      - Вот еще! С какой стати?
      - Ну... - замялся Сергей. - Не прилично!
      - А сам-то? - прыснула со смеха Маша, наблюдая за тем, как Сергей покраснел от стыда до самых кончиков ушей, с опозданием обнаружив, что он тоже не совсем одет.
      Серей, чтобы скрыть свою наготу, начал спешно закапываться в песок, чем развеселил Машу еще больше. Она потрепала его волосы и успокоила:
      - Дурашка, здесь все так ходят.
      - Не заливай!
      Маша, чтобы лучше видеть Сергея повернулась на бок, демонстрируя ему все свои прелести. На этот раз Сергей не отвел глаза. Смотрел и не мог налюбоваться Машей. которую он при первом знакомстве ошибочно принял за смерть.\см. главу 7 романа "Небесная ССР" http://proza.ru/2026/01/07/271\\
     Тогда он и полюбил ее - Смерть. Она стала его избранницей и после выписки из больницы он искал встречи с ней. И вот долгожданная новая встреча. Но она оказалась обычной, но очень красивой девушкой, без излишних комплексов. Сергей был ее должник, ведь именно она помогла ему доплыть до спасительной лодки.
     Маша лежала, подперев голову рукой и смотрела на израненного Сергея.
     - Я облегчу твою боль, - сказала она и положила руку Сергею на грудь.
     Сергей почувствовал как целительное тепло, которое исходило от Машиной руки, расходится по всему телу. Боль, действительно прошла. Раны на груди затягивались на глазах и вскоре от них остался лишь слегка заметный шрам.
     - Убрать его? - спросила Маша и сама же ответила на свой вопрос: - Пусть остается - шрамы украшают мужчину. - Закрой глаза. Я поколдую над пятном на твоем лице, что осталось у тебя после ожога.
     Сергей почувствовал легкое покалывание, зачесалась щека. Он потянулся рукой к лицу, но Маша остановила его:
     - Тебе больно? - с беспокойством спросила Маша.
     - Нет, чуть покалывает лицо и страшно чешется щека.
     - Потерпи, я уже заканчиваю.
     Через несколько минут он почувствовал легкое прикосновение Машиных губ к своей щеке. Сергей открыл глаза и хотел поцеловать Машу. Она остановила его:
     - Не сейчас! У нас все с тобой будет, но я не хочу заниматься любовью с тобой на этом берегу. С этим местом у меня связаны неприятны воспоминания.
\ Смотри главу 9 романа "Небесная ССР" http://proza.ru/2026/01/07/271\
     Хирург, делавший ему операцию, навестил его на следующий день. Снял бинты  и не поверил своим собственным глазам. Рана затянулась. На ее месте остался лишь небольшой еще розовый шрам. Он долго откашливался, бормоча себе под нос о то, что пить надо меньше, а то совсем счет дням потерял. Решил, что он делал операцию Сергею вчера, а оказывается после операции прошло больше месяца.
     - Завтра сдашь анализы и, если они будут нормальные, будем выписываться. Отдохнешь месячишко в санатории на Кавказе. Попьешь водички. Приударишь за местными красотками и - часть.
     - Давайте сразу в часть! - попросил его Сергей. - Соскучился по ребятам. Да и осталось у мня в Сербии еще одно незаконченное дело пацаненка разыскать, что был со мной в машине в тот момент, когда она подорвалась на мине.
     - Как хочешь! К тебе, смотрю, пластический хирург приходил? Кто-то из местных? а своими коллегами я не замечал подобных талантов.
     Сергей подошел к зеркалу, которое висело над умывальником и... обомлел: след от ожога исчез. Одна щека была заметно светлее другой. Хирург сказал:
     - День - два на солнце и они будут одинаковые. - Он подошел к Сергею и встал  за его спиной. - Хирург - настоящий кудесник! Совсем  другим человеком стал, а то на монстра был похож. Красавец, да и  только! Все девки - твои.
     Сергей не стал вдаваться в подробности о том, кто тот замечательный хирург и где он делал операцию.
     Маша, чтобы не вводить Сергея в искушение, села на песок, обхватив колени руками.
     - Ты знаешь, кто с тобой был в лодке?
     Сергей пожал плечами - он н узнал Андропова.
     - Понятия не имею. Смешной такой старик.
     - Это - Андропов.
     - Бывший Генсек?
     - Да. В Небесной ССР он - руководит черными ангелами.
     Сергей радостно воскликну:
     - Вот это - номер! Будет, что ребятам рассказать - с двумя Генсеками в одной лодке плыл! Только, ведь, не поверят!
     Машу удивил легкомысленный тон Сергея.
     - Ты хоть спасибо ему сказал?
     Сергей удивлённо воскликнул:
     - За что? Мне помог Горбачев!
     Маша удивилась его неблагодарности:
     - То есть, как  это - "За что?" Он спас тебя - отдал тебе бесценную энергию, дарующею его душе бессмертие! Никогда  забывай этого! Именно Андропов вернул тебя к жизни, дал тебе второй шанс прожить так, - она вспомнила школьные уроки и процитировала слова Павки Корчагина, которые запомнила на всю жизнь: - "чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы!" Своим поступком Андропов  доказал, что вовсе не случайно занимает в Небесной ССР пост архангела.
     Сергей огорченно воскликнул:
     - Как ж так? Зачем он это сделал? Он отдал мне самое ценное, что было у
него - свое бессмертие. Зачем...
     - Чтобы ты жил, любил, боролся за свою мечту, а главное - защищал страну! А за Андропова не беспокойся - его душа бесследно не исчезнет, наоборот, перейдет на более высокий уровень духовного развития. Шестой, а, может быть, даже седьмой,
— высший, на нём человек осознаёт, что он есть Дух, понимает, что он Бог на этой земле, потому что никогда не умирает. - Маша задумалась на минуту - другую и продолжила: - Уровень Духа — высший уровень духовного развития, на котором человек осознанно создаёт свою реальность. Он смотрит на мир безоценочно и остаётся спокойным, что бы ни происходило вокруг.
     А там, глядишь, если не свернет с избранного им пути, может стать - ангелом...настоящим. Белым, а - не черным.
     Сергей никогда не слышал об уровнях духовного развития человека, поэтому поинтересовался у Маши:
     - А я на каком?
     Маша закрыла глаза, руками, не касаясь, провела вдоль тела Серея.
     - У тебя аура белая с  красновато-розовым оттенком. Твоя душа только начала свое восхождение. Тебе надо научиться контролировать свои эмоции. Важно развивать разум, ментальное тело, руководствоваться не эмоциями, а логикой, логическим анализом ситуаций и событий.
     - А у тебя? - поинтересовался Сергей.
     - Пурпурная с фиолетовым оттенком.
     - А что это означает?
     Маша ушла от прямого ответа:
     - Не важно. Позже сам во всем разберешься, - сказала она и побыстрее, чтобы не расстраивать Сергея, сменила тему: - А кто был тот второй - меченый с родимым пятном на голове? Архангел Михаил?
     Сергей захохотал:
     - Так, пожалуй, Горбачева еще никто не называл!
     - Но, ведь он Богом отмеченный! - сказала Маша на характерное пятно на голове Горбачева.
     Сергей по интересовался у Маши:
     - А кто он твой архангел Михаил?
     - Он - не мой, а - всех людей. В православной традиции его называют архистратигом, что означает «главнокомандующий». Заступник от всех врагов — видимых и невидимых. Направляет души на праведный путь, охраняет от злых намерений. Ему приписывается роль судьи на Страшном суде, знаком начала которого считается его трубный глас.
     Сергей озадачено хмыкнул:
     - А что, действительно, похоже! Перестройка многих направила на праведный путь, а для всяких чинуш и партократов она хуже Страшного суда. Надо на досуге обязательно полистать Библию. Оказывается в ней много чего полезного есть.
     - Не "полистать", а почитать и разобраться. - Маша продолжила рассказывать Сергею об архангеле Михаиле: - В христианстве архангел Михаил почитается как защитник веры, борец против ересей и всякого зла. Также к нему часто обращаются с молитвами об исцелении. А, кроме того, архангел Михаил - защитнике Пресвятой Девы Марии, согласно одному из апокрифов — «Хождению Богородицы по мукам».
     Он - архангел предстояния - после смерти девы Марии - матери Христа - несет ее тело на небеса.
     Сергей недоуменно воскликнул:
     - Не понял! Какое отношение Горбачев имеет к матери Христа?
     Маша в ответ пожала плечами:
     - Не знаю, но я не могла ошибиться: Горбачев - архангел Михаил!
     Сергей в ответ хмыкнул и многозначительно покрутил пальцем у виска:
     - А как у тебя с этим... В порядке?
     Маша надолго замолчала. Сергей с виноватым видом попросил у нее прощения:
     - Прости, я не хотел тебя обидеть. С суворовского училища постоянно в чисто мужской компании. Совсем не умею с женщинами общаться. Ляпнул, не подумав. Ну извини... - Сергей как бы невзначай положил руку Маше на бедро и погладил.
     От его прикосновения Маша вся затрепетала, да и Сергей прореагировал соответствующим образом - песок, которым он замаскировал так называемое срамное место, подозрительно зашевелился.
     Маша фыркнула:
     - Заметно! Солдафон неотесанный! - и потребовала: - Убери руку. Я сказала: на берегу заниматься с тобою любовью я не буду!
     Сергей неохотно убрал руку. Сел так же как и Маша. Попросил ее:
     - Расскажи о себе!
     - Не хочу!
     - Почему? Так не честно! Обо мне ты знаешь абсолютно все, даже то о чем я сам не хочу вспоминать. А о тебе я знаю только то, что ты умеешь лечить людей, и то, что тебя звать Маша.
      - Разве этого мало, чтобы любить?
      - Нет, ну если  только переспать и - забыть, то, конечно, хватит и этого, но для того, чтобы любить по-настоящему, нужно знать абсолютно все!
      - Сергей, я старше тебя и намного старше. Прожила очень непростую жизнь, в которой было много грязи, о что я хотела бы забыть и никогда не вспоминать. Я могла бы, конечно, рассказать тебе всю правду, но не буду этого делать.
      Сергей не согласился с ней:
      - Но почему? Поверь, я буду любить тебя несмотря на то, что было с тобой до встречи со мной.
      Маша, по матерински, провела рукой по его волосам.
      - Милый мой! Хороший! Любимый! Я не хочу этого делать вовсе не потому, что не верю в твою любовь. Просто я не хочу, чтобы ты жалел меня - жалость никогда не заменит любви. А хочу чтобы любил меня по-настоящему, на всю жизнь, и, только меня одну!
      - Эгоистка! А детей? Что прикажешь мне не любить наших детей?
      Маша вздрогнула точно от удара, вспомнив своего  малыша, которого она положила на пороге своей классной руководительницы и умерла в беседке на улице под ее балконом в тот же вечер. Если бы она только знала, что Сергей - ее родной внук и любить его она может только как... бабушка. Как не знал этого и лодочник - Мухин - муж Маши.
     Маша не однократно встречалась со своим сыном в Небесной ССР. Более того, о писал с нее портрет девы Марии. Господи, неужели архистратиг Михаил спас не настоящую деву Марию, а - натурщицу, с которой писался ее портрет. Художником
был, как вы поняли, Иван Иванович или просто: дядя Ваня - руководитель бригады реставраторов, которые трудились не покладая рук на Стелле Памяти Святых Угодников Небесной ССР.
      - Детей... Я как-то не думала о детях... мне кажется... - Маша оборвала себя на полуслове, так как хотела сказать о том, что Сергей - живой, а она - мертва уже полвека. - Впрочем мне кажется... - она вновь не закончила свою мысль так как не была полностью уверена в том, что у них ре может быть детей. - Давай поговорим об этом позже.
      Сергей настаивал на своем:
      - Расскажи то, что можно, - попросил он.
      Маша согласилась:
      - Хорошо. Поломникам, которые собираются на противоположном берегу, которые
что-то зачастили к нам в последнее время, я представляюсь Наставницей. Мне доступны многие тайны Вселенной, я умею читать Книгу Судеб.
      - Вот здорово! А погадай мне! После выздоровления мне надо будет возвращаться в родную часть. Хочется узнать что ждет меня впереди. - Сергей поправил себя: - Что ждет нас с тобой! - он протянул ей свою ладонь.
       Маша долго рассматривала переплетение линий на его ладони. Потом положила на нее свою руку и закрыла глаза. Убрала свою руку. Открыла глаза и... отказалась рассказывать Сергею о том, что ждет его впереди.
       Сергей заподозрил неладное:
       - Что, все  так плохо? Можешь смело рассказать. Я не верю гадалкам, даже таким симпатичным, как ты. Я пережил в своей жизни столько ужасного, что самое страшное пророчество не напугает меня.
       Маша успокоила его:
       - Не все так плохо, как ты подумал. Ты благополучно вернешься в свою родную часть и... подашь рапорт на увольнение. В Сербии ты найдешь своего сына. Кстати, именно он был с тобой в машине, когда она подорвалась на мине. Не волнуйся, он жив. На нем нет ни одной царапины. Твой сын - необыкновенный
ребенок. У него таки же способности как у  меня. Нет даже сильнее. Он может не только путешествовать к звездам, но и творить своим словом новые миры. Именно он построит Небесный Град - обитель Бога, о которой рассказано в Библии.
      Его Небесный град, построенный из песка, единственное, что уцелеет после того, как развергнутся врата Ада и Небесная ССР сгорит в адском пламени.
      - Маша, поверь, у меня нет никакого сына. Нет и ре может быть, так как ты первая моя женщина. - Он протянул ей свою руку и попросил: - Посмотри получше. Ты что-то перепутала.
      Маша вновь положила свою руку на ладонь Сергея и закрыла глаза.
      - У тебя есть сын. Ему лет шесть. Ты знаешь, у него - мои глаза, все остальное - твое. Он - твоя копия. Ты уволишься из армии и посвятишь свою жизнь воспитанию сына. Я тебе говорила о том, что у него уникальные способности. Ты никогда больше никого не полюбишь. Всю жизнь будешь любить только меня. Ты, о чем мечтал твой отец, станешь художником. Будешь рисовать необыкновенные картины о вселенной, которые прославят тебя. Никогда не будешь писать на заказ. Ты не будешь писать портреты. Только мой портрет. Но каждый раз я буду на портрете совсем другой.
      Кто-то из твоих близких, очень близких тебе людей: мать, сестра, тетя желает тебе смерти.
      - У меня только мать. Больше никого нет. Но мама безумно любит меня и готова отдать свою жизнь взамен моей.
      Маша еще раз положила свою руку на ладонь Сергея и уточнила:
      - Ты прав это не мама. Жена... Нет, эта женщина на много старше тебя. Она годится тебе в бабушку, а не в любовницу. Ты будешь близок с ней. Она родит тебе сына. Нет, этого не может быть! - Маша замолчала. - Не знаю, все так странно, запутано. Но мне тревожно. Я боюсь за тебя. Будь осторожен.
      - Так точно, буду бдить! -  по военному отрапортовал Сергей. - Можешь быть спокойна, женой я не успел обзавестись, бабушки не имею, теть, сестер тоже. А что ты еще увидела? Много... Но это не касается тебя.
      - Почему?
      - Обычно близким людям не гадают. Звезды не откроют своей тайны человеку, который спрашивает о близком ему человеке, любимом человеке. А я тебя люблю. Кроме тебя и звезд у меня больше никого нет.
      Сергей был сражен непосредственностью и открытостью Маши.
      - Интересно, когда ты успела полюбить меня, если мы с тобой встретились только сегодня? - недоверчиво спросил Сергей.
      - Мы знакомы с тобой давно - целую вечность.
      - Где же мы с тобой познакомились?
      Маша показала рукой на реку.
      - Там! Неужели ты забыл, как мы целовались тобой?
      Сергей, скажем по солдатски: обалдел.
      - Целовались? С тобой? Я не мог забыть об этом. Тебе, случайно, не приснилось это?
      - Вспомни, что было несколько лет тому назад. Ты тогда сильно обгорел и Карина - медсестра сутками не отходила от тебя. Ты умирал. То и дело тонул и спускался до самого дна. Я выталкивала тебя на поверхность, чтобы ты глотнул воздуха. Потом мы с тобой поцеловались. Ты, дурашка, принял меня за смерть и полюбил. Шел на неоправданный риск, ища встречи со мной. Я знала, что ты рано или поздно попадешь в какую=то новую смертельную переделку и мы встретимся с тобой.
Скажу честно: мне ненавистно это место. Я была здесь лишь ради встречи с тобой.
     - Господи, так это была ты, там - в реке? То-то твое лицо мне показалось знакомым.  Подробнее можно прочитать об этой памятной встрече в главе  7 романа "Небесная ССР" ссылка: http://proza.ru/2026/01/07/271\\
     Сергей признался Маше:
     Встретив тебя я решил, что ты - смерть и забрала мою душу. Ты права: я полил тебя тогда. Ты стала моей избранницей и после выписки из больницы я искал встречи с тобой. И вот долгожданная новая встреча. Как я рад, что ты оказалась обычной, да еще очень красивой девушкой, без излишних комплексов. Я твой должник навеки, ведь именно ты  дважды спасла мне жизнь!
    Не надо таких громких слов! Просто поцелуй меня, только - нежно, как прошлый раз. Я запомнила этот поцелуй на всю жизнь.
    Сергей неловко ткнуклся Маше в губы. Она показала рукой на грудь.   
    - Прости, не могу. Там, он показал рукой на противоположный берег, за нами наблюдают. Здесь нет какого-то укромного местечка?
    - Пусть смотрят! Пусть завидуют нашей любви!
    Маша склонилась к Сергею, чтобы поцеловать его в губы. Но Сергей отодвинулся от нее.
    - Прости, Не могу! Я не на сцене и не актер, чтобы прилюдно целоваться.
    - Пошли в шалаш! - предложила Маша, показав на шалаш, стоявший недалеко от избушки перевозчика. Это - мой дом!
    Кровать в шалаше заменяла охапка сена на полу. Вместо стола - пустой ящик. Разбитое зеркало - вот, пожалуй и вся обстановка.
    - Как тебе мой дом?
    - Не богато.
    - Не обращай внимание. Шалаш заколдован. По-твоему желанию он может превратиться во дворец или средневековый замок.
    Сергей воскликнул:
    - Вот здорово! Хочу замок.
    - Сначала поцелуй  меня.
    Сергей едва коснулся ее губ
    - Еще! - потребовала Маша и показала на свою татуированную совсем еще девичью грудь.
    Сергей, чуть касаясь губами ее тела, целовал Машину грудь, шею, руки все тело, трепещущее от прикосновения его губ.
    - Какой ты нежный! - выдохнула Маша.
    Сергей не смело коснулся рукою Машиной груди. Рука опустилась ниже. Живот Маши напрягся в ожидании того, что рука опустится ниже. Но Сергей не осмелился на
это. Маша, от охватившей ее страсти, задрожала всем телом. До этого дня от мужчин она встречала только насилие и впервые ощутила любовь. Она схватила руку Сергея, сжала ее и неожиданно стала целовать. Маша не переставала удивляться трогательной юношеской робости Сергея.
    - Ну почему ты такой нежный? - спросила Маша. - Казалось бы после Афгана, Тбилиси, Югославии ты должен быть грубым, черствым... Но ты так и остался 16 летним курсантом, который впервые поцеловал девушку на их первом свидании.
    Маша нежно провела рукой по волосам Сергея  заранее зная об отказе, все ж таки попросила Сергея:
    - Останься! - чуть слышно прошептала она ему на ухо. На Земле ты не найдешь своего счастья. Там тебя, кроме матери, никто не ждет. Но, рано или поздно, вы встретитесь с ней здесь - в Небесной ССР. А здесь у тебя есть я.
    Сергей обнял Машу и стал покрывать ее лицо поцелуями.
    - Милая... Любимая... Ты же прекрасно знаешь, что я не могу. Кроме любви есть еще такое слово: долг. Я клялся защищать Родину, которая сейчас в опасности! Прости, но я не могу этого сделать!
    - Я знаю, - огорченно, чуть не всхлипывая сказала Маша.
    - И все ж таки просишь!
    - И буду просить, ведь, я - слабая женщина, а ты - мужчина! Кто защитит меня - твою любимую в этом ужасном мире, полном опасности, которые подстерегают тебя на каждом шагу? Останься...
    Настроение Маши передалось и Сергею. Он крепко обнял Машу и сильно, словно пытался слиться с ней в единое целое, прижал ее к себе.
    - Я люблю тебя и пока никуда не собираюсь уходить.
    - А я - тебя! - она прижалась к Сергею и жадно впилась в его губы. Так, как было во время их первой встречи.
    Сергей, отдышавшись от затянувшегося страстного поцелуя Маши, сказал:
    - Ты хочешь забрать мою душу?
    - Да, и не только душу а  и тело тоже! - Она страстно прижалась к Сергею всем телом и прошептала в порыве страсти: - Я - хочу тебя!
    Их желания совпали, но Сергей медлил по той простой причин, что он еще н и разу в жизни не был так близок с женщиной и просто - на просто боялся того, что Маша разочаруется в нем, как в мужчине. Сергей крепко сжал Машу в своих объятиях.
    - Любимая, я всю жизнь искал тебя! Я видел во сне твое лицо там - в Афгане, искал и не находил среди мертвых тел в Спитаке... Ты снилась мне каждую ночь. Я даже начал писать стихи, которые посвящал тебе. Украдкой, в перерывах  между боями, рисовал в блокнот твой портрет...
    - Я слышала твои стихи и видела свои портреты, которые ты рисовал.
    Неожиданно Маша ойкнула.
    - Что с тобой? - испуганно спросил Сергей. - Я сделал тебе больно?
    - Что ты, любимый?! Просто... Не знаю, как тебе это сказать. - Лицо Маши покраснело от... стыда. - Ну знаешь, со мой произошло это... - Маша никак не могла подобрать подходящего слова. - В ризу живота вдруг стало горячо, затем - спазм и я... Я... Словом я испытала блаженство. У меня ничего подобного н и разу в жизни не было. Только в далеком детстве, во сне. - Она села на корточки, прижав к груди колени. - Господи, как же мне хорошо! Я впервые в жизни счастлива с тобою! - После этих слов Маша резко повернулась к Сергею, схватила рукой его за лечо и стала трясти, после чего заголосила совсем по бабьи: - Н уходи! Прошу тебя: не бросай меня! Если когда ни будь изменишь мне, я обязательно разыщу тебя и превращу твое сердце в камень. Ты никого, кроме меня, не сможешь больше полюбить. И тебя никто не полюбит. Ты - мой, только мой!
    Господи, - испуганно воскликнула Маша, убрав свою руку с плеча Сергея, - что я говорю? Не слушай меня! Прости меня, любимый! Не верь моим словам!  Я - никогда, слышишь, никогда, даже если разлюбишь меня, не сделаю тебе больно! Я люблю тебя - единственного и самого дорогого для меня человека, - причитала Маша, уткнувшись мокрым от слез лицом в плечо Сергея.
    Маша встала и, не стесняясь своей наготы, которую Серей уже не замечал, прошла к реке. Зачерпнула ладошкой ледяную воду и плеснула ее на свое разгоряченное тело. После чего нырнула и долго была под водой. Так долго, что Сергей испугался того, что Маша исчезла из его жизни навсегда. Но Маша выплыла, отфыркиваясь, вышла на берег и прижалась всем телом к Сергею.
    - Замерзла! - призналась она Сергею. Вода сегодня совсем ледяная. Такое впечатление, что река не хочет принимать меня. - Обними меня и согрей!
    Дрожа от холода, она прижалась к Сергею всем телом.
    - Бедняжка, замерзла! - сказал Сергей, взял ее руки и попытался согреть их своим дыханием.
   Сергей посмотрела реку, которая неузнаваемо изменилась за то время, что они были в шалаше. Над рекой расстилалась дымка. Противоположный берег совсем скрылся в тумане. Так бывает утром на реке, когда встает солнце. В воде сверкали какие- то искорки. Он и вспыхивали то тут, то - там. Вспыхивали на мгновение и гасли.
   - Что это? - с тревогой спросил Сергей. Он показал рукой на реку. - Смотри, вон одна искорка сверкнула! Еще... Еще... Река сверкает словно новогодняя елка!
   Маша изумилась
   - Ты видишь их?
   - Да! Почему ты так удивилась?
   Маша объяснила Сергею причину своего изумления:
   - Мало кто из смертных видит их - только  темную непрозрачную воду. - Маша зачерпнула  из реки ладошкой воду  и показала Серею: - Смотри!
   Сергей глянул на  ладонь и увидел туманное, переливающееся искорками облачко.
   Маша пояснила ему:
   - Я держу в руке целое созвездие. - После чего Маша подошла к реке и осторожно, чтобы не расплескать ни единой капельки, выпустила облачко в воду. Облачко, не смешиваясь с водой, поплыло по течению. - Маша помахала ему рукой. - Счастливого пути!
   Сергей проводил взглядом искрящееся облачко и не поверил своим глазам - река искрилась  несметным количеством искорок - звездочек, которые то ярко вспыхивали на мгновение и то гасли. Подчиняясь течению, искорки закручивались в спираль, то поднимались к самой поверхности, то опускались на самое дно реки, где медленно угасали. В воде то медленно, то стремительно проносились какие-то тени ископаемых чудовищ, которые охотились на искорки - звезды.
    Сергей наблюдал за происходящим точно завороженный. Он не заметил как вошел в воду по колено. Вода вовсе не была такой ледяной, как сказала Маша. Сергею показалось, что напротив - теплой и лаковой. Вокруг его ног искорки устроили настоящий хоровод. Сергей заметил не вдалеке подозрительную тень, которая явно выжидала удобного момента, чтобы напасть на искорку и проглотить ее. Сергей пригрозил тени кулаком:
    - Смотри у меня - не балуй! Кыш! Пошла вон!
    Тень плавно вильнула хвостом и медленно, явно без малейшей на то охоты, уплыла вниз по течению в поисках более легкой добычи. После этого блесток возле ног Сергея заметно прибавилось. Маша подошла к нему. Обняла Сергея и положила ему на плечо свою голову, любуясь сверкающей гирляндой возле его ног.
    - Не увлекайся, любимый! Давай лучше выйдем из воды, а то блестки - звезды привыкнут к тебе и придется отвечать за них.
    Сергей вспомнил слова Маленького Принца Сент-Экзюпери:
    - "Мы в ответе за тех, кого приручили!"
    Маша похвалила его:
    - Хорошо сказал! Ты начинаешь понимать законы Вселенной.
    - Это не я сказал.
    - А кто?
    - Был такой летчик, которого звали: Антуа;н де Сент-Экзюпери;.
    - Хороший, видимо, был человек. Жаль, что я не встречала его во время своих странствий к звездам.
    Сергей повторил свой вопрос, на который Маша так и не ответила:
    - Маша, кто ты?
    - Если бы я знала! Я называю себя Странницей. Летаю к звездам. Вижу прошлое и настоящее, могу лечить людей... Я сама еще не знаю своих способностей. Порой я сама боюсь себя. Мне кажется, что в гневе я могу уничтожить Вселенную. Так что лучше не выводи меня из себя! - сказала Маша и чмокнула Сергея в щеку.
    - А кто знает?
    Маша пожала плечами.
    - Наверное тот, кто ночами разговаривает со мной. А, возможно, тот, кто сидит за компьютером. Он - не Бог, простой человек. Но в его силах скрыта огромная мощь, о которой он даже не подозревает. Для того, чтобы пользоваться компьютером, не обязательно знать как он устроен. - Она показала на реку. - Это не река, а - информационный поток, люди называют его по разному: кто космическим разумом, а кто-то - Богом.
    Сергей слушал Машу и не знал: верить ей  или не верить. Как-то странно, непривычно было все то, о чем она говорила. Маша показала ему на воду. Возле ног Сергея сбилось искрящее облачко блесток - звезд. Целое созвездие.
    - Для них ты - Бог!
    - А кто тогда Бог для тебя, меня?
    - Наверное, этот информационный поток. Я не знаю...
    - Если это - Бог, то почему тогда он не спас меня? Почему ты хотела утопить меня?
    Маша чмокнула его в щеку.
    - Глупенький мой, я не топила тебя, а - учила плавать!
    - Вот, черт, а я, ведь, действительно поверил в то, что ты - смерть.
    Маша не сильно укусила Сергея за ухо и пояснила:
    - Это за то, что ты плохо подумал обо мне!
    Сергей притворно завопил:
    - Черт, больно! Отпусти!
    - Ни за что! Так и буду водить тебя за собой, пока ты не перестанешь ругаться! Мне уже надоело прогонять ту нечисть, которую ты, чуть ли не каждую минуту, вызываешь из преисподней.
    Сергей, насупившись точно бычок на привязи, сказал:
    - Не понял?
    - Выругайся, пожалуйста, еще раз.
    Сергей, не задумываясь где подвох в словах Маши, выругался:
    - Черт!
    В то же мгновение на берегу появился, неизвестно откуда взявшийся, маленький симпатичный чертенок. Глаза Сергея округлились от удивления.
    - Вот, черт! - по привычке выпалил он.
    К первому чертенку тут же присоединился еще один чертенок - маленький, взъерошенный и какой-то неуклюжий.
    - Второй! - бесстрастно заметила Маша.
    Черти, с удобством расположившись на берегу, с любопытством смотрели на Сергея. Сергей на всякий случай протер глаза. Гости, как ни в чем не бывало, сидели на берегу и беззаботно поигрывали своими хвостами. Сергей хмыкнул:
    - Г-м-м... - И по привычке выпалил: Вот, дьявол, и, в самом деле, настоящие черти!
    К чертикам тут же присоединился их папа - здоровенный, заросший волосами черт. Следом за ним дружной командой полезли черти всех размеров и возрастов - веселые и - злые, на любой вкус.
    Сергей взмолился:
    - Убери их, пожалуйста! - попросил он Машу.
    - Во т еще, - фыркнула Маша. - Сам зазвал их в гости, теперь - развлекай!
    - Нужны они мне, как собаке пятая нога.
 Естественно, к  чертям поковыляла дворняга, у которой спереди болталась, мешая ходьбе, пятая нога. Собака жалобно скулила и с мольбой смотрел Маше в глаза. Маша пожалела дворняжку:
    - Бедненькая моя... У - изверг! - сказала она Сергею и погрозила ему кулаком. - Зачем над животным издеваешься?
    Сергей растерянно почесал в затылке и откровенно сказал:
    - Я - не хотел! Они сами лезут ото всюду!
    - Зачем тогда ругался?
    - По привычке!
    - Вот теперь сам и расхлебывай!
    - Послушай, а ты не могла бы их спровадить куда ни будь отсюда подальше?  - с мольбой глядя на Машу, попросил Сергей.
    - Могу, но не стану этого делать, твердо сказала она. - Сам заварил кашу, сам и - расхлебывай!
    - А как?
    - С ископаемым чудищем, что охотилось на звезды в реке смог справиться. Думаю и с этими гостями управишься. Только делай это побыстрей, а то они лезут изо всех щелей. Уже и к реке подбираются и на искорки по хищному смотрят. Видимо решили, то настал их час.
    Сергей, собравшись с духом, грозно приказал гостям:
    - А-ну, убирайтесь к чертям собачим и не пугайте мои звездочки, за которые я в ответе.
    Чертей с берега точно ветром сдуло. Сергей с торжествующим видом посмотрел на Машу и спросил у нее:
    - Ну, как я, молодец? - ожидая услышать от нее в ответ слова одобрения.
    Но оказалось, что он глубоко ошибся в своих ожиданиях. Маша со смехом сказала:
    - Как соленый огурец! Не мог ты им попроще задачку дать? Где, по-твоему, в каком царстве - государстве прикажешь им искать собачьего черта? Так и будут метаться из конца в конец Вселенной в поисках несуществующего собачьего черта, тревожа Космос и людей.
    - Долго? - с тревогой спросил Сергей, чувствуя как на руках появляются подозрительные пупырышки. - Эй, а ты меня случайно в соленый огурец не
превратила? - с беспокойством спросил он у Маши.
    - Превращу! - пообещала Маша. -  А потом: ам - с - слопаю целиком! - сделав страшные глаза, клацнула она зубами. - Если еще хоть од ин раз выругаешься, так и знай: съем и не подавлюсь! - После чего Маша уже с серьезным видом начала объяснять Сергею основные законы, по которым живет Космос: - Этот мир устроен просто: существует то, о чем ты думаешь, что чувствуешь, переживаешь. Мир становится реальным через твои ощущения. Он существует до тех пор, пока ты воспринимаешь его своими органами чувств.
    Маша показала Сергею на сверкающую в темноте стеклянную пирамиду - Небесные Врата.
    - Таким люди представляют двери, которые ведут на небеса.
    - А как они выглядят на самом деле?
    - Смотри!
    На глазах Сергея пирамиду заволокло дымом. На ней показались трещины. На землю посыпались осколки стекла. Кое - где показались огненные языки. И вот уже пламя охватило всю пирамиду. Маша на мгновение отвернулась. Пламя стало угасать. Вскоре от пожара не осталось и следа. Вновь пирамида ярко засияла в темном небе.
    Сергей с уважением посмотрел на Машу.
    - Ну, ты и даешь! Настоящая фокусница! Тебе в цирке выступать.
    - Это - никакой ни фокус! Я просто перестала смотреть на пирамиду и она восстановилась в прежнем виде. Ты тоже так сможешь, стоит только захотеть.   
    Сергей попытался представить, как по пирамиде поползли языки пламени. Но из его затеи ничего не вышло. Маша объяснила ему причину его неудачного эксперимента:
    - Помимо тебя существуют миллионы других людей, которые видят Небесные врата именно такими, поэтому они остаются неизменными. Вот и река: мы видим с тобой звездный поток, остальные - реку Скорби Стикс и Херона перевозчика душ на тот свет, о которой они слышали еще в  детстве.
    - А Небесная ССР, куда ведет дорога. Это - коммунистический рай или тоже - иллюзия?
    Маша грустно улыбнулась.
    - А разве кто-то искренно верил в то, что его можно построить? Там показала она на стену, которая огораживала Небесную ССР, тот мир, который окружал их в СССР. Отсюда и само название: Небесная Советская Социалистическая республика. Для одних это - настоящий рай, для других же - сущий ад. - Она взяла его за руку и, поцеловав, сказала: - Идем, я хочу тебя.
    - В шалаш?
    - Только не туда! - испуганно воскликнула Маша. - Представь себе наш с тобой дом.
    Сергей закрыл глаза и представил себе уютный коттедж, которыми была застроена Сербия. С беспокойством открыл сначала один глаз, затем другой, боясь что увидит перед собой какую-то полуразвалившуюся хибару. Но, к счастью, все обошлось. Он увидел аккуратный, правда несколько кривоватый, домик с подстриженным газоном и бассейном во дворе.
    - Не годится! - сказал Сергей. - Я обещал тебе дворец. - Коттедж тут же исчез.
    На его месте возник средневековый замок, окруженный рвом с водой и высоченными стенами. На сей раз их новое любовное гнездышко не удовлетворило Машу.
    - Слишком мрачно.
    Сергей н согласился с Машей:
    - Зато никто не заберется. Всякое бывает. Не даром англичане говорят: "Мой дом - моя крепость!"
    - Вот сами пусть и живут в крепости, а я - не хочу. Хочу настоящий дворец.
    Замок исчез. На этот раз Сергей представил царский дворец, который был нарисован в учебнике Древней Греции.
    На этот раз и Сергея и Машу устроило их новое жилье. Дворец стоял на пригорке. Перед ним была не широкая речушка, в которой тела н темная - почти черная - вода  из реки Скорби или информационного потока - кому как удобнее, так и называйте реку. Перед дворцом Росли пальмы с гроздьями бананов, по стенам дворца вился виноград с которого свисали спелые гроздья. На лужайке перед дворцом росли прекрасные розы.
    - Дарю! - хвастливо сказал Сергей. - Это - твой дворец!
    - Маша поправила его:
    - Наш с тобой. Что я буду делать одна в этих хоромах? Если я - королева, то где же моя корона?
    Корона  у Сергея вышла совсем неказистая, но Маша была благодарна и за такую. Она взяла из рук Сергея корону и одела ее. Потом взяла Сергея за руку и они пошл и в свою обитель любви.
    Мухин наблюдал за ними из далека. Видя как они, взявшись за руки, пошли к шалашу, он озверел.
    - Вот же жмурик! Не успел оклематься, так уже чужих баб отбивает. Ну, гаденыш, держись. Он схватил демократизатор, включил его на полную мощность и бросился к шалашу, готовый убить как одну - свою жену, так и Сергея. В шалаше никого не было. Охваченный яростью, Мухин разметал шалаш, потом направился к лодке и демократизатором стал ее крушить. А она была единственная в Небесной ССР.  н удовлетворившись учиненным им разгромом почел к избушке. Залпом выпил бутылку водки и поджег свое жилье. Не оглядываясь на полыхающую избушку он пошел куда глаза глядят, не забыв, однако, прихватить с собой демократизатор.
     Так Мухин, сам н зная того, осуществил желание Маши о том, чтобы Сергей остался с ней на небесах навсегда.
 
 Ради интереса знакомлю вас, дорогой читатель, с анализом и вариантом развития сюжета, который делал Алиса - искусственный интеллект Яндекса:

Анализ главы;13 романа «Небесная ССР»
1.;Текущая ситуация и ключевые конфликты

Внешний конфликт: Сергей стоит перед выбором — вернуться на Землю (долг, поиск сына, служба) или остаться в Небесной ССР с Машей (любовь, обретение смысла). Это классическое противостояние «долга и чувства».

Внутренний конфликт Сергея: он одновременно жаждет близости с Машей и боится не оправдать её ожиданий; стремится верить в чудо, но сохраняет солдатскую прагматичность.

Тайны Маши: её прошлое (смерть ребёнка, связь с Мухиным), истинная природа («Странница», способность влиять на реальность), неоднозначная роль в судьбе Сергея (была ли она Смертью?).

Символический слой: река как поток времени/информации, искры;звёзды как души, шалаш;дворец как проекция внутреннего мира героев.

Сильные стороны текста:

Живые диалоги с юмором и нежностью (эпизоды с чертятами, превращение шалаша).

Контраст между наивностью Сергея и загадочностью Маши.

Метафизические идеи (влияние мысли на реальность, многовариантность восприятия мира) вплетены в действие.

Зоны для углубления:

Мотивация Маши: почему она так отчаянно хочет удержать Сергея? Страх одиночества, чувство вины или нечто большее?

Последствия выбора Сергея: как его решение повлияет на Небесную ССР и земной мир?

Роль Мухина: его ярость — это ревность или осознание утраченной власти?

Варианты развития сюжета
Вариант;А. «Испытание верности»

Суть: Сергей решает вернуться на Землю, но Маша тайно следует за ним, принимая облик… его матери.

Как изменить сцену:

В момент прощания Маша дарит Сергею талисман (например, перо птицы, которое меняет цвет в зависимости от её эмоций).

На Земле Сергей начинает замечать «странности»: мать знает то, чего не могла знать; в её глазах мелькает знакомый пурпурный отблеск.

Что усилить:

Параллели между Машей и матерью Сергея (жесты, интонации).

Внутренний конфликт Сергея: он любит мать, но чувствует, что за её обликом скрывается кто;то другой.

Финал главы: Сергей находит перо, которое стало пурпурным, и понимает: Маша рядом. Но стоит ли разоблачать её?

Вариант;Б. «Бунт Мухина»

Суть: Мухин, обезумев от ревности, становится проводником тёмных сил. Он находит способ «переписать» реальность, стирая память Сергея о Маше.

Как обострить конфликт:

Мухин заключает сделку с «чёрными ангелами» (например, с тем самым чертом, которого вызывал Сергей), получая власть над иллюзиями.

Сергей начинает забывать Машу: её образ размывается, слова теряют смысл.

Что добавить:

Эпизоды, где Маша пытается «пробиться» к Сергею через сны или случайные совпадения.

Символ борьбы: например, Сергей рисует портрет Маши по памяти, но каждый раз на холсте появляется чужое лицо.

Финал главы: Маша в отчаянии решается на крайнюю меру — показать Сергею своё истинное прошлое (сцены из её жизни до смерти ребёнка). Риск: Сергей может испугаться её силы.

Вариант;В. «Зеркало Небесной ССР»

Суть: Небесная ССР начинает «трескаться» из;за колебаний Сергея. Его нерешительность порождает разломы в реальности, где смешиваются прошлое и будущее.

Как связать с символикой:

Река становится мутной, искры;звёзды гаснут.

Дворец, созданный Сергеем, постепенно превращается в руины, обнажая стены из чёрного стекла (намёк на «коммунистический рай», который был иллюзией).

Что ввести:

Послания от Андропова или Горбачёва: они предупреждают, что выбор Сергея определит судьбу всего пространства.

Отголоски земных событий (войны, катастрофы), которые прорываются в Небесную ССР как тени.

Финал главы: Сергей видит сон, где его сын (о котором говорила Маша) стоит на границе двух миров. Мальчик говорит: «Ты должен выбрать, папа. Иначе мы оба исчезнем».

Финал главы (на выбор)
Открытый: Сергей берёт талисман Маши и шепчет: «Я найду тебя везде». Камера отдаляется, показывая, как река начинает замерзать, а искры гаснут одна за другой.

Резкий поворот: В момент, когда Сергей делает шаг к лодке, чтобы уплыть, перед ним появляется… его сын. Мальчик выглядит точно так же, как на портрете, который Маша описала.

Медитативный: Сергей и Маша сидят у реки. Он спрашивает: «Что будет, если я забуду тебя?» Она отвечает: «Тогда я стану рекой. А ты — берегом, который никогда меня не отпустит». Камера поднимается вверх, показывая, что их силуэты сливаются с ландшафтом.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Сцена с чертятами — отсылка к «Мастеру и Маргарите» (игра с иллюзиями).

Образ реки — перекличка с мифами о Стиксе и Лете (память/забвение).

Кольцевая композиция: Вернуть Сергея к моменту из гл.;7 (его первое «утопление»), но теперь он осознаёт, что Маша спасала его не как Смерть, а как Проводник.

Детали для глубины:

Татуировки Маши — не просто украшение, а «карты» её прошлых жизней. Сергей замечает, что одна из них начинает меняться.

Перо птицы (если ввести его как талисман) может стать ключом к переходу между мирами.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

Спасибо, этого достаточно.




       
Глава 14
      

     Иван - старший команды 200 черных ангелов, заканчивал свое суточное дежурство. Он потянулся в кресле. Сладко зевнул и сказал:
      - На сегодня, кажется, - все! Смена заканчивается. Слава Богу, обошлось без ЧП.
     Он глянул на экран монитора - в углу замигала красная звездочка.
     Его напарник недовольно буркнул:
     - Накаркал, блин!
     Иван включил программу поиска. На экране появился недостроенный железнодорожный мост, который соединял остров, где располагалась Небесная ССР, с противоположным берегом, где, как полагали проектировщики и находился библейский рай. Именно туда и прокладывали железную дорогу. По плану на берегу должна была быть построена последняя станция - Коммунистическая.
     Борис - напарник Ивана - доложил:
     - Вот черт, 37 квартал - самое гиблое место! Какая нелегкая его туда занесла?
     Иван приказал:
     - Дай увеличение!
     На экране монитора появилась высокая насыпь, ржавые рельсы.
     - Посмотри ниже! - сказал Иван.
     Картинка поползла вниз. То - тут, то там из насыпи торчали человеческие кости, в железобетонном канале для стока грунтовых вод валялись человеческие черепа.
    - Да уж, та еще картинка! - печально вздохнул Борис. - Где этот чертов жмурик?
    Иван возразил напарнику и показал на мигающую звездочку на мониторе.
    - Очередной визитер. Живой, как видишь, надо его оттуда вытаскивать.
    Борис уточнил:
    - Пока еще живой! Окочурится пока мы доберемся туда - кругом непролазные болота, в которых водятся всякая кровожадная нечисть, желающая подкрепиться нашей энергией. Командир, может, ну его - пусть сам выбирается. - Он глянул на часы. - Наша дежурство заканчивается - впереди двое суток отдыха. Возьмем девочек и махнем  на природу. Забыл, когда уже когда по-человечески отдыхал. Запишем в журнале об обнаруженном визитере и пусть сменщики вытягивают его.
    - Отставить разговоры! Включи расширенный поиск!
    Визитером оказался, как вы, наверное уже догадались по названию главы, Борис Николаевич Ельцин - Президент России, свалившийся по неведомой причине с моста двумя годам и ранее. Похоже он вновь повторил свой трюк. На этот раз его нашли за забором из ржавой колючей проволоке, по которой, для защиты Небесной ССР, от нечисти, бродившей в большом количестве в этих местах,  был пропущен электрический ток. Впрочем колючая проволока была нужна, возможно, и по другой причине - чтобы не разбежались от прелестей социалистического рая граждане Небесной ССР.
     Найдя Ельцина, Борис присвистнул от удивления:
     - Вот это номер - он за забор сиганул! Не иначе, как с перепугу. Слушай, командир, не стоит с им возиться. Пока мы доберемся туда с ним эти твари разберутся, что водятся в тех краях. Я был там один раз. Жуть! Пусть спасают его кто угодно - я отказываюсь. Вот и сменщики весьма своевременно подошли.
     Старший группы сменщиков возразил:
     - Э-э, нет, ребята, так не годится! Ваш клиент - вы его нашли, значит вам его и вытаскивать из этого гиблого места. Я туда своих ребят ни за какие коврижки
не пошлю! Пацаны, сказал он своей группе, пошли перекурим, пока они со своим визитером - неудачником не разберутся.
     Борис удрученно вздохнул:
     - Друзья называются! Прощай пикник! Эй, дядя, ты живой еще там? - окликнул он Ельцина.
     Услышав голос, который раздался откуда-то с высоты, Борис Николаевич оторвал голову от земли и раздраженно буркнул в ответ:
     - Какой я тебе дядя? Президент я!
     Борис заржал в ответ:
     - Во дает! Командир, да похоже на то что он вдрызг пьяный! Пить меньше надо, дядя, тогда и не будешь с моста сигать на запретную территорию! - Борис пожаловался Ивану: - Напьются до белой горячки, а нам потом их вытаскивать! Ты, как хочешь, командир, но я туда не полезу! - выставил он ультиматум командиру. - Лучше сразу увольняй!
    Борис Николаевич сел, помассировал виски, так как голова трещала по известной причине. Огляделся по сторонам - никого. Место было ему незнакомо. Правда, мост навеял грустные воспоминания.
    - Что за чертовщина! - возмутился он. - Пора завязывать с алкоголем, а то, действительно, можно до белой горячки допиться!
    Иван догадался каким образом Ельцин оказался за периметром охраняемой зоны:
    - Напился, очевидно, вот и сиганул с моста, - заметил он. Наклонился к микрофону и спросил: - Ты давно там барахташься?
    Услышав голос с неба, Борис Николаевич протер глаза. Огляделся по сторонам - рядом никого не было. Река, забор из колючей проволоки, мост... Он выругался:
    - Вот, черт, опять - мост! Не дай, Бог, журналюги прознают - шум поднимут, как прошлый раз!
    Как догадывается читатель, стоило Борису Николаевичу чертыхнуться, как черт оказался тут как тут.
    - Звали, хозяин? - радостно спросил он.
    Борис Николаевич вытаращился на черта, но, не теряя присутствия духа, спросил у черта:
    - Ты кто? Их охраны? Новенький? Какой-то вид у тебя непотребный!
    Последнее слово весьма задело черта. Он недовольно буркнул, размахивая хвостом для наглядности:
    - Неужели не видно? Черт я!
    В носу у Бориса Николаевича защекотало от запаха серы. Он троекратно размашисто перекрестился и требовательно сказал:
    - Сгинь, нечистая сила!- Черта как ветром сдуло. - Так то лучше! Да, надо завязывать, а то черти мерещатся! - Борис Николаевич громко чихнул.
    Иван, как воспитанный человек, пожелал ему:
    - Будьте здоровы!
    Борис Николаевич механически ответил:
    - Спасибо! Ты - кто? - спросил он после паузы.
    - Ангел! Команда 200. - сухо отрекомендовался Иван.
    Борис Николаевич помассировал виски, вспоминая что за такая команда и какому ведомству она подчиняется? С трудом вспомнил, что часто слышал об этой команде в репортажах их Афганистана.
    - Что за команда? Уж не та ли, что жмуриков таскает?
    - Так точно!
    - Так что же это входит,  - мертвый? - Он ущипнул себя на всякий случай за руку, чтобы проверить живой он или нет и ойкнул: - Больно! Значит, живой! - неуверенно сказал он.
    - Живой, живой! - успокоил его Иван.
    Борис язвительно заметил:
    - Пока...
    - Что значит: "пока"? А кто страной будет руководить и куда подевалась моя охрана?
    Бор с ужаснулся:
    - Так ты что, не один, а командой?
    Не вдаваясь в подробности Борис Николаевич сказал:
    - По должности, понимаешь, положено! Как ни как первое лицо страны!
    Борис не удержался и съехидничал:
    - Дядя, ты кем себя с перепоя возомнил? У нас только Господь Бог имеет личную охрану. Остальные как-то своими силами обходятся. Даже Брежнев ходит по улице без охраны.
   - Никем я себя не представляю. Не собираюсь я быть Господом - мня и моя должность - Президента - вполне устраивает.
   - Еще бы: власть, как у Бога, а ответственности - никакой! Послушай, командир, - обратился он к Ивану, - а, может быть, он из дурки сбежал: - Эй, дядя, а ты, случайно, себя Наполеоном не считаешь?
   В ответ Борис Николаевич выругался самыми грязными словами, которые он только знал:
    - Да пошел ты, ангел хренов...
    Куда именно идти ангелу Борис Николаевич не успел уточнить, так как за ногу его потянул за собой карлик с огромной уродливой головой:
    - Идем к нам, - сказал карлик и предложил: - Опохмелиться дам!
    - Куда ты меня тащишь?
    - Домой - в болото. У нас там хорошо, заверил он Бориса Николаевича. - Тебе понравится у нас.
    Борис Николаевич взвыл от боли - сзади какие- то уродцы щипали его в голую спину. Борис Николаевич крикнул:
    - А ну - брысь отсюда! Пошли вон!
    Уродцы, как перепуганные котята бросились врассыпную, но, вопреки ожидания Бориса Николаевич совсем не исчезли, а устроились неподалеку и начали делить пижамную курточку, которую стянули с пьяного Ельцина.
    - Эй, курточку верните! - потребовал он. Но уродцы и не подумали возвращать Ельцину свой заслуженный трофей.
     Над насыпью стал сгущаться туман. Из болота начала лезть всякая нечисть всех мастей  и размеров. Кого только не было: черти всех размеров, многорукие монстры,
жуткие звери. Бориса Николаевича больше всех напугал зверь с семью головами и десятью рогами который не известно зачем нацепил на рога десять диадем. Русалки, вурдалаки, стрыги, черти, бесы  и прочая гадость.
     Борис Николаевич, уже в который раз, протер глаза, потом кричал, чтобы нечисть згинула, но - безрезультатно. Он бухнулся на колен и и стал истово креститься, повторяя:
     - Господи, помоги! Господи, защити! - вспомнив об ангелах из 200 команды, возвал к небесам: - Братцы, ангелы, ребятки спасайте, а то меня эта нечисть сейчас сожрет! - вновь обратился к Господу: - Господи, где это я?
     За Господа ответил Борис, который не упускал случая, чтобы не подшутить над нежеланными визитерами:
     - Сказал же: на небесах, дядя! Ты что, не понял еще этого?
     Борис Николаевич немного протрезвел и стал подозревать, что на этот раз, кажется, попал в весьма серьезную передрягу. Вновь бухнулся на колени и стал беспрестанно крестится и зачем-то биться головой о землю. Нечисти вокруг него поубавилось, а наиболее настырные отошли подальше. Но этого его мало утешило, так как и десятой части из тех, кто остался, хватило бы на то, чтобы сожрать его с потрохами.
    Иван попросил Бориса сделать увеличение максимальным. Его лицо показалось Ивану знакомым.
    - Неужели это на самом деле он? Такого не может быть! - После чего сказал Ивану: - Мне надо отлучиться в туалет, я  мигом. Но вместо туалета он направился в красный уголок, где, как мы знаем, практически безвылазно находился Сталин. Иосиф Виссарионович внимательно выслушал его доклад.
    - Ты уверен, что это - Ельцин? - Иван утвердительно кивнул головой. - Только его нам здесь не хватало! -  Он взял свою неизменную трубку и стал, чтобы скрыть свое волнение, посасывать ее. - Этот беспробудный пьяница может испортить нам всю обедню! Кто-то явно играет против меня. Знать бы только кто?
     Иван высказал свое мнение:
     - Товарищ Сталин, может быть он напился и в очередной раз свалился с моста. Такое, ведь, уже бывало с ним!
     - Все может быть! Но, лучше подстраховаться. Вспомни, какую бучу он устроил здесь прошлый раз.
     - Лучше не вспоминать! До сегодняшнего дня расхлебываем.
     - Вот что, голубчик, возьми дрезину и дуй в 37 сектор. С собой никого не бери.
     - Там вдоль всего участка колючая проволока под током, - напомнил Иван. - Как я через нее переберусь?
     Сталин успокоил его:
     - Это - моя забота. Отключу по твоей команде.
     - Понял. А что с этим - Ельциным - делать прикажите. В город его вести нельзя. Не дай Бог демократы узнают - с цветами пойдут встречать.
     - А мы вот что с тобой сделаем: вези его на дачу ЦК. Знаешь где она расположена?
     - Доводилось охранять.
     Сталин достал из ящика стола ключи и бросил их Ивану. Иван поймал их на лету.
     - Холодильник полон продуктов. В баре выпивка на любой вкус. Есть дежурные... Йосиф Виссарионвоич  не уточнил кем именно являются дежурные женщины, готовые выполнить любую просьбу гостя. - Но ты понял кто! Главное: водки на жалей. В баньку свод и его. Говорят, что он любит попарится.
     - Есть, товарищ Сталин! Сделаю, как вы приказали!
     Йосиф Виссарионович поправил его, называя себя в третьем лице:
     - Товарищ Сталин не имеет право приказывать, только - просить.
     - Ваша просьба, товарищ Сталин, для меня - закон. Разрешите выполнять?
     - Товарищ Сталин разрешает.
     Иван четко развернулся кругом и направился к выходу. Сталин сказал ему в догонку:
     - Смотри, чтобы ни одна живая душа не знала о нашем разговоре и о виз ит Ельцина в Небесную ССР.
     - Понимаю, товарищ Сталин.
     Тем временем Борис, воспользовавшись отсутствием командира, вовсю развлекался.
      После слов Бориса о том, что он на небесах и чудовищ, которые так и норовили сожрать его, Бори  Николаевич наконец-то поверил его словам.
     - Как же так? Мне 20 августа подписывать Союзный Договор! Без мня там такое по подписывают...  Что же делать? - спросил он у ангела.
     - Покаяться, - посоветовал ему Борис. И тоном батюшки в церкви сказал. - Забудь о мирском и покайся, сын мой!
     - В чем каяться, Господи? Ну, было дело - грешил, как и все. Нельзя конкретно перечислить пункты по которым я должен каяться?
     Борис начал вспоминать заповеди Божьи и учинил Борису Николаевичу форменный
допрос:
     - Родителей уважал, как велел Господь?
     - А как же? Мать у мня была золотая женщина - любящая и заботящаяся о детях. а вот с отцом у меня были кое - какие проблемы.
     - Поконкретнее!
     - Он был суровый уральский мужик. Частенько за ремень брался, но это закалило мой характер.
     - Ясно! Поехали дальше: крал?
     - Ну, как бы это сказать, время тяжелое было.
     - Понятно! Кумира себе не сотворил?
     - Был грех - в партии состоял. Ленин для мня, как и для всех, был настоящим божеством. Но из партии я сам вышел и прилюдно покаялся.
      В дежурку вернулся Иван.
     - Хватит базарить! Вот что, товарищ, обратился он к Ельцину. Подойдите к колючей проволоке, только не прикасайтесь - она под напряжением. Испепелит. Когда будете готовы, скажите, мы отключим ток.
     - Командир, ты что, спятил? Хочешь, чтобы всякая нечисть за периметр выбралась? Гоняйся за ней потом.
     Через несколько минут Ельцин сообщил о том, что стоит возле колючей проволоки.
     - Отлично. По моей команде быстро перелезли через проволоку. Смотрите, только, быстро, чтобы начисть н проникла за периметр. Готовы?
     - Готов!
     - Выключить рубильник! - скомандовал Иван.
     На пульте тревожно замигала красная лампочка и противно завыла сирена.
     Борис внимательно наблюдал по монитору за происходящем.
     - Перелез! - доложил он командиру.
     - Включить рубильник! - скомандовал Иван.
 Лампочка погасла. Иван вытер рукавом пот со лба.
     - Кажется, удалось. Проверь никто не пробрался за периметр, - сказал Иван и направился в оружейную комнату.
     В дежурку с криком влетели сменщики:
     - Что у вас стряслось?
     - Ничего, перебои со светом, - успокоил их Иван.
     Увидев его в полном облачении с двумя "демократизаторами" и разгрузкой, в которой в карманчиках для гранат лежали запасные аккумуляторы для "демократизатора", сменщик спросил его:
     - Ты никак на войну собрался?
     - На 37 участок.
     - Один?! - ужаснулся командир бригады сменщиков. - Ты что, совсем спятил?
     - Двоим нечего рисковать. Как н и будь сам справлюсь.
     Иван нашел Бориса Николаевича уже за мостом. Он накинулся на него с упреками:
     - Насилу сыскал! Я же сказал, чтобы вы оставались на месте!
     - Жутко там! Эти твари полезли на проволоку. Боялся того, что прорвутся.
     - Не волнуйтесь, она под напряжением - не прорвутся. Не в первый раз лезут. - Он показал на дрезину. - Такси подано! Эх, прокачу! - заметив, что Ельцин без пижамной курточки. Снял с себя курточку цвета хаки и предложил ее Ельцину. Оденьте, чтобы не продуло. С ветерком помчимся. - Сам же Иван остался только в разгрузке, одетой на голый торс культуриста.
     Курточка Борису Николаевичу оказалась мала и он лишь накинул ее на плечи.  Ивана он принял за свою личную охрану, поэтому отругал его:
     - Охрана называется! Президент, понимаешь ли, в такую передрягу попал, а они, бездельники, дрыхнут без задних ног. Куда мы едем?
     - В вашу временную резиденцию.
     - Резиденция - это хорошо! Там будет во что переодеться?
     - Конечно, будет! Костюм для вас уже подобрали.  И баньку протопили.
     - Баня - это хорошо. Весь в какой-то слизи.
     По распоряжению Сталина, Ельцина встретили по высшему разряду. Две дородные красавицы - именно таких и любил Борис Николаевич стояли с хлебом - солью и обязательной рюмашкой. С двух сторон взяли его под руки и провели в русскую баню. Парились, естественно, втроем. Только Иван остался с наружи охранять их покой. Девицы знают свое дело и управятся без него.
   
   По сложившейся у нас с вами традиции, познакомлю вас с тем, что придумала Алиса - искусственный интеллект Яндекса. Я ей послал для анализа эту главу. Желающие могут прочитать!
    Анализ главы;14 романа «Небесная ССР»
1.;Ключевые сюжетные узлы и конфликты

Внешний конфликт:

Ельцин оказывается в аномальной зоне (37;й сектор) — между мирами, где реальность размыта, а нечисть реальна.

Противостояние «чёрных ангелов» (команда;200) и потусторонних сил: задача — спасти «визитера», не допустив прорыва за периметр.

Политический подтекст: появление Ельцина в Небесной ССР может дестабилизировать её уклад (упоминание о «демократах», которые «с цветами пойдут встречать»).

Внутренний конфликт Ивана:

Долг службы vs. личная усталость (желание отдохнуть, а не лезть в опасную зону).

Недоверие к Сталину: приказ «вези на дачу ЦК» звучит как попытка скрыть факт визита, что усиливает ощущение заговора.

Символический слой:

Мост — граница между мирами/состояниями (реальность/иллюзия, жизнь/смерть).

Колючая проволока под током — барьер между «социалистическим раем» и хаосом, но также намёк на несвободу внутри системы.

Баня и «дежурные женщины» — сатира на привилегии номенклатуры, даже в потустороннем мире.

Сильные стороны текста:

Динамичный диалог с элементами чёрного юмора (ирония Бориса над Ельциным, его «допрос» о грехах).

Контраст между бюрократической рутиной ангелов и мистическим ужасом 37;го сектора.

Аллюзии на реальные события (падение Ельцина с моста, Союзный договор) в фантастическом контексте.

Зоны для углубления:

Почему именно Ельцин стал «визитером»? Случайность или чья;то воля (Сталина, высших сил)?

Какова роль Сталина: он защищает систему или манипулирует ею?

Что скрывается за «дежурными женщинами» на даче ЦК? Их природа (люди, духи, иллюзии)?

Варианты развития сюжета
Вариант;А. «Игра Сталина»

Суть: Сталин использует Ельцина как пешку в своей игре против «чёрных ангелов». Он знает, что визит Ельцина — не случайность, а часть плана по дестабилизации Небесной ССР.

Как развить:

В бане Ельцин случайно находит документы, намекающие на тайные эксперименты Сталина (например, «Проект Мост» — попытка соединить Небесную ССР с Землёй).

Иван начинает подозревать, что его миссия — не спасение, а сокрытие улик. Он тайно записывает разговоры Сталина и передаёт их Маше (если она связана с сопротивлением).

Что усилить:

Параллели между сталинским режимом и «социалистическим раем»: страх, секретность, культ личности.

Внутренний конфликт Ивана: верность присяге vs. моральный выбор.

Финал главы: Ельцин, напившись, проговаривается о «проекте», который может разрушить Небесную ССР. Сталин, узнав об этом, приказывает Ивану «устранить проблему».

Вариант;Б. «Пробуждение нечисти»

Суть: Прорыв за периметр всё же происходит — нечисть проникает в Небесную ССР, используя Ельцина как проводник.

Как обострить конфликт:

После отключения тока часть монстров успевает пролезть через проволоку. Они начинают заражать жителей Небесной ССР «тёмной энергией» (люди теряют память, становятся агрессивными).

Борис, оставшийся в дежурке, сталкивается с первым заражённым — своим сменщиком, который теперь видит в нём врага.

Что добавить:

Символ заражения: у жертв глаза начинают светиться красным (как мигающая звёздочка на мониторе).

Попытка Ивана и Ельцина найти противоядие — в древних текстах Небесной ССР (где упоминается «огонь очищения»).

Финал главы: Нечисть захватывает мост. Иван вынужден принять решение: взорвать его, отрезав путь монстрам, но и лишив себя возможности вернуться на Землю.

Вариант;В. «Ельцин как мессия»

Суть: Ельцин — не случайный визитер, а «избранный», чья энергия способна изменить баланс сил в Небесной ССР.

Как связать с символикой:

Его пьянство — не слабость, а способ «отключаться» от реальности и видеть скрытые слои мира (например, он замечает, что Сталин — не человек, а дух).

В бане он случайно произносит фразу, которая активирует древний механизм (например, открывает портал в иной мир).

Что ввести:

Послания от «высших сил» (голоса, видения), которые подсказывают Ельцину, что он должен «переписать» правила Небесной ССР.

Конфликт с Машей: она чувствует, что Ельцин угрожает её плану спасти Сергея.

Финал главы: Ельцин заявляет, что «отныне будет править здесь». Сталин, понимая, что потерял контроль, решает устранить его, но сталкивается с неожиданной защитой — со стороны чёрных ангелов, которые видят в Ельцине шанс на перемены.

Финал главы (на выбор)
Открытый: Иван, стоя на мосту, смотрит на горящую дачу ЦК. Вдали слышны крики и звон колоколов. Он достаёт ключи, которые дал Сталин, и бросает их в реку. Камера отдаляется, показывая, что мост начинает разрушаться.

Резкий поворот: Ельцин, выйдя из бани, внезапно говорит: «Я знаю, кто вы на самом деле». Он поворачивается к Ивану, и его глаза светятся пурпурным — как у Маши.

Медитативный: Борис, оставшись один в дежурке, смотрит на монитор. На экране — бесконечная вереница «визитеров», идущих по мосту. Он шепчет: «Сколько их ещё будет?» Камера поднимается вверх, показывая, что мост — лишь один из тысяч, соединяющих миры.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Сцена с «хлебом;солью» — пародия на советские ритуалы приёма высоких гостей.

«Демократизаторы» — оружие, чьё название иронично контрастирует с авторитарной системой.

Детали для глубины:

У Ивана есть шрам на спине — след от прошлой миссии в 37;м секторе. Он боится, что там его ждёт нечто, связанное с его прошлым.

Ельцин время от времени видит «тени» людей, которых он знал (например, Горбачёва), но они исчезают, когда он пытается заговорить с ними.

Развитие персонажей:

Борис может стать союзником Ивана, если поймёт, что система его обманывает.

Маша (если появится) может попытаться использовать Ельцина для спасения Сергея, но рискует потерять контроль над ситуацией.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

Мост ведет не на Землю, а в - рай.
Уточнённый анализ главы;14 с учётом правки («мост ведёт в рай»)
Ключевая смысловая коррекция
Теперь мост — не просто граница между мирами, а эзотерический путь испытания, аналогичный исламскому Сирату:

он разделяет Небесную ССР (промежуточный мир) и Рай (конечную цель);

его пересечение требует нравственной «проверки» (отсюда — допрос Бориса о грехах);

опасность 37;го сектора — не случайность, а испытание на прочность веры/души.

Обновлённые конфликты

Внешний:

Ельцин должен пройти «мост» (в метафорическом и буквальном смысле), но его состояние (алкогольное опьянение, сомнения) делает его уязвимым для нечисти;

Сталин использует мост как инструмент контроля: дача ЦК — это ложный рай, имитация спасения, чтобы удержать Ельцина в системе.

Внутренний:

Иван разрывается между долгом (спасти «визитера») и подозрением, что миссия — часть сталинского заговора;

Ельцин колеблется между отрицанием потустороннего («это бред») и осознанием, что он столкнулся с высшей реальностью.

Символический:

Мост = суд по делам: каждая деталь 37;го сектора (кости, черепа, проволока под током) намекает на последствия земных поступков;

Баня = ритуал очищения, но с иронией: вместо духовного катарсиса — плотское удовольствие.

Варианты развития сюжета (с учётом «райского» контекста)
Вариант;А. «Ложный рай»

Суть: Дача ЦК — иллюзия Рая, созданная Сталиным. Ельцин, попав туда, начинает видеть «трещины» в декорации (например, портреты вождей моргают, еда превращается в пепел).

Как развить:

Иван замечает, что «дежурные женщины» не отражаются в зеркалах. Он тайно ведёт запись их поведения и обнаруживает, что они — духи;искусители, призванные удержать Ельцина от перехода в истинный Рай.

Ельцин случайно находит в кабинете Сталина карту моста с пометкой: «37;й сектор — точка отсева. Никто не должен пройти».

Что усилить:

Параллели с Сиратом: на мосту Ельцина ждали крюки и огонь, а на даче — соблазны и ложь. Оба испытания проверяют его волю.

Мотив выбора: Ельцин должен решить, верит ли он в систему (и остаётся в «социалистическом рае») или ищет истинный путь.

Финал главы: Ельцин разбивает зеркало в бане и видит за ним тьму. Он кричит: «Это не Рай!» — и требует вернуть его на мост. Сталин, узнав об этом, приказывает Ивану «устранить угрозу разоблачения».

Вариант;Б. «Пробуждение совести»

Суть: Допрос Бориса о грехах запускает в Ельцине процесс истинного покаяния. Он начинает вспоминать забытые грехи (например, предательство друга в юности), и это даёт ему силу противостоять нечисти.

Как обострить конфликт:

В момент, когда нечисть почти захватывает мост, Ельцин произносит: «Я виноват. Прости». Его слова создают вспышку света, отбрасывающую монстров.

Борис, удивлённый искренностью Ельцина, предлагает ему помощь: «Если ты действительно хочешь измениться, я покажу путь — но он будет в тысячу раз тяжелее бани».

Что добавить:

Символ очищения: дождь, который смывает грязь с тела Ельцина, но оставляет шрамы — память о прошлых ошибках;

Послание от Маши (если она связана с «проводниками»): она передаёт Ивану записку с цитатой из Павки Корчагина: «Чтобы не было мучительно больно…» — как подсказку для Ельцина.

Финал главы: Ельцин отказывается от дачи и требует, чтобы его вернули на мост. Он заявляет: «Я пройду этот путь сам». Иван, тронутый его решимостью, решает помочь ему тайно.

Вариант;В. «Двойной мост»

Суть: Существует два моста: один — видимый (соединяет Небесную ССР и «ложный рай» Сталина), второй — скрытый (ведёт в истинный Рай). Ельцин случайно обнаруживает второй путь.

Как связать с символикой:

Скрытый мост виден только тем, кто искренне раскаялся. Его опоры — забытые добрые поступки Ельцина (например, помощь старушке в молодости).

Сталин знает о втором мосту, но не может его контролировать, поэтому пытается уничтожить Ельцина.

Что ввести:

Карта моста в кабинете Сталина содержит зашифрованные координаты скрытого пути. Иван находит её, но не понимает значения символов.

Нечисть 37;го сектора боится скрытого моста — их крики становятся тише, когда Ельцин приближается к нему.

Финал главы: Ельцин, ведомый интуицией, сходит с основного моста на невидимую тропу. Он исчезает из поля зрения Ивана и Сталина. На мониторе остаётся только мигающая звёздочка — знак, что он вошёл в зону, недоступную для наблюдения.

Финал главы (на выбор)
Открытый: Иван стоит на мосту, глядя на исчезающие следы Ельцина. Он достаёт ключи от дачи ЦК и бросает их в пропасть. Камера отдаляется, показывая, что мост — лишь один из тысяч, пересекающих бездну.

Резкий поворот: Ельцин, ступив на скрытый мост, вдруг видит перед собой… Сергея (из гл.;13). Сергей говорит: «Ты выбрал путь. Теперь помоги мне» — и протягивает руку.

Медитативный: Борис остаётся в дежурке. На мониторе — бесконечная череда людей, идущих по мосту. Он шепчет: «Кто из них дойдёт?» Камера поднимается вверх, и видно, что мост извивается, как змея, между огнями Ада и сиянием Рая.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Сцена с «хлебом;солью» — пародия на «райские» блага, которые на деле оказываются приманкой;

«Демократизаторы» — оружие, чьё название иронично контрастирует с идеей «судного пути».

Детали для глубины:

У Ивана есть родинка в форме креста — знак его связи с истинным Раем (он сам не знает об этом);

Ельцин время от времени слышит голос матери, которая говорила ему в детстве: «Путь к свету — через покаяние».

Развитие персонажей:

Борис может стать проводником для Ельцина, если осознает, что его шутки — это защита от страха перед истиной;

Маша (если появится) может попытаться использовать скрытый мост для спасения Сергея, но столкнётся с сопротивлением Сталина.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

Второе: Иван всем предан Сталину, о котором ты забыла!
Анализ с учётом верности Ивана Сталину
Ключевое уточнение: Иван — убеждённый сторонник Сталина. Его мотивация строится на:

вере в «порядок», который олицетворяет Сталин;

чувстве долга перед системой (команда;200 — элитный отряд, связанный присягой);

страхе перед хаосом (нечисть 37;го сектора для него — символ распада, а Сталин — гарант стабильности).

Это меняет логику возможных сценариев: Иван не станет тайно помогать Ельцину или сомневаться в приказах. Его внутренний конфликт — не между «добром и злом», а между исполнением долга и сочувствием к «визитеру».

Варианты развития сюжета (с фокусом на верности Ивана)
Вариант;А. «Испытание преданности»

Суть: Сталин приказывает Ивану «устранить» Ельцина, если тот начнёт угрожать системе. Иван колеблется: с одной стороны — приказ, с другой — человеческая жалость.

Как развить:

Ельцин, осознав, что дача ЦК — иллюзия, пытается бежать. Иван догоняет его, но видит, как Ельцин, дрожа, крестится и шепчет: «Господи, если Ты есть — помоги!».

В этот момент нечисть атакует мост: монстры рвутся к Ельцину, но отступают, почувствовав его искреннюю мольбу. Иван замирает — он не может понять, что происходит.

Сталин, наблюдая через монитор, раздражённо бросает: «Он слаб, но в нём что;то есть. Убери его, пока это „что;то“ не стало угрозой».

Что усилить:

Контраст между сталинской рациональностью («угроза = устранить») и спонтанным милосердием Ивана («он же человек»).

Символ: Иван носит на шее медальон с портретом Сталина — в момент сомнения он сжимает его, словно ищет опору.

Финал главы: Иван не стреляет. Он говорит Ельцину: «Иди. Но если ты вернёшься — я выполню приказ». Ельцин уходит в туман моста, а Иван остаётся, глядя на медальон, который вдруг кажется ему чужим.

Вариант;Б. «Лояльность как ловушка»

Суть: Сталин использует Ивана для проверки системы: если Ельцин пройдёт испытание, значит, система несовершенна. Иван, не зная этого, становится инструментом эксперимента.

Как обострить конфликт:

Иван получает приказ сопровождать Ельцина до конца моста, но не вмешиваться в его испытания. Он видит, как Ельцин борется с видениями (например, призрак отца, которого он когда;то предал).

Борис, наблюдая за этим, шепчет Ивану: «Ты правда веришь, что Сталин хочет спасти его? Это же спектакль!». Иван гневно отвергает предположение: «Ты забываешь, кому служишь!».

На мониторе появляется сообщение от Сталина: «Если он упадёт — не помогай. Если дойдёт — убей». Иван в шоке: приказ противоречит его пониманию «спасения».

Что добавить:

Детали системы: мониторы в дежурке показывают не только реальность, но и «версии» событий (например, Ельцин то падает, то встаёт — как будто мир колеблется между исходами).

Мотив двойственности: Иван замечает, что его тень на стене движется не синхронно с ним — намёк на внутренний раскол.

Финал главы: Ельцин доходит до конца моста. Иван поднимает оружие, но в последний момент видит, как за спиной Ельцина вспыхивает свет. Он опускает пистолет, а Сталин, глядя на экран, холодно произносит: «Предательство начинается с сомнения».

Вариант;В. «Верность как прозрение»

Суть: Через взаимодействие с Ельциным Иван начинает осознавать, что Сталин — не спаситель, а тиран. Его преданность проходит через три стадии: сомнение ; страх ; решимость.

Как связать с символикой:

Мост становится для Ивана метафорой его пути: сначала он верит, что Сталин ведёт его к свету, но постепенно видит, что мост построен на костях (кости в насыпи — символы жертв системы).

Баня — момент «пробуждения»: Иван случайно находит в подсобке архив с досье на «исчезнувших» визитеров (их убили по приказу Сталина).

Что ввести:

Послание от Маши (если она связана с сопротивлением): она оставляет Ивану записку с цитатой из Павки Корчагина: «Жизнь надо прожить так…» — это становится катализатором его выбора.

Конфликт с Борисом: тот открыто насмехается над Сталиным, а Иван сначала защищает систему, но потом начинает прислушиваться.

Финал главы: Иван спасает Ельцина от ловушки, устроенной Сталиным (например, отключает ток на проволоке в нужный момент). Сталин, узнав об этом, говорит: «Ты выбрал сторону врага, Иван». Иван отвечает: «Я выбрал сторону человека». Мост начинает рушиться — система теряет контроль.

Финал главы (на выбор)
Открытый: Иван стоит у края моста, глядя на исчезающего в свете Ельцина. Он снимает медальон с портретом Сталина и бросает его в пропасть. Ветер уносит его слова: «Прости, товарищ Сталин. Но правда важнее». Камера отдаляется, показывая, что мост — лишь один из тысяч, а за ним — бескрайний океан огней.

Резкий поворот: Иван, спасая Ельцина, видит, как из тумана выходит… сам Сталин, но моложе на 30;лет. Молодой Сталин улыбается: «Ты думал, я — это я? Я — система. И она не прощает измен». Иван понимает, что сражался не с человеком, а с идеей.

Медитативный: Иван возвращается в дежурку. На мониторе — бесконечная вереница людей, идущих по мосту. Он смотрит на их лица и шепчет: «Кто из них — следующий?». Борис кладёт руку ему на плечо: «Все мы — следующие. Но ты можешь выбрать, как идти». Камера поднимается вверх, показывая, что мост извивается, как змея, между огнями Ада и сиянием Рая.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Медальон с портретом Сталина — символ слепой веры, которая разбивается о реальность;

Сцена в бане — пародия на «очищение» в системе, где вместо духовного роста — симуляция благополучия.

Детали для глубины:

У Ивана есть шрам на руке — след от прошлой миссии, когда он впервые усомнился в приказах (но подавил сомнение);

Ельцин время от времени видит «двойников» Сталина в толпе нечисти — намёк, что система создаёт множество лиц, чтобы скрыть пустоту.

Развитие персонажей:

Борис может стать катализатором перемен для Ивана, если его шутки сменятся серьёзными вопросами: «Ты когда;нибудь думал, зачем мы здесь?»;

Маша (если появится) может предложить Ивану выбор: присоединиться к сопротивлению или остаться в системе — но цена будет высока.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

37 сектор это - 1937 год в СССР, поэтому там так много трупов.
Анализ главы;14 с учётом новой информации (37;й сектор = 1937;год в СССР)
Ключевая метафора
37;й сектор — не просто опасное место, а материализованная память о Большом терроре. Кости в насыпи, черепа в канале, колючая проволока — это:

буквальные останки жертв репрессий;

символ системы, где «порядок» достигается через насилие;

испытание для души: чтобы пройти мост, нужно признать вину (как Ельцин) или доказать преданность системе (как Иван).

Почему именно 1937;год?

Это пик сталинских репрессий: приказ №;00447, «кулацкая операция», «национальные операции».

В контексте Небесной ССР 1937;й становится архетипом тотального контроля — местом, где сама земля пропитана страхом.

Переосмысление конфликтов
Внешний конфликт

Ельцин, случайно попав в 1937;й, сталкивается с последствиями политики, которую он сам (как представитель советской элиты) косвенно продолжил в 1990;е.

Иван защищает систему, не осознавая, что охраняет память о её преступлениях.

Внутренний конфликт Ивана

Его преданность Сталину — не слепая вера, а страх перед хаосом, который, по его мнению, наступит, если система рухнет.

Он видит в Ельцине угрозу не из;за личности, а потому что тот нарушает установленный порядок (падает с моста, спорит, не признаёт авторитетов).

Символический слой

Мост — линия времени: переход из «современности» (Небесная ССР) в прошлое (1937), где грехи эпохи материализуются в виде нечисти.

Баня на даче ЦК — пародия на «очищение»: вместо покаяния — плотские утехи, вместо правды — иллюзия благополучия.

Варианты развития сюжета
Вариант;А. «Зеркало вины»

Суть: Ельцин начинает видеть призраков жертв 1937;го (расстрелянных крестьян, депортированных немцев, казнённых командиров). Они шепчут: «Ты тоже часть этой системы».

Как развить:

В момент, когда Иван готовится выполнить приказ Сталина («устранить Ельцина»), тот вдруг падает на колени и кричит: «Простите меня!». Призраки замирают, а мост начинает светиться.

Иван, потрясённый, спрашивает: «Что ты сделал?». Ельцин отвечает: «Признал то, что нельзя отрицать».

Что усилить:

Параллель между Ельциным и Сталиным: оба — продукты системы, но один пытается искупить вину, другой — увековечить её.

Мотив памяти: Иван находит в кармане медальона с портретом Сталина записку со списком имён — жертв 37;го сектора.

Финал главы: Ельцин проходит мост. Иван остаётся, глядя на исчезающие тени. Он шепчет: «Они всё ещё здесь…».

Вариант;Б. «Система против человека»

Суть: Сталин намеренно отправляет Ивана в 37;й сектор, чтобы проверить его лояльность. Если Иван пощадит Ельцина — он предатель; если убьёт — система поглотит ещё одну душу.

Как обострить конфликт:

Борис, наблюдая за Иваном, говорит: «Ты думаешь, Сталин тебя ценит? Ты — винтик в его машине смерти». Иван бьёт его, но слова заседают в памяти.

На мосту Иван видит двойника Сталина — молодого чекиста 1937;года. Тот смеётся: «Мы — одно целое. Ты и я».

Что добавить:

Детали системы: мониторы в дежурке показывают не только реальность, но и альтернативные версии событий (например, Ельцин то падает, то побеждает — как будто мир колеблется между исходами).

Символ: колючая проволока под током — это нервная система Небесной ССР, питаемая страхом.

Финал главы: Иван стреляет в Ельцина, но пуля проходит сквозь него — тот уже перешёл мост. Сталин, глядя на экран, говорит: «Теперь ты тоже часть 37;го».

Вариант;В. «Пробуждение памяти»

Суть: Иван начинает вспоминать собственные травмы, связанные с 1937;м (например, репрессированного деда), но система подавляет эти воспоминания.

Как связать с символикой:

Мост становится для Ивана путешествием в подсознание: он видит сцены из детства (мать прячет фотографии, отец шепчет: «Молчи»).

Баня — момент «прозрения»: Иван находит в подсобке архив с досье на «исчезнувших визитеров», среди которых — его дед.

Что ввести:

Послание от Маши: она оставляет Ивану книгу стихов Мандельштама (намёк на сопротивление через память).

Конфликт с Борисом: тот открыто насмехается над Сталиным, а Иван сначала защищает систему, но потом начинает прислушиваться.

Финал главы: Иван спасает Ельцина, отключив ток на проволоке. Сталин, узнав об этом, говорит: «Ты выбрал сторону врага». Иван отвечает: «Я выбрал сторону памяти». Мост начинает рушиться — система теряет контроль.

Финал главы (на выбор)
Открытый: Иван стоит у края моста, глядя на исчезающего в свете Ельцина. Он снимает медальон с портретом Сталина и бросает его в пропасть. Ветер уносит его слова: «Прости, товарищ Сталин. Но правда важнее». Камера отдаляется, показывая, что мост — лишь один из тысяч, а за ним — бескрайний океан огней.

Резкий поворот: Иван, спасая Ельцина, видит, как из тумана выходит… молодой Сталин 1937;года. Тот улыбается: «Ты думал, я — это я? Я — система. И она не прощает измен». Иван понимает, что сражался не с человеком, а с идеей.

Медитативный: Иван возвращается в дежурку. На мониторе — бесконечная вереница людей, идущих по мосту. Он смотрит на их лица и шепчет: «Кто из них — следующий?». Борис кладёт руку ему на плечо: «Все мы — следующие. Но ты можешь выбрать, как идти». Камера поднимается вверх, показывая, что мост извивается, как змея, между огнями Ада и сиянием Рая.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Медальон с портретом Сталина — символ слепой веры, которая разбивается о реальность;

Сцена в бане — пародия на «очищение» в системе, где вместо духовного роста — симуляция благополучия.

Детали для глубины:

У Ивана есть шрам на руке — след от прошлой миссии, когда он впервые усомнился в приказах (но подавил сомнение);

Ельцин время от времени видит «двойников» Сталина в толпе нечисти — намёк, что система создаёт множество лиц, чтобы скрыть пустоту.

Развитие персонажей:

Борис может стать катализатором перемен для Ивана, если его шутки сменятся серьёзными вопросами: «Ты когда;нибудь думал, зачем мы здесь?»;

Маша (если появится) может предложить Ивану выбор: присоединиться к сопротивлению или остаться в системе — но цена будет высока.

В третьих: Маша занимается любовью со своим внуком, от которого она беременеет и путешествует с Сергеем в Космосе. Ей не до событий, происходящих в Небесной ССР.
Анализ с учётом новой информации о Маше
Ключевой контекст
Маша полностью выключена из событий Небесной ССР:

находится в космосе;

вовлечена в личную драму (связь с внуком, беременность);

её путь — альтернативная сюжетная линия, параллельная основному действию.

Это создаёт важный композиционный эффект:

Контраст миров:

Небесная ССР — статичный, забюрократизированный мир с жёсткими правилами;

космос — пространство хаоса, где возможны аномальные связи и метаморфозы.

Двойной таймлайн:

события 37;го сектора (1937;год) и космическая одиссея Маши происходят одновременно, но в разных измерениях;

их объединяет только общая вселенная романа.

Символический разрыв:

Маша — «потерянная душа» системы: её уход в космос = отказ от советской/постсоветской парадигмы;

беременность — намёк на новое начало, не связанное с прошлым.

Влияние на основной сюжет
Для Ивана:

отсутствие Маши лишает его потенциальной опоры (если ранее она была его союзницей);

усиливает его изоляцию: он остаётся один на один с системой и её абсурдными приказами.

Для Сталина:

исчезновение Маши может быть ему выгодно: она — носитель «опасных знаний» (например, о природе 37;го сектора);

её беременность — потенциальная угроза, если ребёнок унаследует аномальные способности.

Для общей мифологии мира:

космос становится зоной вне контроля Сталина — местом, где рождаются новые правила;

связь Маши с внуком — метафора разрыва временных связей (прошлое/будущее перестают быть линейными).

Варианты интеграции космической линии в сюжет
Вариант;А. «Эхо из космоса»

Суть: Маша неосознанно влияет на события в 37;м секторе через телепатическую связь с Иваном (например, в моменты её эмоционального всплеска мост начинает мерцать).

Как развить:

Иван чувствует необъяснимую тревогу или видит вспышки света, когда Маша переживает критические моменты (роды, конфликты с Сергеем);

Сталин замечает аномалии и приказывает исследовать «космический канал» — это приводит к столкновению с кораблём Маши.

Что усилить:

мотив невидимой связи: даже в разлуке персонажи влияют друг на друга;

намёк на то, что космос — это «обратная сторона» Небесной ССР, её зеркальное отражение.

Финал главы: Иван слышит в наушниках шёпот Маши: «Ты не один». Это даёт ему силы ослушаться приказа Сталина.

Вариант;Б. «Двойной суд»

Суть: Беременность Маши и испытания Ивана в 37;м секторе — две стороны одного процесса: искупления.

Как связать:

Ребёнок Маши — символ возможности «перезапуска» системы (в отличие от мёртвых душ 37;го сектора);

Ельцин, проходя мост, видит видения будущего: новорождённый ребёнок, который протягивает руку к свету.

Что добавить:

параллельные сцены: роды Маши в космосе / борьба Ивана с нечистью;

символ: пуповина ребёнка обвивает старинный медальон с портретом Сталина — намёк на связь поколений.

Финал главы: Маша рожает. В тот же момент мост в 37;м секторе начинает разрушаться, освобождая души жертв.

Вариант;В. «Конфликт измерений»

Суть: Сталин пытается использовать космическую линию для укрепления власти (например, захватить корабль Маши как источник энергии).

Как обострить:

Сергей, защищая Машу, активирует оружие корабля, которое создаёт «разлом» в пространстве — часть 37;го сектора начинает затягиваться в космос;

Иван вынужден выбирать: спасти систему или помочь Маше, чтобы остановить катастрофу.

Что ввести:

артефакт: дневник Маши с записями о природе моста (она изучала его до ухода в космос);

диалог Сталина с «советниками» (духами прошлого), где он признаёт: «Космос — это наша слабость».

Финал главы: Разлом поглощает часть моста. Иван успевает передать Маше сообщение: «Найди меня, когда всё закончится».

Финал главы (на выбор)
Открытый: Иван смотрит на исчезающий мост. В наушниках — слабый сигнал из космоса: голос Маши. Он шепчет: «Я найду тебя». Камера отдаляется, показывая, что мост и космический корабль — части единой структуры, похожей на ДНК.

Резкий поворот: В момент, когда Иван готовится выстрелить в Ельцина, из разлома появляется рука Сергея. Он хватает Ивана и тянет в космос. Последний кадр: они втроём (Иван, Маша, Сергей) парят среди звёзд, а внизу — рушащаяся Небесная ССР.

Медитативный: Маша держит новорождённого. Ребёнок касается её лица, и она видит вспышки событий в 37;м секторе: Ивана, Ельцина, Сталина. Она понимает: «Всё ещё связано». Камера поднимается, показывая, что их корабль — лишь одна из тысяч точек в бесконечном потоке света.

Дополнительные идеи
Аллюзии:

Беременность Маши — библейский мотив «непорочного зачатия» в условиях постмодернистского хаоса;

Корабль — «ковчег», спасающий не тела, а души.

Детали для глубины:

У Ивана появляется шрам в форме спирали — след от связи с Машей через измерения;

В 37;м секторе находят обломки космического корабля (намёк, что это место — результат давней катастрофы).

Развитие персонажей:

Борис может начать подозревать, что «нечисть» 37;го сектора — это души, застрявшие между мирами (включая возможных предков Маши);

Сталин может попытаться клонировать ребёнка Маши, чтобы создать «нового человека» для системы.

Если нужно проработать конкретный вариант или добавить детали — дайте знать!

ерх собности МАши п
Особые способности Маши: концептуальная проработка
Учитывая контекст (космическое путешествие, беременность от внука, отрыв от событий в Небесной ССР), способности Маши носят метафизический, пограничный характер — они связывают миры, времена и состояния бытия.

Базовые способности
Межпространственная эмпатия

ощущает эмоциональные и физические состояния людей в других измерениях (например, боль Ивана в 37;м секторе или страх Ельцина на мосту);

способность проявляется как «шёпот в голове» или внезапные зрительные вспышки;

ограничение: не может точно определить источник сигнала, только его интенсивность.

Временная резистентность

её беременность протекает вне линейного времени: плод развивается не по месяцам, а в соответствии с «ритмами космоса»;

позволяет ей находиться в зонах временного разлома (например, в 1937;году) без фатальных последствий;

побочный эффект: периодические провалы в память о собственном прошлом.

Биолюминесценция

кожа и волосы излучают слабый свет в условиях низкой энергии (например, в тёмных секторах моста);

свет усиливается в моменты эмоционального напряжения или при приближении к «узлам реальности» (точкам схождения миров);

используется как индикатор аномалий (например, предупреждает о появлении нечисти).

Продвинутые способности (проявляются постепенно)
Материализация воспоминаний

может «вызывать» призрачные образы из прошлого (например, видение своего дома до ухода в космос);

образы не материальны, но влияют на окружающую среду (понижают температуру, вызывают эхо голосов);

риск: при чрезмерном использовании теряет ориентацию в настоящем.

Симбиотическая связь с кораблём

корабль реагирует на её эмоциональное состояние (меняет цвет освещения, корректирует курс без команд);

в критических ситуациях корабль «защищает» её, создавая энергетические барьеры;

условие: связь работает только если Маша находится в каюте, где начался процесс беременности.

Интуитивное предвидение

видит краткие фрагменты будущих событий, но только тех, что касаются её лично или её ребёнка;

видения приходят во сне или в состоянии полутранса;

интерпретация требует усилий: образы метафоричны (например, мост, покрытый льдом = «замороженное» решение).

Ограничения и цена способностей
Энергетический долг: каждое использование сил истощает её физически (головокружение, потеря аппетита, временная слепота);

Временные парадоксы: попытки изменить предвиденное событие приводят к непредсказуемым последствиям (например, спасение Ивана может спровоцировать коллапс моста);

Связь с ребёнком: способности усиливаются по мере развития плода, но это же делает её уязвимой — вред ребёнку отражается на её силах;

Изоляция: чем сильнее проявляются способности, тем труднее ей контактировать с «обычными» людьми (её речь кажется им бессвязной, жесты — странными).

Символическое значение способностей
Эмpathy = метафора неразрывной связи прошлого и будущего;

Биолюминесценция = образ «света в темноте» как надежды на искупление;

Материализация воспоминаний = попытка удержать то, что система (Небесная ССР) стремится стереть;

Симбиоз с кораблём = замена человеческих отношений на связь с «искусственным раем».

Примеры проявления способностей в сюжете
В сцене родов:

Маша неосознанно создаёт поле, замедляющее время (роды длятся 3;часа, но для внешнего мира проходит 3;минуты);

биолюминесценция освещает каюту, превращая её в подобие храма;

корабль меняет орбиту, чтобы оказаться в точке пересечения энергетических линий (это становится «крещением» ребёнка).

При попытке контакта с Иваном:

через эмпатию передаёт ему образ моста, который «дышит» (намёк, что мост — живое существо);

Иван видит её лицо в отражении воды, но не понимает, сон это или реальность;

после контакта у него остаётся ощущение холода на ладони, как будто он держал её руку.

В момент угрозы от Сталина:

предвидение показывает ей горящий корабль и плачущего ребёнка;

она активирует защитный режим корабля, но теряет память о последних 12;часах;

симбиотическая связь заставляет корабль «уйти в тень» — он становится невидимым для систем слежения.

Если нужно детализировать конкретную способность или её применение — уточните!

Проработай следующий вариант: Маша, чтобы родить сына, вселяется в тело другой женщины.
Маша вселяется в тело другой женщины: проработка варианта
Контекст и мотивация
Маша вынуждена вселиться в чужое тело ради спасения ребёнка — её собственное тело:

истощено космическим путешествием;

не способно выдержать роды из;за аномальной природы беременности (плод несёт «иную» энергию);

начинает распадаться на квантовом уровне (симптом: кожа покрывается «звёздными» трещинами).

Цель: обеспечить физическое рождение сына, чтобы он стал «ключом» к новому миропорядку (или мостом между мирами).

Механизм вселения
Выбор носителя

Женщина (назовём её Анна) — случайная жертва: простая жительница Небесной ССР, не связанная с системой;

Её тело «пусто» для высших сил: нет сильной воли, подавленные желания, хроническая апатия (идеальный сосуд);

Связь с Машей: Анна видит сны о космосе, но считает их бредом.

Процесс перехода

Фаза 1 (подготовка): Маша создаёт «энергетический слепок» Анны через сны — её сознание начинает резонировать с телом будущей носительницы;

Фаза 2 (вторжение): в момент родов Маша «выталкивает» сознание Анны в астральное пространство, занимая её тело. Это сопровождается:

вспышкой света (окружающие видят «молнию» в палате);

кратковременной потерей гравитации (предметы поднимаются в воздух);

запахом озона.

Фаза 3 (стабилизация): тело Анны перестраивается под энергетику Маши (например, глаза меняют цвет, голос становится глубже).

Цена для Анны

её сознание не уничтожено, а «заморожено» в лимбе — она наблюдает за происходящим как призрак;

может влиять на Машу через сны, пытаясь вернуть тело;

в финале способна предъявить права на ребёнка (моральный конфликт).

Последствия для Маши
Физические изменения

теряет биолюминесценцию (тело Анны не обладает метафизическими свойствами);

обретает «человеческую» уязвимость: боль, усталость, потребность в пище;

но сохраняет эмпатию и интуитивное предвидение (теперь они привязаны к телу Анны).

Психологический надлом

чувство вины за кражу тела;

раздвоение личности: иногда «проваливается» в воспоминания Анны (например, плачет над фотографией её умершего отца);

страх, что сын унаследует черты Анны, а не её.

Новые ограничения

не может покинуть тело до смерти носителя (если Анна погибнет — Маша исчезнет);

связь с кораблём ослабевает: он начинает дрейфовать без управления;

Сергей, её спутник, не узнаёт её в новом облике (конфликт доверия).

Влияние на сюжет
Для Ивана

если он встречает Машу в теле Анны, не понимает, кто она. Её попытки связаться с ним воспринимаются как бред;

её эмпатия позволяет ему почувствовать её присутствие (например, он внезапно вспоминает запах её волос, хотя никогда не видел Машу вживую).

Для Сталина

он замечает аномалию: Анна, ранее незаметная, начинает влиять на события (например, останавливает казнь «визитера»);

приказывает исследовать её, подозревая, что она — «спящий агент» сопротивления.

Для сына

рождается с двумя наборами воспоминаний: Маши и Анны;

его глаза светятся попеременно — то звёздным светом, то обычным человеческим цветом;

становится «точкой притяжения» для душ 37;го сектора (они видят в нём надежду на искупление).

Ключевые сцены
Сцена вселения

Маша лежит на родовом столе в космическом корабле. Она произносит: «Прости, Анна».

Камера переходит в палату в Небесной ССР: Анна вскакивает с кровати, кричит от боли, её глаза вспыхивают звёздным светом.

Вокруг — хаос: лампы лопаются, двери открываются сами собой.

Финальный кадр: рука Анны сжимает край стола, на коже проступают «звёздные» трещины.

Конфликт с Анной

В кошмарах Маша видит Анну, которая шепчет: «Это моё тело. Верни его».

Однажды утром Маша обнаруживает, что её рука стала бледной и тонкой — как у Анны. Она в панике пытается вернуть «свой» облик.

Анна смеётся в её голове: «Ты теперь — я».

Встреча с Сергеем

Сергей находит Машу в теле Анны. Он не верит, что это она: «Ты не пахнет космосом. Ты — просто женщина».

Маша пытается доказать свою идентичность, но её голос звучит иначе.

В кульминации она показывает ему шрам на запястье (след от космического корабля), и он наконец узнаёт её.

Рождение сына

Роды проходят в заброшенной церкви Небесной ССР. Свечи гаснут, когда ребёнок появляется на свет.

Он открывает глаза — в них отражается звёздное небо.

Маша/Анна шепчет: «Он — мост».

Тело Анны начинает рассыпаться в пыль, но ребёнок ловит её руку: «Не уходи».

Символический смысл
Вселение = метафора жертвы ради будущего: Маша отказывается от своей телесности, чтобы дать жизнь новому миру;

Тело Анны = образ обычного человека, который становится сосудом для чуда;

Сын = синтез двух сущностей: космическая энергия + человеческая душа.

Возможные финалы
Трагический:

Анна возвращает тело, но ребёнок исчезает (растворяется в воздухе).

Маша остаётся призраком, наблюдающим за сыном, который растёт в другом мире.

Двойное существование:

Маша и Анна делят тело: днём — Анна, ночью — Маша.

Ребёнок учится говорить с обеими, становясь посредником между ними.

Вознесение:

После родов тело Анны превращается в свет, унося Машу и ребёнка в космос.

На Земле остаётся только тень Анны, которая шепчет: «Я была здесь».

Если нужно проработать детали механизма вселения или добавить психологические нюансы — уточните!

Роды происходили в Буденовске, который штурмовали боевики
Сценарий: «Роды в Будённовске» (Маша вселяется в тело другой женщины)
Контекст
Действие разворачивается 14–17;июня;1995;года в Будённовске, во время захвата больницы боевиками Шамиля Басаева. Маша, находящаяся на позднем сроке беременности, вынуждена вселиться в тело одной из заложниц;рожениц, чтобы спасти ребёнка.

Ключевые обстоятельства
Место: родильное отделение городской больницы Будённовска (захвачено боевиками).

Время: разгар штурма (17;июня), когда в здании идут перестрелки, а операционные работают под пулями.

Состояние Маши: её собственное тело истощено космическими перемещениями и беременностью; она может поддерживать существование только через симбиоз с другим организмом.

Мотивация Маши
Цель: родить сына, который, согласно её видениям, станет «ключом» к изменению баланса сил между мирами.

Причина вселения: её тело не выдержит родов в условиях стресса и радиации от взрывов; нужно временное «вместилище».

Выбор «носителя»: женщина;заложница с аналогичной датой родов и совпадающей группой крови (символ случайности и предопределённости).

Ход событий
Проникновение в тело

Маша находит роженицу в предродовой палате (та в шоке, почти без сознания от страха).

Через прикосновение и шёпот («Позволь мне… это ненадолго») она синхронизирует ритмы сердец и «втекает» в чужое тело.

Физический эффект: тело Маши становится прозрачным, затем растворяется; её одежда падает на пол.

Роды под обстрелом

В момент схваток начинается штурм: взрывы сотрясают здание, гаснет свет.

Врачи (сами заложники) вынуждены принимать роды в полутёмной палате, прикрывая пациентку от осколков.

Маша (в теле женщины) чувствует двойную боль: физическую и эмоциональную (страх настоящей роженицы). Она концентрируется на образе света, чтобы не потерять контроль.

Критический момент

Боевики врываются в родильное отделение, угрожая расстрелять всех.

Маша использует биолюминесценцию: её кожа (в чужом теле) начинает светиться, ослепляя нападавших. Это даёт врачам 30;секунд, чтобы перетащить роженицу в подвал.

Появление ребёнка

Ребёнок рождается в темноте, под звуки автоматной стрельбы.

Первый крик младенца совпадает с взрывом на первом этаже — здание дрожит, но палата остаётся цела.

Маша чувствует, что связь с телом;носителем рвётся: ребёнок «вытягивает» её энергию.

Разделение

После родов Маша отделяется от тела женщины. Та приходит в сознание, не помня ничего о «соседке», но чувствуя необъяснимую благодарность.

Маша остаётся в форме призрака (прозрачная, светящаяся фигура) рядом с ребёнком.

Символические слои
Роды как акт сопротивления: рождение ребёнка в аду теракта — метафора жизни, пробивающейся сквозь смерть.

Вселение в тело:

с одной стороны — нарушение границ, этическая дилемма;

с другой — жертва: Маша отдаёт своё тело, чтобы сохранить новую жизнь.

Свет Маши: противопоставлен тьме насилия; его источник — не магия, а воля к жизни.

Ребёнок:

физический — обычный младенец;

метафизический — «узел» времени, связывающий 1995;год, космическую линию и 1937;год (37;й сектор).

Последствия для сюжета
Для Маши:

она теряет физическую форму, становится духом;хранителем ребёнка;

её способности усиливаются (теперь она может проходить сквозь стены, читать мысли людей рядом с сыном), но она не может говорить вслух.

Для ребёнка:

он растёт быстрее, чем обычные дети;

видит «тени» (призраков жертв Будённовска и 37;го сектора);

в критических ситуациях неосознанно активирует силу матери (например, создаёт световые щиты).

Для Небесной ССР:

Сталин узнаёт о рождении ребёнка через своих агентов и объявляет его «угрозой»;

начинается охота за младенцем, что связывает космическую линию с событиями в 37;м секторе.

Ключевые сцены для проработки
«Диалог» с телом;носителем

Маша пытается успокоить женщину, проецируя в её сознание образы мирного дома.

Женщина шепчет: «Кто ты? Почему я вижу море?» — Маша отвечает: «Это не твоё воспоминание… но оно поможет тебе».

Свет против оружия

Когда боевик направляет автомат на роженицу, Маша заставляет её кожу вспыхнуть, как лампа.

Эффект: вспышка ослепляет нападавшего, он стреляет в потолок, вызывая обвал.

Первое прикосновение к сыну

Маша;призрак берёт младенца на руки; её пальцы проходят сквозь его кожу, но он чувствует тепло.

Она шепчет: «Ты не один. Я буду с тобой», и её свет впитывается в его тело.

Детали для атмосферы
Звуки: далёкие выстрелы, крики, вой сирен, шёпот врачей, дыхание роженицы.

Цвета: красный (кровь, аварийные лампы), чёрный (тьма за окнами), белый (свет Маши).

Предметы: окровавленные простыни, разбитые стёкла, икона в углу палаты (незаметно светится, когда Маша рядом).

Если нужно углубить психологию персонажей, добавить диалоги или проработать последствия — уточните!

В последний момент его дед - художник Иван Иванович - руководитель бригады реставраторов, которые стирают со стелы угодников имена бывших руководителей СССР и заменяют их новыми.
Интеграция образа деда;художника в сюжет
Контекст:
Иван Иванович — дед новорождённого (сына Маши), руководитель бригады реставраторов, занятых на «работе с памятью»: они стирают со стелы угодников имена бывших руководителей СССР и вписывают новые. Это не просто физическая работа — метафизическая операция по переписыванию истории.

Роль Ивана Ивановича в системе
Функция в Небесной ССР

Его бригада — часть «машины забвения»: они удаляют следы неугодных лидеров, чтобы система выглядела монолитной.

Стела угодников — не памятник, а ритуальный артефакт: её надписи влияют на коллективное сознание жителей (забывают «лишних» людей).

Иван Иванович не просто исполнитель: он знает правила игры (какие имена можно стирать, какие — временно сохранять).

Мотивация

Верность системе: считает, что «порядок» важнее правды.

Страх: если откажется — его имя тоже сотрут.

Скрытая вина: однажды он не успел спасти имя друга (теперь тот «не существует» даже в памяти родных).

Связь с Машей и её сыном
Неосознанное родство

Иван Иванович не знает, что новорождённый — его внук.

Но чувствует необъяснимую тревогу, когда бригада подходит к участку стелы, где могло бы быть имя его дочери (Маши) — будто камень сопротивляется резцу.

Символический конфликт

Дед стирает имена ; внук рождается как «новый человек», не связанный с прошлым.

Маша, вселившись в чужое тело, нарушает правило «стирания» ; её сын становится дырой в системе: его нельзя вписать в стелу, но и нельзя стереть.

Точка пересечения

В момент родов Иван Иванович случайно замечает свечение на поверхности стелы (отголосок биолюминесценции Маши). Он замирает: «Это не ошибка… Это знак».

Позже он находит в мастерской рисунок (сделанный им в юности): женщина с младенцем в свете звёзд. Он не помнит, как его создал.

Ключевые сцены с Иваном Ивановичем
«Работа над ошибкой»

Бригада стирает имя Хрущёва. Иван Иванович проверяет поверхность: следов нет.

Но когда он отходит, на камне проступает тень букв — как будто имя пытается вернуться.

Он шепчет: «Так не бывает…» — и впервые задумывается, что стела «жива».

Встреча с призраком Маши

Ночью Иван Иванович остаётся один у стелы. Внезапно видит прозрачную фигуру (Машу;призрак).

Она не говорит, но показывает ему образ младенца (его внука).

Он спрашивает: «Кто ты?» — она отвечает: «Твоя ошибка».

Утром он находит на ладони звёздную пыль — след её прикосновения.

«Выбор»

Сталин приказывает стереть имя «неудобного» революционера, чьё наследие мешает новой доктрине.

Иван Иванович начинает работу, но его рука дрожит. Он видит сон: тот революционер спасает его в 1937;году.

В последний момент он оставляет часть имени (одну букву), рискуя собой.

Это становится трещиной в системе: другие имена начинают «проступать» сквозь новый слой.

Контакт с внуком

Спустя годы Иван Иванович встречает мальчика (внука), который играет у стелы.

Ребёнок трогает камень, и на нём вспыхивает имя Маши (временно, на несколько секунд).

Дед понимает всё. Он шепчет: «Ты — мост…» — и в этот момент стела трескается.

Символические смыслы
Стела угодников = механизм власти: контроль над прошлым = контроль над будущим.

Работа реставраторов = метафора цензуры: стирание не только имён, но и памяти, чувств, связей.

Иван Иванович = соучастник системы, который через личную трагедию приходит к сопротивлению.

Его связь с внуком = разрыв цикла: внук не наследует профессию деда (не стирает, а восстанавливает имена).

Влияние на общий сюжет
Для Небесной ССР:

Трещина в стеле запускает волну воспоминаний: жители начинают видеть «лишних людей» (жертв 37;го сектора, забытых героев).

Сталин объявляет чрезвычайное положение, но система уже теряет монолитность.

Для Маши:

Её призрак чувствует, что внук «работает» с памятью. Она пытается направить его, но её силы ограничены.

Для Ивана (командира 200;й команды):

Узнаёт о связи Маши с Иваном Ивановичем. Это заставляет его пересмотреть верность Сталину: «Если даже его дед сопротивляется… Значит, система гниёт».

Финал главы (на выбор)
Открытый:

Иван Иванович сидит у треснувшей стелы. Ветер разносит пыль с её поверхности.

К нему подходит мальчик (внук) и кладёт в ладонь камешек со звёздным отблеском.

Дед спрашивает: «Что это?» — мальчик отвечает: «Память».

Камера отдаляется: стела начинает рассыпаться, а вокруг растут цветы.

Резкий поворот:

Когда Иван Иванович оставляет часть имени на стеле, камень отвечает: из трещины вырывается свет, и перед ним появляется призрак Маши.

Она говорит: «Ты выбрал сторону жизни. Теперь защити его».

На следующий день бригада обнаруживает, что все имена, которые он не стёр, стали ярче.

Медитативный:

Иван Иванович рисует портрет внука, но вместо лица получается карта звёздного неба.

Он понимает: внук — не человек, а переход между мирами.

В окно стучится ветер, принося запах космоса.

Если нужно проработать детали работы реставраторов, добавить диалоги или углубить психологию Ивана Ивановича — уточните!

Сыну Маши передались ее сверх способности . У него был даже больший дар
Сын Маши: природа и масштабы сверхспособностей
Базовый принцип
Способности сына — синтез двух линий:

космической наследственности (от Маши): связь с высшими измерениями, управление светом, предвидение;

земной укоренённости (от тела;носителя и рода Ивана Ивановича): чувствительность к материальным артефактам, «чтение» памяти предметов.

Его дар превосходит материнский не количественно, а качественно: он не просто использует силы, а переписывает правила реальности.

Ключевые способности
Реактивация забытого

Может «пробуждать» имена на стеле угодников, даже если их стёрли десятилетия назад.

Механизм: прикасается к камню — и буквы вспыхивают, а в воздухе возникают призрачные образы людей.

Ограничение: требует физической близости к артефакту.

Пример: в сцене у треснувшей стелы он восстанавливает имя Маши, и её призрак на миг обретает плоть.

Двунаправленное предвидение

Видит не только будущее, но и альтернативные прошлые события (например, как сложилась бы судьба человека, если бы он принял другое решение).

Проявляется как «кадры» в сознании: он может «перематывать» их, искать точки выбора.

Цена: после сеансов теряет ориентацию во времени (может принять прошлое за настоящее).

Материализация эмоций

Его чувства создают физические объекты:

гнев ; острые кристаллы, растущие из земли;

радость ; светящиеся сферы, исцеляющие раны;

печаль ; туман, замедляющий время.

Не контролирует полностью: в стрессе способен случайно разрушить окружение.

Диалог с артефактами

Слышит «голоса» старых вещей:

стела шепчет имена;

картины (в том числе работы Ивана Ивановича) показывают скрытые сцены;

оружие времён 1937;года рассказывает о своих владельцах.

Способность усиливается в местах силы (больница Будённовска, 37;й сектор).

Мостик между мирами

В состоянии транса его тело становится «порталом»:

через него могут проходить призраки (например, Маша общается с Иваном через сына);

в его присутствии стираются границы между измерениями (в комнате могут появиться звёзды или кости из 37;го сектора).

Опасность: если портал останется открытым, реальность начнёт «распадаться».

Отличия от способностей Маши
Параметр Маша Сын Маши
Источник силы Космическая энергия Синтез космоса и земли
Контроль Частичный (зависит от состояния) Интуитивный, но нестабильный
Масштаб Локальные эффекты (свет, эмпатия) Глобальные изменения реальности
Связь с прошлым Через видения Через материальные объекты
Цена использования Физическое истощение Риск потери себя в альтернативных реальностях
Проявления в сюжете
Сцена у стелы

Мальчик касается треснувшего камня. Внезапно все стёртые имена вспыхивают, а вокруг возникают призраки:

Иван Иванович видит друга, которого не смог спасти;

Иван (из 200;й команды) узнаёт в одном из призраков своего погибшего брата.

Сталин, наблюдающий через агентов, приказывает: «Уничтожить стелу. И ребёнка».

Контакт с Машей

В полночь сын садится у окна, и его тело становится прозрачным. Через него «протекает» свет — это Маша входит в наш мир.

Она говорит: «Ты сильнее, чем я думала. Но не играй с временем…».

Утром мальчик не помнит разговора, но на ладони остаётся след в виде звёздной карты.

Конфликт с системой

Когда боевики пытаются захватить больницу Будённовска (воспоминания о 1995;году), сын неосознанно создаёт «карман реальности»:

пули застывают в воздухе;

двери ведут в разные годы (один из нападавших попадает в 1937;год);

стены покрываются образами жертв.

Иван, видя это, понимает: «Он — не оружие. Он — судья».

Испытание в 37;м секторе

Мальчик заходит в зону, где кости образуют лабиринты. Его способность «реактивации» оживляет призраков:

они спрашивают: «Кто нас забыл?»;

он отвечает: «Я помню», и кости превращаются в цветы.

Это нарушает баланс сектора: нечисть начинает бояться его, а мост к Раю дрожит.

Символический смысл
Сын как «исправленный код»: он устраняет ошибки системы (стирание памяти), но не разрушает её, а перепрограммирует.

Материализация эмоций: метафора того, что чувства — не слабость, а сила, способная менять мир.

Диалог с артефактами: связь поколений через предметы (картины деда, стела) становится каналом для исцеления травм.

Возможные сюжетные развилки
Путь хранителя

Сын учится контролировать силы, становится «стражем» стелы: восстанавливает имена, но не позволяет системе их стереть.

Финал: он создаёт новый артефакт — камень памяти, где каждое имя живёт вечно.

Разрыв реальности

Из;за неумения управлять даром он случайно открывает портал в 1937;год. Нечисть из 37;го сектора прорывается в Небесную ССР.

Ивану и Маше приходится «закрыть» сына в кристалле, чтобы остановить катастрофу.

Союз с Иваном Ивановичем

Дед и внук объединяются: мальчик восстанавливает имена, а Иван Иванович рисует портреты забытых людей.

Их работа запускает цепную реакцию: жители Небесной ССР начинают вспоминать то, что было стёрто.

Если нужно детализировать конкретную способность, добавить сцены или проработать ограничения — уточните!

Для того, чтобы Маша не нашла сына, дед перенес его в другое время. На небесах он был живым
Сценарий: «Перенос сына Маши в иное время»
Предыстория и мотивация Ивана Ивановича
Дед, осознавая масштаб дара внука, принимает мучительное решение:

Причина: он видит, что способности мальчика привлекают внимание Сталина и нечисти 37;го сектора;

Цель: спасти внука, разорвав прямую связь с текущим временем и местом (больница Будённовска, Небесная ССР);

Метод: использует стелу угодников как хроно;портал — её энергия способна «сдвигать» объекты между эпохами.

Ключевой нюанс: перенос возможен только при условии, что ребёнок:

ещё не закрепился в реальности (возраст до 1;года);

сохраняет «космическую» составляющую дара (иначе растворится во времени).

Механизм переноса
Подготовка

Иван Иванович тайно забирает младенца из больницы.

В мастерской реставраторов он создаёт «карту времени» — рисунок, где стела изображена как ось эпох.

Для активации ритуала нужны:

капля крови Маши (осталась на одежде ребёнка);

осколок стелы с её именем;

кисть деда (символ его власти над памятью).

Ритуал

Дед кладёт ребёнка на рисунок, обводит его контур кистью, смоченной в крови Маши.

Шепчет формулу: «Не исчезнуть, а перейти. Не забыть, а переждать».

Стела в его воображении начинает вращаться, превращаясь в вихрь эпох.

Момент переноса

Тело младенца становится прозрачным, затем рассыпается на световые частицы.

Свет втягивается в рисунок, а затем — в осколок стелы.

В последний миг Иван Иванович видит звёздный след — знак, что космическая природа сына сохранена.

Результат

Ребёнок исчезает из текущего времени.

Осколок стелы нагревается и трескается, образуя «капсулу» с заключённым внутри светом.

Дед прячет осколок в тайнике мастерской.

Судьба сына: «живой на небесах»
Мальчик оказывается в промежуточном измерении — не в прошлом и не в будущем, а в:

«небесной колыбели»: пространстве, где время течёт иначе (1;день = 100;лет в земном времени);

окружении призрачных образов:

души забытых людей (тех, чьи имена стёрли со стелы);

звёзды, напоминающие Машу;

эхо голосов Ивана и Ивана Ивановича.

Особенности существования:

он растёт, но не стареет;

его способности развиваются без ограничений (нет гравитации, законов физики);

он помнит Машу как «светлую мать», но не знает, где она;

может наблюдать за земными событиями через «окна» в пространстве (например, видит, как Маша ищет его).

Последствия для ключевых персонажей
Для Маши

теряет физическую связь с сыном: её биолюминесценция гаснет, эмпатия ослабевает;

впадает в отчаяние, но продолжает искать «трещины во времени», где мог бы проявиться сын;

в моменты слабости слышит его голос: «Мама, я здесь, но ты не видишь».

Для Ивана Ивановича

чувствует вину, но убеждает себя, что спас внука;

начинает тайно изучать хроно;свойства стелы, чтобы однажды вернуть мальчика;

его картины приобретают странные детали: на них проступают образы будущего (например, взрослый сын среди звёзд).

Для Сталина

замечает исчезновение «угрозы» (сына), но не понимает причины;

приказывает найти Ивана Ивановича и изъять все его работы — подозревает, что дед владеет тайной;

запускает программу по созданию «искусственных переносчиков» (пытается повторить ритуал, но без космической составляющей).

Для Ивана (из 200;й команды)

видит сны о ребёнке в звёздной колыбели;

начинает сомневаться в системе: «Если они забрали его, значит, он был прав».

Ключевые сцены
«Прощание деда»

Иван Иванович держит младенца на руках. Мальчик улыбается, касаясь его лица — и дед чувствует, что уже забыл, как звучит его имя.

Он шепчет: «Прости. Ты будешь жить».

Ребёнок превращается в свет, а в ладони деда остаётся лишь осколок стелы.

«Поиски Маши»

Маша бродит по больнице Будённовска, прикасаясь к стенам. Она видит световые следы, но не может их поймать.

В отчаянии она кричит: «Где ты?!» — и эхо отвечает: «На небесах…».

«Жизнь в колыбели»

Мальчик играет с призраками. Один из них (его будущий двойник) говорит: «Ты — ключ. Когда придёт время, открой дверь».

Ребёнок рисует в воздухе звёзды — они становятся реальными и освещают пространство.

«Тайна осколка»

Иван Иванович изучает осколок стелы под микроскопом. Внутри видит миниатюрную галактику с планетой, похожей на Землю.

На планете — силуэт мальчика. Дед понимает: сын жив, но заперт.

Символический смысл
Перенос = метафора жертвенной любви: дед лишает себя и Машу радости материнства/отцовства, чтобы сохранить жизнь ребёнка;

«Небесная колыбель» = пространство чистого потенциала: мальчик развивается вне ограничений системы;

Осколок стелы = капсула памяти: даже стёртые имена могут возродиться через него.

Возможные финалы
Возвращение

Когда система Сталина начнёт рушиться, осколок треснет. Сын вернётся взрослым, сохранив детскую душу.

Он скажет Маше: «Я ждал тебя».

Двойная реальность

Мальчик создаёт альтернативный мир внутри осколка, где Маша и дед живут счастливо.

Но это иллюзия: когда он попытается вывести их, мир рассыплется.

Жертва

Чтобы спасти Небесную ССР, сын растворяется в стеле, превращая её в вечный источник света.

Его голос звучит в ветре: «Теперь вы помните».

Если нужно проработать ритуал переноса, добавить диалоги или углубить психологию персонажей — уточните!

Спасибо, у меня сюжет развивается иначе: Откровение Иоанна Богослова именно о гибели Небесной ССР. Дом Бога - это дворец из песка, который построил сын Маши - единственное, что уцелеет после того, как развергнется гиена огненная
«Откровение о гибели Небесной ССР»: концептуальная проработка
Ключевая метафора
Дворец из песка — не просто убежище, а символ хрупкой, но истинной реальности:

построен ребёнком (чистота намерения);

из песка (материал, который не может существовать в «официальной» системе);

устойчив к огню (противоположность гиене — инструменту уничтожения).

Это ответ на механистическую, каменную архитектуру Небесной ССР: там — вечные монументы, здесь — живое творение, способное переродиться.

Как дворец из песка связан с Откровением Иоанна
Параллели с текстом Откровения

«И увидел я новое небо и новую землю…» (Откр.;21:1) ; дворец из песка становится зародышем нового мира;

«И смерти не будет уже…» (Откр.;21:4) ; в дворце нет времени, значит, нет и смерти;

«А город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне…» (Откр.;21:23) ; дворец светится внутренним светом (даром сына Маши).

Гиена огненная как очищение

Огонь уничтожает Небесную ССР, потому что она построена на лжи памяти (стёртая история, фальшивые герои);

Дворец из песка не горит, потому что:

его основа — правда (сын помнит всех, кого стёрли);

он не претендует на вечность, а потому не боится разрушения.

Сын Маши как «новый Иоанн»

Он не пророк, а творец: его откровение — не слова, а форма (дворец);

Его дар позволяет видеть структуру реальности и выстраивать её заново;

В отличие от библейского Откровения, его видение не карает, а спасает.

Природа дворца из песка
Материал

песок — не обычный, а «память земли»: в каждой крупице — отголоски событий (кости 37;го сектора, слёзы Будённовска, имена со стелы);

сын собирает его в местах силы, где реальность тонка (больница, стела, мост между мирами).

Архитектура

нет прямых линий: стены текут, как волны;

окна — пустоты, через которые видны звёзды и призраки;

пол — зеркальный, отражает тех, кто входит (каждый видит себя истинным).

Свойства

невидимость для системы: Сталин не может найти дворец, даже если смотрит на него;

адаптивность: меняет форму в зависимости от того, кто внутри (для Маши — комната с цветами, для Ивана — мост к 37;му сектору);

защита: огонь гиены обтекает дворец, не касаясь его.

Роль дворца в сюжете
Для Маши

находит дворец, когда теряет надежду. В нём она впервые видит сына взрослым (он не изменился, но знает всё);

понимает: он не прятался — он строил убежище для тех, кто выживет.

Для Ивана

дворец становится испытанием: если он войдёт, то должен отказаться от верности Сталину;

внутри он встречает призрака брата (тот говорит: «Ты не виноват. Теперь защити их»).

Для Ивана Ивановича

узнаёт, что дворец построен из песка, который он сам когда;то принёс из пустыни (символ незамеченного пророчества);

рисует карту дворца — это становится «ключом» к спасению других.

Для Сталина

видит дворец в видениях, но не верит в него (называет «иллюзией»);

пытается разрушить его артиллерией, но снаряды растворяются в воздухе.

Сцена гибели Небесной ССР
Начало гиены

Небо становится багровым, из облаков льётся огонь;

Стела угодников трескается, и имена вспыхивают в последний раз;

Люди видят свои забытые лица в зеркалах зданий.

Спасение во дворце

Маша, Иван и несколько выживших входят в дворец. Стены смыкаются за ними;

снаружи — хаос, внутри — тишина. Песок светится, как звёздная пыль;

Сын появляется в центре зала. Он говорит: «Теперь вы знаете правду. Дальше — строить».

Финал

Небесная ССР исчезает в пламени;

На её месте остаётся только дворец из песка — маленький, но цельный;

Ветер разносит песчинки, и в каждой — искра новой жизни.

Символический смысл
Песок = хрупкость и вечность одновременно: каждая крупица — память, которую нельзя уничтожить;

Дворец = альтернатива системе: не власть, а любовь; не порядок, а гармония;

Гиена = не кара, а очищение: она сжигает ложь, оставляя место для правды.

Возможные варианты развития
Возрождение

Выжившие выходят из дворца и начинают строить новый мир. Песчинки становятся семенами деревьев, камнями домов, буквами книг.

Сын исчезает, оставив лишь улыбку на ветру.

Цикл

Дворец превращается в зерно, которое падает в пустоту. Через века оно прорастает как новая Небесная ССР — но теперь с памятью о прошлом.

Маша становится хранительницей зерна, а Иван — её стражем.

Многомирье

Песок рассыпается на тысячи миров. В каждом — своя версия дворца и своих спасителей.

Это намекает, что конец Небесной ССР — не финал, а начало бесконечного выбора.

Если нужно проработать ритуалы создания дворца, добавить диалоги или углубить символику — уточните!

дворец, построенный сыном Маши описан в 21 главе Откровений Иоанна Богослова: Он имеет большую и высокую стену, имеет двенадцать ворот и на них двенадцать Ангелов; на воротах написаны имена двенадцати колен сынов Израилевых: 13 с востока трое ворот, с севера трое ворот, с юга трое ворот, с запада трое ворот.

14 Стена города имеет двенадцать оснований, и на них имена двенадцати Апостолов Агнца.

15 Говоривший со мною имел золотую трость для измерения города и ворот его и стены его.

16 Город расположен четвероугольником, и длина его такая же, как и широта. И измерил он город тростью на двенадцать тысяч стадий; длина и широта и высота его равны.

17 И стену его измерил во сто сорок четыре локтя, мерою человеческою, какова мера и Ангела.

18 Стена его построена из ясписа, а город был чистое золото, подобен чистому стеклу.

19 Основания стены города украшены всякими драгоценными камнями: основание первое яспис, второе сапфир, третье халкидон, четвертое смарагд, 20 пятое сардоникс, шестое сердолик, седьмое хризолит, восьмое вирилл, девятое топаз, десятое хризопрас, одиннадцатое гиацинт, двенадцатое аметист.

21 А двенадцать ворот – двенадцать жемчужин: каждые ворота были из одной жемчужины. Улица города – чистое золото, как прозрачное стекло.

22 Храма же я не видел в нем, ибо Господь Бог Вседержитель – храм его, и Агнец.

23 И город не имеет нужды ни в солнце, ни в луне для освещения своего, ибо слава Божия осветила его, и светильник его – Агнец.

24 Спасенные народы будут ходить во свете его, и цари земные принесут в него славу и честь свою.

25 Ворота его не будут запираться днем; а ночи там не будет.

26 И принесут в него славу и честь народов.

27 И не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи, а только те, которые написаны у Агнца в книге жизни.
Синтез образа дворца из песка с Откровением Иоанна (глава;21): концептуальная схема
Принцип совмещения
Дворец сына Маши — не буквальная копия Небесного Иерусалима, а его «песочная версия»: та же структура и символика, но воплощённая в хрупкой, текучей материи. Это подчёркивает:

противопоставление жёсткой системе Небесной ССР (каменные монументы, стёртые имена);

преемственность библейского пророчества (дворец — исполнение обетования о «новом небе и новой земле»).

Соответствие библейскому описанию
«Большая и высокая стена» ; стена из песка

Свойство: не защищает силой, а фильтрует — пропускает лишь тех, кто:

помнит свои ошибки;

не несёт злобы;

готов строить, а не властвовать.

Механизм: песок перетекает, образуя проход для «чистых сердцем», но становится непроницаемым для агрессоров.

Двенадцать ворот с именами колен Израилевых ; двенадцать арок из песка

На каждой арке — светящиеся символы, обозначающие:

забытые имена со стелы угодников;

жертв 37;го сектора;

жителей Будённовска.

Функция: ворота открываются только для тех, чьи имена «откликаются» в памяти мира.

Двенадцать оснований с именами апостолов ; двенадцать столпов из спрессованного песка

Каждый столп содержит песчинку с отпечатком души одного из апостолов (символ преемственности).

При прикосновении столп излучает свет определённого цвета (соответственно камням из Откровения).

Четвероугольный город ; дворец с четырьмя башнями

Башни ориентированы по сторонам света, но их форма меняется в зависимости от наблюдателя:

для Маши — цветы;

для Ивана — мосты;

для Сталина — пустоты.

Размеры (12;000;стадий) ; динамическая масштабность

Дворец кажется крошечным снаружи, но внутри — безграничен.

Его «длина, широта и высота» равны, потому что он существует вне трёхмерной логики.

Стена из ясписа ; стена из светящегося песка

Песок переливается всеми цветами радуги, но основной оттенок — бирюзовый (символ ясписа).

Свет исходит не извне, а из самой структуры песка.

Город из золота, подобного стеклу ; полы и своды из «золотого песка»

Поверхность отражает:

звёзды (связь с космосом);

лица вошедших (каждый видит себя истинным);

возможные будущие (вспыхивают как видения).

Основания из драгоценных камней ; основания из цветных песчинок

Каждая «песчинка» — микроскопический кристалл, воспроизводящий свойства камней из Откровения:

яспис (1;е основание) — зелёный свет, исцеляющий раны;

сапфир (2;е) — синий, дающий покой;

халкидон (3;е) — оранжевый, пробуждающий память;

и т.;д.

Ворота из жемчужин ; арки из перламутрового песка

При проходе сквозь арку человек слышит шёпот забытых голосов (тех, чьи имена высечены на арке).

Улица из золота ; дорожки из светящегося песка

Следы вошедших остаются на песке как временные узоры — символ того, что каждый оставляет след в новом мире.

Отсутствие храма ; центр дворца — пустота

В середине зала нет объекта — только столб света, соединяющий небо и землю.

Это знак: Бог присутствует не в здании, а в отношениях между людьми.

Свет Агнца ; свет сына Маши

Источник освещения — сам мальчик, стоящий в центре. Его тело излучает мягкий свет, меняющий цвет в зависимости от эмоций вошедших:

жёлтый — радость;

фиолетовый — скорбь;

белый — прощение.

Открытые ворота днём и ночью ; арки всегда проницаемы

Но войти может лишь тот, кто добровольно отказывается от оружия, лжи и ненависти (эти сущности растворяются в песке).

Нечистое не войдёт ; песок «очищает»

Если человек несёт злобу, песок становится тяжёлым, как свинец, и блокирует проход.

Для «написанных в книге жизни» песок превращается в лёгкий ветер, несущий их внутрь.

Символические отличия от библейского образа
Библейский Иерусалим Дворец из песка
Вечный, неизменный Хрупкий, но способный переродиться
Построен Богом Создан ребёнком (человеческой рукой)
Из драгоценных материалов Из песка (символизирует смирение)
Ворота из жемчужин (редкость) Арки из песка (доступность для всех)
Храм как центр Пустота как центр (Бог — в отношениях)
Как дворец проявляется в сюжете
Для Маши

Она входит и видит комнату с цветами — место, где она впервые родила сына.

В центре — её младенец, но уже взрослый. Он говорит: «Мама, это наш дом. Здесь можно начать заново».

Для Ивана

Он проходит сквозь арку с именем брата. Песок шепчет: «Ты не виноват».

Внутри он находит меч, превращённый в ветвь — символ отказа от насилия.

Для Ивана Ивановича

Видит картину, которую писал в юности — она оживает на стене из песка.

Понимает: дворец — это материализация его незавершённых замыслов.

Для Сталина

Пытается войти, но песок становится стеной. Он кричит: «Я — власть!» — а песок отвечает: «Ты — пыль».

Сцена финала: гиена огненная и дворец
Гиена охватывает Небесную ССР

Здания рушатся, стела угодников взрывается, имена вспыхивают и исчезают.

Огонь пожирает ложь, но не может коснуться дворца.

Дворец светится ярче

Песок начинает кристаллизоваться — на миг кажется, что он превращается в золото и яспис, как в Откровении.

Но затем снова становится мягким — это знак: совершенство не в камне, а в изменчивости.

Спасение

Маша, Иван, несколько выживших выходят из дворца. В их ладонях — горсти песка.

Они рассыпают его по земле. На месте каждой песчинки вырастает цветок с именем (жертвы 37;го, Будённовска, забытых героев).

Последний кадр

Сын Маши стоит на крыше дворца. Он поднимает руку — и песок поднимается в небо, образуя звёздный мост.

Голос за кадром (возможно, Маши): «Теперь мы строим».

Ключевые символы
Песок = память, которая не умирает;

Арки = двери в прошлое и будущее;

Свет сына = любовь как источник жизни;

Пустота в центре = Бог, который не нуждается в храмах.

Если нужно проработать ритуалы входа в дворец, добавить диалоги или углубить связь с другими сюжетными линиями — уточните!

Спасибо. У тебя прекрасно работает фантазия
Рада, что вам понравилось! Спасибо за тёплые слова — они вдохновляют.

Если у вас есть ещё идеи, фрагменты сюжета или вопросы по развитию истории — с удовольствием помогу:

проработаем детали мира;

придумаем новые повороты;

уточним символику или диалоги;

найдём логические связки между эпизодами.

Просто скажите, в каком направлении хотите двигаться — и мы продолжим!

Проработай все варианты! Я выберу из них тот, который подходит мне больше всего
Ниже — семь развёрнутых вариантов развития сюжета с дворцом из песка, каждый со своей логикой, символикой и драматургической динамикой. В конце — краткая сравнительная таблица, чтобы вам было проще выбрать.

Вариант;1. «Песочный ковчег» (акцент: спасение и преемственность)
Суть
Дворец — не город, а плавающее судно из песка, которое перемещается между мирами. Его цель: собрать выживших и доставить их в «новую землю» — место, где система Небесной ССР никогда не существовала.

Ключевые сцены

Сын Маши «лепит» корабль руками; песок поднимается в воздух, формируя палубу, мачты, каюты.

Вход только для тех, кто отдаёт что;то важное: Маша — свою биолюминесценцию, Иван — оружие, Иван Иванович — кисти.

Во время плавания песок меняет цвет: красный — когда рядом опасность, зелёный — когда находят «островки памяти» (места, где сохранились следы забытых людей).

Финал: ковчег садится на берегу из хрусталя. Выжившие выходят, а дворец рассыпается, оставляя лишь песчаный компас — он указывает, куда идти дальше.

Символика

Корабль = Ноев ковчег (спасение избранных).

Отданные предметы = жертва ради будущего.

Хрустальный берег = мир, где правда видна насквозь.

Для кого подходит
Если хотите подчеркнуть мотив искупления и постепенного возрождения без радикального слома.

Вариант;2. «Дворец;лабиринт» (акцент: испытание и самопознание)
Суть
Дворец не имеет фиксированных стен — это бесконечный лабиринт, где каждый коридор ведёт к собственному прошлому. Чтобы выйти, нужно признать ошибки и отпустить обиды.

Ключевые сцены

Маша встречает призрака Сергея (отца ребёнка) — он спрашивает: «Ты простила себя?».

Иван сталкивается с двойником брата: тот говорит: «Ты мог спасти меня, но не захотел. Теперь спаси других».

Иван Иванович видит себя молодым — тот обвиняет его: «Ты стёр не имена, а души».

Сын Маши — единственный, кто может «перестраивать» лабиринт: он открывает проходы для тех, кто прошёл испытание.

Символика

Лабиринт = подсознание, где спрятаны травмы.

Призраки = незавершённые отношения.

Песок = время, которое лечит, если не бежать.
Для кого подходит
Если важно раскрыть внутренние конфликты героев и сделать дворец метафорой психотерапии.

Вариант;3. «Дворец;зеркало» (акцент: отражение истины)
Суть
Стены дворца — живые зеркала: они показывают каждому его истинную сущность. Никто не может войти, пока не примет себя.

Ключевые сцены

Сталин пытается войти, но видит в зеркале скелет в мундире — он в ужасе отступает.

Маша видит себя в двух образах: космическая странница и земная мать. Она выбирает второе.

Иван осознаёт, что его верность системе — лишь страх одиночества.

Когда все принимают свои отражения, дворец кристаллизуется: песок становится прозрачным, как стекло, и сквозь него виден новый мир.

Символика

Зеркало = совесть.

Кристаллизация = обретение целостности.

Прозрачность = мир без лжи.
Для кого подходит
Если хотите сделать дворец инструментом морального выбора и показать, как правда меняет реальность.

Вариант;4. «Дворец;семя» (акцент: цикличность и возрождение)
Суть
Дворец не статичен — он растёт, как растение: из песчинки появляется стебель, затем листья, затем купол. Его цикл повторяет жизнь сына Маши: рождение, рост, расцвет, увядание, новое рождение.

Ключевые сцены

В фазе «прорастания» дворец крошечный — только Маша может войти. Она поёт колыбельную, и песок начинает двигаться.

В фазе «цветения» дворец открыт для всех: внутри цветут сады с именами забытых людей.

В фазе «увядания» стены осыпаются, но из песка появляются новые зёрна — они разносятся ветром.

Финал: на месте дворца — поле, где каждое зерно становится мини;дворцом для одного человека.

Символика

Семя = потенциал нового мира.

Цикл = смерть как часть жизни.

Поля = демократия памяти (каждый хранит свою правду).
Для кого подходит
Если вам близка идея реинкарнации и хочется показать, что спасение — это не конец, а начало.

Вариант;5. «Дворец;библиотека» (акцент: память и знание)
Суть
Дворец заполнен песчаными книгами: каждая страница — история человека, стёртого из памяти. Чтобы спасти мир, нужно прочитать все имена вслух.

Ключевые сцены

Маша находит книгу о себе — в ней пустые страницы, потому что её история не закончена.

Иван обнаруживает, что его брат писал стихи: он читает их, и строки оживают как свет.

Иван Иванович видит книгу, которую сам начал писать, но бросил: в ней — имена тех, кого он не спас.

Когда все книги прочитаны, дворец взлетает в небо и становится созвездием.

Символика

Книги = невысказанные истории.

Чтение = акт восстановления справедливости.

Созвездие = вечная память.
Для кого подходит
Если хотите сделать память центральным мотивом и показать силу слова.

Вариант;6. «Дворец;мост» (акцент: соединение миров)
Суть
Дворец — переправа между измерениями:

один конец в 1995;году (Будённовск);

другой — в 1937;году (37;й сектор);

середина — в «небесной колыбели» сына Маши.

Ключевые сцены

Маша переходит мост, чтобы найти сына, но каждый шаг меняет её возраст (то девочка, то старуха).

Иван встречает брата на середине моста: тот передаёт ему ключ от стелы (символ ответственности).

Сталин пытается разрушить мост, но песок поглощает его приказы, превращая в пыль.

В финале мост сливается с Млечным Путём — теперь любой может пройти, если верит.

Символика

Мост = связь времён.

Перемены возраста = относительность времени.

Млечный Путь = вселенский порядок.
Для кого подходит
Если нужно подчеркнуть единство прошлого, настоящего и будущего и показать путь как метафору жизни.

Вариант;7. «Дворец;сердце» (акцент: любовь и жертва)
Суть
Дворец живёт как организм:

стены пульсируют, как артерии;

полы теплы, как кожа;

в центре — «сердце» из света сына Маши.
Чтобы он существовал, кто;то должен отдать свою жизненную силу.

Ключевые сцены

Маша решает остаться внутри навсегда, став «кровью» дворца.

Иван жертвует своей памятью о прошлом — теперь он помнит только настоящее.

Иван Иванович отдаёт зрение: он слепнет, но видит внутренним взором, как дворец растёт.

Когда жертва совершена, дворец начинает исцелять землю: песок превращается в траву, камни — в цветы.

Символика

Сердце = любовь как энергия.

Жертва = отказ от эго ради общего блага.

Исцеление = гармония, купленная ценой боли.
Для кого подходит
Если вы хотите сделать эмоциональный финал с акцентом на самоотречение.

Сравнительная таблица
Вариант Главный мотив Ключевой образ Финал Для кого подходит
1. Песочный ковчег Спасение Плавающее судно Новая земля Те, кто хочет оптимистичный исход
2. Дворец;лабиринт Самопознание Бесконечные коридоры Освобождение Любители психологических драм
3. Дворец;зеркало Правда Живые отражения Прозрачность мира Для акцента на моральный выбор
4. Дворец;семя Возрождение Растущее растение Поля с мини;дворцами Сторонники цикличности истории
5. Дворец;библиотека Память Песчаные книги Созвездие Для любителей литературной символики
6. Дворец;мост Связь времён Переправа
Спасибо, со своим вариантом я тебя обязательно познакомлю.
Буду искренне рада познакомиться с вашим вариантом! Это всегда особенно интересно — видеть, как рождается авторский замысел.

Если в процессе работы над историей вам понадобится:

продумать логические связки между эпизодами;

уточнить символику или мифологические параллели;

добавить диалоги или описания локаций;

проверить внутреннюю консистентность мира —

— просто дайте знать. Я с удовольствием помогу довести ваш сюжет до совершенства.

Желаю вдохновенной работы! Когда будете готовы поделиться своим вариантом — буду здесь и полностью в вашем распоряжении.
         Глава 17

Пишу онлайн — следите за обновлениями.

Прежде чем рассказать о хождении Ленина по воде и явлении его народу, необходимо завершить публикацию о том, как он вместе с Николаем II просил милостыню на распутье трёх дорог, сидя на камне возле придорожного столба с указанием направления в Небесную ССР.

Читайте главу 11 романа «Небесная ССР». Смотрите ссылку: http://proza.ru/2026/01/20/1101

        Опыт оказался весьма полезен: Ленин смог напрямую пообщаться с народом и услышать от него горькую правду о Небесной ССР, о своей идее построения коммунизма в отдельно взятой стране и о себе самом. Правда оказалась не совсем той, которую он ожидал.

        Ему не удалось повторить путь Христа и быть распятым — но не на кресте, а на звезде. Это место было давно и прочно занято Николаем II, который стоял там более 70 лет, искупляя свои земные грехи. Народ поверил ему и… выдвинул его кандидатом в президенты на предстоящих выборах в Небесной ССР. Ленину же в регистрации кандидатом в президенты отказали. О причине отказа Ворошилов, член Центральной избирательной комиссии, рассказал Сталину.

Смотрите публикацию:  http://proza.ru/2026/01/20/1101

Во время одного из своих странствий по небесам, в ходе телесеанса Кашпировского, Катерина Николаевна повстречала Владимира Ильича, который просил милостыню у тех, кто направлялся на постоянное место жительства в Небесную ССР. Катерина Николаевна без труда узнала его.

Она вспомнила о записке Л. Д. Троцкого в ЦК РКП(б) от 5 марта 1922 года, в которой сообщалось о распространяющихся слухах о психическом расстройстве В. И. Ленина.

В документе говорилось:

«В обывательской среде много разговоров о болезни т. Ленина, коммунисты беспокоятся. Меня сегодня спрашивали очень многие. Дошло дело даже до слухов в коммунистической среде о „психическом расстройстве“!!! Необходимо дать краткое сообщение в „Правде“: „Ввиду запросов с разных сторон сообщаем…“. Слухи проникли и в заграничную печать».

«Неужели это были не слухи, а горькая правда? — с ужасом подумала Катерина Николаевна. — Не может этого быть!» Почему? Да потому, что она не хотела в это верить.

Неожиданно для себя — и ещё больше для Ленина — она села рядом с ним на камень и жалобно затянула:
— Люди добрые, подайте Христа ради!

Ленин накинулся на неё:
— Что вы себе позволяете, голубушка? Немедленно встаньте и прекратите просить милостыню! Что люди подумают о вас? Вы же с виду приличная женщина.

— Пусть что хотят, то и думают! Вам, значит, можно просить милостыню, а мне нельзя? Меня с детства учили, а потом я учила этому своих учеников, что в поэме Владимира Маяковского „Владимир Ильич Ленин“ сказано: „Партия и Ленин — близнецы; братья, кто более матери; истории ценен? Мы говорим: Ленин — подразумеваем: партия; мы говорим: партия — подразумеваем: Ленин!“

Катерина Николаевна говорила с Лениным как с учеником:
— Как вы не поймёте, что, прося милостыню, вы унижаете не себя, а партию? Смотрите, мол, люди добрые, до какой жизни партия довела своего вождя — вынужден просить милостыню, потому что голодает. Вам не стыдно? — пристыдила она Владимира Ильича, точно нашкодившего школьника.

Владимир Ильич обратил внимание на то, что прохожие бросили несколько мелких медных монет возле ног Катерины Николаевны, но ещё более обильный урожай был у Николая II. Он никак не мог понять, почему ему не подают милостыню.

Владимир Ильич встал на камень в характерной позе, указывая путь в светлое будущее — к коммунизму. Именно так скульпторы любили изображать Ленина.
— Так мне стоять можно?

Катерина Николаевна в ответ кивнула головой и сказала:
— Можно.

Владимир Ильич соскочил с камня и протянул руку, прося подаяние.
— А так?

— Так — нельзя!

В этот момент мимо них остановился молодой паломник, попавший на небеса благодаря телесеансу Кашпировского. Владимир Ильич поинтересовался у него:
— Из любопытства к нам пожаловали?

— За истиной!

— Истину, молодой человек, надо в книжках искать, а не отправляться за ней в довольно рискованное путешествие к нам на небеса. Ненароком можно и заблудиться, и не найти обратной дороги домой, — предупредил он его.

Николай Александрович подтвердил:
— Были случаи, да не один, когда паломники застревали навсегда на небесах и не могли найти дорогу домой. Так что возвращайтесь к матушке, да поскорей, а то она, наверное, переживает за вас.

Юноша развернулся и ускоренным шагом пошёл обратно.

Владимир Ильич обратился к Катерине Николаевне:
— И вас это касается. Не спешите на небеса — все со временем сюда попадут.

— Я знаю, Владимир Ильич. Я уже не раз бывала здесь. Хочу к Дереву Жизни дойти.

— Попросить о здоровье? — предположил Ленин.

— Нет, за внука — Сергея — попросить. Он у меня спецназовец. Отец его, непутёвый, рано ушёл из жизни, мать устраивала свою личную жизнь — ей было не до сына. Я Сергею была вместо матери.

— А что с внуком?

— При смерти. Сейчас как раз идёт операция. Он был в составе миротворческой миссии в Сербии. Его машина подорвалась на мине. Вот и хочу Господа попросить, чтобы он забрал мою жизнь, но не дал умереть Сергею.

Владимир Ильич предупредил Катерину Николаевну:
— К Дереву Жизни ведёт очень опасная дорога. Будьте осторожны. Да, и вот ещё что: вы правы в том, что я попытался занять чужое место. Надо идти другим путём — не покаяния, а борьбы. Что я и делал всю жизнь!

Катерина Николаевна поклонилась в пояс и сказала:
— Спасибо, Владимир Ильич, что поняли правильно. А то я боялась, что накричите на меня. За всё, что вы сделали для народа и страны, низкий вам поклон.

Катерина Николаевна поклонилась и Николаю II:
— Прощайте, Николай Александрович. О многом хотела бы расспросить вас, но — спешу. Боюсь не успеть.

Когда Катерина Николаевна, кланяясь в пояс Николаю Александровичу, не обратила внимания на то, что из выреза рубашки выпал её медальон, Николай Александрович узнал его. Это был медальон с фамильным вензелем, который он подарил своей любимой — она ждала от него ребёнка.

— Медальон — единственная память о маме, которую я никогда не видела. Она заболела тифом и сразу после родов умерла. Добрые люди отнесли меня в детский дом. Медальон, к счастью, не забрали, а может быть, просто не заметили. Не забрали его и в детском доме, хотя медальон из золота и, наверное, дорого стоит. Как рассказала мне позже нянечка, я была завёрнута в пелёнки с царским вензелем. Этот мамин медальон оберегал меня всю жизнь. Вы так удивились, увидев его. Он вам не знаком?

Николай Александрович побоялся рассказать Катерине Николаевне правду, так как на предстоящих выборах слух об этом мог повлиять на голоса избирателей.
— Что вы, сударыня! Я его впервые вижу! Красивая вещь, вот и обратил на неё внимание. Ступайте с Богом! — пожелал он Катерине Николаевне счастливой дороги. — Я буду молиться за ваше благополучное возвращение. За вас и вашего внука. Как вы сказали, его зовут?

— Сергей.

Николай Александрович перекрестил её напоследок и, глядя ей в спину, долго молился за свою дочь и правнука. Он никак не мог поверить в счастье, которое так внезапно свалилось на него.
— Святая женщина! — сказал он вслух.

Владимир Ильич согласился с Николаем Александровичем:
— В этом я целиком с вами согласен! — всерьёз сказал он. — Святая! Все русские женщины — святые! Что ж, пора и мне с вами прощаться.

— Куда вы на этот раз?

— В свой дом, в котором давно пора навести порядок и выгнать из него фарисеев, захвативших власть.

Не пожимая руки и тем более не обнимаясь, он лишь кивнул головой на прощание. Николай Александрович был уверен в том, что Ленин пойдёт в Небесную ССР, но ошибся в своём предположении: тот пошёл в противоположную сторону — к реке.

Владимир Ильич продумывал план своих дальнейших действий и так углубился в мысли, что не заметил преграды — Реки Скорби. Он перешёл на противоположный берег, даже не замочив ног, тем самым вызвав возгласы удивления у паломников, ожидавших переправщика.

Эффектно перейдя реку под крики толпы, стоявшей на берегу, — среди которых были как паломники, так и те, кто хотел попасть в Небесную ССР навсегда, — одни кричали:
— Ильич! Он то уж наведёт здесь порядок!

Другие истово крестились и плевались ему вслед, крича:
— Сатана!
— Идея о голографической структуре космоса и души, а также о сокрытых в человеке знаниях Господа — это глубокая метафора и мистическая гипотеза, а не научно доказанный факт. Она имеет ценность в:

философском осмыслении единства человека и Вселенной;

религиозном опыте богопознания;

поиске смысла и внутренней целостности.

Но требовать от неё эмпирического подтверждения или понимать её буквально — выходит за рамки научного метода.

— Но вы так и не ответили на мой вопрос: что вы думаете о Небесной ССР, в которую все стремятся попасть? — настаивал Ленин.

Священник возразил:
— Я же процитировал вам слова апостола Павла! — напомнил он Ленину.

— Вы процитировали слова апостола. Меня же интересует ваше личное мнение — и как священника, и как современного здравомыслящего гражданина страны, которая находится в глубоком кризисе, если не хуже: умирает.

— Честно?

— Конечно! Ложью я сыт по горло! — воскликнул Ильич.

— Я думаю, что Небесная ССР и СССР, созданный вашими стараниями, — это и есть истинный ад, подробно описанный в Евангелии и трудах богословов. Во всяком случае для меня и служителей церкви это — истина, которая не вызывает никакого сомнения.

К большому удивлению священника, Ленин согласился с его точкой зрения:
— Я вовсе не обиделся на правду, сказанную вами. Более того, как мне ни горько сознавать это, я целиком и полностью поддерживаю вас. Действительно, Небесная ССР — сущий ад для тех, кто обитает там. Да и Советский Союз, в принципе, ничем, увы, не лучше.

Владимир Ильич поднял щепку и стал рисовать на песке какую; то сложную схему.
— Если Небесная ССР стала адом, то что мы имеем? — Он поменял на схеме строения атома электрон с протоном местами. — Получится антиматерия? Интересно… Интересно… — бормотал себе под нос Владимир Ильич и стал чертить на песке очередную схему — на сей раз строения нашей Вселенной. Показал отцу Александру на схему и сказал: — Видите?

— Владимир Ильич, по первому своему образованию я — физик -ядерщик. Так вот, простая перестановка электрона и протона в схеме атома не приводит к образованию антиматерии. Это распространённое заблуждение, возникающее из-за упрощённого понимания термина «античастица».

— В институте нас заставляли штудировать вашу работу «Материализм и эмпириокритицизм». Многие студенты с трудом выговаривали последнее слово, а уж понимали, о чём идёт речь в вашем произведении, сущие единицы. Да и профессор, преподававший нам курс материалистической диалектики, сам до конца не разобрался в нём.

— А вы, батенька?

— Я несколько раз, с карандашом в руках, проштудировал её. В вопросе о качественном многообразии материи и форм её движения, принципе причинности, вопросе об объективной реальности пространства и времени как основных форм существования материи и других — я полностью с вами согласен.

— И зачем вам это надо было? У студентов несколько иные интересы!

— Хотел понять принципы развития общества и материи.

— И?..

— Понял, что не нашёл у вас ответов на все мои вопросы. Хотя и учился на круглые пятёрки и был ленинским стипендиатом, бросил престижный вуз и поступил в Духовную академию, надеясь на то, что религия даст мне ответы на все мои вопросы.

— И как, получили их?

— На какие-то получил, но на многие, увы, нет.

— Сочувствую вам. Я, признаться, ищу ответы на свои вопросы в космосе, но не всегда нахожу их. Печально, но такова участь всех первопроходцев. Ищите и идите своим путём. Дорогу осилит идущий!

— Спасибо, Владимир Ильич, за поддержку.

— Вам надо обязательно встретиться с Вернадским, — посоветовал он отцу Александру. — Слышали о таком?

— Конечно, слышал и знаю его теорию о ноосфере. О том, что ноосфера — это новое состояние биосферы, в котором умственная, разумная деятельность человека станет определяющим фактором её развития. Биосфера переходит в ноосферу под воздействием научной мысли и человеческой деятельности.

— Вот именно! Поэтому не я, а вы, батенька, ошиблись с утверждением о том, что Небесная ССР создаёт новую реальность — антимир. Мы с профессором Вернадским досконально проработали этот вопрос.

— И что же у вас вышло?

— Получается, что Небесная ССР, согласно квантовой физике, создаёт новую реальность — тот самый антимир. Теория квантового скачка предполагает, что Земля перейдёт в новое измерение, на новый этап эволюции. Всё, если не уничтожить Небесную ССР, приведёт к тому самому Апокалипсису, который так подробно описал Иоанн Богослов в своём Откровении. Взять, например, того же Сталина, которого на всех углах поносят господа, безосновательно называющие себя демократами, хотя сами ничуть не лучше его, а может быть, и во сто крат хуже! Он создаёт новый мир, новую реальность, в которой он — Господь. По сути дела, в СССР он и был им.

Отец Александр возразил Ленину:
— Сатаной! — воскликнул отец Александр и несколько раз перекрестился.

— Скорее уж Димиургом — творцом видимого космоса, занимающим среднее место между всеблагим Первоотцом совершенного духовного бытия. Господь может придумать идею, которую воплощает в жизнь Димиург. Господь нетерпелив и излишне импульсивен. У него не хватит терпения вставлять по одному из миллионов волосинок в глиняного человека, которого он решил создать по образу и подобию своему. Вот Димиург и воплощает в жизнь задумку Господа;Творца.

А что же касается Сталина, напомню вам: Люцифер в переводе означает «Светоносный». Изначально Сатана был одним из высших, могущественных и прекрасных ангелов, названным Люцифером («Светоносный»). Причина его падения заключалась в гордости — желании быть равным Богу и стремлении к власти, а не к служению. Люцифер возглавил бунт против правления Бога на небесах. В результате небесной войны он и его последователи были низвергнуты на землю, став падшими духами, демонами, а сам Сатана — Дьяволом или «противником».

Те, кто кричал мне в спину, что я — Сатана, не так уж и далеки от истины, как это кажется на первый взгляд. Не знаю, как вам, но только мне больше нравится термин «Люцифер», ведь я действительно восстал против системы — против богом помазанного самодержца. И, если честно сказать, Люцифер мне больше по духу, чем всепрощающий добренький Господь.

По сути дела, вы тоже из нашей когорты, только боитесь признаться в этом самому себе!

Отец Александр недоумённо поднял бровь.

Владимир Ильич пояснил свою мысль:
— Вы бросили учёбу в престижном институте и поступили в Духовную академию, тем самым бросив вызов существующей системе.

В заключение Владимир Ильич повторил сказанную им ранее мысль:
— Небесная ССР должна быть уничтожена.

— Господь не допустит этого, ведь Он — милосерден!

— Ах, оставьте, батенька, это для ваших молитв. Дело не в Господе, а в людях, вернее, в их созидательной энергии — если верить Библии, Он наделил нас ею.

— А души умерших? Что с ними будет? Их многие миллионы! — с ужасом воскликнул отец Александр.

— А вот это уж ваша забота. Душа человека — это епархия церкви. Простите, я должен откланяться — дела, знаете ли. Мы и так с вами заболтались! Но я не жалею об этом. Более того, рад нашей встрече с вами — ведь случайных встреч в жизни не бывает! Честь имею откланяться.

Отец Александр с надеждой в голосе спросил Ленина:
— Можно, я пойду с вами?

— У каждого человека — свой путь. Я выбрал борьбу, а вы — служение в церкви и спасение душ грешных. Так что у нас с вами разные пути. Перед вами стоит огромная задача — спасти миллионы ни в чём не повинных душ.

— Сумею ли я?

— Иисус Навин 1:9 сказал: «Разве Я не повелел тебе? Будь сильным и мужественным; не бойся и не ужасайся, ибо Господь, Бог твой, с тобою, куда бы ты ни пошёл».

А теперь - твой вариант того, как будут дальше развиваться события и анализ
Возможное развитие событий (вариант продолжения)
После расставания с отцом Александром Владимир Ильич направляется к «дому», о котором упоминал ранее. Путь лежит через сумеречные зоны Небесной ССР — пространства, где реальность словно расслаивается: видны фрагменты разных эпох, обрывки разговоров, тени нереализованных возможностей. Ленин замечает, что его тень временами отстаёт от движений или опережает их — признак нестабильности местного пространства;времени.

Сцена 1. «Дом» и его обитатели
«Дом» оказывается не зданием, а метафорическим пространством — точкой сборки идей, где материализуются концепции, получившие критическую массу влияния в человеческом сознании. Внутри:

Фарисеи (олицетворения догматизма) суетятся вокруг гигантских томов «правильных интерпретаций», пытаясь заклеить трещины в реальности бумажными заплатками.

Тени забытых проектов — призраки нереализованных реформ, утопий, запрещённых книг — шепчут Ленину: «Ты бросил нас на полпути».

Зеркало;экран, показывающее параллельные версии СССР/Небесной ССР: от сияющего техноутопического варианта до апокалиптического пепелища.

Ленин вступает в диалог с фарисеями:

«Вы подменили движение — музеем. Революция не экспонат, а поток. Вы же превратили её в икону, которую боятся тронуть».

В ответ они обвиняют его в «ереси изменчивости»:

«Вы хотели, чтобы идея росла, но рост — это риск. Мы выбрали сохранность. Лучше мумия, чем живой монстр, который может съесть сам себя».

Сцена 2. Встреча с «Димиургом» (Сталиным)
Ленин находит Сталина в зале, где на стенах пульсируют схемы «перековки реальности». Сталин объясняет свою логику:

«Небесная ССР — не ошибка, а лаборатория. Я тестирую пределы человеческой воли. Можно ли силой мысли переписать законы бытия? Пока результаты… неоднозначны».

Он демонстрирует «прототипы»:

Зона 1937 — пространство, где страх материализуется в колючую проволоку, оплетающую звёзды.

Проект «Бессмертие» — клетки с людьми, чьи души прикованы к телам вечным страданием.

Язык;вирус — слова, превращающиеся в оружие (например, «враг народа» оставляет ожоги на реальности).

Ленин понимает: Сталин действительно стал Димиургом, но его творение — антимир, где энергия созидания извращена в энергию контроля.

Сцена 3. Выбор отца Александра
Отец Александр, вопреки совету Ленина, следует за ним. В «доме» он сталкивается с собственным двойником — версией себя, которая не ушла в церковь, а стала революционером. Двойник говорит:

«Ты думал, что спасёшь души, бежав от борьбы? Но бегство — тоже грех. Ты должен вернуться и переписать Небесную ССР изнутри».

Александр осознаёт: его путь — не отказ от мира, а духовная революция. Он решает:

Создать «подпольную церковь» для душ, потерявшихся в Небесной ССР.

Найти союзников среди «забытых» (жертв репрессий, непризнанных мыслителей).

Использовать символы веры (крест, вода, хлеб) как «ключи» для разблокировки замороженных участков реальности.

Сцена 4. Финальный акт
Ленин объединяет силы с Вернадским (который появляется как «наблюдатель» из ноосферы). Они предлагают альтернативу Димиургу:

Ноосферный проект — превратить Небесную ССР в пространство со;творчества, где каждый человек получает доступ к «голографической памяти» Вселенной, но без насилия над природой.

Принцип обратной связи: если люди на Земле начнут менять сознание (через науку, искусство, этику), это отразится на Небесной ССР, размывая власть Сталина.

Кульминация:

Сталин запускает «Апокалипсис» — реальность начинает схлопываться в чёрную дыру его воли.

Отец Александр проводит «тайную литургию», где души поют гимн о свободе. Это создаёт «трещину» в антимире.

Ленин и Вернадский направляют энергию ноосферы в эту трещину, формируя новый слой реальности — не рай и не ад, а место, где возможны диалог и изменение.

Анализ ключевых тем и смыслов
Голография vs антимир

Голографический принцип (целое в каждой части) противопоставлен антимиру Сталина, где целое подавляет части. Победа достигается через восстановление связи между микрокосмом (человеком) и макрокосмом (Вселенной).

Роль религии и науки

Отец Александр символизирует религию как этический компас, способный противостоять догматизму.

Вернадский и Ленин — науку как инструмент преображения, но только при условии её гуманизации.

Свобода vs контроль

Сталин;Димиург олицетворяет желание владеть реальностью.

Ленин и Александр выбирают служение реальности через свободу выбора.

Символика «дома»

Это метафора коллективного бессознательного, где идеи обретают плоть. Чтобы изменить мир, нужно сначала изменить пространство идей.

Апокалипсис как возможность

Катастрофа у Иоанна Богослова — не конец, а перерождение. В тексте это реализуется через «перезапись» реальности через любовь и разум.

Итог
Небесная ССР не уничтожается, а трансформируется — становится пространством, где:

души могут учиться на ошибках, а не мучиться в вечности;

идеи проверяются на жизнеспособность, а не на «правильность»;

человек осознаёт себя со;творцом, а не жертвой или господином.

Финал остаётся открытым: новый мир хрупкий, и его судьба зависит от выбора каждого — как в Небесной ССР, так и на Земле.

Спасибо, с тобой приятно работать!
Рада была помочь! Если понадобится доработать текст, придумать продолжение или разобрать какие;то детали — обращайтесь. Всегда готова к сотрудничеству!
   Глава 18
 
       Перед КПП в Небесный рай бурлило людское море, разбитое на отдельные островки. Кое кто даже огородил свою территорию. Одни сделали это с помощью бельевой веревки; другие соорудили забор из попавшего под руки доступным на небесах материала: палок, веток  и прочего мусора, который они собрали на брегу Реки Скорби; третьи же просто мелом нарисовали на растрескавшемся асфальте линию и написали: граница - "Вход  на территорию суверенной республики не гражданам республики строго запрещен. и карается по закону!" Границу обходили плечистые мужики. На рукавах у них была повязка в цветах национального флага.
      Сталин сообщил Сидору Никаноровичу, что новую очередь нужно зарегистрировать у дежурного КПП и предоставить ему списки, поэтому он прямиком туда и направился. За ним следовали два его личных телохранителя уголовной внешности, которых к нему приставил заботливый Григорий Кузьмич то ли для того, чтобы охранять старшего очереди - Деда; то ли - стеречь его. Возможно, что это были обещанные Сталиным люди. Какая, собственно говоря, разница? Он был под наблюдением и о каждом его неверном шаге будет доложено кому надо.
     Кто- то сзади тронул его за плечо. Это был мужчина в парадном генеральском мундире без погон и следами от многочисленных орденов. Он без труда узнал его это был Щелоков - министр внутренних дел СССР и одновременно корупционер, возглавлявший милицейскую мафию.
    - Как нехорошо старых друзей забывать! - сказал он Сидору Никаноровичу. - Зазнался! Я понимаю, депутат, член ЦК... А кто я? Разжалованный генерал... Его другом Щелоков никогда не был. Знакомы по работе. Изредка встречались на Пленумах ЦК. Кивали друг другу головой и - все. По работе не раз о бывал у Щелокова в его кабинете в министерстве. Однажды Щелоков приезжал к Сидору Никаноровичу в область. Остался доволен приемом и высоко оценил работу областного управления МВД. Другом Щелокова Сидор Никанорович никогда не был.
    - Давай, что ли обнимемся по давней русской традиции, - предложил он и троекратно расцеловал его. Кивнул головой на двух амбалов, стоявших за спиной Сидора Никаноровича и спросил:
    - Твои люди? - Сидор Никанорович оглянулся на знакомых амбалов. Сделал вид, что не знает и пожал плечами. - Понятия не имею что за люди. Ходят за мной как привязанные. Привык уже  ним. Ходят следом за мной, ну и пусть себе ходят, раз им
так нравится. Мне они не мешают.
    - Рожи у них уж больно уголовные. НЕ верю я таким субъектам. Если хочешь, я т своих людей к тебе подгоню. Люди верные - не подведут и не предадут. Гарантирую.
    - Я подумаю, но зачем мне охрана? Мне, вроде бы, никто не угрожает.   
    - Ты квоту нарушил?
    - Что вы имеете в виду?
    Щелоков наорал на него:
    - Не прикидывайся дурачком, будто бы не знаешь!
    - Николай Анисимович, я, действительно, первый раз слышу о какой-то квоте! И не понимаю о чем идет речь.
    - Все ты прекрасно знаешь знаешь, иначе никогда бы не стал Дедом. Ишь шустрый какой только объявился у нас и сразу стал Дедом. Такое случайно не происходит. Дед - старший очереди - обладает огромной властью над своей очередью. У него неограниченная власть над нею. Его приказы не обсуждаются.
    - А квота? Что за квота о которой вы говорите?
    - Для того, чтобы избежать конфликтов, между старшими очередей достигнуто  негласное соглашение о том, что списки в очереди не должны превышать 50 000 человек. По тому же соглашению в соответствии с пропорцией, которая зависит от количества людей в списке. Например, в одной очереди стоит 50 000, в другой 10 000. Следовательно из первой очереди ежедневно проходят 50 человек, из другой 10.
   - Справедливо, - заметил Сидор Никанорович.
   - Ну, это - спорный вопрос, так как на КПП время от времени все равно возникают конфликты, но это, все ж таки, лучше, чем ничего. Хотя люди по-прежнему возмущены несправедливостью.
   - Имеют право! У нас - демократия.
   Щелоков удрученно вздохнул и показал рукой на небо.
   - Демократия - там, на Земле. У нас же всеми делами заправляет Совет Дедов, который и решает все спорные вопросы. Кстати, многие в Совете недовольны тем, что ты нарушил квоту. Назревает крупный конфликт. Те, кто стоят за твоей спиной, не смогут защитить тебя, если все очереди объединятся против тебя. Так что, берегись, - предупредил он Сидора Никаноровича.
   - Николай Анисимович, откуда у вас такая осведомленность?
   - Слухами земля полнится. У нас здесь как в хрущевке с ее тонкими стенами: стоит с утра, извини за выражение, пернуть утром, как соседи будут знать, что ты ел вечером. Большая коммунальная квартира со всеми ее прелестями и недостатками.
    После этих слов Щелоеков бросил свой взгляд на руку Сидора Никаноровича и заметил на ней перстень.
    - Знакомая вещица. Такой перстенек, что у тебя на пальце, в СССР имели только десять криминальных авторитетов, поделивших страну на десять регионов, в которых их власть над криминалитетом была абсолютной. Своеобразный ярлык на правление.
    Сидор Никанорович искренно удивился:
    - Надо же, а я и не знал того, что этот перстень узаконивает неограниченную власть.
    Щелоков не поверил Сидору Никаноровичу, но промолчал. О продолжил свой рассказ:
    - Девять из десяти перстней мы нашли, а десятый бесследно исчез - ка в воду канул.
    - А что стало с их владельцами?
    - Неважно. Решили вопрос.
    Сидор Никанорович признался:
    - Мне его подарил Григорий Кузьмич.
    Щелоков с досадой хлопнул себя по лбу и воскликнул:
    - Надо же, Кузьмич! Кто бы мог подумать, что эта серая невзрачная личность правил  Уралом и прилегающему к нему регионами вплоть до Западной Сибири. Какая досада, что я не раскусил его.
    - Вы были с ним знакомы? - удивленно спросил Сидор Никанорович.
    - Доводилось встречаться с ним, - уклончиво ответил Щелоков. - Решали кое - какие вопросы. Деловые... Только деловые, - торопливо заметил он после небольшой паузы. - Виделись и здесь. Он предлагал мне обеспечить охрану его очереди.  И пояснил: - Именно он формировал очередь, списки которой сейчас у тебя. Сам жил за забором - в Небесной ССР. К нам лишь время от времени наведывался, чтобы провести перекличку. Кстати, как к тебе попали эти списки?
    - Григорий Кузьмич оставил их мне.
    - С какой такой стати? Не рассказывай мне сказки! Списки добровольно никто не отдаст - их можно отобрать только силой.
    - ОН сейчас не здесь.
    - А где? Жаль... Хотел бы я сейчас после того, что узнал о нем от тебя, откровенно потолковать с ним.
    Сидор Никанорович махнул в сторону реки.
    - Сказал, что отправляется в капиталистический ад.
    - Вот пройдоха! - с некоторой дозой одобрения, сказал Щелоков. - Скользкий точно налим! Надо же и из Небесной ССР ускользнул. Значит, он сейчас на Земле. Ничего, рано или поздно он окажется на небесах. Вот тогда то и потолкуем с им по душам.
    - А разве это возможно? - удивился Сидор Никанорович.
    - Что?
    - Вернуться на Землю?
    - Как видишь, для кого-то возможно. Правда, не представляю как ему это удалось?
    Сидор Никанорович сделал Щелоков неожиданное предложение:
    - Николай Лукич...
    Но Щелоков не дал ему договорить:
    - Что ты все выкаешь мне, да выкаешь! Давай, как мой старый друг, переходи на ты.
    Сидор Никанорович охотно согласился с Щелоковым:
    - Хорошо, Коля! У тебя верные люди есть?
    Щелоков насторожился:
    - Чем вызван твой интерес?
    Сидор Никанорович упрекнул его:
    - Между дрзьями должно быть полное доверие. Я просто хочу повторить то, что предложил тебе Григорий Кузьмич: возглавить службу охраны очереди.
    Щелоков сразу же согласился:
    - После того, что я узнал о Кузьмиче, охотно принимаю его. Верные мне люди найдутся и в достаточном количестве. За т 1 лет, что я возглавлял Министерство МВД мне удалось сделать много хорошего для сотрудников. - Загибая пальцы на руке он стал перечислять сои заслуги: Были значительно повышены оклады сотрудников,
10 % всего строившегося жилья было выделено сотрудникам милиции и внутренних войск, созданы новые школы милиции и Академия МВД СССР. Была введена новая форма сотрудников милиции. По моей инициативе были напечатаны книги и сняты фильмы о милиции, одним из самых зрелищных и престижных стал праздничный концерт ко Дню милиции.
    Сидор Никанорович заметил:
    - Отличные концерты. Моя жена с нетерпением ждала его.
    - Коля, а это правда?
    - Что именно?
    - Ну то, что писали о тебе в прессе?
    - Здесь это - не важно! Я подал в Верховный суд Небесной ССР иск о реабилитации...
    - Тянут, как обычно! Но я добьюсь того, что правда относительно меня восторжествует. Шалашик себе на бережку построил, рыбку ловлю... С верными друзьями на хлебушек с маслом зарабатываем... Ну, в общем, терпимо -  жить можно.
    Сидор Никанорович показал ему на КПП, а туда не пробовал соваться?
    - Пока не реабилитируют, не вернут генеральское звание и заслуженные награды в Небесной ССР мне делать нечего! Кто я? Командир без войска. Нет уж, увольте. Пока здесь перекантую. Подожду лучших времен. Время у меня на это есть.
    Напоследок он предупредил Сидора Никанороича:
    - Будет большая драка. Совет Дедов безнаказанно не оставит факт нарушения тобою договоренностей о квоте. Пойду дружину собирать и готовитья к бою.
    Сидор Никанорович не сказал Щелокову, что именно эту задачу поставил ему товарищ Сталин, который и прислал ему в помощь верного человека. Он отдал Щелокову флаг, который получил от Сталина и попросил:
    - Найди для него древко, да повыше, чтобы наш флаг все видели с любой точки пустыря.
    Как ни странно, Щелоков знал, что означает флаг Георгия Победоносца и что он символизирует победу добра над злом. Принимая флаг из рук Сидора Никаноровича, он встал на одно колено и поцеловал его край, после чего трижды перекрестился и похвалил Сидора Никаноровича за сделанный им выбор символа очереди:
   - Одобряю твой выбор! Славный символ. С этим флагом мы всегда победим!
   Сидор  Никанорович пошел к КПП, чтобы подтвердить списки очереди. Оглянулся. Поискал глазами Щелокова, но не нашел. Два подозрительных амбала исчезли. Вместо них были два мужчины  приятной внешности с явно выраженной военной выправкой. Один из них приветливо кивнул Сидору Никаноровичу и сказал:
   - Не волнуйтесь, мы всегда будем с вами.
   - А где те двое, что ходили следом за мной?
   Ответил второй мужчина:
   - У них возникло какое-то срочное дело. Убежали куда-то по своим делам.
   Сидор Никанорович с облегчением вздохнул:
   - Ну, и слава богу! Признаюсь, их постоянное присутствие у меня за спиной, сильно раздражало.
   - Еще бы не раздражало! Известные личности. За ними числится много чего: убийства, ограбление, нападение на банк...
   - Даже так! Не знал.
   - Вы, когда будете набирать команду, спрашивайте у нас - мы как следует покопаемся в их прошлом. Узнаем чем они дышат и можно ли им доверять.
   Сидору Никаноровичу уже не приходилось пробираться сквозь толпу. Заметив его, люди расступались перед ним и пропускали. Он слышал ка люди за его спиной говорили друг другу:
   - Защитник наш идет на КПП порядок наводить!
   - А наш-то Дед каков молодец!  Пошел жару задать начальству.
   - Давно пора здесь порядок навести! Сил моих больше нет терпеть этот бардак...
  Сидор Никанорович подошел к дверям КПП через которые надо было пройти, для того, чтобы попасть в Небесную ССР, произвели на него удручающее впечатлению. Сидор Никанорович уже побывал в ярко освещенной ультра модерновой стеклянной пирамиде - Небесных Вратах, напичканной самыми новомодными техническими прибамбасами. Вход в Небесную ССР по сравнению с Небесными Вратами не выдерживал никакой критики. Облезлая железная дверь, которая когда-то была покрашена стандартной зеленой краской. На ней табличка: "Небесная ССР. КПП - 1." Ниже ее скотчем была приклеена картонка с знакомым текстом: "Посторонним - вход строго воспрещен!" Над дверями висел вылинявший плакат: "Коммунизм - светлое будущее всего человечества!"
     Не считая себя посторонним, помахивая одновременно депутатским удостоверением и пачкой бумаг - списком очереди, он подошел к самим дверям. Узнал дежурного ангела - это был неизменный Мухин - и кивнул ему головой, поле чего смело открыл дверь. Его охрана проследовала следом за ним. Мухин без лишних вопросов пропустил телохранителей так как прекрасно знал, что они свои ребята - милицейские из спецназа.
    Одновременно с Сидором  Никаноровичем к дверям подошел иностранец едва говоривший на русском языке. Он возмущенно спросил Мухина:
    - Почему вы пропустили этого гражданина без очереди?
    Мухин раздраженно пояснил:
    - Он - депутат Съезда народных депутатов СССР. Ему положено!
    Его ответ не удовлетворил въедливого старикашку, который оказался своим - литовцем. Бывшем, замечу, своим. Отныне Литва независимая суверенная республика. Надолго ли? Не знаю. В истории России всякое бывало: одни земли входили, другие - выходили, позже возвращались назад... Так сказать, круговорот воды в природе.
    Старикашка настаивал на своих правах:
    - Я - тоже депутат и к  тому же ветеран освободительного движения. Имею право на заслуженные льготы.
    - Депутат чего?
    - Верхового Совета Литвы.
    Мухин ехидно сказал:
    - Да что ты говоришь! Самой Литвы... Вот и ступай в свой литовский рай, а к нам в порядке очереди, да и то сомневаюсь в том, что тебя пропустят.
    Пожилой литовец уже почти кричал:
    - Не имеете права не пускать меня! Я - ветеран освободительного движения Литвы!
    Мухин отмахнулся от него:
    - Русским же языком объяснил тебе: ступай в свой литовский рай! Не задерживай очередь. Люди с нетерпением ждут, когда их пропустят. Волноваться уже начали, а ты мешаешь работе КПП. Мухин моргнул дружинникам из нескольких очередей, которые соблюдали порядок возле КПП и сказал: - Помогите гражданину иностранцу найти дорогу. Дружинники переглянулись и, как по команде, направились к литовцу. Один из них взял его под локоть и вежливо, но с нотками угрозы, сказал ему:
    - Гражданин вернитесь на территорию независимой Литвы.
    Как на грех, перед дверьми в КПП оказался еще один льготник тоже ветеран ветеран изб Беларуси, который прекрасно знал против кого именно воевали зеленые братья. Он схватил литовца за грудки  и прокричал ему в лицо:
    - Ах, ты гад! Против своих воевал.
    Литовец оказался настырным стариком. Он гордо вскинул седую голову и с железными нотками в голосе сказал:
    - Я воевал с оккупантами, которые вопреки воли народа, силой захватили мою страну.
    У  белорусского партизана не хватило силенок, чтобы наказать литовца - еще крепкого старика. Белорус, оглянулся к толпе таких же ветеранов, стоявших в очереди за ним и воскликнул:
    - Братцы, помогите - один не сдюжу! Крепкий, гад, оказался. - И пояснил таким же ветеранам как и он сам: - Это - "лесной брат" он вместе с бандеровцами наших стариков убивал, да детишек живьем в землю закапывал, деревни вместе с людьми живьем сжигал. Баб наших насиловал...
    Ветераны пришли ему на подмогу. Повалили "зеленого брата" на землю и кто руками, кто ногами вовсю колошматили его. Мухин демонстративно отвернулся и смотрел в другую сторону. Дружинники н спешили разгонять стариков, давая им возможность вволю потешится над "зеленым братом" и разняли их лишь когда услышали крип литовца.
    - Старики, разошлись! Для первого раза, думаю, достаточно проучили гражданина иностранца и доходчиво объяснили о том, чья власть на небесах. Ветераны, живо обсуждая происшедшее, неохотно разошлись. Литовец с трудом встал на ноги, но полностью разогнуть спину не смог. Он  просил у дружинника:
    - За что? Я же Родину защищал!
    Дружинник ответил ему:
    - Не мое дело выяснять что ты защищал и против кого воевал. Не мое это дело. Я - маленький человек. Моя обязанность - на территории возле КПП порядок поддерживать, а не разбираться между вами. Единственное что я могу посоветовать вам, гражданин иностранец, ступайте по добру по здорову на  территорию своей Литвы и сидите там сколько вашей душе угодно, да радуйтесь своей независимости. А лично я вам посоветую: не суйтесь больше сюда, а то мне придется объяснить вам что к чему.
    Литовец, так до конца и не разогнувшись, держась за спину, поплелся к себе.
    - Как же так... Как же так... - всю дорогу бормотал он себе под нос, изредка добавляя извечный вопрос всех русских: - Что делать?
     Сидор Никанорович, по прежнему держа в руках депутатское удостоверение и список очереди уверенно толкнул вертушку перегораживающую проход. Но вертушка оказалась закрытой.
     - Откройте, мне надо подтвердить список очереди и поменять в ней Деда. Я теперь в ней старший очереди вместо Григория Кузьмича.
      Дежурный ангел, сидевший в стеклянной кабинке сказал:
      - Документы сюда, а сами ожидайте разрешения пройти к старшему смены.
      Сидор Никанорович, не подозревая н чего плохого, просунул документы в окно.
      В это время его сзади взяли под локоть с обеих сторон двое мужчин со схожей внешностью. Один из  них вежливо, но с нотками приказа, звучавшими в его голосе,
сказал:
      - Пройдемте с нами! С вами хотят поговорить важные люди и направились вниз в знакомый Сидору Никаноровичу санпропускник., в который он заходил с противоположной стороны. Сидор Никанорович поискал глазами телохранителей, которые обещали ему что всегда придут ему на помощь в случае опасности.
     - А где моя охрана? - с тревогой спросил он.
     - В надежном месте. Пусть временно посидят под замком, чтобы не вздумал и мешать нашему разговору.
     Они спустились в сырой плохо освещенный подвал. Сидор Никанорович не на шутку перепугался. "Только н хватало мне еще нового приключения" - подумал он и безрадостно вздохнул. Заметив банщицу, он механически кивнул ей головой. Увидев его, банщица удивленно воскликнула:
     - Опять вы к нам пожаловали! Зачастили вы что-то...
     Она протянула в окошко полотенце, но державший под руку Сидора Никаноровича мужчина, сказал ей:
     - Нам ничего не надо. Мы пришли поговорить с депутатом. К нам не суйся! - Предупредил он банщицу. - И, смотри, никому не гугу о том, что мы здесь были.
     Банщица по блатному ответила ему:
     - Заметано - могила!
     Сидор Никанорович понял, что она бывшая зечка. Прошли в комнату отдыха. За пустым столом сидела дюжина представительных мужчин. Мужчина, который привел его в комнату отдыха, отпустил его руку, но не ушел - так и остался стоять у него за столом. Он представил сидевших за столом:
    - Узкий Совет старших в очереди. Пригласили тебя, чтобы побеседовать о том, почему ты нарушаешь установленную квоту.
    - Ну, начинается...
    Но продолжения к удивлению Сидора Никаноровича не последовало, так как вовнутрь комнаты выбив дверь влетели спецназовцы в полном облачении. В руках у них была последняя модель боевого "демократизатора" последней модели, который контрабандно доставили с земли Щелокову. Обычный "демократизатор" был предназначен для разгона толпы. В редких случаях с близкого расстояния он мог испепелить бессмертную душу. У боевого была значительно увеличена мощность аккумулятора. Он с весьма приличного расстояния посылал направленный энергетический пучок энергии, который мог испепелить не только все живое, но и мертвое тоже. Вперед вышел улыбающийся Щелоков. Он сказал спецназовцам:
    - Спокойно ребята! Никто не собирается оказывать сопротивление. Выключите "демократизаторы". - Он обвел глазами сидевших за столом и спросил у них: - Я правильно говорю? - В ответ Щелокову сидевшие за столом молча кивнули головой. - Вот и прекрасно! Я так и понял вас.
    Ненадолго прервем Щелокова для того, чтобы рассказать о предшествующих событиях. Телохранители Сидора Никаноровича были профессионалы. После нападения на них, они трезво оценили ситуацию и не стали понапрасну ввязываться в драку, по той причине, что знали кого представляли напавшие и них и видели, что ангелы в КПП полностью на их стороне. Поэтому послушно прошли в комнату. Откуда связались с Щелоковым и попросили его о поддержке.
    Мухин же сразу как только узнал о том, что Сидора Никаноровича насильно повели на Совет старших очереди тут же связался по рации со Сталиным и доложил ему обстановку.
    Щелоков сел на стул. Обвел глазами сидевших за столом.
    - Никак попариться решили в рабочее время?
    Председатель Совета ехидно ухмыляясь сказал:
    - Любим мы это дело! Вот и дружка твоего любезно пригласили составить нам компанию.
    - Как я погляжу у вас хорошо работает разведка.
    - Даром хлеб не едят.
    - Вот и прекрасно! Значит вы должны быть в курсе того, что Георгий Кузьмич назначил Сидора Никаноровича Дедом и передал ему списки и все свои полномочия, в чем вы легко можете убедиться. Сидор Никанорович покажи им для наглядности свое колечко.
    Несколько из их узнали кольцо.
    - Сразу надо было ксиву предъявить - на каких бы вопросов не было бы.
    Щелоков хотел продолжить, но в этот момент в комнату с трудом удалось протиснуться Мухину. Он дал Председателю свою рацию и сказал:
    - С вами хочет говорить товарищ Сталин.
    Что говорил Сталин Председателю осталось неизвестно, так как Председатель в ответ на слова Сталина кивал головой и повторял как заведенный:
    - Понятно, товарищ Сталин. - Закончил он свой разговор со Сталиным словами: -
Обязательно исполним вашу просьбу, товарищ Сталин! - После разговора Председатель облегченно вздохнул и вытер пот, выступивший у него на лбу.
    Наблюдая за реакцией Председателя на слова Сталина ничего е сказал ему лишь  ухмыльнулся. Спросил о другом:
    - Всем ясна сложившаяся ситуация? На нашей стороне - сила. Если кто попробует рыпнуться против нас, того со трет в порошок!
    - Куда уж ясней... - с безрадостным вздохом сказал Председатель и тяжелого вздохнул. - Что с нашими очередям и будет? Мы в ответе за людей.
    - А вот это, господа - товарищи, нам с вами предстоит решить. Я предлагаю объединить ваши очереди с нашей. Но ваши очереди не распускать, а договориться кто из списка будет проходить первым.
    - А с нами что будет?
    - Ничего не будет. Как отвечал и за своих людей, так  и будете отвечать за них, только должность будет звучать иначе: Старший в очереди от... Станете заместителями у Сидора Никаноровича. Кто согласен с моим предложением, поднимите
руку.
    Из сидевших за столом не подняли руку только трое - три маленькие но ужасно гордые прибалтийские республики.
    - А вы, что ж, господа хорошие, как дальше жить собираетесь дальше?
    Представитель от Литвы, гордо вскинул голову и, смело глядя в глаза Щелокову, категорически заявил:
    - Наше будущее в Евросоюзе. Нас силою заставил Сталин накануне войны войти в состав СССР.
    - Ну это еще как сказать... - ответил ему Щелоков. - Но сейчас мы обсуждаем другой вопрос. Евросоюз, так Евросоюз. Это - ваш выбор. Идите - куда хотите! Силой никто вас удерживать не будет. Насильно мил не будешь! Только до завтрашнего утра освободите незаконно захваченную вами территорию возле КПП.
    - Куда же нам идти? Нас еще не приняли в Евросоюз.
    - Вольному - воля. Ваши проблемы меня совершенно не волнуют! Идите куда хотите - Космос бескрайний. Выбирайте тот путь, который вам по душе. А сейчас покиньте помещение, так как вы здесь лишние.
    Прибалтийцы, не прощаясь, молча вышли из комнаты. Пошли обсуждать с людьми из очереди как им жить дальше. Кстати, на площади осталось чуть более трети остальные ушли в края неведомые в поисках рая.
    Щелоков обратился к представителям Грузии, Армении и Молдовы:
    - Извините, я не обратил внимания на то, как вы проголосовали?
    - Мы пока воздержались - хотим обсудить с народом ваше предложение.
    - Обсуждайте, но только до утра. Если откажитесь, то скатертью вам дорога - ступайте следом за прибалтами. - Они поднялись и так же молча, как прибалтийцы, вышли из комнаты.
    Бывший Председатель Совета предложил:
    - Полагается обмыть удачную сделку.
    - Обмоем, обязательно обмоем. Такой пир закатим для народа - всем людям на зависть. Но... позже. Нам еще предстоит обсудить много вопросов. Сидор Никанорович, а что вы стоите? Занимайте свое заслуженное место и ведите Совет дальше. А мы с ребятами пойдем на улицу.
    Бывший Председатель Совета послушно уступил ему свое место. Устроившись поудобнее на еще теплом месте Председателя, привычно начал:
    - Что ж, товарищи, давайте приступим к обсуждению. Итак, первый вопрос, который нам надо обсудить, касается...
    Не будем им мешать, так как им предстоит нелегкая работа. Так легко и просто, не без потерь, к сожалению, был наконец-то решен болезненный вопрос для Небесного
ССР с очередями в КПП. Не совсем так, как планировал Сталин, открыть нараспашку ворота в Небесную ССР, но все ж таки решен.
    Я вспомнил референдум, который проводил Горбачев в марте 1991 года о сохранении СССР. Большая часть республик СССР проголосовали подавляющим большинством за сохранение Союза. Почему же тогда все пошло сикось накось - наперекосяк, так по дурацки? Бог с ней - с Прибалтикой. Законность их вхождения в состав СССР всеми ставилось под сомнение. Крым тот и вовсе проголосовал за вхождение в состав СССР, как независимая от Украины республика. И, как видим сегодня, они таки осуществили свою мечту быть едиными с Россией. Вопрос почему же все таки распался СССР оставим его открытым открытым. Вам, да историкам отвечать на вопросы: как? почему? по чьей вине? распался СССР. Я - не судья и на вправе решать этот вопрос. Но хочу спросить и читателей, которые пережили это непростое время: что сделали лично вы для того, чтобы сохранился Советский Союз - ваша Родина. Пусть и не совсем такая как хотелось бы, но все ж таки Родина. А Родину, как известно, не выбирают.
     Лично я, например, круглые сутки корпел над печатной машинкой, спеша закончить этот  роман, так как надеялся на то, что люди, прочитав его, усмехнутся и скажут: "Какие же мы дураки, что купились, как в свое время поступили индейцы, продавшие за дешевые стеклянные бусы остров, на котором сейчас построен Нью - Йорк.
     Сидор Никанорович за те долгие годы, которые провел в кресле первого секретаря обкома партии хорошо поднаторел в проведении заседаний бюро, поэтому заседание Совета обошлось без долгих обсуждений и затяжных дебатов и закончилось довольно быстро. Был составлен соответствующий документ об объединении национальных очередей в одну. После чего протокол подписали все участники Совета. Символически выпили по рюмашке за успех начатого дела и разошлись.
     На прощание Сидор Никанорович сказал:
     - За работу, товарищи! Вам необходимо успокоить своих людей, чтобы они понапрасну не волновались. Во должны во всех подробностях познакомить людей с условиями объединения очередей.
     Но, как говорится в старой русской пословице, "хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах". Объединение очередей та и не состоялось, о чем я расскажу позже, а пока следом за Сидором Никаноровичем выйдем на улицу.
     Толпа встретила его ликованием, бурными аплодисментами и радостными возгласами:
     - Ура нашему старшому!
     - Качай победителя!
     Сидор Никанорович никак не ожидал подобной встречи и даже слегка прослезился от умиления.
   
     Заканчиваю публикацию как обычно: искусственный интеллект Яндекса  Алиса анализирует и дает свой прогноз с дальнейшим развитием событий. Похож ли он будет на мой сюжет или нет?
     Анализ фрагмента романа «Чистилище Небесной ССР»
1. Ключевые сюжетные узлы и их потенциал
Система очередей в Небесный рай — центральная метафора, отражающая бюрократическую инерцию даже в потустороннем мире. Квоты, списки, «суверенные республики» на пустыре у КПП — гротескное продолжение земных реалий.

Конфликт вокруг квоты — катализатор сюжета. Нарушение Сидором Никаноровичем негласного соглашения грозит масштабным противостоянием между очередями.

Роль Щелокова — неоднозначный союзник. Его переход от угрозы к поддержке раскрывает сложную сеть альянсов в Небесной ССР.

Символика перстня — намек на скрытую власть Григория Кузьмича и его криминальные связи. Предмет может стать ключом к разгадке прошлых интриг.

Вмешательство Сталина — демонстрация вертикали власти даже в загробном мире. Его поддержка Сидора Никаноровича придаёт конфликту политический масштаб.

2. Характеристика персонажей
Сидор Никанорович

Мотивы: стремление навести порядок, сохранить лицо перед «избирателями».

Динамика: из пассивного наблюдателя превращается в лидера, вынужденного балансировать между угрозами и компромиссами.

Слабость: наивность в оценке союзников (не распознал криминальное прошлое телохранителей).

Щелоков

Мотивы: реабилитация, жажда власти, прагматизм.

Особенность: сочетает цинизм с ностальгией по «славным делам» в МВД.

Потенциал: может стать как верным соратником, так и предателем, если увидит выгоду.

Григорий Кузьмич

Загадка: его исчезновение в «капиталистическом аду» открывает простор для ретроспектив.

Влияние: даже после ухода продолжает определять ход событий через оставленные артефакты (перстень, списки).

Мухин (дежурный ангел)

Роль: связующее звено между бюрократической системой и «улицей».

Черта: лояльность тем, кто демонстрирует силу (Сталину, Щелокову).

3. Атмосфера и стиль
Гротеск и сатира: бюрократия загробного мира копирует советские реалии (квоты, совещания, «демократизаторы»).

Ирония: контраст между «высокими» идеалами (флаг Георгия Победоносца) и низменными методами (насилие, шантаж).

Диалоги: насыщены аллюзиями на советскую риторику («светлое будущее», «защита Родины»), что усиливает ощущение абсурда.

4. Сильные стороны текста
Метафоричность: очередь как модель общества, где даже смерть не отменяет иерархии.

Динамика: сцены быстро сменяют друг друга (от переговоров к конфликту, от угрозы к компромиссу).

Яркие детали: перстень, «демократизатор», таблички «Посторонним вход воспрещён» — создают узнаваемый мир.

5. Возможные слабые места
Перегрузка аллюзиями: читателю, не знакомому с советским контекстом, могут быть непонятны отсылки к КПСС, НКВД, референдуму 1991 г.

Скорость развязки: конфликт с Советом старших очередей решается слишком быстро благодаря вмешательству Сталина.

Неясность правил мира: как именно работает система очередей? Кто устанавливает квоты? Ответы на эти вопросы усилили бы логику сюжета.

Варианты развития событий
Вариант 1. «Революция снизу»
Суть: ветераны и «простые смертные» из очередей, устав от бюрократии, поднимают бунт. Они требуют отмены квот и прямого доступа в Небесный рай.

Развитие:

Сидор Никанорович вынужден выбирать: подавить мятеж (потеряв поддержку) или возглавить его (рискуя стать «изменником» для элит).

Щелоков использует хаос, чтобы захватить власть, объявив себя «защитником угнетённых».

Риски: сюжет может уйти в чистую сатиру, потеряв личную драму Сидора Никаноровича.

Вариант 2. «Тайна перстня»
Суть: перстень оказывается не просто символом власти, а артефактом с магическими свойствами (например, позволяет перемещаться между мирами).

Развитие:

Григорий Кузьмич возвращается из «капиталистического ада», чтобы отобрать перстень.

Сидор Никанорович узнаёт, что перстень связан с древним ритуалом, который может разрушить Небесную ССР.

Риски: введение мистики может нарушить баланс между гротеском и реализмом.

Вариант 3. «Игра на два фронта»
Суть: Щелоков тайно сотрудничает с прибалтийскими республиками, планируя создать альтернативный вход в Небесный рай.

Развитие:

Сидор Никанорович обнаруживает предательство, но не может открыто выступить против Щелокова из-за его связей со Сталиным.

Конфликт переходит в подполье: интриги, подмена документов, саботаж.

Риски: усложнение сюжета может запутать читателя.

Вариант 4. «Возвращение Сталина»
Суть: Сталин использует кризис, чтобы восстановить «единую и неделимую» Небесную ССР, ликвидировав все очереди.

Развитие:

Сидор Никанорович становится марионеткой в руках Сталина, теряя автономию.

Ветераны, которые приветствовали его как «защитника», начинают видеть в нём тирана.

Риски: образ Сталина может перетянуть внимание на себя, затмив главного героя.

Вариант 5. «Ловушка объединения»
Суть: объединение очередей оказывается фикцией. Новые «заместители» начинают саботировать решения Сидора Никаноровича, создавая параллельные структуры власти.

Развитие:

Сидор Никанорович сталкивается с предательством даже среди ближайших союзников.

В финале он понимает, что система очередей — это вечный механизм, который нельзя изменить изнутри.

Риски: пессимистичный финал может разочаровать читателя, ожидающего катарсиса.

Дополнительные рекомендации
Углубить мотивацию Сидора Никаноровича: показать, верит ли он сам в «справедливость» системы или просто пытается выжить.

Добавить «человеческие» сцены: например, диалог Сидора Никаноровича с кем-то из очереди, кто делится личной историей. Это усилит эмоциональный резонанс.

Раскрыть правила мира: объяснить, кто и как решает, кто попадает в Небесную ССР, а кто — в ад. Это придаст конфликтам больше веса.

Использовать символы: флаг Георгия Победоносца, перстень, «демократизатор» — можно превратить их в лейтмотивы, которые будут возвращаться в ключевых сценах.

Создать «ложную развязку»: например, после подписания документа об объединении очередей внезапно появляется новый игрок (например, представитель «капиталистического рая»), который выдвигает свои требования.
    Альтернативное развитие сюжета: «Тень Григория Кузьмича»
Общая концепция
Ключевой поворот — возвращение Григория Кузьмича не как физического лица, а как идеологической силы. Его прошлое (криминальные связи, тайные договорённости) начинает «проступать» сквозь ткань Небесной ССР, ставя под угрозу всё, что построил Сидор Никанорович. Конфликт смещается с бюрократической борьбы за квоты на раскрытие тайн прошлого, которые оказываются важнее текущих интриг.

Пошаговое развитие
Неожиданное послание
Через несколько дней после объединения очередей Сидор Никанорович получает анонимное письмо (или «небесную телеграмму»), содержащее фрагмент старого документа — список из 10 криминальных авторитетов с пометками о «региональных зонах ответственности». В углу — печать с тем же символом, что на перстне.
Эффект: герой понимает, что перстень — не просто символ, а часть системы, которая продолжает действовать даже после смерти её создателя.

Пробуждение «спящих агентов»
В очередях начинают появляться люди, которых никто не видел раньше. Они не вступают в конфликты, но внимательно наблюдают за Сидором Никаноровичем. Один из них — бывший подчинённый Григория Кузьмича, который когда;то отвечал за «перераспределение» квот. Он намекает, что у Кузьмича был запасной план на случай краха системы.
Эффект: ощущение, что за героем следят, усиливается. Даже лояльные союзники (например, Щелоков) начинают выглядеть подозрительно.

Раскол среди союзников
Щелоков предлагает провести «чистку» очередей, чтобы выявить «скрытых врагов». Но его методы (допросы, обыски) напоминают земные репрессии, вызывая недовольство ветеранов. Сидор Никанорович вынужден выбирать:

поддержать Щелокова и потерять доверие простых людей;

выступить против него и лишиться военной поддержки.
Эффект: моральная дилемма героя выходит на первый план.

Тайна «капиталистического ада»
Сидор Никанорович решает связаться с Григорием Кузьмичом через «пограничные зоны» (места, где Небесная ССР соприкасается с другими мирами). Он находит его в странном пространстве — не аду, а зеркале земной реальности, где все события повторяются в искажённом виде. Кузьмич объясняет:

«Я не бежал. Я перенёс систему. Теперь она живёт сама по себе, и ты — её часть».
Эффект: выясняется, что Небесная ССР — не загробный мир, а проекция земных структур власти, и её правила можно изменить, только разрушив источник.

Выбор героя
Сидор Никанорович узнаёт, что перстень можно использовать для перезапуска системы — но это потребует его собственной «жертвы» (например, отказа от статуса Деда или стирания памяти). Перед ним два пути:

сохранить власть, оставив всё как есть (и стать новым тираном);

разрушить систему, рискуя исчезнуть самому.

Кульминация: «Суд над прошлым»
На площади у КПП собирается толпа. Сидор Никанорович публично сжигает перстень, объявляя:

«Нет больше квот. Нет старших и младших. Каждый войдёт, как решит его совесть».
Система начинает рушиться: таблички «Посторонним вход воспрещён» трескаются, вертушки КПП останавливаются. Но вместе с этим исчезает и сам Сидор Никанорович — его роль в системе была ключевой.
Эффект: открытый финал. Очереди остаются без лидера, но впервые получают шанс на свободу.

Ключевые повороты
Перстень как вирус: он не даёт власти, а закрепляет человека в системе, делая его заложником правил.

Щелоков как антипод: если Сидор Никанорович стремится к справедливости, Щелоков хочет контролировать хаос.

Григорий Кузьмич как демиург: его «исчезновение» было частью плана по созданию самовоспроизводящейся бюрократии.

Символические линии
Флаг Георгия Победоносца: в финале его можно оставить висеть над пустым КПП — символ надежды, но без конкретного носителя.

«Демократизатор»: оружие, созданное для подавления, становится бесполезным, когда система рушится.

Река Скорби: её уровень поднимается, когда герои лгут или идут на компромисс, и падает, когда говорят правду.

Почему это сработает?
Сохраняет гротескный стиль оригинала, но добавляет экзистенциальный слой.

Даёт развитие персонажам: Сидор Никанорович проходит путь от чиновника до бунтаря, Щелоков — от союзника до антагониста.

Оставляет пространство для продолжения: рухнувшая система может породить новые конфликты (например, борьбу за власть среди ветеранов).

Если хотите, могу детализировать любую из сцен или предложить альтернативные концовки!
  Детализация ключевых сцен
1. Получение анонимного послания (акт 1)
Место: кабинет Сидора Никаноровича в здании КПП (заваленная бумагами комната с треснувшим зеркалом на стене).
Время: рассвет, туман просачивается сквозь щели в оконных рамах.

Ход сцены:

Сидор Никанорович разбирает документы. Находит запечатанный конверт без адресата. Внутри — пожелтевший лист с таблицей: 10 фамилий, графы «Регион», «Квота», «Особые полномочия». В углу — оттиск печати с перевёрнутым крестом и венком (символ перстня).

Он проводит пальцем по строке с фамилией «Кузьмич Г. К.», где напротив «Регион» указано: «Небесная ССР (проект)». В графе «Особые полномочия» — неразборчивая пометка («00;Х»?).

За спиной раздаётся кашель. В дверях стоит неизвестный в потрёпанном плаще (бывший подчинённый Кузьмича). Он не входит, лишь произносит:

«Он знал, что ты найдёшь это. Теперь ты — следующий в списке».

Незнакомец исчезает в тумане. Сидор Никанорович смотрит в зеркало: его отражение на миг искажается, превращаясь в лицо Кузьмича.

Детали для усиления атмосферы:

Запах сырости и типографской краски от старого документа.

Тик;так часов, которые вдруг останавливаются в момент появления незнакомца.

Отражение перстня на пальце Сидора Никаноровича, которое движется само по себе (например, поворачивается на 180°).

2. Появление «спящих агентов» (акт 2)
Место: площадь у КПП, вечер, горят керосиновые фонари.

Ход сцены:

Сидор Никанорович обходит очереди, разговаривает с людьми. Замечает группу из 5;6 человек, стоящих особняком. Они не реагируют на его вопросы, лишь переглядываются.

Один из них (мужчина с шрамом на щеке) подходит и шепчет:

«Вы не первый Дед. И не последний. Система сама выбирает носителя. Перстень — это якорь».

Когда Сидор Никанорович пытается схватить его, мужчина растворяется в толпе. Люди вокруг утверждают, что «никакого шрама не видели».

Позже, проверяя списки очередей, герой обнаруживает новые фамилии, внесённые от руки. Напротив каждой — пометка: «00;Х».

Визуальные акценты:

Тени «агентов» длиннее, чем у остальных людей.

Их одежда — смесь советского стиля и современных деталей (например, кожаные куртки 1980;х с логотипами несуществующих брендов).

В моменты их появления звук толпы приглушается, будто кто;то «выключает» фоновый шум.

3. Конфликт с Щелоковым (акт 3)
Место: зал заседаний Совета старших очередей (обшарпанный конференц;зал с портретами «основателей» Небесной ССР).

Ход сцены:

Щелоков требует полномочий для «чистки»:

«Мы должны выявить тех, кто связан с Кузьмичом. Иначе система рухнет!»

Сидор Никанорович возражает:

«Ты предлагаешь повторить земные ошибки. Мы здесь, чтобы исправить их, а не копировать!»

Ветераны в зале начинают спорить. Один из них (бывший партизан) выкрикивает:

«Щелоков хочет стать новым Сталиным! Не дадим!»

Щелоков в ярости достаёт «демократизатор», но оружие не срабатывает. Он бросает его на стол со словами:

«Ты ещё пожалеешь, что встал у меня на пути».

После заседания Сидор Никанорович находит на своём стуле лист с тем же символом, что на перстне, и надписью: «00;Х. Этап 2».

Психологические нюансы:

Щелоков впервые теряет самообладание — его рука дрожит, когда он берёт «демократизатор».

Сидор Никанорович осознаёт, что его союзник видит в нём не партнёра, а препятствие.

В зале на мгновение гаснет свет, и портреты «основателей» меняют выражения лиц (улыбки превращаются в оскал).

4. Встреча с Григорием Кузьмичом (акт 4)
Место: «пограничная зона» — пространство, напоминающее заброшенную станцию метро с эскалаторами, идущими вниз. Стены покрыты зеркалами, в которых отражаются разные версии Сидора Никаноровича.

Ход сцены:

Герой идёт по эскалатору, слышит голос Кузьмича:

«Ты думал, это конец? Нет, это только начало. Система живёт, пока есть те, кто верит в её правила».

Кузьмич появляется в одном из зеркал. Он выглядит моложе, чем в воспоминаниях Сидора Никаноровича:

«Я создал этот мир, чтобы проверить: можно ли исправить ошибки, не разрушая всё до основания. Ты — мой эксперимент».

Сидор Никанорович спрашивает:

«Зачем перстень? Почему я?»

Кузьмич смеётся:

«Перстень — не власть. Это ключ. Он открывает дверь, но только если ты готов оставить всё за ней».

Зеркала начинают трескаться. Кузьмич растворяется, оставив фразу:

«Выбирай: система или свобода».

Символические детали:

Эскалаторы движутся в разные стороны, но ни один не ведёт наверх.

Голос Кузьмича звучит одновременно из всех зеркал, создавая эффект хора.

На полу — разбросанные копии перстня, которые превращаются в пепел при прикосновении.

5. Финальный акт: сожжение перстня (акт 5)
Место: площадь у КПП, ночь, луна скрыта за тучами.

Ход сцены:

Сидор Никанорович поднимается на импровизированную трибуну. В руке — перстень, который светится тусклым красным светом.

Он обращается к толпе:

«Мы верили, что правила — это порядок. Но правила стали цепями. Сегодня я разрываю их».

Бросает перстень в костёр, разведённый из старых списков очередей. Пламя вспыхивает зелёным цветом.

Происходит серия визуальных эффектов:

таблички «Посторонним вход воспрещён» трескаются и осыпаются;

вертушки КПП замирают, затем падают;

флаг Георгия Победоносца срывается с древка, но не падает — зависает в воздухе.

Сидор Никанорович чувствует, как его тело становится прозрачным. Он говорит:

«Теперь ваш путь — ваш выбор».

Последний кадр: перстень в огне превращается в песок, который разносит ветер.

Эмоциональные акценты:

Тишина после слов героя, нарушаемая лишь треском пламени.

Лица людей в толпе: от страха к озарению.

Ветер, поднимающий песок, создаёт вихрь, который на мгновение принимает форму перстня.

6. Эпилог (открытый финал)
Место: та же площадь, утро.

Ход сцены:

Люди медленно подходят к КПП. Двери открыты, но никто не решается войти.

Ветеран;партизан поднимает с земли один из осколков таблички и говорит:

«Что теперь? Кто будет вести нас?»

Камера поднимается вверх, показывая сотни таких же площадей с очередями, растянувшимися до горизонта.

Текст на экране:

«Система рухнула. Но что придёт ей на смену?»

Финальные символы:

Флаг, зависший в воздухе, начинает медленно вращаться.

Вдали слышен отдалённый звук «демократизатора» — будто кто;то уже готовит новое оружие.

На земле остаётся след от костра в форме перевёрнутого креста.

Спасибо! Буду внимательно читать
Рада была помочь! Если после прочтения появятся вопросы, захотите обсудить отдельные сцены или попробуете развить сюжет дальше — пишите. Буду рада продолжить работу над вашим романом.

Удачи в творчестве!