Чего смешного-то?

Приехала ко мне в в город пара стариков - тётушка с мужем. Они живут в деревне и, не поверите, сроду никуда дальше райцентра не выбирались. Но вот тут у Прасковьи Ивановны желание появилось: меня, племянника повидать, соскучилась очень, да пряников городских поесть. Почитай, года два не виделись — я всё это время на даче обустраивался,  и не до поездок мне было.
Надо сказать, что тётушка моя и Иван Семёнович, муж её - люди скромные, тихие и несуетливые, поэтому хлопот особых не доставили. Тем более приехали всего-то на несколько денёчков.

Вот гоняют они чаи с пряниками, да телевизор смотрят ( в деревне у них своего телевизора отродясь не было). А я с женой тут как раз по вечерам сериал смотрю про миссис Марпл, и как она преступников ловит ловко. Эта такая английская старушка, которая живёт себе спокойно одна в двухэтажном доме. И в нём, в этом самом доме есть  и гостиная, и какая-то ещё комната для чая. Это помимо кухни, которая оборудована так, что и мне, жителю города, завидно стало. А на втором этаже - спальни. И не только для неё, но и для гостей. Представляете? - В общем, типичный такой деревенский домик в типичной английской деревне, с красивым и сказочным названием Сент-Мэри-Мид.
Миссис Марпл ухаживает за своим прекрасным садом  - цветы уж больно она любит. Правда, машины у неё своей нет, да это ей и ни к чему, потому как в этой деревне автобусы ходят строго по расписанию и не один раз в неделю, как в наших деревнях, а несколько раз в день! А уж такси вызвать — и вовсе плёвое дело, дороги-то все асфальтированные. И чистые какие! Вляпаться в коровий блин — дело совершенно невозможное.
Живут эти деревенские англичане и не тужат. Правда, травят друг дружку, да убивают - регулярно. А миссис Марпл знай себе спицами постукивает, да их преступления распутывает. И всегда так удачно, что когда прибывает полиция, ей и делать-то уже нечего: миссис Марпл во всем разобралась и кого надо разоблачила.

Ну, так вот. Смотрят наши старики этот сериал и тихонько посмеиваются. Я, конечно, вместе с женой недоумеваю. На экране дело серьёзное — убийство, интрига, а они уже слёзы утирают от смеха.
— Это вроде не комедия, Иван Семёныч, — не выдержал я, когда на экране обнаружили очередного лорда с ядом в бокале. — Чего смешного-то?

Дядя Ваня глянул на меня, поправил на переносице очки и, кивнув в сторону экрана, хмыкнул:
— Да как же, племяш... Комедия и есть! Мы всю жизнь в деревне векуем и знаем, как оно там на самом деле. Не бывает таких деревень: чтоб дома как хоромы, а автомобилей — как в городе.

— Так это же не у нас, Иван Семёнович, а в Англии! — попытался я вставить слово.

— Ну и что, что в Англии? — резонно возразил он. — Деревня — она везде деревня, хоть ты её английской назови, хоть какой. У нас вон только в сухую погоду по улице проехать можно, и то ухабов да ям столько, что ты свою "Ниву" гробить не захочешь. А ежели дожди зарядят, так и не кажный трактор сдюжит. Помнишь Дуню, соседку нашу, что через дом жила? В марте она занемогла сильно. Я к председателю бегал, чтоб скорую вызывал... Так скорая-то и не доехала — застряла в канаве намертво. Дуня не дождалась. Преставилась. Шестьдесят годочков ей всего и было... А ты нам тут фантазии киношников показываешь.
    
Тётка Прасковья тоже не смолчала:
— А кем же работала эта мисс, что живёт так богато, почитай как принцесса?
— Вроде она была гувернанткой, — пояснил я.
— Это кто ж такая?
— Ну, это как воспитательница. Приходящая учительница для детей.

Прасковья Ивановна аж пряник отложила и на меня уставилась:
— Воспитательница? - Дунина дочка, Маринка, тоже воспитательницей работает в детском саду. Кажный божий день в райцентр мотается. Ежели автобус сломается — а ломается он через день — она, бедная, так и топает по грязюке шесть километров в одну сторону. А домишко у неё — смотреть больно, на ладан дышит. Мужика нет, вот всё и разваливается, крыша после кажного ливня течёт. Сколько раз она к председателю бегала, помощи просила. Да где там! Председатель наш только одно талдычит: "Денег нет, бюджет пустой". А у самого-то... — Тётка махнула рукой и многозначительно замолчала, глядя в телевизор, где миссис Марпл как раз разливала чай из фарфорового чайника.

 — У самого-то хоромы за три метра забором, и джип такой, что никакая грязь не страшна, — глухо закончил за неё дядя Ваня. — Нам детектив смотреть не надо, мы и так знаем, кто у кого и что украл.

— А коровы ихние? Ты видал, Ванюша? — раззадорилась тётушка от этой экранной чистоты. — Стоят на лужайке, чистенькие, лоснятся, будто их шампунем кажное утро моют. И поставили их там, видать, для красоты, чтобы на таком фоне чай приятнее пить было...

Иван Семёнович горько вздохнул и покачал головой:
 — Помню я, как перед самой пенсией пригласили меня в соседний совхоз — по электричеству помочь. Серьёзная была работа, ответственная. Расплатиться со мной решили коровой. Ну, пошёл я в коровник себе бурёнку выбирать. Глянул — и ахнул... Как сейчас помню, ноябрь на дворе стоял, зима ещё толком не началась. А коровы там — худющие до невозможности, кости кожей обтянуты, стоять сами уже не могут. Так их, бедных, на широкие брезентовые ленты под пузо подвесили, чтобы они хоть как-то прямо держались, не падали.
Спрашиваю у местного работяги: «Что ж вы с ними сотворили-то?» А он мне: «Так кормов нет». — «Как нет?! — удивляюсь я. — Декабрь ещё не наступил! Летом что, не косили? На выпас не выгоняли?» А он молчит, только плечами пожимает да в пол смотрит. Я, конечно, от такой «премии» отказался. Попросил деньгами.... — А они мне тут в телевизоре деревню показывают, как будто я никогда в ней не жил, — подвел черту дядя Ваня. — В кино-то, племяш, можно и не такое придумать. Лучше бы они в наших деревнях побывали, своими глазами посмотрели, а потом бы уже фильм ставили. Вот это был бы настоящий детектив с приключениями! Таких бы ужасов наснимали, что ихняя миссис Марпл со страху бы спицы выронила.

Погостили наши старички ещё два дня. Пряники ели, а телевизор больше не смотрели — как отрезало. Да и нам с женой стало как-то неловко смотреть при них очередные английские пасторали после их рассказов.

Отвёз я Прасковью Ивановну и Ивана Семёновича на вокзал, посадил в вагон. Обратно вернулся. Попил чай с пряниками. Включил телевизор — а там как раз очередная серия началась про миссис Марпл. Так не поверите — не смотрится, как раньше. И правда кажется всё смешным и каким-то ненастоящим.

Супруга моя тоже сидела рядом, смотрела в экран уже без прежнего азарта. А потом повернулась ко мне и говорит:
 — Знаешь... хорошие у тебя старики. Давай в этом году к ним поедем? На всё лето. Поможем дом подлатать, по огороду помочь, да и Маринке, дочке Дуниной, с крышей подсобим.

В тот вечер мы так и не узнали, кто же убил лорда в английской деревушке, но почему-то это нас совсем не расстроило.