Звенигород. Часть IX

Предыдущая часть здесь- http://proza.ru/2024/09/06/846
С октября- ноября 1920 года по март 1921го на территории упраздненного монастыря
был организован звенигородский лагерь военнопленных и заключенных.
В обиходе Звенигородский лагерь военнопленных поляков.
Вообще, к февралю 1921 г. в Москве содержалось 2 403 пленных поляка, которых объединили в 4 трудовых дружины: 1-я дружина в 418 чел. располагалась на территории Рождественского монастыря, 2-я и 3-я дружина численностью 1 569 чел. находилась во Владыкинском лагере, 4-я численностью 416 чел. – в лагере на станции Перерва.
Данная форма организации, наподобие воинской части, была специально введена для более оптимального использования труда военнопленных.
Советская власть стремилась уравнять военнопленных с трудармейцами РККА в плане условий и оплаты труда. Как бывшие военные, поляки легко адаптировались к данной системе. Кроме того, представители младшего офицерского состава из числа тех поляков, которые были признаны политически неопасными, возглавляли отделения и роты, что положительно сказывалось на дисциплине контингента, в сравнении с ситуацией в других лагерях РСФСР.
Но, несмотря на все попытки советизации командного состава дружин, поляки в большинстве своем не занимались политической агитацией среди своих земляков. В выписке из отчета о политработе среди военнопленных поляков говорилось о том, что они в «преобладающем большинстве стоят значительно ниже, как равно в политической сознательности, так и в моральном развитии».
Продовольственное и материальное обеспечение военнопленных на
территории Московской губернии было несколько лучше, чем у их земляков в
губернских лагерях, хотя и столичные условия были весьма скудны и недостаточны. Как свидетельствовали сами пленные:
положение в лагерях пленных в отношении питания было очень плохим, однако проистекало это не из какой-то враждебной тенденции, а из общего
скверного экономического состояния Советской России.

26 июля 1920 г. Ф. Дзержинский давал следующие указания Особому отделу ВЧК:- Обратите внимание на содержание пленных поляков. Примите меры к недопущению незаконных действий, озлобляющих их, не допустите отбирания мелких вещей и т.п.
В связи с этим обращением инспекции Польбюро неоднократно выезжали в
московские лагеря с проверками и значительное время уделяли урегулированию мелких конфликтов (драки, избиения, кражи и др.) между администрацией лагеря и военнопленными.
Несмотря на прямые указания Ф. Дзержинского о довольствии польских дружин наравне с красноармейцами,ьвключая медицинское обслуживание, питание и др., в условиях военного коммунизма эти инструкции были мало выполнимы. Контраст в условиях содержания заметен даже на уровне Москвы и Московской губернии.
В подмосковной Коломне лагерь для военнопленных был организован прямо на территории Коломенского машиностроительного завода. Из 182 пленных,
завезенных туда 25 сентября 1920 г., 168 чел. болели брюшным тифом(20 заболевших скончались).
В Крюковском лагере на ст. Подсолнечная при плановом обследовании оказалось, что 90% пленных полностью разуты и раздеты, отсутствует медицинская помощь, больные и здоровые находятся в одном помещении.
 
В Звенигородском лагере отрядами военнопленных руководили уголовники, которые избивали и обкрадывали поляков вплоть до того, что большинство  пленных вынуждены были ходить босиком.
Из-за непрекращающихся конфликтов администрации лагеря с военнопленными Звенигородский лагерь стал рекордсменом по побегам среди всех московских лагерей. К лету 1920 г. из лагеря сбежало 109 поляков, в результате чего в декабре этого же года оставшихся пленных расформировали по другим лагерям.
Администрация подмосковных лагерей пыталась делать ставку на военнопленных членов Польской Социалистической партии, проявлявших сочувствие к советской власти. Именно полякам-социалистам лагерное начальство доверяло больше, чем другим и предоставляло им руководящие должности. В свободное от работы время военнопленным-полякам Московской губернии разрешалось покидать территорию лагеря для того, чтобы совершить прогулку, купить продукты в магазине.
Военнопленных отпускали даже на «вечеринки в деревню». Кроме того, полякам было
разрешено посещать праздничные богослужения в Москве в храме Апостолов Петра и Павла в Милютинском переулке, являвшемся старейшим московским католическим приходом с середины XIX в. После революции польские коммунисты организовали в соборе Польский рабочий клуб с театром и библиотекой.

После подписания Рижского мирного договора 18 марта 1921 г. начался
активный процесс репатриации военнопленных поляков из советских лагерей
на родину. К лету 1921 г. были репатриированы все поляки – 34 839 чел.
Около 3 тыс. поляков из числа пленных изъявили желание остаться в РСФСР.

В 1920 м же году в Савво- Сторожевской обители был раз­ме­щён ещё и са­на­торий.
Уму непостижимо, как это всё могло сосуществовать тогда в одном месте!
Но так было...
В 1921 м на тер­ри­то­рии ком­плек­са от­крыл­ся Му­зей цер­ков­ной жи­во­пи­си и ар­хи­тек­ту­ры 17го века, пре­об­ра­зо­ван­ный в 1923 в Сав­ви­но- Зве­ни­го­род­ский ху­дожественно-исторический му­зей.
С октября 1927 по январь 1928 го на территории монастыря располагалась ещё и трудовая коммуна НКВД для беспризорников.
В 1939 м зда­ния му­зея пе­ре­да­ли во­ин­ской час­ти.
Тогда же- в 20-е  началась урбанизация* Звенигородья. Поначалу была сооружена небольшая ветка для вывоза дров из леса (шла она от Голицыно приблизительно к деревне Хлюпино). В 1925 г. линия дошла до Звенигорода, так и не перейдя через Москва- реку. Годом позже, в 1926 г., был открыт остановочный пункт Хлюпино. В 1933 г. открыта платформа Школьная, в 1998 г. она была переименована в Захарово. Платформа Скоротово открыта в 1951 г.
Линия была построена как узкоколейка (хотя и сразу была положена стандартной колеёй 1524 мм), за счёт чего поезд (паровоз с двумя-тремя пригородными вагонами) от Голицыно до Звенигорода шёл около часа. Поначалу прямых поездов до Москвы не было, они появились в середине 30-х, во всяком в случае в расписании за 1935 г. уже есть 3 пары прямых поездов от Москвы.
О том, как добирались в 20-х гг. до Звенигорода, вспоминает Н.В. Тимофеев-Ресовский- сотрудник биостанции С. Н. Скадовского (начальника управления Главрыба), входившей в состав института экспериментальной биологии Наркомздрава):
«От Голицына до Звенигорода построена была такая железная дорога: для простоты, скорости и дешевизны такие глупости, как насыпи, не делали, а просто, так сказать, по лугам и болотинам положили шпалы, к ним присобачили рельсы и пустили поезд. Поезд – паровозик такой типа «кукушки», как вот эти маневровые, старые, в три-четыре вагончика. И проезжали они иногда действительно осторожненько, тихонечко, без каких-либо чрезвычайных происшествий. А иногда в определенном месте на определенной болотине, как-то сколько помнится, ежели ехать от Голицына на Звенигород, на правый бок поезд оседал, немножечко колебался и потом ложился на бок.
И там заготовлены уже были березовые слеги – берез понарубили не только мы, а и звенигородские граждане, такие большие слеги. Значит, почтеннейшая публика вылазила через окна и двери лежащих вагонов... Обыкновенно никаких серьезных повреждений не было. И, значит, с помощью покойного Архимеда, им придуманного рычага, ставили опять на попа эти вагончики. Машинист очень громко дудел, потом чуть-чуть пыхтел, а мы еще слегами подпирали, и помаленьку он из этого опасного места выезжал. Тогда все радостные садились и ехали дальше. Рядом проходил тракт из Голицына в Звенигород. Мужики обыкновенно эту Звенигородскую кукушку обгоняли, кнутиком помахивали и машинисту кричали: «Чепляйся, подтащу!» Но мы на этой кукушке редко ездили, только ежели очень много вещей».
В 1950 г. линия Голицыно — Звенигород была электрифицирована и реконструирована.
Продолжение следует.