2026-01-24. Память смертная

По просьбе дать советы, на основании некоторых, сделался такой вывод – Горбатого даже могила не исправит.
И образовался такой девиз – Пофигизм – основа спокойствия.
Какой смысл продалбливать лбом стену в тюремной камере, если за стеной такая же камера.
Только в сказочных выдумках – Один за всех, все за одного, а тут каждый сам против себя. Потому как, делая другим гадости, делает их прежде всего себе. А если мозгов нет и только дерьмо кипит в душе….

 Смертная память

Почему так смерть боимся? Если все равно придет.
Так готовится к ней надо, а не думать – пронесет.
Как родился, так готовься – мигом жизнь ведь пролетит.
А когда всё осознаешь, так не будешь паразит.

Память смертная – есть Благо, она страсти унимает.
И не строит планы жизни те, что время отбирает.
А размеренно, спокойно, в радость жизнь свою ведет,
Помня то, что б не случилось всё равно ведь всё пройдет.

Что ж за гранью жизни здешней? Что же ждет в посмертный час?
Тут сплошная неизвестность то, что ожидает нас.
А готовится как будем, зла уже не сотворим,
Зная, может быть и хуже, если худо натворим.

Свет души сияет – классно. И Добром она полна.
В том богатство неизменно, им насытишься сполна.
Никакие шмотки, деньги несравнимы у уже с тем,
В чем Блаженство обретая, и Его желая всем.


Почему Царство Небесное желают только умершим? Тут в действии религиозная патология. Христос учить, что Царство Небесное внутри вас есть. Т.е. в душе, в мозгах, в психике. И если его при жизни не будет, после смерти, хоть желай, хоть не желай, его точно уже не будет.
Что обретается здесь, то остается и там. Где сокровище ваше, там и сердце ваше будет.
Так что – Царство Небесное надо желать живым, а не здоровья, на котором все помешаны, как на деньгах, но которого всё равно нет. А умершему желать уже бесполезно. Участь посмертия определяется участием жизни, а не наоборот. Хотя память смертная корректирует смысл жизни в лучшую сторону – помогает быть независимым от тленного, мелочного и ненужного.
И самое главное – сокращает общее количество вранья. Ведь нет ничего тайного, что не стало бы явным. А явное, всё станет в посмертии. И шило, что таилось, болью ударит в самую основу всех смыслов и важных задач.