Старая - новая баня. Как это было. По воспоминания

Была у нас в Бородино за огородом по тропинке к реке - старая баня.  Похоже, довоенная, хотя, точно не знаю. Во всяком случае, сколько я ее помню, она уже ушла в землю, сильно покосилась, крыша прохудилась, стены протрухлявились, и меня, новорожденную, туда носили мыть.
 Топилась баня по - черному, как и большинство в то время, и мы в ней с успехом мылись – весь род Кургановых, ибо другой просто не было. Баня была далеко от дома, впрочем, как и у остальных – так было принято. Зато у нас она была ближе к речке – и это было большое преимущество.
Заниматься баней в ту пору было особенно некогда. Воду с речки носили на коромыслах ведрами, зимой нам помогали санки. Поскольку она топилась по- черному, - все в бане было закопченным, черным от сажи. И ни до чего было не дотронуться. И крошечное окошечко, и даже не окошечко, а так, малюсенькая стекляночка. Душник. Когда баня топилась, то его открывали, -  это отверстие вверху,  в стене. А потом закрывали – затыкали какой - либо тряпкой.
В бане была из камней каменка (из черных – пречерных камней), на каменке стоял черный чан – емкость для воды горячей. Трубы у таких бань не было. Когда баня нагревалась и нагревалась вода, и выходил основной дым – душник закрывали. Чтобы не угореть, бане давали «выстояться». Но все равно часто и угорали – болели головы, тошнило и т.д.
Если баня была готова поздно и темнело, или зимой, то в бане зажигали керосиновую лампу. Часто на стекло попадали капли и стекло или трескалось, или разбивалось. И лампа помогала мало, было все равно темно и черно везде – снизу доверху. Глазам чаще всего было очень горько и я, да и другие дети баню не любили. Нас мыли быстро, закутывали в одеяла и увозили зимой на санках, а летом - уносили на руках. Была очередность и у взрослых. Но этого я уже не помню.
Зато помню, что для маленьких детей баня без слез и криков не обходилась.  Это было однозначно испытанием, но все же нужно было мыться.
И стояла эта баня многие и многие годы, пока не пришла пора и в Бородино бани начали строить по – новому, – по белому.

Начал строить новую баню и наш отец, Владимир. Заготовили осины и начали рубить сруб. Сруб рубили возле старой бани. И даже срубили. Может, чуть и не до конца. И такие были надежды. Столько радости. И эти надежды воодушевляли, ожидания давали силы мыться в старой бане.
Но... не было денег, и строить было некому. Один отец в поле не воин. Умерла бабушка Настя. Совсем захворала мама Аля и отец стал больше пить. И долго – долго стоял этот сруб, подавая какие – то надежды. Но с каждым годом...
Туда еще ходили, что – то планировали, тихонько мечтали о...
Год от года сруб старел, дряхлел, руки до него, конечно же не доходили, а потом никто не стал туда уже и ходить. Все. Сгнил. Остатки перевезли на дрова.
А в то время уже бани стали строить во дворах, близко к домам – слабеть что ли люди стали в деревнях?
И у нас началось новое строительство. Мать уже не ходила, крестный тоже уже был не молод, и баня во дворе была более, как необходима. Наши крестные, б. Нюша, т. Валя и д. Олег пришли к мнению, что баня нужна просторная. Планы у отца зашкаливали: огромная баня, большущий предбанник, на бане – комната, а с другой стороны бани большая пристройка - пчельник, - где зимуют домики с пчелами. В то время папа ухаживал за пчелами и у нас был свой мед.
Кое как баня строилась. Но проект оказался не очень успешным...  Большая, да не теплая, и дров много нужно, да и долго топить. Летом проще, а зимой сложнее. Но все же баня начала действовать и даже мать несколько раз носили туда мыть. Все- таки она баню дождалась. Правда, мылась редко, потому что тяжело было носить.
Зато там могло мыться пол деревни. И наша семья из 4 человек, и крестные, и соседи – молодые семьи колхозных специалистов, белорусы – Бурец и Кельбас.
Но все же баня оказалась неудобной и холодной, и когда появилась баня в Локне у родной сестры, мы стали ездить туда. В нашей же Бородинской бане больше стирали и занимались какими – то хозяйственными делами. А затем и совсем она стала хозпостройкой.  Так и не задалась судьба и этой бани. А как о ней мечтали, как надеялись...
 Затем таким же долгостроем с переменным успехом и полным отсутствием надежд появилась на Бородинской усадьбе четвертая баня.
Папа ее строил как бы на одного человека. Большую помощь в строительстве оказал Николай Быстров – свекр моей родной сестры, Ольги. Баня вроде бы удалась, я не знаю, я в ней не мылась ни разу. Ею тоже пользовались чужие люди, и как – то тоже все сошло на нет. И папа мылся или у младшей дочери Ольги в Локне или у нас в Рысино.
Мы уже имели свою баню. Нам тоже помог Николай Быстров. Баня была хорошая. Так сложилось, что наша баня и баня Быстровых,были самые востребованные, у них была очень насыщенная жизнь – их топили практически каждый день. Они очень добро послужили нам. Спасибо.
В 2003 году у нас появилась еще одна баня на даче в Печорах. Ее судьба тоже интересная и пока непредсказуемая. И как всегда – на нее большие надежды и планы. Но это уже другая история.