Не пиши так, как ты разговариваешь

"И пока мы будем блуждать в потёмках, зима вступит в свои права. А начавшись, она уже никогда не закончится"

С возвращением в долбаную Ирландию!
— Арина Цимеринг "Как поймать Монстра. Круг Третий. Книга Первая"

У каждого свой собственный Ад.

У каждого свой ад. Он не под землёй, с котлами и грешниками. Он аккуратнее. И от того — беспросветнее.

Он в скрипе двери в пяти часах утра, когда ты понимаешь, что снова не уснул. Он в смятой простыне, в которой ты один, даже если рядом кто-то есть. Он в ритуале утреннего кофе, который ты пьёшь, чтобы забыть вкус собственного рта после ночи изжоги и невысказанных слов.

Твой ад — это не крик. Это тишина. Это пыль на книжной полке, которую ты собирался прочитать, а теперь просто протираешь, смахнув с пальцев осевшие мечты. Это одна и та же трещина на потолке, которую ты изучаешь вместо звёзд. Это мелодия, которая вертится в голове, и ты не можешь её вспомнить, чтобы поставить точку.

Он в запахе, который никому больше не пахнет. В фразе, которую ты произнёс десять лет назад и сжёг бы сейчас свой язык, лишь бы её вернуть. В смс-сообщении, которое ты перечитываешь, выискивая скрытый смысл, которого там нет. В нём — только плоский, обесцвеченный текст, и в нём — весь твой Вавилон.

Ты носишь его с собой. Как пылинку в глазу. Как камушек в ботинке. Как, сведённую судорогой, мышцу под лопаткой, которую не размять. Иногда ты даже забываешь о нём. Смеёшься. Говоришь о политике, о погоде, о новых сериалах. А потом ловишь на себе взгляд в витрине — и видишь там не своё отражение, а дверь. И за ней — тот самый, твой, вывернутый наизнанку, мир, где пол — это потолок, а воздух — это тяжёлая, солёная вода.

И ты понимаешь, что рай — это не противоположность. Это просто другое помещение в том же здании. И ключ от твоего личного ада — не потерян. Он у тебя в кармане. Он врос в ладонь. Он — это ты.

И единственное, что ты можешь сделать — это обжиться здесь. Развесить свои картины на стенах из огня. Научиться дышать этим пеплом. И найти в этом странное, извращённое утешение.

Потому что это твоё. Самое честное, что у тебя есть.