Идя к цели 5 жизнь в огне 4

   Вот и осень. Осень в горах Испании ещё не набрала своей силы. В Испании осень входит в жизнь людей лишь названием месяца в календаре, ведь природа продолжает жить своей жизнью.

   Надя тоже живёт своей жизнью. Она продолжает ездить в Оренсе изучать испанский язык, хотя мотивация к учёбе понизилась после того, как сотрудница Красного Креста  сказала ей что программа для всех беженцев заканчивается, и не хочет ли она вернуться в Украину?

   Она ответила, что, нет, она не собирается возвращаться в Украину, ведь она не сбежала от войны, она и там бы дожила сколько ей осталось...

   Но, она преодолела более семи тысяч километров ради того, чтобы опубликовать свои книги в Интернете для связи с читателями и в дальнейшем сделать Презентацию и печать своих книг.

   В Украине этого сделать невозможно, так как её язык русский и все её книги на русском языке.



   Она всё ещё помнит то поганое ощущение после этих слов сотрудницы Красного Креста. И те её слова не разлетелись буквами по всей вселенной. Те слова слились воедино, став первым гвоздём, который был вбить в подготовленную кем-то для неё программу...


   Время неумолимо движет всеми.

   Но её время не движет ней. Её время зажало, сжало её саму в своих тисках вчерашнего дня и дня сегодня, обостряя все ощущения. А эти все ощущения исходят оттого, что она видит происходящее и уже начинает вырисовываться другая реальность происходящего вокруг неё.


   Она не знает, как это происходит. Она не знает, как она видит что-то другое. Она лишь получает информацию, конкретных чьих-то действий. Она всегда лишь внимательно слушает то, о чём ей говорят.


   Надя открывает свой планшет, истерзанный Олей в Собрадо в центре беженцев и затем покалеченный Люсиль при переносе из планшета некоторых программ в купленный у неё старенький ноутбук. Она просматривает ленту Facebook. Она ловит новости из Украины и других стран, происходящие в мире. Затем она переключается на ноутбук и просматривает YouTube.

   Просмотрела и переключился на просмотр своих книг опубликованных в Google. Появились оценки её книг.

   Она смотрит на экран. Это всего лишь картинка. Эта картинка, как заставка, как занавес в театре,за которым происходит какое-то действие. Действие происходит там, в закрытом от неё пространстве.

- Не поняла... это что?


   Надя не дёргается. Она спокойно поджидает назначенное ей время, когда надо идти в Красный Крест, сдать документ об оплате жилья, которое и оплачивает сам Красный Крест.



   Вот и назначенное ей время. Вот и Красный Крест.

   Надя поднимается на лифте на первый этаж. Выходит из лифта. У входа в лифт стоят стулья. На одном из них сидит молодой человек и играет на приставке в какую-то игру. Он словно увлечён игрой. Надя остановилась с удивлением посмотрела на парня. Она такое видит впервые, здесь в здании Красного Креста. Здесь даже никто не сидит и не играет в своих смартфонах, не то, что играть какими-то приставках. Здесь всё пребывают в напряженном ожидании своих социальных работников.

 
   Она прошла в коридорчик, попутно посмотрев налево, в комнаты переговоров беженцев и социальных работников Красного Креста- комнаты пусты. Она прошла мимо них далее и заглянула в стеклянную дверь в комнату, где находятся социальные работники. Беатрис ей подала знак, что выйдет через пять минут и Надя вышла в холл и присела на стул.


   Она сидела и наблюдала за парнем, который, поджав под себя одну ногу, сидел и продолжал играть на приставке. Он не был похож на беженца. Беженцы ведут себя иначе. Во всей его, казалось бы вальяжной позе, чувствовалась напряжённость. И эта напряжённость была не от переключения кнопок на приставке. Это была напряжённость как ожидания... В холле кроме них больше никого нет.


   Беатрис вошла в хол и присела на стул рядом. Они поздоровались.

- Беатрис, пожалуйста, что происходит... я, ничего не понимаю, что происходит с моими книгами в в Google... я не могу войти в свой аккаунт... я не могу принимать участие в движении моих книг...

   Пожалуйста, спросите Николая... спросите его - что происходит? Я так понимаю, что мой банк аккаунт не работает. Его можно проверить, но я не могу, так как кто-то пять раз взламывали мой банковский счёт  и я закрыла все функции кроме получения денег по карте или в банке. Пожалуйста, я дам деньги... произвндите покупку книги и мы увидим куда уходят деньги...

- Нам запрещено это делать...

- Так не обязательно лично Вам. Вот сидит парень, так пусть он это сделает...

- Нет. Так нельзя.

   Надя сделала движение подойти к парню, но Беатрис её остановила.

- Почему нельзя? Какая разница кто делает покупку книги... деньги ведь мои и это только чтобы проверить работу банк-аккаунта.

   Беатрис говорит быстро и много. Надя не успевает всё разобрать.

- Беатрис, в чём дело?

   В холл быстрым шагом вошла Анхела.

- Идём.


   Беатрис поднялась, следом за ней поднялась и Надя. Они пересекли холл, в котором находился только парень с игровой приставкой в руках и пошли в комнату, где и продолжились эти ничего не значащие разговоры.


   Надя настаивает на необходимости проверки происходящего в её аккаунте и необходимости пригласить Николая, ведь Надя не с улицы пригласила какого-то проходила, а он, Николай, волонтёр Красного Креста.  Беатрис, как-то слабо, но отнекивается.

- Беатрис, он должен объяснить происходящее... я ему напишу сообщение, о том, что происходит...

- Не надо. Ничего ему не пиши. Я сама позвоню ему и всё выясню и сообщу тебе. Не надо ему ничего говорить.

- Почему? Он ведь волонтёр Красного Креста.

- Не надо. Я сама буду с ним говорить.


   Надя внимательно смотрит на Беатрис, а по её спине ползёт холод. Этот холод вынуждает её втягивать голову в плечи.

   Холод сжимает её плечи, но мозг работает в своём привычном режиме.

- Так может мне пойти на курсы по изучению работы на компьютере? И таким образом я сама буду разбираться в происходящем с моими книгами в моем аккаунте.

   Беатрис на мгновенье задумалась.

- Я поговорю с Фанни, она ведёт здесь курс по изучению компьютеров. Я тебе сообщу по электронной почте.

- Хорошо.

   Надя вышла из комнаты, которая вовсе не была переговорной. Это была комната, где за перегородкой находилась сотрудница Красного Креста. Надя пересекла совершенно пустой холл и начала спуск по лестницу вниз...



   И странная мысль, мысль, словно давно позабытая, вернулась к ней. Эта мысль несла в себе память подготовки провокаций и подготовки свидетелей.


   Она в одно мгновенье вспомнила, как на её письмо в Минздрав, её пригласили куда-то в офис на Аленби и там, та, которая назвала себя доктором, ощупывая её живот внезапно пальцами со всей силы ткнула ей в печень. Боль сверкнула молнией в глазах и сбила дыхание. Надя молчала. Она медленно поднималась с кушетки, приходя в себя. Она каждую минуту помнила, о том, что входя в этот кабинет обратила внимание на две двери разных сторон комнаты, которые вели в разные кабинеты. И сейчас, поднявшись с кушетки, она увидела злобный оскал этой, которая называет себя доктором. А за дверью, ведущей в другой кабинет, слышал я шорох...


   Надя возвращается домой. Она идёт не спеша, так как есть время до автобуса, который уверен её в другой мир. Вот и остановка автобуса. Она садится на скамейку в ожидании.

- А, Вы, Надя?

- Да.

- А я, Алексей... я так же живу в Перохе... мы с Вами соседи...

- А, так Вы живёте в том доме, где живут все из Южной Америки...

- Да. А я в Собрадо жил в Вашей комнате... и вот теперь мы живём здесь, рядом... это знак...

   Надя с удивлением смотрит на Алексея.

- Знак чего?

- Ну, не знаю, может...

   Подъехал автобус и они заняв места, продолжили разговор.

- А, Вы помните Терезу?

- Да, она из Свидетелей Иеговы...

- Я с ней много беседовал, но она такая нервная, что говорить с ней невозможно... она меня так раздражала...

- Так и зачем Вы с ней говорите, 4сли она Вас так раздражает?

- Так это было по началу так, а потом я взял себя в руки и научился себя сдерживать и стал спокойнее её воспринимать...

- Так Вы тоже из этой организации?

- Из какой организации?

- Так Свидетелей Иеговы. Так когда я назвала их сектой, то Тереза настаивала называть их организацией... - Надя улыбнулась. - Так вы все, организация или секта?

   Алексей пустился в разъяснения, что такое секта. Он объяснял подробно, всё время уточняя, кто и что говорил для правильного употребления этого слова.

   Надя смотрела на Алексея, отключив слух. Ей все эти религиозные заморочки не интересны вовсе. Алексей долго говорил, а затем заметив, что Надя его не слушает, оставил эту тему.

- Алексей, а Вы чем занимались в Украине?

- У меня была рассказ на 100 ульев.

- Ого! Сто ульев. Это же сколько работы...

- Да, работы много...

- Так Вы намерены и на курсы здесь пойти, чтобы продолжить работать в пчеловодстве?

- Нет, я иду на курсы водопроводчиков...

- Водопроводчиков? Странно... почему не пчеловодов... Вы с таким опытом работы могли бы найти даже работу здесь... так и зачем Вам надо было ехать жить в село, если курсы водопроводчиков есть и в Оренсе?

- Так получилось...

   Как-то незаметно, разговор переключился на Надины книги и Надя лишь посетовала, что в Украине нет никакой возможности не только продвижения книг на русском языке, но и вообще их публикации...

- Да и вообще... я смотрела в Интернете видео, так в Украине сейчас из из книг на русском языке производят туалетную бумагу...

   И тут, вдруг, Алексей бросил, словно заготовоенную фразу

- А, может, Вам беженкой в Россию?

   Надя смотрела на Алексея. Более она не хотела ни о чём с ним говорить. Что-то, ещё очень смутное, без каких-либо признаков очертания граней, увиделось ей во всём выражении лица Алексея. Он смотрел на неё  напряжённо, словно ждал реакцию на его слова. Теперь это было выражение, которое бывает у человека, когда он что-то выполнит, и остаётся доволен своей работой.

   Она более не хотела ни о чём с ним говорить.

   Говорить не с кем. Говорить не о чём.
 

-