Найденный ответ

— Ну и где твой ум, хотел бы знать... Зачем ты все деньги, что мы еле подзаработали на конвеерах, пожертвовал на свечи? У них там столько их уже, столько... (Говорящий поморщился и, с досады, махнул на невидимое безобразие рукой). — Не реализовать уже никогда... А нам есть нечего. Лучше бы в эти... в энергосети вложил. А то сидим тут в потёмках, как... (остановился, подбирая нужное слово)... сычи (видно было, что словечко само всплыло, а сказавший его пытается задним числом вспомнить, что оно обозначает). — Когда кипятим воду, только и греемся, и читаем... — говорящий сглотнул, проведя тыльной стороной руки по колючим жиденьким усикам.

— Ум мой, дорогой, явно, скажу, не у тебя. У тебя он отсутствует. Мой ум... — начав тираду, напарник его, молодой, тощий человек аккуратной стоической наружности многозначительно поднял палец к потолку, но, уловив боковым зрением движение, мгновенно опустил с криком: — Держи, держи этого, держи!..

— Ух, какой вымахал на бумаге-то богословской... Тварь ли ты поднебесная? — товарищ, мгновенно прыснувший по указанию друга прямиком под стол, где к одинокой крошечке сухарика насущного припал рыжий таракан, очень крупный и наглый, смиренно и даже с восхищением поднял того, с крошечкой в лапках, до уровня глаз, продолжил: — Находящий насущное там, где мы его лишь ищем, достоин уважения и подражания, друг мой. Вот, говорят, они не составляют никакие пищевые цепи... цепочки... Сами по себе. Энзельганжеры... Немцы нас осаждают, брат мой, будто есть что завоёвывать тут... Им не нужны ни свечи, ни электричество, ни богословие, да простит Господь. Бумагу только распробовали старинную. Ума нет и не надо.

— Вот то-то. Мир, Универсам этот, — Великий Учитель. Продолжим же чтение послания инока Гермогея в осаждаемый град Веруланум. Продолжим, брат мой... пока эти не добрались...

(начало. “Любимая обитель Ея или...”)


Рубрика: УПРАЖНЕНЕЯ