Буря

«Море штормило. Оно бывает таким по осени, в сезон бурь и непогодиц. Или в любое время года, когда набежит волна и налетит сильный ветер.

Поверхность вод стала рябоватой, а местами и вспыльчивой. Цвета сине-серого потоки вставали дыбом. И, сопротивляясь воздуху, идущему - как в трубу - в единую сторону. Разворачивали картину вспять и наизнанку. Брызги неслись повсюду, фонтанами, веером. Пена от ударов о воду трескалась на мельчайшие клочки. И поднималась вверх туманом и взвесью. От того, что элементы были малы, но ощутимы марево плыло и колыхалось над морским простором.

Лодки, привязанные к крепким кольям на берегу танцевали джигу. И трепыхались веслами. Некоторые уже успели разнестись в щепы - потрава рыбаку..

Деревья - они росли ближе к рыбацким постройкам и дальше от стихий - клонились, трещали ветками. Птицы укрылись в кронах и пережидали непогоду. Берег был пустынен и одинок, в своём бедствии..

День перерос в вечер, буря то успокаивалась, то ярилась опять. Песок побережья уже был усыпан мусором, вытащенным из глубин и собранным на суше. Водоросли, будто пакля с головы старой ведьмы. Древние деревянные останки суден - потопленных когда-то или сорванных с причалов. Сучья кустарников, листва рваная, жатая. Казалось, природа затеяла большую уборку. Но пред тем достанет и покажет миру - сколько он наворотил лишнего.

Небо нависло сплошными графитовыми тучами. Бездождевыми, будто выплаканными. И грозными..

Ни единого звука не осталось вне действия. Они не проникали и не задерживались. Всё событие, сомкнутое в общий кулак, подчинилось мучительному, страшному сценарию и режиссёру. И не нашлось сил и воли им сопротивляться..

Ещё утром море было ласковым и печальным. Лето кончилось и скоро каждый день будет пасмурным. Но октябрь пока радовал последними солнечными приветами.

Береговая линия - чистая и умиротворённая. После курортного сумасбродства местность отдыхает, приходит в себя. И только здешние не многочисленные жители встречаются. Увезены палатки с прохладительными напитками и холодильные сундуки с мороженым. Сложены где-то на складах кабинки для раздевания. Нет спасателя - в ярком купальном костюме, со свистком качающемся на груди. Шум и гам отдыхающих унесло океанскими лайнерами и межатлантическими «боингами». Суета спала и снова воцарилось спокойствие..

Но к обеду небеса посмурнели. Накрылись облаками серыми. И задул резкий северный ветер..

Буря всё крутила вихри, примеривала добычи. А дальше, в глубь суши уже зажглись огни в окнах каменных рыбачьих домов. Ставни хлопали и грозились разбиться. Хозяйки, в наспех повязанных платках и мужниных робах, запахнутых поплотнее. Выскакивали с крылечек и неслись притворить расшумевшиеся створы. Задвинув засовы, уже без суматохи возвращались в жильё. Перед тем обеспокоенно глядели на небо и кивали скорбно головой.

Совсем к ночи ветер стих. И лишь навалившаяся слякотная прохлада - как встречается только в зимние времена - сгустившись, обняла и берег, и округу..»